Чертовщина. Иронические рассказы

Лева вздохнул от неприятного осознания, во что он влез.

– Вор у вора дубинку украл, – вспомнилась ему поговорка.

– Нет. В Полицию никто не пойдет, вернутся в банк, здесь уже будет закрыто, и они домой к нашему управляющему, – Лева улыбнулся, представив какими глазами управляющий встретит «гостей».

– В банке?! Фальшивки?! Нет. Извиняйте, деньги проверяют у кассы.

– Так будет и не иначе. Этот жук на себя не возьмет и копейки. А внутренним расследованием, если нет уголовного дела, мудрый банкир заниматься по-серьезному не станет. Хотя здесь все может быть.

В дверь позвонили. Работник банка привез деньги из хранилища. Лева пошел его впустить, и по пути еще раз прокрутил в голове все о чем думал.

– Второй вариант, конечно хуже предыдущего, но тоже не страшен. Все-таки украсть ворованное легче. Мировые экономики на этом держатся. Но лично ему до них нет дела, как и им до него. Для него главное: никоим образом не подставить Иру, – отмыкая замок кассовой двери дал себе установку Лева.

Дальше все пошло привычно: получение денег, короткая беседа со служащей хранилища. Весть о том, что кассир увольняется уже облетела небольшой коллектив банка. Служащая пожелала Леве успехов и удачи на новом поприще. Обратив внимание на его новый костюм она решила, что у Левы сегодня важное мероприятие, и со словами «пусть все получится» пожала ему руку.

Все пожелания были «в яблочко». Лева приободрился. Служащая ушла, и он неспешно переложил половину денежных упаковок со своего стола на стеллаж. Положил он среди них и десять своих пачек из пиджака, те в которые требовалось добавить по лицевому и тыльному стольнику. Сразу опустошать костюм-кошелек он не стал. Времени впереди много, и лучше все делать постепенно.

Началось обслуживание клиентов. Принесли первые документы на выдачу наличных. Среди них была и Ирина зарплата три тысячи семьдесят долларов.

Лева хотел вызвать ее первой, но как назло, у кассы задержалась банковский программист. Коллега начала интересоваться, что за работу нашел себе кассир. Ей этот «шарашкин банк» тоже осточертел. Да и засиделась, хочется чего-то на перспективу, пока не вышла замуж.

На глазах у банковской коллеги пригласить Иру с ее сумкой баксов было рискованно. В двух словах отделаться от сотрудницы-непоседы не получалась, и Лева вызвал другого клиента, хотя наверняка знал, что Ира оформила свой чек раньше.

В этом он не ошибся. Ира приготовилась идти к кассе как-только началось обслуживание, но на табло высветился не ее номер.

– Что это он меня мурыжит? – занервничала девушка, – по идее я первой должна идти.

Сумка фальшивых денег «жгла» ей плечо. И даже не потому, что весила больше пяти килограмм, и ее ремешок сильно врезался в ключицу. Поговорка «на воре шапка горит» в точности соответствовала ситуации. Девушке казалось, что все с прищуром смотрят на ее поклажу, и лишь не говорят, что знают про фальшивые доллары.

Наконец предыдущий посетитель вышел, и теперь её очередь. Подхватив увесистую сумку Ира направилась к кассе. Она уже подошла к кассовому окошку, и Лева увидел ее, когда вновь появилась банковская девушка программист. Она, по-видимому, хотела еще о чем-то спросить у кассира Левы по-поводу его увольнения.

Лева понял намерение бесцеремонной программистки. Привстав он вежливо предложил ей поговорить потом.

– Я сейчас занят с клиентом, – указал он на Иру.

– Хорошо, – улыбнулась кассиру банковская девушка, подняв руку в знак понимания. – Я подойду через часик.

Она тут-же ушла, но настроение у Иры испортилось окончательно. С ней Лева даже не поздоровался, обозвал клиенткой, а с этой девушкой просто расшаркался в любезности

– Привет, – опустив чек в кассовый лоток холодно обронила она.

– Привет, – забирая бланк тихо отозвался Лева, и совсем беззвучно дополнил, – Сумку поставь от окошка справа.

Ира продолжала держать ее на плече, а Лева еще с вечера инструктировал, что после подачи чека, сумку надо сразу поставит справа на кассовый подоконник. Тогда на видеозаписи с камеры наблюдения нельзя будет рассмотреть, что находится в кассовом лотке.

Лева отсчитал нужную сумму и подвинул получательнице. Ира забрала только тысячу, а остальные оставила в лотке. Теперь наступила вторая часть операции – преступная.

Передачу фальшивок решили замаскировать под реальную сдачу денег. Ира оформила подачу в кассу банка 500 долларов. Своего обычного платежа в погашения займа на покупку машины.

Ира опустила поручение о сдаче денег, Лева принял его, и она в дополнение к пяти сотням долларов начала укладывать в кассовый лоток пачки фальшивок. Ее напарник только успевал вынимать и подкладывать их к упаковкам купюр, что намеренно оставил на своем столе.

Уложились быстрее минуты. Зашкаливающий в крови адреналин, непременный соучастник в подобных делах, оказал мошенникам помощь.

– Всё? – спросила Ира.

– Да, всё. Теперь в три, – без эмоций кивнул ей в ответ кассир, словно ничего личного между ним и девушкой не существовало.

Так бездушно принимают клиентов из бесконечной очереди. Ира не решилась спросить у Левы даже полслова. От перенесенного стресса её сердце стучало как после стремительного бега. Накинув ремешок пустой сумки на плечо она отошла от кассы, на «ватных» ногах спустилась в холл банка и вышла на улицу.

– Гад! Скотина и гад, – билось в голове у девушки. – Лео, Лео, ты царь зверей… Царь пресмыкающихся ты Лео, – от обиды зашмыгала она носом

Хотелось плакать, курить и ругать себя и бездушного Лео.

Ира выбрала курить. По настоящему она не курила. Она говорила сигаретам нет, но в такие моменты как сейчас, твердое нет уступало мягкому да. Кафе напротив было подходящим для этого местом.

Сидя за столиком, после пары едких затяжек она успокоилась и затушила сигарету. Более того, она оценила ситуацию прагматично. Лео никакой ни гад. Он разумный и сильный. Умеет держать себя в руках. А то, что он улыбался своей сослуживице, а ей нет, это правильно. Для всех они не знакомы – он кассир банка, она клиент банка, и ничего более.

Ира поймала себя на мысли, что после прошедшей ночи Лео стал для нее больше, чем друг и даже любовник-партнер Но при этом она сказала себе, что влюбляться в него по-серьезному ей не стоит. Чуточку. Иначе потом станет очень больно. Только как это сделать?

Сейчас ей надо заехать в офис подписать документы. Вникать в их суть не требовалось, так было оговорено с самого начала ее «работы» в фирме. Она читала только заголовки и сходу подписывала. Если повезет, то сегодня она сделает это в последний раз. Раз она курица тупая, пусть её отстраняют. Это реально, иначе зарплату вперед не разрешили бы взять.

Подкрепившись пирогом с сыром, чашечкой кофе и шоколадкой Ира расплатилась, вышла из кафе и с тревогой в сердце посмотрела на здание банка. Сюда ей предстояло вернуться к трем часам.

Пока Ира приводила в порядок свои чувства и мысли, Лева привел в порядок деньги из магазина сувениров и из хранилища банка. К этому времени ему привезли и желанный миллион долларов.

Теперь вся наличность лежала на стеллаже за шторкой. Брать её от туда можно было не опасаясь камер наблюдения. Кассир привычно обслуживал клиентов. В основном шла выдача денег.

Без четверти три он закрыл свой бункер и спустился в холл посмотреть не приехала ли Ира, и как раз удачно: она парковала машину. Лева обратил внимание, что девушка переоделась. Теперь, вместо темных брюк и туфель на шпильках на ней были кроссовки и джинсы. А красная кофточка та же, что и с утра, под цвет сумки. Такое сочетание оптимально. Цвета сливаются, и сразу не поймешь полная у нее сумка или пустая. Лева залюбовался, насколько красива и как хорошо сложена его девушка.

– То, что она решила украсть миллион, конечно плохо, но точно не хуже чем воровать эти миллионы для кого-то, – рассуждал он.

– Кто это придумал, из двух зол выбирать меньшее? Идиотское предложение. Из зол вообще не надо выбирать. Выбирать нужно только хорошее, а злое оставить, – кассир-философ постоял еще несколько минут, посмотрел как подъехала группа сопровождения за своим миллионом баксов.

– Всё, как обычно, – сказал он сам себе, и еще раз взглянув на припаркованный Хаммер добавил, – Только деньги, братцы, вам сегодня не достанутся.

На часах было без пяти три: пора идти в кассу. Мысль «все как обычно» продолжала крутиться у Левы в голове, но какая-то еще не до конца созревшая догадка его насторожила.

Ира и сопровождавший ее качек вместе подошли к кассе. Сумма к выдаче большая, и он стоял рядом с ней.

Кассир улыбнулся директору Ирине и ее помощнику, как хорошим знакомым. На этот раз, в отличие от прошлого, так было правильно. Ира поняла это и окончательно простила Леве его утреннюю холодность.

– Сегодня миллион долларов, – пытаясь сохранять спокойствие подала она чек.

Сказать эти слова она готовилась, ее голос звучал ровно, но пальцы подрагивали.

– Окей, – легко ответил кассир, принял чек и начал передавать пачки долларов. Пять-шесть раз он подносил их со стеллажа.

Наконец все свершилось, качек принял увесистую сумку, клиенты ушли, а кассир Лева еще долго сидел неподвижно, постукивая пальцами по столу.

По плану, за настоящими деньгами Ира должна была вернуться сразу. За пару минут спуститься в холл, выйти на улицу к Хаммеру, отдать сумку и вернуться к кассе. Но прошло четверть часа, а ее не было.

– Пятнадцать минут, шестнадцать, – нервно наблюдал за стрелкой часов Лева.

Прием клиентов он остановил. Ира должна вернуться в кассу, как если забыла что-то из документов и не завершила банковскую операцию.

Наконец она появилась. Бледная и чуть живая. Говорить она не могла, и лишь кивнула головой, что все прошло нормально.

Вторая партия денег была у Левы на столе. Минута, и он передал их через кассовое окошко Ире.

– Всё, – задвинув в лоток последнюю пачку подвел он итог и сумме денег и окончанию воровской махинации.

Ира вздрогнула, не веря что все закончилось.

– Спасибо, – застегивая сумку посмотрела она Леве в глаза и чуть улыбнулась. Не радостно, а облегченно, как после сильного утомления.

Лева же ответил ей широкой улыбкой. После того как его девушка вернулась, он успокоился и ему вернулось благодушное настроение.

– Давай. Увидимся, – подбодрил он возлюбленную.

Еще задерживаться у кассы было неправильно. Оптимистичный настрой друга придал девушке сил. Повесив на плечо тяжеленную сумку она уверенно зашагала к выходу.

Лева обслужил последних клиентов, и точно по времени они с коллегой из хранилища начали передачу денежных остатков. У опытных кассиров пересчет занял менее десяти минут.

– У тебя излишки. Семьдесят долларов, – подбила итог приемщица кассы.

– Излишков не бывает, – сдержанно отреагировал Лева.

Откуда взялись эти лишние деньги он понял сразу. Это «хвостик» от Ириной зарплаты в три тысячи семьдесят долларов. В нервозной обстановке он не доложил их к тысячам, когда они имитировали выдачу денег из кассы.

Пересчитали снова. Излишек по кассе остался.

– Ладно, – махнула рукой служащая, – Запишем как есть. Знаешь что говорят в таких случаях бухгалтера?

– Нет. Не знаю, – без интереса пожал плечами Лева. Вести беседы он был не расположен. Хотелось поскорее опечатать кассу, и покинуть навсегда это унылое заведение.

– А… Не знаешь, – весело заметила работница банка, – Так вот. Если в кассе остался лишний рубль, то значит из кассы украли миллион. Воры миллион стащили, и рублик из него обронили.

Опытная бухгалтер рассмеялась, записала семьдесят излишних долларов отдельной строкой, и во всем наступил порядок. Денег кто-то хватится, а они на месте.

Прибаутке счетных работников кассир Лева, не без задней мысли, улыбнулся: шутки и подковырки рождаются не на пустом месте.

Из банка он вышел минут за пять до закрытия. С Ирой они договорились, что она будет ждать его во дворе соседнего дома.

Быстро шагая он зашел под арку разделявшую здания. Тихий дворик, пара старушек у подъезда. Красной Ауди не было.

– Возможно Ира не поняла, и заехала не сюда, а дальше, – первое, что приходило на ум, и Лева прошел в следующий двор. Въезд туда был в конце улицы. Но и там его никто не ждал.

– Ерунда какая-то, – вынув телефон набрал он Иру.

– Абонент временно не доступен, – дважды отчеканил в трубке механический голос.

– Надо ехать к ней домой, – Лева с силой потер лоб, – Она была чутка не в адеквате. У нее все могло спутаться, и она ждет его во дворе своего дома, а не соседнего с банком. А телефон разрядился. Вчера не поставила на зарядку. Так ведь и было, – улыбнулся от тому, как все было вчера вечером.

Лева быстро добрался домой. Красной Ауди там тоже не было. Оставалась надежда, что Ира поставила машину где-то еще, и он поднялся к ее квартире.

Несколько раз безрезультатно позвонив в дверь Лева собрался уходить, когда открылась соседская дверь, и от туда вышла седенькая старушка. На поводке она держала под стать себе белую болонку.

– А ее нет, – дружелюбно сообщила субтильная старушка, – Она уехала.

– Уехала? – рассеянно переспросил Лева, – Давно?

– С полчаса, может час. Я время в минутах не засекаю, – нажала кнопку лифта старушенция.

– Тогда, я подожду, – прислонился спиной к стене Лева.

– Нет, вы, молодой человек, не поняли, – настойчиво произнесла соседка, – Ирочка уехала насовсем. Вам не стоит ее ждать.

– Насовсем?! – распрямился в полный рост молодой человек.

То, о чем сказала добрая бабулька, было столь неожиданно, что он рассмеялся.

– Да. У нее что-то случилось. Она спешила, взяла чемоданчик, и даже передать хозяйке ключи от квартиры попросила меня.

– Веселая история, – потер подбородок Лева, – Ну тогда я пойду. Извините, – сделал он пару шагов по лестнице вниз.

– А зачем идти? Поедемте на лифте, – старушка любезно пригласила парня поехать с ней.

Втроем: Лева, старушенция и ее собачка спустились, и вышли во двор. Лева похлопал по карманам брюк и понял, что у него нет ключей от квартиры. Они остались в джинсах, а теперь на нем новый костюм.

– Подождите!, – догнал он старушку, – Вы не могли бы меня выручить? У Иры лежат мои вещи. А у вас есть ключи.

– Нет. Ну что Вы?, – смутилась пожилая женщина. – Как это возможно? К чужим вещам даже прикасаться нельзя. Если хотите, я дам Вам телефон хозяйки. Вас, молодой человек, как зовут?

– Меня?, – вздохнул молодой человек, – Я Лева Бывший Кассир, – преставился он как называют себя по имени отчеству.

– Вот и позвоните ей, Лева Бывший…, – не договорив запнулась старушка, поняв, что парень пошутил назвавшись Бывшим Кассиром.

Шутка не пришлась ей по вкусу и давать телефон хозяйки квартиры она передумала. Завтра хозяйка приедет за ключами, и молодой человек сможет с ней встретиться.

– Такой сегодня день, – цокнул языком Лева, оставив старушку.

Вариант оставался один: ехать к тетушке Элле и ночевать у неё. А если повезет, и у дяди остался дубликат ключей от Левиной квартиры, то вернуться к себе домой. Дядя как-то изготавливал эти мудреные ключи Леве про запас.

Тетушка встретила племянника с неизменной радостью. Лева же проходить не спешил. Он пришел узнать нет ли экземпляра ключей от его съемной квартиры. Похоже, он свои потерял.

Тетушка выкрикнула мужа, и дядя Георгий появился сразу с ключами.

– Есть. Конечно есть, – вручил он племяннику дубликат. – Я сделал три штуки. Прошлая твоя барышня одни потеряла, потом вторые.

При упоминании о прошлой барышне тятя всполошилась.

– Левушка, а где Ира? И что это ты в парадном костюме? Вы же его к свадьбе покупали.

Говорить сразу, и тем более подробно, о своих делах Леве не хотелось, и он предпочел высказаться неопределенно – на догадку тете.

– Пока так, – развел он руками.

– Вы поссорились, – твердо заключила тетя. – Девушки сейчас норовистые, а у тебя мягкий характер.

– Нет, мы не ссорились. Она уехала, и все, – простодушно объяснил Лева, но тетушку уже переполняли эмоции.

– Так она тебя бросила. Или что там у вас? – взяла она на тон выше

– Представляешь, Ира бросила нашего Левушку! – высказала она свое возмущение стоящему рядом мужу.

Сегодня Лева уже не мог выносить никаких страстей. Хотелось как-то бурю эмоций энергичной тети остановить. Просто и одним словом.

– Тетя, я же сказал: Так вышло, Ира уехала, говорить не о чем, – Лева начал раздражаться, но тетушка Элла не унималась.

– Нет, Левушка, говорить есть о чем. Ира бросила тебя, или нет?

– Нет, не бросила. Она меня кинула, – мягко произнес Лева, подведя черту всем объяснениям.

Степень тяжести содеянного Ирой по отношению к племяннику тете был неясен. Различие в словах «бросила» и «кинула» она понимала, не знала только, что из них хуже. За поддержкой она обратилась к супругу: заглянув ему в лицо и ожидая, что он скажет. Но дядя не стал ничего говорить, покривил губы, пожал плечами, и отправился в комнату. Тетушка сникла.

– Да ладно. Ну что Вы? – приобнял ее племянник.

Тетя Элла понимающе молчала. Лева выпустил ее из рук, и на прощание оптимистично добавил:

– С работы я тоже уволился. Все нормально.

На метро и перекладных он добрался домой. На всякий случай посмотрел не стоит ли во дворе красная Ауди. Машины не было, и он поднялся в квартиру. Неудобный пиджак он снял прямо в прихожей, прошел на кухню, вскипятил чайник.

В дверь позвонили.

– Наверное сосед, стрельнуть пару сотен, – подумал Лева, открывая дверь.

На пороге стояла Ира. Левой рукой она придерживала чемоданчик на колесах.

– Я зайду?, – неуверенно спросила она разрешения.

– Заходи, – посторонился Лева, пропуская девушку.

– Спасибо, – Ира шагнула в прихожую, ее чемодан зацепился за порожек, и ей пришлось с силой его перетащить.

Бывшие подельники молча смотрели друг на друга.

– Извини. Так вышло, – первой произнесла Ира.

– А что вышло? – без упрека переспросил девушку Лева.

– Ну так вышло, – Ира снова извинилась. – Я тебя ждала. Правда. А потом…, я уехала. Не знаю почему. Мне было страшно.

– Страшно? Отчего? По-моему, все получилось нормально, – Лева пожал плечами.

– Получилось.., – потупилась Ира. – Но не так, а страшно. Мы вышли с деньгами, а там тот тип посредник приехал. Меня посадили в машину и он начал считать баксы. Гнида. Деньги из банка, а он их считает. Сначала пачки, а потом одну разорвал. Потом еще пачку, считает, считает. Я думала просто умру.

Ира зашмыгала носом.

– Но в итоге все получилось? А ты укатила, – иронично, с легким упреком, как наставляют младшую сестричку-школьницу, устыдил Лева девушку.

– Ну да. Лысый гад не заметил, что деньги фальшивые.

– А что там было замечать?, – пожал плечами Лева, – Настоящие доллары. Бледно-зеленые, американские. А эти, – показал он Ире на ее чемоданчик, – они же у тебя здесь? В чемодане? Эти китайские.

– Лео, ты шутишь?! – встрепенулась Ира не веря в то, о чем говорит Лева, – Скажи, что ты шутишь.

– Нет, не шучу. Какие тут шутки, – невозмутимо произнес Лева. – Я вышел в холл, ты была уже в банке, и видел, что приехал ваш лысый Сергей Леонидович. Нарядный, отглаженный. Такие ребята, в брючках со стрелками, деньги считаю всегда до копейки. Тут ничего не поделаешь. Так тоже бывет. Я выдал тебе в первый приход настоящие баксы, а во второй наши китайские.

– Лео, ты меня спас, – Ира взялась за голову, – Нас обоих ты спас, – уточнила она.

– Возможно, – неуверенно пожал плечами Лева, – Что смог, то и спас.

– Но почему ты не сказал мне, что вторые деньги фальшивые?

– А зачем? Ты обещала ждать возле банка. Не хотел тебя огорчать, – с подколкой объяснил Лева, почему ничего не сказал Ире в банке, – Подумал, будет неплохо, если ты часик порадуешься цифре с нулями. А ты решила с ними удрать. Ты меня кинула.

Лева замолчал, как молчат, если очень печально.

– Ну я же вернулась, – мягко произнесла Ира тоном раскаяние, но скорее она искала себе оправдание.

Лева молчал, и она спросила, как просят прощения:

– Лео, ты рассердился?

– Нет… Я не сержусь. Я разозлился, – обронил Лева.

Ира тронула его за руку и поняла, что Лео не так уж и злится.

***

Говорить, что он сразу решил, кто получит фальшивки, Лева не стал.

Райские каникулы

Лишь муторное жужжание мухи нарушало сонный покой кабинета. В июльскую жару движение воздуха, как и всякое другое, останавливается. Все стихает, время замедляется и перестает измеряться в часах и минутах. Никто не уточняет его в цифрах, а только говорят: с утра, в обед, ближе к вечеру. Мельче указывать нет смысла. Вот такой был день.

За массивным столом, уложив ладони на зеленое сукно, откинувшись в кресле, дремал хозяин кабинета. От плотного обеда в ведомственной столовой он размяк и осоловел.

Секретарь райкома – это не должность, это – статус – сложившееся положение вещей. Он не руководит производственными процессами, не отдает распоряжений, он высказывает мнение. Выступает арбитром что есть хорошо, и что есть плохо. Но, упаси Бог, если кто-то не прислушается к мнению партийного бонзы, а тем более начнет его игнорировать.

Секретарь же райкома, о котором идет речь, не был ни чванлив ни высокомерен. Григорий Алексеевич не обладал твердым характером. В его положении это был минус, но с другой стороны и плюс одновременно. Всегда вежливый и доброжелательный он умел расположить к себе как подчиненных, так и высшее начальство. Несмотря на должность, а она обязывала к строгости, Гриша был застенчив, хотя и старался скрыть этот недостаток.

Вот и сейчас, если бы кто-то вошел в кабинет, или просто посмотрел со стороны, то не смог бы понять, что секретарь райкома спит на рабочем месте. За долгие годы партийной работы Григорий Алексеевич приучился не «клевать носом» и не запрокидывать голову на высокую спинку кресла. Он сидел устойчиво прямо в позе «мудрого сфинкса», вытянув руки на стол и с раскрытыми глазами, но при этом спал.

Дверь в кабинет открылась. Григорий Алексеевич тут-же очнулся, и на пару секунд выражение лица у него стало строгим и сосредоточенным. Но увидев вошедших посетителей он недовольно крякнул и расслабился. В кабинете появились его жена и дочь. На них были легкие платья и совсем не подходящие к деловой обстановке госучреждения босоножки.

– Настюша, – ласково обратился к жене партийный босс, – я же просил тебя не заходить ко мне в кабинет минуя секретаря. Мы не дома. Ты ставишь меня в неловкое положение.

Григорий Алексеевич всегда обращался к жене с особой мягкостью, если хотел выразить ей свое недовольство.

– Гриш, я помню, – виновато произнесла супруга начальника, – но у тебя в приемной никого нет, и мы с Леной зашли.

– Вот как?, – ткнув кнопку селектора строго отреагировал босс на отсутствие на рабочем месте секретаря, но тот сразу же ему ответил.

– Слушаю Вас, Григорий Алексеевич.

– Ко мне супруга с дочерью пришли. Я пока занят, – холодно дал указание помощнику начальник.

Исполнив роль строгого начальника, он в момент переменился в тихого заботливого супруга – отца семейства.

– Секретарь выходил, – мягко пояснил он своим домочадцам, – потому в приемной никого и не было. Лето, все в отпуске.

– Вот и мы с Леночкой насчет отпуска пришли, – просительно начала объяснять цель визита супруга.

– А с отпуском у нас все решено. Еще недельку потрудимся и гуляем по полной, как папа и обещал— заглянул в глаза дочери великодушный папаша.

– Гришенька, давай не будем тянуть с этой неделей, – добавила нежности в голосе супруга, – У Леночки каникул всего месяц остался. А потом выпускной класс. Большая ответственность. Бери отпуск, и завтра поедем на море.

– Нет-нет, я так не могу. Что я скажу Первому?, – указал наверх, Григорий Алексеевич, – На работу плевать, жена с дочкой на море собрались.

Партийный босс, как и полагалось по должности, мрачно замолчал, выразив таким образом несогласие с предложением.

– А если ты заболел? – решила не отступаться жена, – Ты что, не можешь заболеть?

– Чем заболел? Ну, что ты такое говоришь?, – постукивая пальцами по столу начал сердиться супруг, а заодно подмигнул дочери: мол смотри какую ерунду несет мама.

– Обыкновенно заболел. Какая разница чем? Трудоголизм, между прочим, болезнь, и как говорят специалисты, очень опасная, – твердо выдала ответственному работнику супруга.

– Трудоголизм?, – рассмеялся Григорий Алексеевич, – Да по части этого диагноза мы с тобой, моя дорогая, абсолютно здоровые люди. Абсолютно.

Продолжить уговоры мужа у настойчивой Насти не получилось. На телефоне без кнопок замигала лампочка и раздался мягкий зуммер. Григорий Алексеевич приосанился, будто абонент на том конце мог его не только слышать, но и видеть.

– Первый звонит, – полушепотом предупредил он своих домочадцев и снял трубку.