Ответственная за негодяя

- Ты просто не знаешь, что делать с этой злостью. И я тоже не знаю, но так, наверное, правильно. Просто постоять.

На самом деле, не знала, права я или нет. Но я слушала. Сначала я слышала гул в ушах, и бешенный стук своего сердца. Но потом стала различать и его ритм – частый и дикий.

И я стала дышать. Глубоко и медленно, как меня учили делать при панических атаках после того инцидента в детстве, который навсегда оставил во мне страх замкнутых пространств. Вдох. Выдох. Вдох. Я сосредоточилась только на этом, на движении своей грудной клетки, на ритме сердцебиения.

Прошла минута, пять, не знаю, но постепенно, я почувствовала, как биение его сердца начало выравниваться. Оно подстраивалось под мой ритм. Его спина чуть расслабилась, мышцы перестали дрожать в постоянном напряжении.

Он не говорил. Просто стоял, и я стояла вместе с ним, в этой глупой позе.

- Ладно, - наконец сказал тихо. – Ты победила. Сумасшедшая, отпусти уже.

Я разжала руки и отступила на шаг. Кирилл медленно обернулся. Его лицо было бледным, под глазами лежали тёмные тени. В его взгляде не было ни злости, ни насмешки, было только недоумение.

- Что это было?

- Не знаю, - честно призналась я. – Эксперимент?

Он фыркнул, и провел рукой по лицу.

- Полный бред это, Королева.

- Зато сработало, - парировала я, чувствуя, как хрупкое перемирие может быть нарушено. И я выпалила первую пришедшую в голову идею.

- Пошли в кино!

Он уставился на меня так, словно я предложила ему слетать в космос.

- Чего?

- Кино, сейчас, - я набрала в грудь воздуха. – У меня есть еще два часа. Никаких планов, учебников. Просто пошли в кино.

Он молчал, казалось, что его мозг делал перезагрузку, анализируя очередной поворот событий.

- Ты вообще в себе, Королева? – наконец произнес он. – После этого в кино?

- Да, - кивнула я. – Потому что сидеть здесь и заниматься уже не получится. Так что можно просто сбежать на время.

Уголок его рта дернулся в попытке улыбнуться.

- Ты самая странная девчонка, которую я встречал. – Заявил он. – Ладно, черт с тобой, кино так кино, но предупреждаю, если будет скучно, я ухожу.

- Договорились, - сказала я, и почувствовала облегчение.

Мы вышли на школьный двор. Осеннее солнце немного согревало. Кирилл молча направился к дальнему углу парковки. Я последовала за ним.

- Мы… на этом? – спросила я, и мой голос выдал легкую тревогу.

Передо мной стоял черный мотоцикл, выглядел, как хищник – мощный и опасный.

- На чем же еще? – в его глазах мелькнул вызов. – Боишься?

Мой внутренний «правильный» голос гласил, что это нарушение всех разумных правил моей жизни. Но другой голос, который заставил обнять его несколько минут назад, прошептал: «Ты зашла уже слишком далеко, чтобы повернуть назад»,

- Я просто никогда не ездила.

- Первый раз всегда страшно, - он сел на мотоцикл, ловким движением завел его, и протянул мне второй шлем.- Надевай. И садись сзади, держись за меня, не за бока, вот так.

Он показал, обхватив себя руками, мне стало неловко, сердце екнуло.

Сделав глубокий вдох, я надела шлем, подошла к мотоциклу, неуклюже перекинула ногу и села сзади. Сидеть было не просторно.

- Готова? – его голос донесся сквозь шлем.

Я кивнула, и нерешительно положила руки ему на бока. Ткань куртки была прохладной.

- Крепче, Королева, а то слетишь на первом же повороте, - он взял мои руки и буквально заставил обхватить себя. Теперь я чувствовала его тело под курткой, рёбра, мышцы спины. Мне стало жарко и не по себе. - И прижмись. Чем ближе к центру тяжести, тем устойчивее.

Я прижалась. Мой шлем упёрся ему в спину. Вся моя вселенная свелась к этому рокочущему железу подо мной, и его спине передо мной.

- Поехали.

Первые метры были самым ужасным испытанием в моей жизни. Чувство, когда земля уходит из-под ног, а ты держишься только руками за другого человека. Я вжалась в него изо всех сил, глаза зажмурила, боясь смотреть.

- Расслабься! - крикнул он, и его голос прорвался сквозь вой ветра и рёв мотора. - Ты деревянная! Дыши!

Я попыталась. Сделала вдох, потом выдох. Приоткрыла глаза. Мир нёсся мимо в потоках цвета. Дома, машины, люди - всё сливалось в одно пятно. Это было страшно. Но потом я заметила, что мы не падаем. Что его тело уверенно контролирует эту стальную махину. Что мой страх постепенно вытесняется чем-то новым.

Я рискнула ослабить хватку. Не отпустила, но перестала впиваться пальцами. Посмотрела на город сбоку. Он был другим - быстрым, громким, но удивительно красивым. Ветер свистел в шлеме, и я вдруг поняла, что улыбаюсь. Безумная, широкая улыбка, которой не видит никто, спрятанная под шлемом.

Мы остановились у большого торгового центра. Кирилл заглушил двигатель, и наступившая тишина оглушила.

- Ну как? Жива? - он снял шлем и обернулся. Его волосы были взъерошены ветром.

Я с трудом стянула шлем. Воздух показался непривычно тёплым и тихим.

- Я… - мой голос дрогнул. Я выпрямила спину. - Я жива. Это было… быстро.

Он смотрел на меня, и в его серых глазах опять было это странное любопытство.

- А ты не закричала ни разу. Обычно девчонки визжат.

- Я не обычная девчонка, — парировала я, пытаясь привести в порядок волосы, растрёпанные шлемом.