Сны Серебряного леса

– Конечно. Как всегда.

Седовласый незнакомец наблюдал за ними с расстояния. Его застывшая улыбка дрогнула.

– Мудрость рождается из единства, – произнёс он. – Остров ценит тех, кто держится друг за друга.

Калиб переглянулся с отцом.

– Или использует это против них, – тихо добавил он.

Лес затих. Только пульсирующий свет деревьев продолжал свой танец, приглашая или предостерегая – понять было невозможно.

– Пойдём, – Лея потянула Алину за собой вдоль опушки. – Нужно понять, чего он хочет.

Алина сделала шаг, затем ещё один.

– Держись рядом, – шепнула она сестре. – Что бы ни случилось.

– Всегда, – повторила Лея.

Они двинулись вперёд, а за ними последовали остальные. Остров наблюдал. И ждал.

Глава 7. Первый ответ острова

Алина села на тёплый камень и с облегчением вздохнула.

– Ну что, выжили? – она подмигнула Лее. – И даже не превратились в грибы!

Лея рассмеялась и легонько толкнула сестру плечом:

– Только потому, что остров решил с нами поиграть, а не съесть.

Они огляделись. Лес больше не пугал. Солнечные лучи пробивались сквозь серебристую листву, бабочки кружились над цветами, а вдалеке журчал ручей. По стволам деревьев вились толстые лианы с крупными листьями, а под ногами мягко пружинила густая трава.

– Смотрите! – вдруг воскликнул Эзр.

На его руке, от запястья до локтя, проступили тонкие линии. Они мерцали мягким голубым светом, то разгораясь, то затухая в ровном ритме.

– Как красиво! – выдохнула Алина.

Лея осторожно коснулась узора пальцем:

– Он тёплый… и пульсирует, как сердце.

Эзр подошёл к ближайшему дереву и приложил ладонь к стволу. Узоры на его руке вспыхнули ярче. В ответ ветви дерева слегка качнулись, а листья засияли тем же голубым светом.

– Работает! – Эзр улыбнулся. – Он меня слышит!

Все зааплодировали, зашумели, поздравляя парня. Только младшая сестра, стоя в стороне, молчала. Её глаза на мгновение сузились, но тут же распахнулись с наигранным восторгом:

– Потрясающе! – она подбежала к Эзру. – Покажи ещё раз!

В этот момент к ним подошёл Имаад. Он посмотрел на узоры, потом на Эзра и тихо сказал:

– Они зовут меня. И тебя тоже. Но не её.

Младшая сестра резко обернулась. На долю секунды её лицо стало чужим, холодным. Но уже в следующее мгновение она рассмеялась:

– Что за секреты? Рассказывайте всем!

Узоры на руке Эзра погасли. Лес затих. Птицы перестали петь, бабочки замерли в воздухе, даже ветер утих – всё вокруг словно затаило дыхание.

А потом из глубины леса донёсся низкий, вибрирующий звук – будто кто‑то очень большой сделал глубокий вдох. Ветви деревьев зашевелились в едином ритме, листья замигали, словно сигнальные огни.

– Он… отвечает, – прошептал Эзр, глядя на свою руку.

Алина почувствовала, как земля едва заметно дрогнула под ногами.

– Что это значит? – спросила она, невольно делая шаг ближе к сестре.

Но младшая сестра не ответила. Она смотрела в чащу, и на её губах играла странная улыбка – слишком спокойная для того, кто только что услышал голос целого леса.

Глава 8. «Эхо голоса»

Земля дрогнула в последний раз и затихла. Птицы снова защебетали, бабочки закружились над цветами, но все стояли, замерев, и смотрели на Эзра. Его узоры всё ещё слабо мерцали, пульсируя в такт чему‑то – не сердцу, а, казалось, самому лесу.

– Он… ответил, – прошептал Эзр, сжимая и разжимая кулак. – Он меня услышал.

– И что теперь? – голос Алины дрогнул. – Мы просто будем ждать, пока он снова решит с нами поговорить?

Младшая сестра шагнула вперёд, её глаза горели азартом:

– Нет. Теперь мы идём дальше. – она указала вглубь леса. – Смотрите!

Там, где ещё минуту назад висели густые лианы, теперь виднелась тропа. Широкая, ровная, усыпанная мягкими листьями, она манила вглубь, к чему‑то невидимому.

– Это не случайность, – сказала младшая сестра. – Он показывает нам путь.

Имаад подошёл к краю тропы и провёл рукой по лиане, которая только что отползла в сторону.

– Он проснулся, – тихо произнёс он. – Теперь будет слушать. И выбирать.

Эзр сделал шаг вперёд. Узоры на его руке вспыхнули ярче.

– Я чувствую… направление, – он обернулся к остальным. – Он зовёт меня.

Алина сжала руку сестры:

– А если это ловушка?

– Если бы он хотел нас убить, – младшая сестра улыбнулась, – он бы уже это сделал. Пойдёмте!

Они двинулись по тропе. Чем дальше они шли, тем чаще встречались следы чего‑то древнего: камни с высеченными символами, обломки колонн, покрытые мхом. Некоторые знаки повторяли узоры на руке Эзра, другие были перечёркнуты глубокими царапинами.

– Странно, – Алина коснулась одного из перечёркнутых символов. – Почему кто‑то их уничтожал?

Младшая сестра, которая до этого делала вид, что не обращает внимания, быстро зарисовала знаки углём на клочке бересты, спрятанном в кармане.

– Может, это просто время, – бросила она через плечо. – Или животные.

У края тропы, под корнями огромного дерева, что‑то блеснуло. Эзр наклонился и поднял медальон на тонкой цепочке. В центре его был выгравирован тот же узор, что и на его руке.

Как только он взял его, лес снова ответил. Ветви склонились к нему, листья зашелестели, словно переговариваясь.

– Дай сюда, – младшая сестра ловко выхватила медальон и застегнула его на шее. – Я сохраню. Вдруг это ключ?

Эзр хотел возразить, но не успел.

– Идёмте, – позвала она, уже шагая вперёд. – Тропа не будет ждать вечно.

Группа двинулась дальше. Только Имаад на мгновение остановился, обернулся и прислушался. Где‑то позади, в глубине леса, раздался короткий, резкий смех – будто кто‑то наблюдал за ними и остался доволен увиденным.

Глава 9 «Цвет волос и цвет судьбы»

Группа продвигалась вглубь леса в сопровождении пятерых проводников. Те уверяли, что знают безопасное место для отдыха – поляну с родником и укрытием от ночных тварей.

Калиб, старший сын Кейна, шёл рядом с мужчиной, у которого на висках уже пробивалась седина. Тот изредка бросал взгляды на медальон, висящий на шее младшей сестры, но тут же отводил глаза.

– Скоро будем на месте, – произнёс седовласый проводник. – Там и отдохнём, обдумаем дальнейший путь.

Имаад, младший сын Кейна, хмуро оглядывался по сторонам. Тропа, по которой они шли, была слишком ровной, слишком удобной для этого дикого леса.

– Почему здесь нет ни упавших деревьев, ни зарослей? – тихо спросил он у Алины.

Та пожала плечами:

– Может, проводники расчищают путь?

– Или кто‑то расчистил его специально для нас, – пробормотал Имаад.

Эзр шёл позади, прислушиваясь к разговору проводников. Он уловил обрывок фразы:

– …когда дойдём до поляны, тогда и решим…

Младшая сестра, заметив его настороженность, шепнула:

– Что не так?

– Они что‑то замышляют, – ответил Эзр. – Слушайте внимательно.

Когда группа вышла на широкую поляну, окружённую высокими деревьями, седовласый проводник широко развёл руки:

– Вот и место для отдыха! Располагайтесь.

Проводники начали расходиться, занимая позиции по периметру поляны – не как люди, готовые помочь, а как те, кто готовится к чему‑то.

Калиб шагнул к седовласому:

– Вы что‑то скрываете. Говорите прямо.

Тот вздохнул, и маска дружелюбия сползла с его лица:

– Мы должны были провести вас сюда. И остановить.

– Остановить? – переспросил Имаад. – Почему?

– Потому что вы идёте к сердцу леса, – вмешался другой проводник. – А те, кто туда попадает, не возвращаются. Или возвращаются… не такими.

Алина вздрогнула:

– Откуда вы знаете про сердце леса?

Седовласый усмехнулся:

– Мы с другого острова. И знаем, что этот лес не любит чужаков. Особенно тех, чьи волосы несут знак.

– Знак? – переспросила младшая сестра.

– Тёмные волосы с необычным отливом, – пояснил седовласый. – У вас – чёрный с синим, у неё – тёмно‑каштановый с рыжиной. На нашем острове таких называют «помеченными». Их изгоняют, потому что они могут пробудить силу леса.

Эзр сжал кулаки:

– Значит, вы знали о нас ещё до встречи?

– Конечно, – кивнул седовласый. – Мы были посланы, чтобы не дать вам дойти до сердца. Но если вы всё же решите идти… – он сделал паузу, – нам придётся вас остановить.

Имаад шагнул вперёд:

– Вы говорили, что проводите нас к месту отдыха. Лгали с самого начала.

– Мы выполняли приказ, – холодно ответил проводник. – И продолжим его выполнять.

Один из проводников вышел вперёд, преграждая путь к тропе, ведущей вглубь леса. Остальные тоже сдвинулись, блокируя все выходы с поляны.

Калиб положил руку на рукоять ножа:

– Вы не понимаете. Мы не можем повернуть назад. Нас изгнали не просто так. Мы должны узнать, что значит этот знак.

Седовласый покачал головой:

– Тогда нам придётся сражаться.

Но в этот момент медальон на шее младшей сестры вдруг засветился, и лес ответил: ветви деревьев зашевелились, листья зашелестели, словно переговариваясь.

– Смотрите! – воскликнул Имаад, указывая вглубь леса. – Тропа!

Там, где только что была густая чаща, теперь виднелась узкая тропа, усыпанная серебристыми листьями. Она манила вперёд, прочь от поляны и от проводников.

– Это лес показывает нам путь, – сказал Эзр. – Он зовёт нас.

Седовласый проводник побледнел:

– Невозможно… Он не должен был…

– Он выбрал нас, – твёрдо произнесла Алина. – И мы пойдём.

Группа, не дожидаясь реакции проводников, шагнула на новую тропу. Деревья сомкнулись за их спинами, скрывая от преследователей.

Последний, что они услышали, был голос седовласого:

– Вы ещё пожалеете, что отвергли нашу помощь…

Но тропа вела их всё глубже, и шёпот леса звучал теперь не угрожающе, а ободряюще – будто кто‑то давно ждал их прихода.

Глава 10 «Тени под луной»

Группа наконец‑то оторвалась от проводников. Лес, будто живой щит, сомкнул за ними ветви – ни шороха, ни тени преследователей.

Все выжившие шли вместе:

Калиб – настороженно оглядывается, рука на ноже;

Имаад – подросток, сжимает в ладони камешек‑оберег, подаренный матерью;

Алина и младшая сестра – держатся за руки, стараясь не отставать;

Кейн отец Калиба и Имаада – идёт впереди, внимательно изучает следы на земле;

мисс Далтон – замыкает строй, время от времени оборачивается, будто что‑то слышит;

Эзр – держится чуть в стороне, его узоры на руке слабо мерцают в предзакатном свете.

Поляна с родником стала их временным убежищем. Вода чистая, воздух тёплый – впервые за дни пути можно выдохнуть.

– Мы в порядке, – говорит мисс Далтон, доставая сухпайки. Её пальцы машинально тянутся к блокноту в кармане – привычка записывать всё важное. – Но отдыхать недолго. Ночь близко.