Это может случиться с каждым

Денис Войтов

Это может случиться с каждым

Глава 1

Новый город, чужие стены

Фотография стоит на подоконнике криво. Оксана выравнивает её, потом ещё раз, но рамка всё равно клонится влево — подоконник не идеальный, чуть вздутый с одного края, краска на нём облупилась и свернулась.

Она оставляет всё как есть.

На снимке трое. Или двое. Плохая плёнка, плохой свет, лица размыты так, что их почти не разглядеть, только очертания, тени, намёк на улыбки. Оксана и сама не всегда уверена, кто там стоит справа. Она помнит только, что это было лето и что пахло жареным мясом откуда-то со стороны соседнего двора. Больше ничего конкретного.

Снимок — единственная вещь, которую она поставила сразу, не раздумывая. Всё остальное пока лежит в сумке.

Комната небольшая. Оксана обходит её за семь шагов — она считала, пока шла от двери к окну. Обои когда-то были белыми, потом стали серыми, потом кто-то попытался их обновить, но только до половины стены, так что снизу серые, сверху желтоватые, с разводами. В углу, где батарея, обои вздулись пузырём и надорваны. Кто-то уже пытался его разгладить: рядом видны следы клея, засохшего и потемневшего.

Кровать скрипит. Оксана узнала об этом в первые же полминуты, когда поставила сумку на краешек матраса. Звук такой, что, наверное, слышно в соседней комнате. Она убрала сумку на пол.

Пахнет здесь чужим мылом — хвойным, дешёвым. Наверное, прежний жилец пользовался им до конца, до последнего дня. Оксана открывает форточку. Снаружи тянет выхлопным газом и чем-то жареным — кафе напротив, судя по вывеске. Форточку она прикрывает, но не до конца.

Чемодан стоит посреди комнаты. Оксана смотрит на него несколько секунд, потом расстёгивает молнию и начинает с книг.

Их семь штук. Она берёт самую потрёпанную — «Убийство Роджера Экройда», переплёт держится на двух нитках скотча, корешок читается с трудом — и ставит на полку над столом. Потом ещё одну. Потом ещё. Книги встают ровно, одна к другой, плечом к плечу. Это единственное, что сразу встаёт на место, без усилий, без подгонки. Оксана некоторое время смотрит на полку.

Всё остальное пойдёт куда-нибудь. Одежда в шкаф, зарядки в ящик стола, мелочи по полочкам. Разберётся. Не сейчас.

Она садится на кровать. Кровать отзывается протяжным скрипом, будто жалуется кому-то невидимому. Оксана сидит не двигаясь.

За стеной кто-то ходит. Тяжёлые шаги, медленные, туда-сюда. Потом стихают. Потом снова, уже в другом направлении. Потом телевизор, приглушённо, не разобрать слов, только интонации: диктор говорит что-то монотонное и уверенное.

В коридоре хлопает дверь. Оксана вздрагивает чуть-чуть, почти незаметно. Голоса — два, мужской и женский, — проходят мимо и гаснут где-то в глубине дома.