Трещина

На лавках вдоль стен сидели люди. Я узнал некоторых: соседка Марфа, что заходила к нам утром; дядя Егор, кузнец, с перевязанной рукой; тётка Зоя, у которой пропал муж в плавнях; ещё несколько мужиков и баб, чьи лица сливались в серую, усталую массу. Все они смотрели на нас — не приветливо, не враждебно, а как-то отстранённо, будто мы были не живыми людьми, а тенями, которых впустили в дом по ошибке и теперь не знали, что с ними делать.