Дорога домой

- Вон там библиотека, - указал на дверь Артем.

- А ты откуда знаешь? – спросила Ника. В глазах Надин читался тот же вопрос.

- Мне Дом сказал, - пожал плечами парень.

- А он часто с тобой говорит?

- В основном только по делу, когда я не знаю, что мне делать в доме.

- А насчет внешнего мира он ничего не говорил?

- Нет, не говорил. Он мне дает советы только по внутреннему устройству дома.

- А он тебе не рассказывал, кто он и как сюда попал?

- Нет, - соврал Артем. Ему это не хотелось, но он решил, что это не ложь. Просто он не скажет всей правды. Это немного успокоило его.

- Ничего себе! – присвистнув, сказала Ника.

- Ты чего? – следом за ней вошла Надин, а последним был Артем.

И тут они поняли, что вызвало такой восторг у Ники. Они вошли в просторную комнату, где вдоль стен стояли рядами высокие стеллажи с книгами. Книги были старые, в потёртых кожаных переплётах, с золотым тиснением на корешках, и некоторые из них выглядели настолько древними, что, казалось, рассыплются в пыль от одного прикосновения. Запах старой бумаги, воска и чего-то травяного наполнял комнату, создавая атмосферу давно забытой библиотеки.

В самом центре расположился гигантских размеров письменный стол. Он был настолько большим, что нельзя было дотянуться до другого края столешницы, даже если сильно наклониться. Массивные ножки из тёмного дерева уходили в пол, а сама столешница была покрыта зеленым сукном. На ней стояли обычные, на первый взгляд, канцелярские принадлежности — но для Артема и Ники они были чем-то из другого мира. О многих из них Артем даже не слышал.

Тут были чернильницы из тяжёлого стекла с узорами, перья для письма, которые нужно было макать в чернила, сургучные печати с выгравированными гербами, линейки из слоновой кости, лупы в латунных оправах, стеклянные пресс-папье в форме животных и мифических существ. Всё это выглядело настолько необычно и старомодно, что для ребёнка XXI века такие предметы были бы экспонатами в музее, который уже лет сто никто не посещал.

Ника ходила вокруг стола, разглядывая каждую мелочь с восторгом и любопытством. Она бережно трогала перья, рассматривала узоры на чернильницах, пыталась понять, как работают сургучные печати. Артем стоял рядом и тоже не мог оторвать глаз — всё это было настолько чужим и одновременно красивым, что захватывало дух. Он чувствовал себя путешественником во времени, попавшим в эпоху, где письма писали от руки, а каждая мелочь на столе имела свою историю и назначение.

— Смотри, — прошептала Ника, указывая на перо. — Это же настоящее перо! Как в летописях описывают!

Артем кивнул, не отрывая взгляда от стола. Он понимал, почему Ника была в таком восторге. Для неё, выросшей в мире экранов и кнопок, всё это было настоящим чудом. И, честно говоря, для него тоже.

- Ух ты, сколько здесь всего! – девушки в один голос завизжали и столпились возле стола. Они брали разные предметы и о чем-то перешёптывались. Артем не знал, о чем они говорили, но он заинтересовался книгами. Они привлекали его не только тем, что в них можно было узнать много интересного, но и корешками с обложками. Петрик с любопытством рассматривал стеллажи и изучал картинки. Надписи были на непонятном ему языке, так что читать было бессмысленно. Он открыл одну книгу и поставил ее назад на полку: в ней не было картинок, а только одни сплошные «каракули».

Артем подошел к креслу, которое стояло возле стола. Оно было классным и манило к себе, поэтому он с удовольствием плюхнулся в него. Петрик-старший, то есть отец Артема, работал дома, и у него было точно такое же кресло. И вдруг его осенило: эта комната со всеми ее книгами, столом и этим креслом ему что-то напоминало. И сейчас он вспомнил, что папа очень часто жаловался, что ему очень неудобно работать в общей комнате. Он все время мечтал о кабинете. Когда Артем спросил у него, что такое «кабинет», он ему описал как раз что-то наподобие этого. Или Артем так себе «навоображал» о нем.

По всей видимости, Дом опять воспользовался своими способностями к телепатии и выудил из анналов памяти эти образы и по ним воссоздал библиотеку. Такой кабинет наверняка понравился бы отцу Артёма — здесь он мог бы писать свои лучшие произведения. Здесь бы ему было спокойно и легко работать. Книги, которые писал отец Артема, были и так очень интересные. Они были одни из тех книг, которые Петрик читал с большим удовольствием. Возможно, именно от отца он унаследовала такое богатое воображение.

Артем сел за столом с важным видом, облокотившись на него. Так делали босы мафии или важные «шишки», когда в их кабинетах проходили важные собрания. Он почувствовал себя как-то по-особенному, и поэтому сделал серьезное выражение лица и произнес, сильно понизив голос:

- И так, господа, начнем! – девушки на него странно посмотрели.

- Ты чего? – осторожно спросила Надин, в глазах Ники то же стоял немой вопрос.

Артем улыбнулся – это оказалось очень забавным:

- Да просто решил почувствовать себя большим боссом, - мечтательно произнес он.

-Что такое «босс»? – Надин была немного обеспокоена.

- Да ты что, не знаешь, что ли? – толкнула ее в бок локтем Ника, - это очень крутой дядька из Внешнего Мира. Я про них читала: они продавали виски и играли в карты. Правильно?

- Ну, типа того, - уклончиво сказал с улыбкой на лице Артем. Ему было забавно видеть, как аборигены рассуждают о его мире с видом знатока, но никогда там не были.

- А стол действительно замечательный, - Артем погладил зеленое сукно на поверхности стола, - моему отцу бы понравилось. За таким приятно было бы ему работать.

- А кем он у тебя работает? – спросила Ника.

- Писателем-фантастом, - ответил Артем.

- А кто это?

- Человек, который пишет про выдуманные миры. Если бы я тоже взялся писать книгу о своих приключениях здесь, то для читателей в нашем мире это была бы фантастика. То есть они думали бы, что ничего из всего этого не существует.

-А зачем писать ложь? – Надин, как всегда, была сама прямолинейность.

- Почему ложь? Это вымысел, а не ложь.

- А какая разница?

- Ложь – это, когда хотят обмануть, а про вымысел все знают, что это неправда. В этом и есть смысл: мечтать.

- Глупое занятие, - фыркнула Надин, а вот Нике это понравилось: она с большим удовольствием слушала Артема.

- Что ты такое говоришь? – возмутилась она, - у нас то же есть такие книги. Вот, например.

Ника достала с полки объемную книгу с ярко разукрашенной обложкой. На ней были нарисованы какие-то необычные звери, люди и разные создания. Надпись, разумеется, Артему ничего не говорила.

- Что это за книга?

- «Сказки Великой Пустоши», торжественно прочитала называние Ника, - я помню, как мама читала мне их перед сном. А тебе разве их не читали лет 100 назад?

Надин, которой был адресован этот вопрос, только поморщила нос. Эта тема явно была ей не по душе. По всей видимости, она была практичным и прямым человеком. Всегда говорила все прямо в глаза и не любила мечтать. Как позже рассказала Ника, с самого детства отец внушал ей, что сказки для слабаков. Что нужно быть сильным и упрямым, чтобы добиться в жизни того, чего хочешь. И это стало ее принципом по жизни, которую для нее выбрал отец.

- А ты можешь прочитать одну сказку или рассказать? – попросил Артем.

- Ну, я не знаю, - протянула Ника, - есть ли у нас время.

- На это время всегда есть, - твердо сказал Артем.

- Ну, тогда хорошо, - Ника положила книгу на стол и села на стул. Она открыла ее и стала листать.

- Какую бы сказку прочитать? – бормотала она в пол голоса, - а вот, нашла. Эта была одна из моих самых любимых сказок: «Зверобой и Бес». Хотя…

Ника вопросительно посмотрела на Артема. Все вокруг при упоминании бесов почему-то так глядели на него. Однако, эта опека начинала ему уже надоедать. Надо было бы сказать им, что он не вспоминает о встрече с бесом каждый раз, как о нем говорят.

- Вполне подойдет, - успокоил ее Артем, - тема бесов мне очень даже интересна. Я хотел бы больше о них узнать.

- Тогда тебе нужна энциклопедия, а не глупая сказка, - пробурчала Надин.

- Да нет, мне сказки тоже нравятся. Энциклопедию я все равно не смогу прочитать, - сказал Артем, - ну надо же с чего-то начинать изучать этот мир. Сказка как раз подойдет для этого.

Сейчас он все больше и больше хотел научиться читать на местном языке. Он не знал, какие знания ему даст местная «школа», поэтому он подумал, что самообразование не такая уж и плохая штука. Хотя он никогда особо не хотел учиться.

- Ну, так я начинаю или выберем другую сказку? Или, может быть, ты почитаешь нам энциклопедию? – съехидничала Ника.

- Как хотите, - безразлично ответила Надин, но было видно, что она явно злилась на Нику.

- Вот и отлично! – хлопнул в ладоши Артем, - только давайте переберемся в гостиную: там удобнее будет слушать.

Девушки согласились с ним, и они отправились в обратный путь через холл и кухню. В гостиной они разместились на диване, причём Ника села посередине, чтобы и Надин, и Артём могли видеть картинки, которыми изобиловала книга.

- «В Великой Пустоши», - начла читать Ника, - «всегда было полно бесов и другой нечисти. Они изводили путников, которые хотели сократить путь через их земли. Те немногие, которые выживали после встречи с этим чудовищем, не могли связать и нескольких слов, поэтому никто не знал, как они выглядят. И все страдали от этого, но никто ничего не мог сделать. Слишком большую силу имеют бесы, чтобы с ними сразиться, действуют они скрытно. Обычно человек и не подозревает, что за ним охотиться нечисть, пока не будет слишком поздно.

Но жил на границе с Великой Пустошью один земледелец по имени Зверобой. Дали ему такое имя за то, что кроме всего прочего, он был искусным охотником. И славился он своим умением по всей округе. И была у него дочь по имени Диана, девочка тридцати лет. В своем юном возрасте она уже была очень хороша собой и добра душой. Однажды она ловила бабочек возле дома и забрела далеко в Великую Пустошь. А близко подойдя к жилищу беса, она попала к нему в лапы. Он запер ее в развалинах замка, в которых жил. Она сидела в глубоком подземелье, а бес питался ее страхами. Ведь всем известно, что дети боятся всего на свете, а это бесценная пища для этой твари.

В это время Зверобой был на охоте пять дней. Когда он вернулся домой и не обнаружил дочери, стал ее искать по всей округе. Добрые люди, его соседи, сказали ему, что видели, как она уходит в Пустошь. Зверобой поспешил туда и 3 дня искал ее там, но без успеха. Он обшарил каждый куст и каждую расщелину, и многие замки. И вот, наконец, он добрался до тех самых развалин, где в заточении сидела его дочь. Но он не знал об этом, так как уже потерял всякую надежду увидеть свою дочь еще раз.

Диана обладала удивительным и очень редким среди людей даром – телепатией. Отец говорил, что она его унаследовала от мамы, которую Диана не помнила. Раньше она всегда знала, где отец, но не могла объяснить почему. По соседству с ними жила бабушка Юйи - очень уважаемая в их селении. Все ходили к ней за советом, и она с большим удовольствием всем помогала. Она говорила Диане и ее отцу, что нельзя рассказывать людям о ее даре. Это может привести к большим неприятностям. Зверобой с дочерью и так жили на отшибе у самой границе Великой Пустоши, и это вызывало много разговоров. А если бы в селении прознали о даре Дианы, то ее бы сочли за ведьму. А их считали помощниками бесов, и они, как правило, жили как раз на границе Великой Пустоши.

Но сейчас она не могла дать о себе знать ее отцу, так как бес ее сильно истощил. Она была жива исключительно благодаря своему дару: для бесов такие люди – лакомый кусочек, поэтому они не пожирают телепатов сразу, а растягивают удовольствие на многие дни и даже месяцы. В этом Диана уже успела убедиться, находясь в заточении в подземелье, усеянным костями и свежими трупами. От смрада она задыхалась и страдала. Она пролила столько слез, что глаза высохли и болели. Подземелье казалось ей бесконечным: видения, наводимые бесом, были ужасны. А под ногами хлюпала какая-то жижа, о которой Дина старалась не думать.

Зверобой же сразу понял, что в развалинах замка поселился злобный бес. Эти признаки он видел не однократно. Они позволяли обойти такие места стороной. Однако бесы могли отходить от места своего жилища на дальние расстояния в поисках добычи. Особенно если они голодали на протяжении нескольких месяцев.

Вокруг всего замка стояла темная аура, еле заметная глазу. Не искушенному человеку она покажется просто дымкой, но Зверобой знал – это верный признак присутствия беса. Это поставило его в тупик: ему не хотелось попадать в лапы к коварной твари, но он не был уверен, что его дочь сейчас не здесь. Это было рискованно, но он решил все же проверить и осторожно вошел в развалины. Он наделся, что бес все же ушел на охоту.

Вокруг стояла гробовая тишина, от которой звенело в ушах. Это означало, что он вошел в поле влияния беса. Но ничего не происходило: окружающий мир не менялся. А было это из-за того, что бес не заметил присутствие Зверобоя, так как был поглощен Дианой. Он для нее создавал самый искусные и отвратительные видения, на которые он был способен. От страха люди сжигали свое биополе и позволяли бесу питаться этой энергией: силой страха. А медиум-телепат для него был деликатесом.

А тем временем Зверобой беспрепятственно добрался до дверей подвала. Она была большая, окованная железом и выглядела неприступной. Но отцовское сердце все же подсказывало Зверобою, что ему нужно было туда попасть. Он сжал меч в своей руке, и попытался отворить дверь. С трудом, но ему это удалось. Он взял факел в руку и начал спуск вниз.

Лестница казалось бесконечной, а на стенах играли тени, отбрасываемые факелом. Беса никто никогда не видел вживую, поэтому он шарахался от каждого шороха. Несмотря на то, что Зверобой был очень храбрым охотником, перед этими тварями робели даже самые отчаянные смельчаки. Наконец, лестница кончилась, и его нога утонула в какой-то жиже. Когда он поднес факел, чтобы посмотреть, что это такое, его чуть не стошнило. У него под ногами плавали части человеческих тел. Здесь были и детские головки, и маленькие ручки. На поверхности этой жижи плавали глазные яблоки и внутренности.

Зверобой представил себе, что так же может выглядеть и его дочь. От этих мыслей ему стало еще хуже. Однако, он не хотел сдаваться и продолжил свои поиски, осторожно ступая по жидкому полу из человеческих тел. Пройдя совсем немного, он увидел свою дочь, лежащую на выступе. Он с радостью подбежал к ней, но она была без сознания. Он подхватил ее на руки и побежал назад. Когда он вынес ее на улицу, то обнаружил вместо дочери на своих руках разбухший труп. Он был весь зелено-синий и смердел. В ужасе Зверобой бросил его и отскочил назад. Но желание найти дочь превозмогла страх, и он спустился в подвал еще раз. Однако, каждый раз, когда он выносил, казалось бы, дочь, в его руках оказывался полуразложившийся труп.

С тех пор прошло уже не одно столетие, но люди говорят, что Зверобой до сих пор под влияние беса таскает трупы из подвала того замка. А его дочь до сих пор прибывает в плену страшных ведений, насланных мерзким отродием».

Ника закончила читать, и воцарилась тишина. Для Артема эта сказка была не похожа на те, которые ему читала бабушка в детстве (родители работали и были очень заняты, поэтому они с братом очень часто оставались на попечении их бабушки Аси). Финал истории произвел на него сильное впечатление.

- А у вас все сказки с печальным концом? – наконец спросил он.

- Ну почему? Есть, например, «Сказка Цветного Леса». Там главный герой погибает в бою.

- И что, здесь счастливый конец? – опять спросил Артем.

- Конечно, - удивленно ответила Ника, - это же лучше, чем вот так, всю жизнь трупы таскать.

- Ну да, - с сарказмом пробормотал Артем, но девушки это не поняли. Они занимались изучением книги, чтобы найти для него сказку со счастливым, по их мнению, концом.

«Ничего себе у них сказочки», - подумал Артем, - «это получается, что для них смерть – это счастливый финал. А жить долго и счастливо – это не про них?»

- Вот, нашла! – радостно воскликнула Ника, - «История сожжения Холма Подношения». Здесь никто не умирает и не страдает.

- А что за Холм и почему его сожгли? – с надеждой в голосе спросил Артем.

- Это было жилище черных гномов.

- Так их сожгли вместе с холмом?

- Ну да, - растерялась Ника, - но ведь они же не люди.

- Ну и логика! – вытаращил глаза Артем.

- А что здесь такого? – в свою очередь удивилась уже Надин, - а как сказки заканчиваются у вас?

- Ну, в большинстве случаях: жили они долго и счастливо. А у вас фильм ужасов просто какой-то.

- Но ведь такого в жизни не бывает! – воскликнула Надин.

- Но ведь это же сказка! – заспорил с ней Артем.

- Конечно, сказка, - ответила девушка, - поэтому сказки с «жили долго и счастлива» запретили. Они не несут ничего полезного для детей.

- Как так?

- Они не готовят детей к трудностям жизни, - учительским тоном сказала Надин.

- Но ведь это же сказка. В ней должна быть надежда! – Артем пытался до нее достучаться.

- А это, вообще, не позволительная роскошь в мире, где буквально все пытается тебя убить.

- Надежда умирает последней, - медленно проговорил Артем, - но, видно, к вам это не относится.

Он махнул рукой и отвалился на диване. Ему было сложно понять, но он пытался. Для этого он слишком мало знал этот мир, чтобы судить о его традициях. Он надеялся, что местная «школа» приоткроет занавес тайны, которой был для него окутан весь Дример.

- А можно дом осмотреть? – вдруг спросила Ника. Сразу было видно, что она просилась именно для этого.

- Можно, - ответил Артем, - но я не знаю с чего начать. Сейчас дом уже построился, если так можно выразиться.

- Построился?

- Как бы объяснить, - Артем закатил глаза в потолок, - Дом подстраивается к своему текущему хозяину, которым на данный момент являюсь я. Сейчас он создал все внутреннее пространство таким, как удобно мне.

- Что значит создал? – Ника с опаской оглянулась вокруг.

- Да ты не бойся, - улыбнулся ей Петрик, - это не так страшно, как звучит.

- Как ты узнал? – спросила Ника.

- Дом сказал.

- Он живой? – Ника аж подскочила с дивана, - я знала! Я всегда это знала! По-другому и быть не могло!

Девушка забегала по комнате, трогая предметы. Она брала их в руки и ставила назад, гладила руками стены. И даже прикладывалась к ним ухом, будто хотела что-то услышать.

- А он не местный, да? Прилетел сюда? – неожиданно остановившись, спросила Ника.

- Понятия не имею, - Артем пожал плечами.

- Прилетел-прилетел, - торжественно сказала Ника, - а мне еще никто не верил. Особенно ты.

Она ткнула пальцем в Надин и засмеялась. Это была минута торжества, которых в ее жизни явно не хватало. Она стояла и с победным видом смотрела на Надин, которая сидела на диване рядом с Артемом.

- Ух, и здорово же! А сколько здесь комнат?

- Вот эта комната. Кухня, библиотека, которая появилась сегодня. И минимум три комнаты наверху.

- Почему минимум? Ты не весь второй этаж изучил.

- Ну, я тогда очень устал и сразу пошел спать. Поэтому повернул на лестнице на право, там нашел три спальни и разместился в одной из них.

- Какой ты скучный?

- Ника! – возмутилась Надин.

- А ты зануда, - Ника показала ей язык.

Артем успокоился: все вошло в свое русло. Девушки уже не грызлись, а просто перебрасывались колкостями. Он не переносил скандалы, и чувствовал себя не в своей тарелке при этом. Любой конфликт для него был не переносим, поэтому он предпочитал ни с кем не ссориться. А во время споров всегда спешил уйти из комнаты. Но так как он здесь живет, то и деваться ему было не куда. Поэтому приходилось терпеть и надеяться, что это все быстро закончится.

Пока парень размышлял об этом, к нему вдруг неожиданно подошла Ника. С серьезным видом она наклонилась к нему и Надин. Они машинально приблизились к ней, а она притворно-заговорческим тоном прошептала:

- Пошли, пошаримся, - сказала она, с опаской оглянувшись, будто их кто-то мог подслушать.

- Что? – ребята во все глаза смотрели на нее.

- Пошли шариться! – во все горло заорала Ника.

- Ты чего? – спросила Надин.

- Дух приключений и исследований! – не унималась Ника.

- Хорошо, - сказала Артем, вставая с дивана, - пошли. Я думаю, Дом сделает для нас что-нибудь необычное.

- Для вас подготовлен целый этаж, - прокомментировал его слова незримый дворецкий.

- Вот и отлично. Пошли, - поманил рукой девушек Артем.

Вся торица прошла через кухню в холл и поднялась на верхний пролет лестницы. Они стояли в нерешимости, не зная, куда им идти.

- Куда, ты говоришь, пошел, - спросила Ника.

- На право.

- Тогда пойдем налево, - решительно сказала девушка и стала первой подниматься по ступенькам. Артем и Надин пошли следом, с любопытством вытягивая шею в надежде быстрее увидеть второй этаж.

На этот раз ребят встретил не холл, а коридор. Он был длинным, но не бесконечным: в конце виднелось окно. По стенам шла длинная вереница дверей. Они были распложены так близко друг к другу, что казалось, что комнаты должны быть очень маленькими. Двери были абсолютно одинаковыми и не отличались друг от друга. Ребята подошли к ближайшей и открыли ее.

За ней оказалась спальня. При этом она выглядела так, будто её перенесли прямо из экранизации романа о каком-нибудь средневековом короле. По крайней мере, кровать в этой комнате была королевских размеров — настолько огромная, что на ней свободно могли бы разместиться человек пять, и всем хватило бы места. Каркас был выполнен из тёмного дерева с резными узорами: по изголовью вились тонкие линии, напоминающие виноградную лозу, а по бокам поднимались высокие столбики, поддерживающие полог.

Полог был из какой-то очень тонкой и, видимо, очень дорогой ткани. Он струился с потолка полупрозрачными волнами, слегка колыхаясь даже от малейшего движения воздуха. Цвет его было трудно определить: при свете из окна он казался серебристо-серым, но стоило повернуть голову — и ткань отливала то голубым, то лиловым, то едва заметным золотом. Артем невольно протянул руку, чтобы коснуться её, но остановился, вспомнив, что здесь даже обычные вещи могут таить в себе что-то необычное.

Остальная мебель была не менее роскошной. Сделана она была вся из дерева, но из какого — Артем не мог сказать с уверенностью. Не то дуб, не то липа, не то кедр или лиственница. Те деревья, которые он встречал в этом мире, не были похожи на известные ему виды: их древесина отливала тёмно-красным, почти бордовым оттенком, а на срезах проступали тонкие светящиеся прожилки, словно внутри дерева текла не смола, а расплавленный янтарь. Судя по виду, в его мире такая древесина была бы бесценна. Но здесь, как он понял, действовали совсем другие законы, и судить о чём-либо ему было не с руки — пока он не попал в «школу». Никогда в жизни он так сильно не хотел попасть в школу.

Спальня оказалась гораздо больше, чем выглядела из коридора. Пространство тянулось вглубь, и Артем даже не сразу понял, где заканчивается комната. Втроём ребята осмотрели её очень быстро: ничего особо интересного они в ней не нашли. Здесь было много необычных вещей — резные сундуки у стен, высокие шкафы с резными дверцами, зеркало в тяжёлой раме, покрытой патиной времени, — но всё это казалось скорее красивым, чем загадочным. Артем чувствовал лёгкое разочарование: он ожидал чего-то большего, чего-то, что заставило бы его замереть, как это было с садом за окном.

Они отправились дальше в надежде найти что-нибудь более уникальное. Это же всё-таки был не простой дом — этот умел удивлять. И Артем был почти уверен: где-то в его глубинах ждало то, что заставит его забыть обо всём, что он видел до сих пор.

Спальня оказалась гораздо больше, чем им выглядела из коридора. Втроем ребята ее осмотрели очень быстро: ничего очень интересного они в ней не нашли. Здесь было очень много необычных вещей, но они отправились дальше в надежде найти что-нибудь более уникальное. Это же все-таки был не простой дом – этот умел удивлять.

В следующих комнатах происходило путешествие по разным эпохам истории. Это были вещи не только из мира Артема, но и из других мест. Многие из них ни девушки, ни Петрик не узнавали, а это могло означать только одно: они были из других миров или эпох, не известных ребятам.

За дверями скрывались не только комнаты, там были целые локации. Здесь встречались сады, леса, поля, засеянные пшеницей, овсом или чем-то не понятным. Ребята прошли путь от горных вершин до берега океана и обратно. Оказавшись на пляже, Надин была в восторге: наконец, сбылась ее заветная мечта. Вода была настолько теплой и приятной, что ребята решили искупаться. Однако, выяснилась, что у девушек не было купальников, а у Артема – купальных трусов.