Андерсон

– Быть может в тот день вы были заняты, не смогли быть возле телефона когда звонил Ник, а после пропажи были слишком заняты его поисками.

– И у вас не было времени и возможности проверить пропущенные звонки. – Дополнил Андерсон.

– Именно, детектив, так давайте сейчас проверим телефон.

Цоканье каблуков шерифа раздавалось по всему дому, его медленные шаги заставляли всех присутствующих чувствовать небывалое напряжение. Уже стоя перед телефоном, когда рука шерифа тянулась к мобильнику, можно было увидеть непроизвольное подергивание кончиков пальцев, шериф боялся, даже за тридцать лет на полицейском посту не приходилось ему сталкиваться с такими делами. Желая сохранить лицо он развернулся и сделал длительный грубый выдох.

– Детектив, я считаю что из-за вашей должности, именно вам стоит заниматься расследованием, а не мне.

Андерсон встал с дивана и с каменным лицом стал подходить к телефону. Включив список пропущенных звонков, он стал озвучивать время и дату.

– Сегодня, на сколько я помню воскресение, 15:07, по скольку в ту ночь, когда Ник исчез, это было неделю назад, то есть тоже в воскресение. Скажите, шериф, вы, как человек, проживший в этом городе всю жизнь, наверняка знаете часы и дни работы всех ресторанов в городе, так вот, много ли ресторанов, или кафе, работающих по выходным?

– Я знаю два, но я не уверен что Ник был со своим другом именно там.

– Значит, если он выехал из дома примерно в 20-21 час, то для ближайшего кафе от сюда ехать примерно час-полтора, значит ли это, что твой брат должен был вернутся домой, примерно, в 23 часа, либо полночь?

– Наверное да, – сказала Пэтти.

– И то, это в самом быстром случае, скажите, шериф, не помните ли вы какая погода была в тот вечер?

– Насколько я помню было снежно, да, даже был гололед, – рассуждал шериф Томаш.

– Да, я тоже помню снег и гололед на улицах, много машин попали в аварию. – дополнил Майк.

– Хм, а воды в реках и озерах замерзали? – поинтересовался Андерсон.

– Если только небольшой слой, я бы не сказал что погода была настолько холодной, что лед был бы десять или хотя бы пять сантиметров.

– В любом случае машина проломила бы тот лед, но значит ли это, что лед был в реке тоньше обычного?

– К чему вы клоните, детектив? – Наконец заговорила Пэтти.

– Пока что, это лишь теория, но если лед в реке, глубокой реке, не успел сильно заморозиться, а мы и не отрицаем возможности что его и вовсе не было, по скольку вы не помните наверняка, то вполне возможно, что и гололеда в тот вечер не было. Вот вспомните также следы шин (Пэтти закрыла лицо ладонями), извини Пэт, это важно, эти следы были ровными, а соответственно Ник не пытался это предотвратить, машина просто ехала прямиком в реку.

– Хотите сказать что это было самоубийство? Мой брат никогда бы не пошел бы на такое! – воскликнула Пэт.

– Нет-нет-нет, я пока ничего такого не говорю, мы не исключаем возможности что…

Входная дверь открылась, домой пришли родители Пэтти и Ника.

– З-Здравствуйте, я увидела полицейскую машину… Шериф Томаш? – сказала мать.

– Да, Миссис Кэтрин, это новый детектив Питер Андерсон, он расследует дело вашего сына, мы приехали чтобы задать вам пару вопросов и…

– Нет, пожалуйста, мы так устали от этого всего, мы… Мы просто не готовы к дополнительным вопросам… Извините.

– Тем не менее мы здесь, мы очень близки к разгадке, так что пожалуйста, помогите нам в расследовании.

– Мы правда не можем. – сказал отец семейства.

– Наивно полагать что мы уйдем из-за просьбы, мистер и миссис Дениелс.

Повисла гробовая тишина, все еще открытая уличная дверь вносила холод в дом, из-за чего в нем было еще труднее находится.

– Ладно, мы согласны, только потом вы должны сразу уйти.

– Конечно мы уйдем, не волнуйтесь. – успокоил Андерсон.

– Детектив Андерсон, вы бы могли продолжить свою версию о том что могло произойти? – спросил Майк.

– Ах да, насчет произошедшего, раз там не было льда, не в реке, не на дороге, то логично было бы предположить что это был несчастный случай, в котором, я не знаю, Ник мог уснуть в машине, либо заранее спланированное действие. – рассуждал Андерсон.

– Ложь! – выкрикнул отец, Роджер.

– Роджер, в ваших же интересах сейчас помалкивать, не забывайте что прямо сейчас вы в одной комнате с шерифом, детективом и чертовым полицейским стажером. – спокойным голосом сказал щериф.

– Роджер, мы понимаем что у вас у всех произошло много всего на этой неделе, и поверьте, мы делаем все возможное чтобы найти причину тех событий. – успокаивал Андерсон.

– Итак, давайте же наконец прослушаем записи звонков, Майк, напомни в какую дату и время Ник мог звонить сюда?

– В ночь с двадцать девятого по тридцатое ноября, либо в ночь с тридцатого ноября по первое декабря, сэр. – ответил Майк.

– Нашел, один звонок, в период с 22:20 по 22:21, включаю:

– Сейчас около 23 и я еду домой, у меня небольшие проблемы с машиной и… э-эм, в общем я буду дома примерно через минут 40 или около того, я сильно вымотался.

Теперь напряжения в доме не было, лишь грусть, тоска и чувство вины, родители Ника и Пэтти понимали, что если бы ответили, или хотя бы перезвонили, то возможно они смогли бы избежать той трагедии; теперь же им оставалось надеяться лишь на чудо – что Ник выжил и сейчас выживает в лесу, по которому проходит река, конечно, пережить погружение в ледяную воду возможно, но только если потом сразу ехать в больницу или хотя бы накрыться чем-нибудь и согреться, но по скольку его ищут уже около недели, то шансы выжить близки к нулю, и все это понимали, но не переставали надеяться, ведь любовь – это всегда надежда, а не смирение.