Погоня за судьбой. Часть III. Падение и Расплата

Колонна машин медленно подползла к закостеневшему наслоению вулканических отложений. Дальнейший путь лежал через лавовые поля.

Швырнув в рот пару таблеток влагоконцентрата, я открыла дверь и спрыгнула на камень. Рядом, изнывая от жары, возник Оливер. Бойцы Эмиля, рассевшись на крышах вездеходов, пытались поймать хоть дуновение в безветренной духоте.

Ко мне подошёл сам Эмиль, уперев руки в бока.

— Каков план, госпожа консультант? — Его взгляд был устремлён вдаль, на полосу раскалённого марева.

— Нужно спешиться, в машинах останутся только водители. Вперёд пустим дозор, а остальные отправятся следом, когда дозорные дадут добро. Пойдём колонной. Неспеша, но без лишних остановок.

Поднявшись на базальтовый выступ, я с досадой хлопнула себя по лбу.

— Вот же растяпа! Надо было захватить с собой акустический толщиномер.

— Несомненно, — с лёгкой усмешкой протянул Эмиль. — Но, раз уж его нет, будем держать ушки на макушке и сторониться открытой лавы… Дженкинс, Иванов! — Он повернулся к паре бойцов. — Видите вон ту сопку?

— Так точно! — Те, щурясь, подошли ближе.

— Наша цель – там. Вы пойдёте авангардом, мы – за вами на дистанции полкилометра. При малейшем подозрении на угрозу – звоните во все колокола.

Наёмники взобрались на чёрный неровный монолит и, громко стуча по нему армейскими ботинками, зашагали прочь. Я постояла, наблюдая, как их отдаляющиеся силуэты пляшут в мареве, включила коммуникатор и скомандовала водителям:

— Ребята, приспускайте колёса. Софи, твой вездеход – сразу за нами, потом двое пеших, потом Крис, ещё двое и Герберт. Остальные – замыкают.

Вскоре, дождавшись сигнала от разведчиков, мы с Эмилем тронулись в путь. С шипением из шин стал выходить воздух, машины начали оседать. Первый вездеход неспешно пополз за нами. На уши привычно давил ультразвуковой шум эмиттеров, очертания идущих впереди бойцов извивались в перегретом воздухе, а жар от поверхности пробивался прямо сквозь подошвы. Казалось, ещё немного – и ботинки начнут плавиться прямо на ногах.

Глава IV. Жара

Шаг за шагом, словно по раскалённым углям, мы приближались к цели. Рокот вездеходов позади был единственным звуком, нарушавшим гнетущую тишину, пока авангард не растворился в дымке, искажённой струями горячего воздуха.

— Дженкинс, доложите обстановку, — бросил в рацию Дюпре.

— Всё чисто, выходим к сопке. — Голос в динамике трещал от помех. — Пустили вперёд дрон… В котловине следы лагеря, но ни души… Зато здесь тенёк, можно отдышаться.

Справа зияла овальная яма диаметром в полсотни метров, наполненная клокочущей красно-жёлтой жижей. Слева поверхность уходила под уклон к подножию каменистого холма – выглядело безопасно. Главное – держаться левее… Подальше от этой чёртовой пропасти. Всё здесь, от вида этой лавы до самой миссии, вызывало у меня глухую тревогу.

— Если хочешь знать, Волкова, брать на задание гражданских – худшая идея, — проворчал Эмиль Дюпре, сдвигая кепку пониже на глаза. — И дело не в выучке, а в дисциплине. В голове.

— Считай это довеском к машинам, — пожала я плечами.

Эмиль лишь тяжело вздохнул и прибавил шаг.

Жар плавил воздух и слепил – даже сквозь солнечные очки. Пот ручьями стекал по лицу, но впереди уже вырисовывался пологий подъём, переходящий в расщелину меж двух скальных выступов. Правый пик, высокий и острый, как обломанный зуб, и был нашим ориентиром. У входа в ущелье маячили две крошечные фигуры дозорных. В рации снова затрещал Дженкинс:

— Наблюдаем две палатки. Два багги. Похоже, временный лагерь наших ребят. Никого нет, много разбросанных вещей вокруг…

— Принял, — откликнулся Эмиль. — Мы уже близко.

Сзади раздались отрывистые крики, а следом – оглушительный треск, звук ломающегося базальта. Я резко обернулась: средний тягач своей массой проломил чёрную корку, его передние колёса провалились в зияющий провал. Из разлома с шипением вырывался раскалённый пар, словно джинн, освобождённый из тысячелетнего заточения.

— Прочь от края! Трещины пошли! — завопил кто-то.

Люди бросились врассыпную. Тягач Криса, взревев двигателем, рванул назад. Прицеп завернуло в сторону, а сама машина с оглушительным хрустом осела набок. Раздался громогласный хлопок – шина, угодившая в магму, взорвалась.

— Крис, прыгай! — крикнула я в рацию. — Бросай машину! Её уже не спасти!

Вместо того, чтобы выбираться, Крис вывернул колёса и вдавил газ. Из выхлопной повалил чёрный дым, транспортёр просел ещё глубже, мотор захлебнулся и вспыхнул. Дверь «Зубра» распахнулась, и в дрожащем мареве, среди языков пламени, показалась фигура водителя. Бойцы метались у самой кромки, крича и беспомощно размахивая руками. Я рефлекторно рванулась вперёд. Но как подобраться?! До него два метра кипящей смерти! Давай, прыгай, ты ещё можешь!

Цепляясь за скользкий борт, Крис оттолкнулся, приземлился на самый край – и кромка под ним обломилась. Его крик, пронзительный и нечеловеческий, на секунду взрезал воздух и так же внезапно оборвался. Оранжевая жижа с шипением приняла тело, и через мгновение на поверхности не осталось ничего – лишь булькнул единственный пузырь. Словно Криса и не было никогда.

Я оцепенела, не в силах оторвать взгляд от колышущейся поверхности, поглотившей человека за мгновение. Крики бойцов доносились будто из-под толщи воды. Над ухом прорвался хриплый рёв Эмиля:

— Отцепить, быстро! Надо спасти прицеп!

У сцепки уже суетились наёмники, тщетно пытаясь высвободить шестиколёсный трейлер. Штырь был зажат с двух сторон – тонущим тягачом и сползающим прицепом.

Выйдя из ступора, я в три прыжка оказалась у сцепки. Жар из провала выжигал воздух, жадно поедая машину, и время истекало. Рубить? Нечем. Остаётся резать…

— Баки сейчас рванут! Уходи! — закричал кто-то. — Бросай железо, жизнь дороже!

Я задрала рукав, игнорируя окружающий мир, и плазмер со щелчком выскочил из паза. Мысленная команда – и ослепительная белая полоса впилась в раскалённый металл. Держась одной рукой за сцепку, я пилила массивную стальную скобу. Казалось, одежда вот-вот вспыхнет, а в голове в ритме сердца стучало: «Потерпи, не взрывайся, подожди…»

Сцепка с грохотом лопнула. Прицеп покатился по склону, а я, вцепившись в кронштейн, – вместе с ним. Над самым ухом рвануло, взрывная волна ударила в спину, столб пламени и чёрного дыма взметнулся к небу. Трейлер проехал ещё пару метров и замер, а я выдернула штырь, и обломки крепления со стуком упали на базальт. Рядом возник Эмиль и схватил меня за плечи.

— Ты с ума сошла?! А если бы ты туда угодила? Или если бы рвануло раньше?!

— Я испугалась, — честно выдохнула я. — Когда мне страшно, я творю дичь. Я рискнула не больше, чем Крис, который почти смог.

— Такими темпами не останется ни машин, ни довеска, ни сдачи, — стиснув зубы, прошипел Эмиль. — Ты больше не отходишь от меня ни на шаг, ясно? Пока не случилось очередное «почти».

— Не уверена. А твоим ребятам не помешало бы вспомнить, что они не на пикнике. Или силёнки от голода закончились?

Командир метнул на меня яростный взгляд, но сдержался. К нам подбежал боец.

— Капитан, Эриксон сильно обжёгся, ему нужна помощь.

— В третью машину, в кабину. Я за аптечкой… Софи, стой! — Эмиль замахал руками на приближающийся вездеход.

Началась суета. Раненого уносили, другие возились с прицепом, пытаясь приладить его к машине Софи. Эмиль ловко вскарабкался в кузов за медикаментами.

Я подошла к краю пропасти, вглядываясь в оранжевую пучину, доедавшую остатки тягача, словно надеялась увидеть чудо – живого Криса. Жижа выплёвывала короткие всполохи, таявшие в раскалённом воздухе, словно звёздные протуберанцы. «Вот тебе и простая доставка предмета, да, Альберт?», — подумала я с горечью. Мы ещё даже не дошли до точки, а уже потеряли двоих и машину…

* * *

Оставшийся путь до каменистого плато мы преодолели с ледяным спокойствием. Оказавшись на твёрдой почве, взобрались на броню и продолжили путь, сидя на раскалённом металле и обливаясь потом.

Мю Льва уже добралась до зенита и беспощадно била в темя прямо сквозь несчастную панамку. Мехапротезы раскалилась, обжигая плечи, и каждое движение припекало, словно меня погрузили в котёл с кипятком. Страшно представить, что было бы, если бы биотитан был выкрашен в матово-чёрный…

Расщелина вывела нашу колонну в небольшую каменистую низину, зажатую меж двух почти отвесных склонов. У подножия одного из них, прижимаясь к камням, в тени стояла большая бежевая палатка-призрак, а рядом – ещё пара поменьше. Тут же были брошены два багги с обвисшим брезентовым верхом. Двигатель одного из них был вскрыт, по пыльной земле в беспорядке разбросаны запчасти, словно кишки, а на камнях чернела масляная лужа. Признаков жизни не было, лишь возле палаток в пыли валялся мусор – детали, инструменты, пыльные салфетки, упаковки из-под влагоконцентратов и пищевых рационов.

Вездеходы встали. Бойцы задумчиво бродили по площадке в поисках следов, рассматривая землю и заглядывая в палатки. Попав наконец в тень, они испытывали неподдельное облегчение.

— Капитан! Волкова! — крикнул Иванов с другого конца низины. — Идите сюда!

Эхо его голоса перепрыгивало со скалы на скалу, пока не выскочило из низины на свободу, в зной. Оставив вездеходы, мы с Эмилем направились к бойцу. Тот нагнулся и подобрал с земли маленький блестящий предмет.

— Гильза от «Кобры». Вот ещё, а там целая россыпь, — указал Иванов рукой на камни. — Здесь была стрельба. А следы ведут к краю и вниз, в долину.

С гребня распахнулась панорама преисподней, вид на чёрную равнину, усеянную озёрами и ручьями лавы. Вдали до самого горизонта, будто лунные кратеры, вздымались одинокие жерла плоских вулканов – сторожей этого царства. Эмиль стоял рядом и вглядывался в раскалённую даль.

И тут воздух дрогнул. Сперва краем уха я услышала свист. Быстро нарастая, он стремительно приближался и переходил в гул, заполнял собой долину, приумножая себя, многократно отскакивая от камней.

— Слышите? — Я подняла голову. — Это что такое?

Я вертелась на месте, пытаясь определить направление. Эмиль буркнул:

— Это причина, по которой мы жарим свои задницы здесь вместо того, чтобы долететь до точки с комфортом.

Через мгновение оглушительный хлопок сверхзвуковой волны обрушился в расщелину, и почти над головами небо рассекла пара сверкнувших титаном хищных силуэтов. Они появились – и уже через мгновение на гигантской скорости уходили вдаль, расстреливая равнину могучим рёвом двигателей. Через несколько секунд они исчезли за горизонтом, и только переливчатое эхо, затихая, раскатывалось по долине.

— Беспилотные «Кондоры», для перехвата крупных воздушных целей. — Эмиль почесал затылок. — Хороши, крылатые твари! Как думаешь, эти ребята видят нашу возню на земле?

— Не имею понятия, Эмиль, — сказала я. — Теперь ясно, почему Альберт настаивал на путешествии по земле. Дальше двигаться на вездеходах опасно – эти птички вполне могут нас засечь. Если уже не засекли.

— Согласен, — кивнул Эмиль. — Разделимся на две группы. Теперь мы пойдём авангардом, разведаем обстановку, а если всё чисто – зовём остальных. — Он развернулся к лагерю, и его зычный крик побежал эхом в ущелье: — Эй, бездельники! Кто хочет прогуляться?! Девчонки могут пока в теньке посидеть!

Я вернулась к стоянке. Софи и Герберт, словно лунатики, бродили возле разорённого багги и потерянно озирались.

— Ребята, вы как? — спросила я. — Держитесь?

— По-моему, у нас нет особого выбора, — безжизненно пробормотала Софи, глядя себе под ноги.

— Мы идём на разведку, — сказала я, вкладывая в слова всю уверенность, на какую была способна. — Над маршрутом летают «Кондоры». Неплохо бы посчитать интервал пролёта. Может, есть какая-то закономерность, и тогда мы смогли бы безопасно провести машины… Софи, Герб, возьмите себя в руки, нам без вас не обойтись.

— Нашему экипажу три года, — будто оправдываясь, тихо сказал Оливер. — За это время мы ещё никого не теряли. А теперь вот Крис и стажёр – и всё за один день…

— Всё в порядке, — отозвался Герберт. — Мы сделаем, что надо.

Я знала, что за пустота теперь гложет их изнутри. Очень хорошо знала…

Взобравшись в кузов, я вскрыла ящик со снаряжением, позвала Оливера и вручила ему пневмоарбалет с крюком, обвязки и бухту карбонитового троса. До отказа набив карманы влагоконцентратами, спрыгнула вниз.