Солнце для свечи

— Тогда я сам заварю. — Он махнул ей рукой и пошел на кухню.

Меллори только пожала плечами. Стоило ему уйти, как мысли снова вернулись к башне учёных.

Раффи часто упоминала слово «материал» и она допускала мысль, что учёная могла работать с уже готовым наркотиком, не подозревая о его происхождении.

Это был максимум, который Меллори могла предположить; во всех остальных вариантах, Раффи работала с кардинально другой задачей, не имея ни малейшего понятия об опытах над существами.

— Эй, ты как? — Лис вернулся из кухни с двумя дымящимися кружками и легко взошёл по перекладинам, не расплескав ни капли.

— Я не верю, что Раффи причастна. — Она взяла предложенную кружку в руки и подула, сбивая пар.

— В любом случае это её жизнь и её совесть. — Лис устроился рядом, проигнорировав своё место напротив. Он приглашающе поднял руку и Меллори без задней мысли прильнула к его боку. — Твоей ошибкой может быть лишь то, что ты даришь людям доверие, которое они не заслуживают. — Он прижался губами к её макушке.

— Ты опять намекаешь на себя? — хмыкнула она.

— Конечно, моя проницательная девочка. — Негромко проговорил он в волосы. — Ведь до Рождества времени остается всё меньше. Кстати об этом… — Он потянулся к поясу и достал маленький кожаный мешочек. — У меня для тебя кое-что есть.

Меллори вытянула ладошку и Лис аккуратно положил на неё свёрток.

— Это не на какой-то праздник, а просто так, от меня. — Он сделал паузу, пока девушка развязывала тесёмку. — Я увидел его недавно и внезапно подумал о тебе.

— Это же… — Меллори рассматривала небольшой кулончик. — Символ Нордена?

Небольшое золотое солнышко со свечой внутри весело переливалось на свету, а длинная цепочка спадала почти до локтя.

— И да и нет. Дело в том, что сейчас свеча олицетворяет стремление защищать чистоту, мораль и идеалы, даже если придется выжечь весь мир. — Лис смотрел как девушка пальчиком проводит по мелким деталям символа. — Но когда его увидел я, подумал, что даже одна маленькая, но упрямая свеча может зажечь большой свет, тепло и надежду, которые помогут пережить любые невзгоды.

Меллори улыбнулась и подняла лицо к своему мужчине.

— Какой ты, оказывается, поэтичный.

— Иногда накатывает, — широко улыбнулся ей парень и нежно чмокнул в нос. — Пей свой чай.

— Циверна? — Она поднесла кружку к губам и сделала небольшой глоток.

— Да, тебя мы расслабим, а меня простимулируем. — Он сделал большой глоток из своей, сильно пахнущей мелиссой, кружки.

Меллори нежилась в его объятиях и с каждым глотком всё больше расслаблялась. Ощущая полное спокойствие и тепло мужчины рядом, она закрыла глаза, сразу оказываясь в собственном разуме.

Вместо кровати под ней оказался бревенчатый пол, в окружении серых стен. Над головой как и всегда оказалось безмятежное голубое небо и в который раз девушка поймала себя на мысли, что совсем не хочет от него закрываться. И что, возможно, дело даже не в боли Лиса, как они думали раньше, а в самой Меллори.

Эмпатия внутри не хотела отгораживаться от мира и искала любые способы остаться его частью. Пусть даже с помощью такого большого отверстия.

— Лис, — негромко позвала Меллори, держа глаза закрытыми. — Проговори ещё раз, для чего мне надо научиться закрываться.

— Меллори. — Он крепче прижал к себе девушку, и она почувствовала, как тепло вокруг тела усилилось. — Я не прошу тебя быть закрытой постоянно. Но как сильный вид, ты должна уметь защитить себя и своё сознание. Получив навык закрываться, ты сможешь сама контролировать чувства и не пропускать враждебные вмешательства.

— Но ты закрыт всегда.

— Для моего вида не важны чужие чувства, да и в целом он рассчитан больше на выживание. Поэтому защищаюсь ментально.

— Когда-нибудь я узнаю кто ты, — прошептала Меллори.

— Не сомневаюсь, — в его голосе была улыбка. — Готова?

В этот раз всё было иначе.

Небо над девушкой потемнело, но грусть, перемешанную с тоской и лёгким оттенком страха, она почувствовала ещё до того, как пролился дождь.

Меллори стояла в серой коробке и, зажмурившись, настраивалась на защиту. Её эмпатия сопротивлялась — для неё противоестественно было закрываться от эмоций, тогда как основным пропитанием являлись именно они.

Но на ум вдруг пришёл Тобиас, эмоции которого она могла услышать, несмотря на то, что большую часть времени он их скрывал. Ей тоже надо только лишь научиться. Применять знание или нет — она всегда сможет решить позже.

Смирившись и переборов внутреннюю борьбу, Меллори собралась с духом, чтобы попытаться снова представить материалы для строительства и подняла глаза к небу. Но вместо того, чтобы увидеть голубую безмятежность — глаза упёрлись в деревянные балки.

То есть не ветки и палки, из которых она думала сооружать свой шалаш, а добротные брёвна, которые могла увидеть в любом деревенском доме.

— Лис, — прошептала она, сдерживая улыбку. — У меня получилось!

— Я нисколько не сомневался. — Он дождался, когда она откроет глаза и притянул голову для мягкого поцелуя. — Ты умница.

Он оторвался на секунду, чтобы сказать, но опьянённая победой Меллори, снова притянула его к себе. Её губы захватили его в горячий плен, а рука моментально обняла затылок и девушка почувствовала, что никакая успокаивающая циверна её не остановит.

Она ловко вывернулась из под его руки и, отставив их кружки на подоконник, тут же взобралась на Лиса верхом. Её эмпатия гудела — сущность израсходовала слишком много, к тому же пострадав морально и ей необходимо было что-то получить.

— Откройся, — страстно прошептала Меллори в поцелуй. — Пожалуйста, мне нужно.

Последовала секундная заминка, во время которой Лис хотел что-то сказать, но девушка не отступала, она продолжала терзать его губы, прижимая голову изо всех сил.

Возбуждение…

Меллори издала негромкий стон. Эмоция была сильной, чистой, такой необходимой. Более того — перекликалась с её собственной и напрочь сносила голову.

Восхищение… Предвкушение…

Эмпат нетерпеливо заёрзала на мужских бёдрах. Тело горело и не разрывая поцелуй, Меллори начала стягивать с себя светлую рубашку.

— Подожди, подожди… — смог сказать Лис и схватил её кисти рук.

Она почти не соображала, открыв затуманенные желанием глаза, Меллори даже не пыталась что-то сказать, осоловело глядя на своего мужчину.

Её волосы успели растрепаться, рассыпавшись локонами по плечам и груди, а розовые и опухшие от поцелуев губы были слегка приоткрыты, пока она пыталась восстановить дыхание.

Глядя на эту картину, Лис нервно сглотнул и прочистил горло:

— Можно… я? — неуверенно прошептал он, мягко убирая её руки в стороны.

Она с готовностью несколько раз кивнула. Эмпатия захватывала разум, восполняя свои силы так, как не делала никогда раньше. Лис нежно прислонился губами к ключице и девушка откинула голову назад, нетерпеливо предоставляя всё тело.

Эмоции сменялись калейдоскопом и она уже не могла сказать где чьи, поэтому просто отдавалась удовольствию.

— Ты была готова? — усмехнулся Лис, поднимая её рубашку. Там за поясом была замкнута чёрная повязка.

Меллори улыбнулась собственной предусмотрительности и тут же ахнула, почувствовав на груди горячее прикосновение.

— Дай… — она хватала ртом воздух. — Дай её мне.

— Неа, — пробормотал он, не отрывая губ от плоти и провел широкой ладонью по жаждущему телу, вызывая мурашки. — Я сам.

Возбуждение… нетерпение… восхищение…

— Скорее, — выдохнула она, чувствуя себя почти на пределе. Меллори была уверена, что сейчас любое неосторожное движение может заставить её забиться в экстазе.

— Нетерпеливая… — Лис скользнул руками вверх по голой талии, обхватывая широкими ладонями грудь. — Красивая…

Его руки оторвались от горящего под ладонями тела и Меллори покачнулась вслед за ними. Раздался тёплый смех Лиса и через мгновение на глаза легла повязка.

Меллори приоткрыв пухлые губы хватала ртом воздух. Даже без ленты, она не была уверена, что сможет что-нибудь сейчас разглядеть.

— Я тоже хочу тебя раздеть, — прошептала она.

— Боюсь, что только на ощупь здесь не получится, — усмехнулся он на фоне бряцающих замочков.

Сильные руки снова легли на тонкую талию, и девушка выгнулась навстречу. Едва её пальцы коснулись его голых плеч, на секунду царапнув мышцы, как онс силой прильнул к её губам, подминая под себя.

Жадность… Напряжение…

Меллори едва дышала, сражаясь с его напористым поцелуем и почувствовала, как твёрдая рука проникает ей под пояс брюк.

Уверенность… Азарт….

Эмоции вспыхивали на рецепторах девушки, заставляя всю сущность распаляться ещё больше.

Меллори не могла говорить, не могла даже думать, полностью отдаваясь страстному мужчине, не понимая где заканчивается она и начинается он.

Внезапно ноги обжигает холод и тут же накрывает горячее сжатие. Меллори закусывает губу, ощущая давление и не может сдержать стон, когда член медленно входит на всю длину.

Снова страстный поцелуй и плавное растяжение, слишком медленное, слишком неторопливое.

Ей надо больше, ей надо сильнее!

Она хочет протестовать прямо в горячий рот.

— Понял тебя, — Лис отрывается и медленно ведет щекой по нежной коже. — Ну если настаиваешь…

Тяжесть горячего тела покидает её на секунду, и Меллори ничего не успевает понять, как он, словно куклу дёргает её вверх, усаживая на себя сверху.

Руки крепко сжимают бёдра и она дрожит от предвкушения, когда он вгоняет член снова.

Девушка ахает.

Ощущения настолько интенсивные, что она готова опустить лоб ему на плечо, будто расплавленная, но не успевает. Лис снова приподнимает её вверх и начинает движение.

Под чёрной повязкой разгораются звёзды.

Таз мужчины двигается слишком быстро, Меллори стонет и врезается пальцами в крепкие плечи, лишь бы удержаться. Его член твёрд, он врезается, растягивает и доводит до истомы.

Собственничество… Потеря контроля…

Прекрасные навыки наездницы не помогают, ведь обкатка слишком жестока. Эмоции давят, пульс зашкаливает и Меллори валится вперёд, выставив перед собой руки и лишь чудом оставив голову мужчины по середине.

Под правой ладонью оказываются нежные прямые волосы и Меллори не успевает узнать больше, как Лис впивается в её рот, сплетая языки в страстном танце.

Он тяжело дышит, от тела исходит жар, пока руки снова и снова насаживают девушку как безвольную куклу.

Наслаждение…

Лис отрывается от её губ и стонет, и от этого звука у Меллори перехватывает дыхание. Она хочет вырваться: эмоций и ощущений слишком много для неё одной, она толкает мужчину в плечо, но он, будто нарочно, крепче зажимает в тисках, ускоряя движение.

Толчки неумолимы и Меллори пытается удержаться, чтобы не заскулить. Она зажата в крепких руках, яростные шлепки обжигают снизу, и Меллори сгибает руки в локтях, чтобы сгруппироваться, как чувствует, что её соски скачут по его коже. Ощущения доходят до пика и Лис рычит.

Резкое движение — и она снова под ним. Лис обхватывает лодыжку, закидывая себе на плечо. Меллори закусывает губу, ей остаётся совсем чуть-чуть…

Горячие пальцы находят клитор и грубо сжимают. Девушка кричит.

Её тело неистово дрожит, но шлепки не прекращаются. Она дёргается, пытается сжаться, увернуться, но мужчина держит крепко, догоняя собственное удовольствие.

— Я всё! Я всё! Пожалуйста! — она мечется в его руках, готовая выть и скулить. Ощущения заходят на второй круг, обещая взорваться полным безумием.

Лис на пике. Резким движением он выходит из Меллори и девушка падает на кровать. Мужчина стонет, орошая её живот горячей спермой.

— Извини, — выдыхает он, падая рядом.

— Больше никакой мелиссы, — обессиленно мотает головой она и слышит его смех.

Живот

Она не видела Лиса уже три дня.

После их последней встречи они вернулись в замок, Меллори вытащила Торию из комнаты, убедив вести себя как обычно, и занялась своими делами.

Если бы он не отменил обучение, то она бы провела эти пустые дни с большей пользой, чем просто торчала в госпитале. Радовало лишь то, что Меллори действительно научилась закрывать разум и теперь могла это сделать в любой момент. По правде сказать, она стала держать его закрытым почти всегда, открываясь лишь узкому кругу знакомых и исключительно ради подпитки.

— Добрый день, дамы, — в рутине госпиталя прозвучал незнакомый голос. — Я бы хотел украсть одну вашу очаровательную целительницу.

— Селинда в кабинете, — ответил ему голос, принадлежащий одной из сестёр милосердия.

Меллори не поворачивала голову — подобные диалоги происходили слишком часто, чтобы заинтересоваться. Её мысли блуждали, пока руки накладывали шину на ногу одному из новичков, который решил, что сможет приручить красивого чёрного коня.

Ворон, как и ожидалось, наездника к себе не подпустил, а сам солдатик поскользнулся на сене, подвернув ногу.

Девушка с грустью размышляла о том, что после этой глупой травмы, от коня точно избавятся. Шон рассказал по секрету, что из-за строптивого характера, красавца уже думали отдать в поля под плуг, однако теперь могли сказать, что он бешенный.

А ведь конь был прекрасен: крупный, сильный, с лоснящейся блестящей шерстью — просто загляденье. Но, к сожалению, совершенно не контактный. Меллори несколько раз подходила к его вольеру и судя по реакции, раздражала даже принесённой морковкой.

— Приветик, — произнёс мужской голос уже ближе и Меллори снова бы не обратила внимание, если бы солдатик в руках нервно не заёрзал.

Она надавила рукой на перевязанную ногу и с укором посмотрела на юношу, прежде чем перевела взгляд на нарушителя спокойствия.

Как и несколько дней до этого, её сознание было крепко закрыто, а потому она не могла знать, что перед ней окажется Патлер.

— Чем могу помочь? — как можно более невозмутимо спросила она, пытаясь перебороть рвущееся удивление.

— Ты нужна королеве, — улыбка капитана таяла и он старался незаметно перестроиться в более деловой режим общения.

— Именно я? — не сдавалась девушка.

— Моя задача не на вопросы отвечать. А выполнить приказ, — мило проговорил Патлер, будто пытался смягчить фразу. — Но насколько мне известно ты уже проводила её осмотр. — И развёл руками: — Видимо понравилась.

Меллори поджала губы. За ней вполне могли отправить кого-нибудь и она не может отказаться, ведь это приказ от самой королевы. Но даже если Патлер врёт, то что он сможет сделать на территории замка?

Меллори решила, что откажется идти если они направятся не во дворец и поднимет шум, если вдруг он соберётся её вывезти.

В голове план звучал безопасно.

— Вы пойдёте со мной? — Она убрала медицинские принадлежности и повернулась.

— Доведу, подожду и отведу назад, обещаю. — Поднял руку в характерном жесте рыжий мужчина.

— Мне надо одеться, — кивнула она и двинулась в сторону аптечной комнатки.

Что бы ни задумал — вёл себя капитан непринужденно. Он дождался у ворот госпиталя и не проронив ни слова повёл во дворец.

Первый раз за всё время, Меллори заходила не с входа для прислуги, а с главного для важных персон, несмотря на то, что для этого пришлось целиком обойти здание.

Так, проходя по величественным комнатам, девушка случайно узнала, что гости, вопреки угрозам Арестоса замок не покинули: Вайола с книгой расслабленно сидела в одной из гостиных и даже не подняла взгляд, когда Капитан со спутницей прошли мимо.

Меллори с интересом разглядывала комнаты, надеясь хоть одним глазком увидеть тронный зал.

— Не заходила сюда раньше? — Патлер бросил на неё косой взгляд.

— Заходила, — недовольная тем, что её рассекретили, ответила она. — С другой стороны.

— Тронный зал, получается, не видела? — Усмехнулся он и внезапно свернул в сторону широкого коридора. — Идём. Время есть.

Меллори подчинилась.

Они шли по толстому красному ковру с золотой окантовкой, вдоль стен стояли статуи рыцарей, а над головами висели огромные свечные люстры. Факелы на стенах служили единственным освещением, потому что судя по ощущениям, коридор вёл к сердцу дворца, обходя крайние залы.

Тяжёлые дубовые двери завершали долгий путь и полностью закрывали собой стену от пола до потолка.

Не надо быть дриадой, чтобы догадаться какую комнату они скрывали.

— Повезло, там сейчас никого, — деловито усмехнулся Патлер. Он совсем не смотрел на девушку, устремив взгляд вперёд.

— Как ты понял? — Меллори в отличии от него постоянно искала зрительного контакта, она то и дело, обращаясь к своему спутнику, поворачивала на него голову. Или украдкой разглядывала, даже когда молчали.

— Стражи нет, — он, наконец, посмотрел ей в глаза и улыбнулся.

Даже от такого слабого и незначительного жеста, у Меллори перевернулись внутренности.

Он ей не нравился. Она чувствовала, что он не такой, каким хочет казаться, подозревая фальшь в каждом движении и, якобы, «дружелюбном» отношении.

Возможно, её суждение было предвзято. Логически, Меллори даже могла предположить, что если бы познакомилась с Патлером раньше, чем с отрядом Тобиаса, вероятно онибыли бы ей отвратительны, тогда как капитан стал бы другом.

Но сердце упрямо не хотело в это верить.

Не замечая задумчивости спутницы, Патлер непринуждённо потянул на себя дверь, пропуская вперёд.

Меллори с замиранием сердца сделала несколько шагов. Толстый ковёр, заглушающий шаги остался в коридоре и теперь её окружал лишь холодный мраморный пол. Стук каблуков следом зашедшего капитана отразился эхом от каменных стен и зловеще затих.

Меллори подняла глаза на потолок: грубый тёмный камень с причудливыми, но не обработанными сводами, дарил ощущение будто она находится в густо украшенной пещере. Прямо из породы торчали множество вбитых золотых цепей, с красивыми круглыми люстрами на концах.

— Впечатляюще, правда? — Патлер снова озарил её улыбкой. — Самая защищённая комната в замке. — Он отошёл и распахнул руки в разные стороны, демонстрируя масштабы. — Толщина стен достигает трёх метров, самая тонкая часть у дверей, что в случае осады будет явным преимуществом.

— Как будто мы в пещере… — пробормотала Меллори, разглядывая потолок.

— Так и есть. Весь замок был построен на скале и дворец взял некоторые её части за основу.

Патлер явно восхищался задумкой архитектора, а Меллори оставалось лишь поражённо качать головой. Будь она солдатом, как он, то, наверное, тоже оценила бы преимущества, но сейчас ей сильно не хватало воздуха.

Каменные стены были украшены гобеленами: некоторые были без рисунка, какие-то с символом свечи и солнца, а ближе к трону были огромные полотна похожие на статую у храма, где король уничтожал карикатурных существ.

Меллори перевела взгляд на сам трон. Вот уж где точно воплотилось порождение больной фантазии. Огромный символ свечи и солнца был вырезан на величественной спинке каменного осколка, а железные подсвечники будто вырастая из пола, обвивали неровную породу, разветвляясь и распускаясь павлиньим хвостом.

— Ого… — на выдохе вырвалось у девушки.

— Красиво, да? — мужчина улыбался, будто сам сотворил это чудовище.

Меллори перевела взгляд на ещё один трон, стоящий рядом: чуть меньше, такой же каменный, но само сиденье было со всех сторон окружено красными подушками с золотыми кисточками. Он не был обвит свечами, но ореол света компенсировался канделябром, стоящим рядом.

Девушка присмотрелась лучше и её брови дёрнулись — таким действительно можно было серьёзно пораниться, как это сделал Арестос.

— А где место принца? — Меллори сделала несколько шагов к тронному возвышению.

— Его нет, — пожал плечами Патлер. — С тех пор как принц отказался служить короне, король не рассматривает его ни как сына, ни как будущего правителя.

— Но король не вечен. — Она удивлённо обернулась.

— Выберет приемника, — отмахнулся парень. — Он уже не раз говорил, что ему нужны верные люди, принесущие пользу своему королевству.

— Надеешься, что выберет тебя? — скрестила руки на груди девушка.

— Ты слишком прямолинейна, — поморщился Патлер и посмотрел на трон из свечей. — Если посчитает меня достойным и достаточно полезным, то я, конечно же, буду рад принять такое его решение.

— И что ты, теоретически, сделаешь тогда с Арестосом? Он же сможет оспорить решение отца. — Меллори сверлила его взглядом.

— Ничего я с ним не буду делать, — добродушно покачал головой мужчина. — Тебя из-за твоей кровожадности взяли в отряд, да?

— Возможно, — хмыкнула она и повернулась к дверям. — Мы идём к королеве или нет?

Патлер поджал губы, будто был по-отечески огорчен её поведением и пошёл следом.

Весь путь до второго этажа они провели в полном молчании. Меллори негодовала внутри и пыталась разобраться, что именно её взбесило.

Патлер не проявлял ни малейших признаков агрессии, а вёл себя, пожалуй, даже слишком вежливо и спокойно. Но что-то всё равно в нём было не так. Конечно, Меллори могла бы открыть эмпатию и послушать его эмоции, но совершенно ребячески хотела доказать Лису, что полноценно сможет обходиться и без неё.

А заодно проверить интуицию.

Подходя к покоям королевы, Меллори пришла к окончательному выводу о том, что даже если бы она познакомилась с капитаном третьего взвода около собственного дома, минуя общение со специальным отрядом — она бы всё равно решила, что этот человек опасен.

Озарив девушку ещё одной улыбкой и получив кислую мину в ответ, Патлер постучал в дверь.

Целую минуту они смотрели друг на друга в полной тишине и на лице парня начало проступать замешательство.

Он постучал ещё раз и наступила ещё одна минута тишины, во время которой можно было даже услышать, о чём говорят слуги в другом конце коридора.

— Странно… — тихо сказал капитан и постучал в дверь снова.

— Может заглянешь? — Меллори скрестила руки на груди. Она подозревала, что это какой-то очень хитрый спектакль и пока теория подтверждалась.

Патлер дёрнул ручку двери, но та не поддалась.

— Закрыто, — задумчиво произнёс он очевидное.

— Будем ждать тут? Или поведёшь меня «искать»? — показала ковычки Меллори. Она откровенно издевалась. Если Патлер собирался заманить её в ловушку, то сейчас было самое время пойти искать королеву и заблудиться.

— Слушай, это не моя инициатива, — его улыбка наконец исчезла. — Мне сказали привести тебя сюда. — Он на секунду задумался и добавил: — Скорее всего королева с фрейлиной гуляют в саду.

— Который напротив библиотеки?

— Да, ты там была?

— Проходила мимо. Пойдём? — Меллори решила действовать независимо и, повернувшись к нему спиной, пошагала по коридору.

Такими нехитрыми жестами, она хотела донести до Патлера, что именно она здесь контролирует ситуацию и нисколько его не боится. Помогло ещё то, что дорогу до библиотеки она уже знала, поэтому довольно быстро преодолела путь до лестницы и без лишних разговоров оказалась на нижнем этаже.

Она миновала дверь в восточную башню, украдкой бросив на неё взгляд и пошла дальше. Мысли вихрем закрутились вокруг Арестоса.

Она уже видела сегодня Вайолу, но поразмыслить над ситуацией времени не было. Сейчас же Патлер молча болтался в хвосте и девушка пыталась предположить, что могло такого произойти, что любовники остались в замке и при этом ещё живы.

Вряд ли Арестос простил их на следующий день. Помимо вылитого ведра лжи, эта парочка нанесла ему личное оскорбление, какое не простила бы даже Меллори — а она считала себя человеком добродушным.

Неужели Арестос так мягок?

Перед глазами вспыхнуло воспоминание, каким отработанным движением он достал меч.

Нет, точно не мягок.

Конечно, принц мог блефовать, угрожая оружием. Но для чего? Для того, чтобы Меллори его остановила? Или чтобы островитяне начали молить о пощаде?

А много ли народу он на самом делепощадил?

— Вон они, — прервал её размышления Патлер, указав рукой в конец «сада».

Меллори отрешённо проследила за жестом. Тема Арестоса ей была куда интереснее и она с большим удовольствием бы забыла о королеве, даже не смотря на то, что это была её непосредственная работа.

В конце того клочка голой земли, что, возможно, в тёплое время года является садом, действительно стояли две женские фигуры. Густина, расположившаяся лицом к ним, о чём-то увлечённо говорила с женщиной в тяжёлой красной бархатной мантии, отороченной чёрным мехом. Встретившись взглядом с Меллори, в её глазах на секунду проскочило удивление и она что-то быстро сказала королеве. Та выслушала, кивнула и они обе развернулись, чтобы дойти до целительницы.

Королева выбрала очень интересный наряд для прогулок. Её мантия только со спины казалось обычной, тогда как спереди была сильно раздута, будто женщина носила с собой целую палатку. Но зачем терпеть такие неудобства?