
Полная версия:
Я больше тебя не жду

Дарья Нефедова
Я больше тебя не жду
Глава 1
Маша
— Руслан, убери руку.
— Какую именно?
— Ту, которая сейчас пытается залезть мне под футболку.
— Машенька, у тебя богатая фантазия.
Я перестала размешивать сахар в чашке и повернула голову.
Мой муж стоял за моей спиной, совершенно бессовестно улыбаясь. Тёмные волосы после душа ещё влажные, обтягивающая футболка и спортивные штаны подчеркивали тренированное тело, на подбородке аккуратная борода, которую я вчера вечером лично проверяла на мягкость.
И вот скажите, как можно серьёзно ругаться с мужчиной, который в половине восьмого утра выглядит так, будто только что сошёл с обложки журнала?
— У меня богатая фантазия? — переспросила я.
— Очень. И я, между прочим, от неё в восторге.
Его ладонь скользнула по моей талии.
— Руслан!
— Что?
— Дети проснутся.
— Они уже проснулись. Я слышал, как Миша разговаривал с холодильником.
— С холодильником?
— Уговаривал его отдать шоколадную пасту.
Я прыснула со смеху.
— И кто победил?
— Сначало холодильник. Но у нашего сына сильные аргументы.
Руслан развернул меня к себе.
— Доброе утро, жена.
— Ты мне это уже говорил.
— Я ещё не закончил.
Он наклонился и поцеловал меня.
Медленно.
Так, как умел только он: сначала едва касаясь губ, словно проверяя, не передумала ли я, а потом чуть крепче, заставляя забыть и про кофе, и про завтрак, и про то, что через двадцать минут нам нужно собрать двоих детей.
Я положила ладони ему на грудь.
— У тебя совесть есть?
— Была. До свадьбы.
— И куда делась?
— Ты забрала. Вместе с моей фамилией.
Я рассмеялась прямо ему в губы.
— Дурак.
— Твой.
И снова поцеловал.
— ФУ-У-У!
Мы отскочили друг от друга.
В дверях кухни стоял Миша. В одной руке он держал ложку, в другой — открытую баночку шоколадной пасты.
На щеке красовалось коричневое пятно размером с приличную родинку.
— Вы опять целуетесь! — возмутился сын.
Руслан даже не смутился.
— А ты опять ешь шоколад до завтрака.
— Я не ем.
— Миш, у тебя рот коричневый.
Сын задумался. Потом совершенно серьёзно ответил:
— Это загар.
Я согнулась от смеха.
Руслан прислонился к столешнице.
— Маш, по-моему, нам пора поговорить с его учительницей. Он слишком талантливо врёт.
— Я всё слышу! — сообщил Миша.
— Вот и отлично. Банку на стол.
Сын вздохнул так тяжело, словно только что потерял семейный бизнес, и поставил пасту рядом с моей чашкой.
— Вы вообще меня любите?
— Очень, — ответила я.
— Тогда можно ещё одну ложечку?
— Нет.
— Странная у вас любовь.
Руслан поднял брови.
— Сын, привыкай. Я с этой женщиной много лет живу.
— И как ты терпишь?
— Сам не понимаю.
Я схватила кухонное полотенце.
— Руслан!
Он успел увернуться.
— Видишь, Миш? Опасная женщина. А я ведь предупреждал.
К восьми утра наша кухня напоминала небольшой вокзал.
Кто-то куда-то спешил, кто-то что-то потерял, кто-то категорически отказывался завтракать.
Человек, которому было все равно, что происходит вокруг, была Ева.
Моя пятнадцатилетняя дочь сидела за столом, уткнувшись в телефон. Две светлые косички лежали на плечах, голубые глаза сияли, а на щеках то и дело появлялись ямочки.
Она улыбалась экрану уже минут десять.
Я поставила перед ней тарелку с омлетом.
— Ева, телефон.
— Мам, секунду.
— Ты эту секунду уже три раза обещала.
— Ну мам!
Руслан сел напротив дочери, взял кусочек тоста и невозмутимо произнёс:
— Маш, оставь ребёнка. У неё серьёзные переговоры.
Ева моментально подняла голову.
— Пап!
— Что? Я же поддерживаю.
— Ты издеваешься.
— Пока нет. Но могу начать.
Миша залез на стул рядом с сестрой.
— Ева, а кто тебе пишет?
— Никто.
— А почему ты улыбаешься?
— Потому что настроение хорошее.
— А мне можно посмотреть?
— Нет!
Миша повернулся к отцу.
— Пап, там точно что-то незаконное.
Руслан кивнул.
— Я тоже подозреваю.
— ПАП! — Ева наконец отложила телефон.
Я села рядом с мужем.
— Доченька, что происходит?
Ева посмотрела на меня, потом на Руслана. И вдруг стала подозрительно серьёзной.
— Мне нужно вам кое-что сказать.
Руслан медленно положил тост.
— Маш, мне уже страшно.
— Пап, ну пожалуйста!
— Всё. Молчу.
Ева глубоко вдохнула.
— У меня есть парень.
Миша выронил ложку.
Руслан замер.
Я улыбнулась.
— Правда?
— Да.
— И давно?
— Ну… какое-то время.
Руслан повернулся ко мне.
— Маша.
— Что?
— У нашей дочери есть парень, какое-то время.
— Я слышала.
— А я почему мы узнаем об этом только сейчас?
Ева закатила глаза.
— Потому что ты сейчас так реагируешь!
— Как?
— Как будто я объявила, что выхожу замуж!
Руслан прижал ладонь к груди.
— Даже не шути так до моего второго кофе.
Я осторожно коснулась его колена под столом.
— Руслан, перестань. Давай спокойно познакомимся с молодым человеком.
— Познакомимся, конечно. Я вообще человек открытый.
Ева недоверчиво посмотрела на него.
— Пап…
— Что?
— Ты обещаешь вести себя нормально?
— Ева, я всегда веду себя нормально.
Мы с Мишей одновременно фыркнули.
Руслан обвёл нас оскорблённым взглядом.
— Прекрасно. Родная семья. Поддержка чувствуется.
— Его зовут Марк, — сказала Ева.
— Хорошее имя, — заметила я.
— Сколько ему? — тут же спросил Руслан.
— Семнадцать.
Муж перестал жевать.
— Сколько?
— Пап!
— Я просто уточняю. Вдруг у меня со слухом проблемы.
— Ему семнадцать.
Руслан откинулся на спинку стула.
— Маш, ты слышала? Он старше нашей дочери на два года.
— Я умею считать.
— А я умею беспокоиться.
— Он хороший, — быстро сказала Ева. — Правда. Очень хороший. И умный. И вообще…
Она запнулась. А потом улыбнулась. Так по-настоящему, открыто, что у меня внутри что-то тепло дрогнуло.
Я помнила эту улыбку.
Когда тебе пятнадцать и одно сообщение способно превратить обычное утро в самый прекрасный день.
Руслан тоже заметил.
Он посмотрел на дочь чуть внимательнее.
— Он тебя не обижает?
— Нет, пап.
— Уважает?
— Да.
— Не заставляет делать то, чего ты не хочешь?
Ева перестала улыбаться.
— Пап, конечно нет.
Руслан кивнул.
— Тогда познакомимся.
Дочь просияла.
— Правда?
— Правда. Но если он болеет за неправильную футбольную команду, отношения у нас будут сложные.
— Папа!
— Что? У каждого мужчины должны быть принципы.
Миша поднял руку.
— А можно я тоже задам вопрос?
— Давай, — разрешил Руслан.
— А Марк будет жить у нас?
Ева покраснела.
— МИША!
— Ну а что? У нас же есть свободная комната!
Руслан закрыл лицо ладонью.
Я смеялась так, что пришлось отставить чашку.
— Я хотела бы пригласить его в субботу, — сказала Ева, дождавшись, пока мы успокоимся. — Можно?
— Можно, — ответила я.
Руслан прищурился.
— А он знает, что у тебя есть отец?
— Па-а-ап!
— Всё. Последний вопрос.
— Ты уже три раза так говорил!
Муж поднял руки.
— Ладно, сдаюсь.
Ева вскочила со стула, обняла его за шею и чмокнула в щёку.
— Спасибо, папочка!
Руслан улыбнулся и погладил её по голове.
— Иди уже, хитрюга.
Она обняла и меня.
— Мам, спасибо!
— Только не опаздывай сегодня после занятий.
— Хорошо!
Ева схватила рюкзак и выбежала из кухни.
Миша проводил сестру взглядом.
— Пап, а когда Марк придёт, можно я покажу ему свою коллекцию машинок?
— Конечно.
— А если он захочет одну забрать?
Руслан задумался.
— Тогда будем решать, достоин ли он нашей семьи.
Когда дети наконец разошлись по своим делам, я вернулась на кухню. На столе остались крошки, недопитый чай Евы и забытая Мишина тетрадь. Я взяла её и открыла на первой странице. «Моя семья». Ниже красовался рисунок. Четыре человечка. Пятым был огромный чёрный кот, хотя кота у нас никогда не было. Под рисунком Миша старательно написал: «Моя мама красивая. Папа сильный. Сестра вредная. Я нормальный».
Я рассмеялась.
— Что там? — спросил Руслан.
Он появился в дверях, уже полностью одетый. Тёмные брюки, белая рубашка, часы на запястье.
Я протянула ему тетрадь. Муж прочитал. Хмыкнул.
— Ну хоть один нормальный человек в семье.
— Ты заметил, что у нас кот?
— Это не кот. Это, судя по размерам, наша ипотека.
— Руслан!
— Ладно, ладно. Красивый кот.
Он положил тетрадь и обнял меня.
— Ты сегодня во сколько освободишься?
— Не знаю. Нужно заехать по делам, потом забрать Мишу. А что?
— Ничего.
Я прищурилась.
— Руслан.
— Машенька.
— Что ты задумал?
— Почему, если мужчина интересуется планами собственной жены, его сразу подозревают?
— Потому что я тебя знаю.
Он улыбнулся.
— Не до конца.
— Да ладно?
— Некоторые мои таланты ты ещё не оценила.
— Например?
Руслан наклонился к моему уху.
— Например, я могу очень быстро убедить тебя отменить все планы.
От его голоса по коже пробежали мурашки.
Я повернула голову.
— У тебя работа.
— У меня жена.
— И двое детей.
— Вот именно.
Он поцеловал меня в шею.
— Так что к семи будь дома, Мишу я сам заберу.
— Почему?
— Потому что я соскучусь.
— Ты ещё не ушёл.
— Предусмотрительный я мужчина.
Я рассмеялась и легонько толкнула его в грудь.
— Езжай уже, соблазнитель.
Он поцеловал меня в лоб. Потом в щёку. Потом в губы.
— Не опаздывай, жена.
— Постараюсь, муж.
***
Вечером я действительно опоздала. Всего на сорок минут. Но судя по сообщениям Руслана, он уже собирался объявить меня в международный розыск.
Первое пришло в шесть: «Любимая, ты скоро?»
Второе — через пятнадцать минут: «Если тебя похитили, моргни два раза».
Третье: «Маш, я тут приготовил ужин. Если не приедешь, съем всё сам. Даже салат».
Я остановилась на парковке у магазина и отправила голосовое:
— Руслан, я еду. И если ты съешь мой салат, я подам на развод.
Ответ пришёл почти сразу.
— Из-за салата? Маш, у нас двое детей!
— Именно поэтому я пока думаю.
— Тогда поторопись. Я очень красивый и одинокий.
Я улыбнулась, убрала телефон и поехала домой.
Когда я въехала через ворота на территорию нашего дома, на улице уже темнело. Свет из больших окон гостиной ложился на дорожку, ведущую к крыльцу. В саду тихо шелестели деревья, а под навесом у террасы горели небольшие фонари.
Я припарковала машину рядом с автомобилем Руслана и вышла.
Наш дом я любила особенно сильно по вечерам. Двухэтажный, светлый, с просторной кухней-гостиной, большими окнами и террасой, на которой мы летом завтракали всей семьёй. Руслан когда-то настоял на огромном обеденном столе.
«Чтобы всем места хватало», — сказал он.
И теперь этот стол действительно редко пустовал.
Я открыла входную дверь. В доме было подозрительно тихо.
— Руслан?
— На кухне!
Я сняла туфли и прошла по коридору. И остановилась.
На столе горели свечи. Две тарелки, бокалы, цветы в небольшой вазе. А посреди кухни стоял мой муж. В его любимой футболке, которая слишком хорошо подчёркивала его плечи, спортивных штанах и с полотенцем, перекинутым через плечо.
— Добрый вечер, мадам.
Я моргнула.
— А где дети?
— Проданы.
— Руслан!
— Выгодно, между прочим. Миша ушёл за две шоколадки, Ева — за обещание не задавать вопросов о Марке.
Я рассмеялась.
— Серьёзно, где они?
— У твоей мамы. С ночёвкой.
— И ты всё организовал?
— Представляешь, какой я талантливый?
Я подошла к столу.
— Ты приготовил ужин?
— Да.
— Сам?
— Маш, ты сейчас меня обижаешь.
Я заглянула в тарелку. Паста. С креветками. И даже выглядела съедобно.
— Руслан…
— Не благодари. Я уже благодарен себе.
Я повернулась к нему.
— И за что такой праздник?
Он пожал плечами.
— А нужен повод?
— Ну обычно ты устраиваешь такие вечера на годовщину, день рождения или когда разбил мою любимую вазу.
— Вазу я не трогал.
— Руслан!
— Пока.
Я засмеялась. Он подошёл ближе и взял меня за руку.
— Маш, мы с тобой вечно куда-то бежим. Работа, дети, школа, кружки, магазины… А я сегодня посмотрел на тебя утром и подумал, что хочу просто провести вечер со своей женой.
Я улыбнулась.
— И всё?
— Нет.
— А что ещё?
Он наклонился.
— Ещё я хочу, чтобы ты перестала смотреть на эту пасту и наконец поцеловала повара.
Я обняла его за шею.
— Повара?
— Очень талантливого.
— Самоуверенного.
— Красивого.
— Наглого.
— Безумно влюблённого.
Последние слова он произнёс уже совсем тихо.
Я провела пальцами по его бороде.
— В кого?
— В одну блондинку. Характер отвратительный. Двое детей. Постоянно ворует мою половину одеяла.
— Звучит ужасно.
— Не то слово.
— И что ты с ней делаешь?
Руслан притянул меня ближе.
— Люблю.
И поцеловал.
Ужин мы всё-таки съели. Правда, не сразу. Потому что Руслан решил, что вино обязательно нужно пить под музыку, а под музыку обязательно нужно танцевать.
— Ты наступаешь мне на ногу, — заметила я.
— Это элемент танца.
— Какого?
— Авторского.
— Руслан, ты невыносим.
— Зато как держу!
Он развернул меня, поймал за талию, и я со смехом врезалась ему в грудь.
— Осторожнее!
— Я тебя поймал.
— А если бы нет?
— Маш, я тебя уже столько лет ловлю. Практика огромная.
Я подняла на него глаза. Он смотрел на меня так, что улыбка постепенно исчезла с моих губ.
Его ладонь легла мне на поясницу, горячая, уверенная. Он прижал меня ближе, и я почувствовала, как напряглись мышцы его груди под тонкой тканью футболки.
— Иди сюда, — тихо сказал он.
— Я уже здесь.
— Ближе.
Я сделала маленький шаг. Наши бёдра соприкоснулись. Руслан коснулся губами моего виска. Потом щеки. Потом уголка рта — медленно, будто пробовал на вкус.
Я закрыла глаза.
От него пахло парфюмом, свежей тканью и чем-то таким знакомым, родным, что хотелось прижаться ещё крепче, раствориться в этом тепле.
— Ты специально это делаешь? — прошептала я.
— Что?
— Обнимаешь так.
— Как?
Я открыла глаза.
— Будто готовишься меня съесть.
Руслан усмехнулся, и в этой усмешке было что-то тёмное, голодное.
— Вообще-то ужин был очень вкусный.
— Руслан!
— Но десерт я ещё не пробовал.
Я рассмеялась, а он подхватил меня на руки так легко, будто я ничего не весила.
— Ты с ума сошёл!
— Давно. Женился на тебе — и всё.
— Поставь меня!
— Нет.
— Я тяжёлая!
Он остановился посреди коридора и посмотрел на меня с таким искренним возмущением, что я едва не расхохоталась.
— Маш, ещё раз услышу от тебя эту глупость — понесу обратно на кухню и заставлю съесть вторую порцию пасты.
— Это угроза?
— Самая серьёзная.
Я обвила его шею руками, чувствуя под ладонями твёрдые мышцы.
— Тогда неси уже, герой.
— Куда?
Я наклонилась к его уху, губами почти касаясь кожи.
— В спальню.
Руслан замер на секунду. Я почувствовала, как участилось его дыхание.
— Вот теперь ты разговариваешь на понятном мне языке.
В спальне горел только небольшой светильник у кровати. Тёплый свет ложился на стены мягкими пятнами, оставляя углы в полумраке.
Руслан опустил меня на пол, но не отпустил. Его руки остались на моей талии, большие, горячие, чуть сжимающие.
Я запустила свои руки под его футболку и провела по бокам, по крепкой , мускулистой спине.
Он наблюдал за моими пальцами с откровенным удовольствием, не двигаясь, позволяя мне вести.
— Маш, ты сейчас очень рискуешь.
— Чем?
— Я завтра могу не выйти на работу.
— А кто будет зарабатывать деньги?
— Ты.
— Прекрасно. Тогда я пойду спать.
Я попыталась отойти, но он поймал меня за запястье и рассмеялся низко, почти хрипло.
— Стоять, женщина. Я ещё не договорил.
— А я уже всё решила.
— Вот поэтому у нас в семье демократия не прижилась.
Я снова оказалась в его объятиях.
Руслан провёл ладонью по моей спине, притянул ближе так, что я всем телом прижалась к нему, и поцеловал глубоко, жадно, заставляя меня отвечать с той же силой. Его язык медленно скользнул по моему, исследуя, дразня. Я сама потянулась к нему, обхватывая за шею, вплетая пальцы в тёмные волосы.
Его губы были тёплыми, настойчивыми. Я чувствовала, как он улыбается в поцелуй, когда мои пальцы торопливо стягивают футболку вверх.
— Не спеши, — тихо произнёс он, голос уже совсем другой — ниже, гуще.

