Ведьма без метлы

– Благодарю, лиер, но мы справимся с этой задачей самостоятельно, – сухо ответила я. Заметив, что принц продолжает меня рассматривать, я отвела взгляд и посмотрела на подругу, всё ещё не решающуюся двинуться с места. – Тася, пойдём. Или ты намерена здесь задержаться?

Девушка тут же подскочила с огромного кресла, ужом проскользнула мимо протянутой ей руки неудавшегося провожатого и встала рядом со мной. Только теперь я заметила, что её огненно-рыжие кудри сейчас выглядели скорее медно-русыми. Всё интереснее и интереснее… Ладно, выйдем отсюда – Тася сама мне расскажет, что произошло.

Пока мы шли по длинному коридору, я попыталась отвлечь всё ещё порядком растерянную подругу вопросом о странном цвете её волос. Немного приободрившись, Таисия пояснила, что Тихон, дескать, на зов приходить отказывался (а это значило, что магия иллюзий была в доступе ведьмы лишь частично), поэтому вместо невидимости она решила просто чуть переменить внешность, замаскировав яркие волосы. Пока что ответ подруги ничего не прояснил, лишь породив у меня с десяток новых вопросов…

На этом моменте нас нагнал назойливый молодой маг – разумеется, возжелавший предпринять последнюю попытку очаровать мою подругу. Я недобро глядела на него исподлобья, пока он разливался соловьём, что-то рассказывая Тасе. С трудом дождавшись, когда лиер закончит свою пламенную речь, я подхватила Таисию под локоток, и мы наконец покинули здание Отдела Безопасности.

– Пешком пойдём? – огляделась Тася, когда мы оказались на улице.

Я пожала плечами:

– Могу, конечно, призвать Янара и метлу, но я бы лучше прошлась. Погода хорошая, а у тебя наверняка есть для меня длинная и интересная история. Не так ли?

Таисия смущённо потупилась и кивнула. Рассказ её вышел немного сбивчивым и не таким большим, как можно было бы ожидать, зато я успела задать уточняющие вопросы и получить на них ответы до того, как мы добрались до территории Академии.

В общем и целом, не произошло ничего из ряда вон выходящего. Если вкратце, то Тася случайно увидела, как на какого-то паренька-лаесса в тёмном пустынном переулке напали неизвестные. Эта бесшабашная ведьма, разумеется, тут же бросилась на помощь и ожидаемо напоролась на неприятности. Там же она встретила своего новоиспечённого поклонника, который разобрался с противниками и уволок Тасю в Отдел Безопасности.

– Вот и вся история, – со вздохом закончила Тася и неуверенно подняла на меня глаза. – Ты сильно сердишься, да?..

Я немного похмурилась для виду, сделав серьёзное лицо, а потом, не выдержав, рассмеялась:

– С тобой не соскучишься! Правильно нас учителя в детстве наставляли: бойтесь, мол, своих желаний. Захотела сегодня прогуляться по городу – и пожалуйста, благодаря твоей выходке я и на Янаре прокатилась, и вот сейчас мы с тобой уже добрый час бредём.

Тася облегчённо выдохнула:

– Ну хвала всем богам! Я уж думала, ты ругаться будешь…

– А, – я махнула рукой, – толку-то? На тебя что ругайся, что не ругайся – всё одно ведь натуру не переиначишь. Нет, конечно, я была бы просто счастлива, веди ты себя хоть чуточку благоразумнее, но, может, это придёт со временем…

– Вырасту, стану большой мудрой ведьмой, вся дурь-то из головы и выйдет… – радостно подхватила Тася. Я лишь головой покачала.

***

В тот вечер мне долго не удавалось уснуть. Слишком долго. Обычно у меня не бывает проблем с засыпанием: что бы там ни было, я легко отхожу в мир грёз почти сразу, как голова касается подушки. И лишь иногда бывает такое, что эта самая голова становится невероятно тяжёлой от кучи мыслей, которые снуют туда-сюда, точно белки по дереву – поди поймай хоть одну.

В прошлый раз так было перед днём первого визита в Академию. Тогда я переживала сразу за две вещи: за сам факт поступления и за то, чтобы это до поры до времени оставалось тайной для ма. Проблема моя в том, что пока я прокручиваю в голове все эти мысли, планы, идеи, варианты – сна не видать, без шансов. Если только насилу заставлять себя думать о чём-то другом: скажем, о быстро несущемся по полю Янаре… Такие мысли меня успокаивают, но не всегда выходит переключиться на них, выгнав из беспокойного ума тревогу.

Сегодня повода для бессонницы как будто бы не было. По крайней мере, я старалась себя в этом убедить. А из бестолковой головы никак не шёл образ принца Ярсалара…

Я пыталась хотя бы разозлиться на саму себя, чтобы отвлечься, но не спасало даже это. Мысли то и дело возвращались к смеющимся тёмно-фиолетовым глазам, к волосам почти той же длины и цвета, что и у меня самой, и главное – к той мимолётной искре тепла, что я увидела сегодня, когда вошла в его кабинет.

Более всего грыз меня тот прискорбный факт, что я ни с кем не могла поделиться своими ощущениями. Не в моих привычках было рассказывать о подобных вещах: больно уж эмоциональны все мои подруги, а шквала расспросов я просто не выдержу… В том, чтобы утонуть в ощущениях, я сейчас прекрасно справлялась и без их участия – и ровно в этом видела основную проблему. Рассудительность, хладнокровие – вот мои главные сильные стороны, универсальное оружие для любой ситуации. А что будет, если я дам волю чувствам? С учётом того, что я явно не умею с ними справляться – ничего хорошего. Мне нужен был другой подход. Ещё более рациональный, чем мой собственный. И, кажется, я знаю, у кого такой имеется…

Не тратя времени на раздумья, я достала почтовую шкатулку, щелчком пальцев зажгла около себя небольшой шарик холодного света. Осторожно глянула на Тасю. Спит… Её вообще трудно разбудить, и это часто спасало меня во время ночных подготовок к экзаменам, а уж сейчас тем более было как нельзя кстати.

Больше всего времени ушло на продумывание формулировок, но в конце концов я всё же написала: «Тёмной ночи, Ар…»

Глава 5. Отпечатки

Уже наутро мне было так стыдно от вчерашнего поступка с письмом – аж щёки пылали. Намеренно не посмотрев в сторону шкатулки, чтобы не знать, пришёл ли ответ, я оставила её в комнате и чуть не бегом отправилась на поле для тренировок. По дороге терзала себя упрёками: как же глупо было изливать какие-то невнятные ощущения человеку, которого даже не видела никогда! И неважно, что мы знакомы довольно давно и многое знаем друг о друге: такими вот бреднями мы уж точно не обменивались.

В голове всплывали обрывки фраз из письма, заставляя меня морщиться. «Я и представить не могла, что у принца окажется столь много теплоты во взгляде…», «…его улыбка вместе с властным спокойствием очаровали меня…», «…приятный голос, безупречные манеры…»

Отвратительно. Я бы и сама своё послание перечитывать побрезговала, а тут – отправила на чужой суд, притом мужской. Не удивлюсь, если Ар больше не ответит. Или напишет что-нибудь аккуратное и вежливое, но после этого общение сойдёт на нет. И о чём я только думала, когда посчитала эту идею стоящей?.. Можно ведь было хоть до утра потерпеть, глядишь – и встала бы на место буйная головушка.

На поле для тренировок было ожидаемо пусто. В рассветный час, да ещё в летние каникулы – ничего удивительного. Я прикрыла глаза, сосредоточилась. Никакой нужды в отработке навыков не было, но мне срочно требовалось сбросить нервное напряжение, да и эмоции заодно выплеснуть. Магия всегда прекрасно справлялась с такими задачами.

Чтобы не метаться в процессе между заклинаниями, я давно составила для себя тренировку для подобных ситуаций. Она состояла из нескольких шагов, каждый из которых был сложнее предыдущего. Чем больше напряжения, тем больше заклинаний требовалось выполнить – и так до полного изнеможения.

Моей основной стихией был воздух, дополнительной – вода, вместе они дали склонность к морозным заклинаниям. Стоит ли говорить, каким невероятным зрелищем были ледяные вспышки в начале лета?

Земная стихия давалась мне с трудом, хотя в растениях я разбиралась превосходно – но это больше к знаниям относится, конечно, а не к магии. А вот с огнём у меня и вовсе не задалось. Мой максимум – свечу зажечь, одежду тёплым воздухом подсушить да худо-бедно костёр развести. И на том спасибо.

Когда я всё-таки выдохлась, то пластом рухнула на мокрую от растаявшего снега траву. В голове было восхитительно пусто. Откуда-то сверху донёсся ехидный голос:

– Что, опять беснуешься?

– Отстань, – беззлобно выдохнула я, даже не потрудившись открыть глаза.

Янар – а это, разумеется, был именно он – и не подумал внять моей просьбе:

– Что на этот раз стряслось?

– Дала волю эмоциям там, где не следовало, – коротко ответила я: посвящать Янара в подробности ситуации в мои планы не входило. Хладнокровие и трезвый ум уже вернулись ко мне, ничто не рвалось наружу, и ощущалось это просто великолепно.

– И как зовут этого «кого-не-следовало»?

Тут мне всё-таки пришлось приоткрыть один глаз, щурясь от яркого света: оба солнца были уже довольно высоко от горизонта. По моим прикидкам после начала тренировки прошло никак не меньше пары часов… Да, мощно в этот раз пришлось поработать.

– Откуда ты… – начала было я, но Янар, сморщившись и на миг показав длинные клыки, оборвал меня на полуслове:

– Брось! Как ты думаешь, почему я вообще здесь?

– Не знаю, – честно ответила я. – Стало скучно и решил поприставать к хозяйке?

– Мимо, – флегматично фыркнул конь. – Я твой фамильяр, а не просто красивая лошадка, если ты не забыла.

– И что с того?

– Ива, я тебя чувствую на любом расстоянии. Знаю, когда тебе больно, плохо или, напротив, радостно… Я ощущаю это скорее как отклики эмоций, навроде отражения в зеркале, но суть от этого не меняется.

Для меня это стало сюрпризом. Я знала, конечно, что фамильяр прочно связан со своей ведьмой, но даже на лекциях в Академии об этой связи говорили не так уж много: слишком индивидуальными были такие отношения и слишком скудные сведения пока о них имелись.

– Что же ты вчера ночью не пришёл? – с любопытством уточнила я, приподнявшись на одном локте. Смущения я не испытывала: ну какая ведьма будет стесняться своего же магического отражения? Другое дело, что делиться своим состоянием я не планировала даже с ним. Оборжёт ведь только, на то он и конь. Ну а теперь во мне проснулся азарт исследователя: а что ещё Янар обо мне знает? Что ощущает?

– Вчера я не был тебе нужен, – ответил фамильяр. – А сейчас, когда ты всё лишнее выплеснула, можно и поговорить.

– Тоже считаешь, что это лишнее? – ухватилась я за интересующую меня тему.

– Достаточно того, что так считаешь ты, – неопределённо ответил Янар. – Не сбивай меня с мысли! Ты хоть понимаешь, во что влипла?

– Ни во что?.. – неуверенно протянула я, нахмурив брови.

– Так я и думал, – шумно вздохнул конь. – Видишь ли… То, что ты почувствовала – это не просто увлечение, влюблённость или какая-нибудь ерунда в таком роде. Твоя магия нашла в этом человеке отклик. Отпечаток. Теперь понимаешь?

– Нет, – всё ещё хмурясь, ответила я.

– И чему вас только учат в вашей Академии? Ладно, слушай. Иногда бывает, что ведьма или маг – в общем, любой обладатель силы – встречает кого-то, в ком отпечатывается его собственная магия. Такой след очень легко спутать с влюблённостью, что с тобой и случилось. Отпечатки появляются довольно редко, и точных причин до сих пор никто не знает… Наверняка же известно следующее: во-первых, это никак не связано с видом силы. Стихийник может легко получить отпечаток некроманта, к примеру. Во-вторых, для возникновения отпечатка необходим зрительный контакт. Люди могут пройти мимо друг друга на расстоянии пары дюймов – но если не заглянули в глаза, ничего не случится. Ну и в-третьих, отпечаток всегда обоюден. Возникнув у одного, он непременно возникнет и у второго.

– Так а что это значит? – нетерпеливо спросила я. – Что даёт этот самый… отпечаток?

– Теперь ваши дороги связаны. Кто-то зовёт это судьбой, кто-то – злым роком, но суть в том, что жизнь будет сталкивать вас до тех пор, пока вы не выполните своё предназначение.

– Какое ещё к гарпиям…

– Не перебивай. Как я уже сказал, это не про любовь до гробовой доски и прочий вздор. Хотя и такое бывает, конечно. Но предназначение – это некое общее дело, которое магам предстоит выполнить вместе. Могу привести пару примеров, но я порекомендовал бы тебе ознакомиться с этой темой в книге «Зов силы: отпечатки и их основные свойства». Она есть в библиотеке Академии, насколько мне известно.

Голова шла кругом. Сам факт существования такой странной вещи, как магические отпечатки, никак не желал укладываться в мою картину мира. Кроме того, было довольно неприятно осознавать, что теплота и интерес, которые я увидела во взгляде Ярсалара, были вызваны отнюдь не симпатией, а каким-то дурацким «предназначением». Да и мои собственные эмоции, получается, вовсе не являлись тем, за что я их приняла… От этого было не по себе. Казалось бы, чему и доверять, если не своим ощущениям?