Жена по договору

Я лишь горько усмехаюсь. Достойный комплимент для фиктивной жены.

Меня безумно смущает то, что происходит. То, как сосредоточенно смотрит Амиран и осторожно прикасается, чтобы помыть меня, немного расслабляет.

Когда же дело доходит до ног и между ними, дергаюсь и испуганно мотаю головой.

- Не надо!

- Ася, нужно смыть кровь, - терпеливо объясняет муж.

- Я сама! - упрямо возражаю и даже руку перед собой выставляю в знак протеста.

- Ладно, - отступается он. - Давай сама.

Неловкость сковывает движения. Я кажусь самой себе очень неуклюжей и косорукой. Может, это только мое восприятие, но я ощущаю себя вовсе не желанной супругой, а лишней вещью, которую вынужденно забрали со склада и пообещали хозяину тщательно следить за состоянием.

После Амиран достает огромное пушистое полотенце и, тщательно вытерев им меня, укутывает затем в него. Все это время я очень стараюсь не опускать взгляд ниже его глаз. Да и не до того мне сейчас, если честно. Я чувствую себя настолько неполноценной, что не испытываю никакого любопытства сейчас.

- Ложись, я скоро подойду, - говорит Амиран, давая понять, что мне здесь больше делать нечего.

Ему не нужна моя забота и мое внимание, как жены. И я должна подчиниться. Ведь он - глава семьи.

Мои вещи оказываются развешанными в гардеробе. Найти ту самую ночную рубашку, которую мама выбрала для этой ночи, не составляет труда. Вот только к чему теперь это? Кого мне удивлять и радовать? Мужчину, который наверняка окончательно разочаровался во мне?

Мне страшно, что теперь, совершив номинальную консумацию, Амиран больше не притронется ко мне. И в то же время я не знаю, хочу ли этого снова. Готова ли снова терпеть ту боль, что испытала уже один раз?

Но знаю, что если муж захочет, я буду обязана дать ему желаемое.

Переодевшись, ложусь в постель и жду возвращения Казаева. Тот долго не приходит. А когда, наконец, дверь ванной открывается, муж появляется в одном полотенце на бедрах. Я смущенно прикрываю глаза, ожидая, что вот-вот он ляжет рядом, и… Но Амиран проходит мимо, подбирает брюки и, достав оттуда телефон, покидает нашу спальню.

Я всхлипываю, задерживаю дыхание, чтобы не разрыдаться позорно. Закусываю кулак, чтобы не произнести ни звука. Внутри так больно. Так обидно. Что даже не верится. Ведь еще утром я была так счастлива. Зачем? Зачем сестра мне все рассказала?

Мысленно считаю до ста в надежде, что организм все же отключится, а завтра мне станет чуточку легче. Но время идет, а сна так и нет. Как нет и мужа.

Я гадаю, остался ли он в доме или уже на пути к своей любовнице. Можно было бы встать и пойти проверить, но тогда придется признать, что все так и есть. А пока я могу сделать вид, что ничего этого не было. Что Амиран просто вышел ненадолго, а я уснула, не дождавшись его.

Устав ждать, я все же начинаю проваливаться в дрему, когда раздается едва различимый скрип. Вздрагиваю и открываю глаза. В комнате темно - хотя я не помню, чтобы выключала бра. Лунный свет плохо освещает спальню, но у меня выходит различить мужской силуэт.

Амиран. Его туалетную воду ни с чем не перепутать. Он скидывает кофту, брюки и садится на постель.

Медленно понимаю, что уходил он в одном полотенце, а вернулся одетый. Значит, все же уезжал…

Закрываю глаза, как только матрас прогибается, а рядом ощущается тепло чужого тела. Я с замиранием жду, что будет дальше. Но ничего не происходит. Лишь ровное дыхание мужа нарушает глухую тишину дома.

Меня терзают вопросы, ответы на которые причинят новую боль, но у меня не получается просто отмахнуться. Ведь стоит мне закрыть глаза, как я снова и снова вижу тот поцелуй, а потом и не только его. Теперь я знаю, каким может быть Казаев в постели, каков он без одежды и как целуется. Я помню, как может прикасаться и ласкать. И я вижу будто в живую, как все то же самое он проделывает с блондинкой, берет ее, не мешкая, не прерываясь, как со мной, а идет до конца и наслаждается их близостью.

И это становится моим персональным кошмаром. До самого утра.

5

Просыпаюсь я одна. Провожу рукой по смятой подушке рядом и, не удержавшись, вдыхаю. Он спал здесь. Мне это не приснилось.

Еще минут пять лежу, прокручивая в голове вчерашний день. Поднимаю руку и смотрю на шикарное кольцо, которое теперь украшает мой безымянный палец.

Я замужем.

Теперь я замужем. Сбылась моя мечта, которой я так долго грезила.

И что в итоге я получила?

Вставая с постели, морщусь - между ног неприятно тянет. А ведь у нас мало что получилось. Неужели это каждый раз это будет приносить настолько мучительные ощущения?

Умывшись, выхожу из комнаты. В доме звенящая тишина. Я мало что знаю о планах мужа. Надо было слушать внимательнее, когда мама говорила. Но я была полностью поглощена предстоящей свадьбой.

Мне страшно оказаться одной в целом доме. Не потому что мне может что-то угрожать. Скорее, тогда это будет означать, что я свою функцию выполнила и более Амирану не нужна.

Поэтому когда замечаю его на кухне, напряжение, в котором я нахожусь последние несколько минут, неожиданно растворяется.

- Доброе утро, - произносит тот, заметив меня.

- Доброе. Можно?

- Проходи, конечно. Ася, ты теперь здесь хозяйка, и тебе не нужно спрашивать у меня разрешения.

Судя по его тону, муж недоволен. И я снова напрягаюсь.

- Что хочешь на завтрак?

От его вопроса замираю на месте. Все должно быть не так. Это я должна была приготовить ему завтрак, должна ухаживать за своим мужчиной на кухне. Но каждый жест Казаева буквально кричит о том, что ему все это не нужно.

- Ты голоден? Давай я что-нибудь приготовлю! - нервно предлагаю, направляясь к холодильнику.

- Не надо, - останавливает меня муж. - Я уже поел. Ты пьешь кофе?

- Иногда, - покорно отвечаю, садясь за стол и принимая его правила игры.

Пока работает кофемашина, вязкое молчание окутывает каждого из нас. Я не знаю, как себя вести. Муж не дает мне проявить себя как супруге. Говорит, что я ничего ему не должна, что могу делать все что хочу, а на деле просто дает понять, что не заинтересован во мне.

С тоской вспоминаю, как мама кормила нашего отца, как тот благодарно смотрел на нее и хвалил каждый раз стряпню, делал комплименты ее рукам. Мне о таком и мечтать не стоит. Не потому что я безрукая. Просто Амирану это не нужно.

Я ему не нужна…

- Держи, - он ставит передо мной кружку, достает тарелку со свежей выпечкой, тосты и еще что-то. Я даже не рассматриваю, потому что мысли совсем не о еде. - После завтрак поедем с тобой в клинику.

- Зачем?

- К гинекологу. Он должен тебя осмотреть.

- Но зачем? - испуганно спрашиваю. - Со мной все нормально.

- Чтобы убедиться, что все в порядке.

Судя по взгляду Амирана, спорить с ним бесполезно. Но я и не думала даже. Просто мне не по себе от мысли, что меня будет смотреть незнакомый врач. До этого мама всегда водила меня к своему специалисту. Отец очень тщательно следил, чтобы наше с сестрой здоровье всегда было в порядке. Особенно по женской части.

- Ладно, - покорно соглашаюсь и опускаю взгляд на чашку.

- Ты совсем не ешь, - делает мне замечание муж спустя какое-то время.

- Нет аппетита. Может, позже.

Казаев не настаивает и кивает. Под его внимательным взглядом убираю со столам, отношу грязную кружку в раковину. У нас дома были слуги. Отец может себе это позволить. Но тем не менее, все домашние обязанности нас с Алсу мама научила выполнять. Потому что женщина должна уметь все - и согреть мужа в постели, и вкусно накормить, и воспитать детей.

- Я буду готова минут через двадцать, - отчитываюсь, когда на кухне все прибрано. - Но если надо, могу и быстрее.

- Собирайся спокойно. Я подожду.

Возвращаюсь в спальню и стараюсь действовать быстро. Будь между нами все иначе, я обязательно выбрала бы лучший свой наряд, постаралась бы поразить моего мужа, распалить и, возможно, позволила бы себе чуточку пофлиртовать. Но теперь я в растерянности. Как мне быть? Пытаться бороться за его внимание или сохранять достоинство и делать вид, что я не знаю про его любовницу и про то, что он провел с ней эту ночь?

Я словно заперта в золотой клетке, из которой уже не выбраться. Разводов у нас не бывает. Это запрещено. Вторую жену Амиран сказал не возьмет. И вряд ли бы он солгал мне насчет договора. Отец мог добавить такой пункт. Но ведь это не значит, что муж будет мне верен и будет меня любить.

А нужна ли мне семья без этого?

В итоге выбираю костюм, как нечто среднее. Что бы между нами не происходило, я не должна его опозорить своим внешним видом.

Спускаюсь на первый этаж и вижу, как Амиран разговаривает с кем-то по телефону.

- Да, созвонимся ближе к вечеру. Возможно, освобожусь ненадолго, - говорит он и, заметив меня, заканчивает разговор. - Перезвоню.

- Я готова, - сдавленно произношу, стараясь смотреть куда угодно, только не на мужа.

- Ты плохо себя чувствуешь? - спрашивает Казаев, подойдя ближе. - Ася, ты бледная. Если тебе нехорошо, то мы можем вызвать врача домой.

- Н-нет, все нормально.

- Уверена?

- Вполне.

Больше муж вопросов не задает. Выйдя из дома, оглядываюсь по сторонам. Вчера мне было не до этого, но сейчас я просто не могу смотреть на Амирана. В ушах так и стучат его слова о том, что он освободится вечером.

Ревность пускает корни все глубже, все сильнее отравляет каждую клеточку во мне. А мое бедное сердце снова плачет.

Сегодня Амиран садится за руль сам. Дорога пустая, и добираемся мы очень быстро.

Конечно, я не удивлена, что клиника оказывается одной из самых дорогих. Даже мы с мамой наблюдались в месте попроще.

- Идем, нас уже ждут, - говорит муж, отходя от стойки регистратуры.

- Ты пойдешь вместе со мной? - нервно спрашиваю, пока идем к нужному кабинету. Я и так-то не переборола в себе стеснительность, а уж учитывая некоторые обстоятельства, не готова делиться интимными деталями на виду у мужа.

- Если тебе так проще, подожду тебя в коридоре, - предлагает тот.

- Да, если можно.

В итоге в кабинет я вхожу одна. Глубоко вдохнув и натянув на лицо дежурную улыбку. Никто не должен знать, что на самом деле творится у меня на душе…

6

Врач оказывается женщиной в возрасте и представляется Галиной Петровной. Приятной на вид, и по общению тоже. Я всегда посещала гинеколога только с мамой, поэтому сейчас чувствую себя несколько скованно.

- Раздевайся, Ася. Посмотрю на кресле, - говорит она после первичного опроса.

Руки у Галины Петровны очень мягкие. Я не испытываю почти никакого дискомфорта при осмотре, хотя такой у меня впервые.

- Ну, серьезных разрывов я не вижу, но все же пропишу мазь на пару дней - пару трещинок надо подлечить.

- Это что-то серьезное? - обеспокоенно спрашиваю я.

- Нет, ничего такого. Просто при половом акте постарайтесь с мужем быть несколько осторожнее. Ты девушка юная и миниатюрная. Нужно немного времени и терпения, чтобы твое тело подстроилось под нужные размеры.

Она говорит без каких-то намеков на скабрезности, просто рассказывает факты, и это немного расслабляет.

- Ребеночка планируете? - спрашивает Галина Петровна, продолжая заполнять что-то в карте.

- Мы?

- Вы, конечно. Или пока контрацептивы? - она вопросительно смотрит на меня и ждет.

- Мы… Мы предохраняемся. Презервативы, - добавляю, вспоминая вчерашнюю ночь.

- Ну, учитывая ситуацию, советовала бы использовать либо оральные, либо сделать гормональный укол. Латекс может повысить вероятность раздражения, а в вашем случае лишний раздражающий фактор будет усложнять привыкание.

- То есть презервативы использовать нельзя?

- Нежелательно. Когда пара в постоянных отношениях, то есть нет других партнеров и нет необходимости исключать беспорядочные связи, то можно отдать предпочтение другим методам.

Медленно киваю, соглашаясь с врачом, а сама прокручиваю ее фразу про постоянные отношения и отсутствие других партнеров.

А ведь так и есть. Выходит, Амиран и про детей сказал, что не хочет, и со мной без защиты не стал пробовать, хотя видел, что слишком узко и…

Сосредоточиться на словах врача очень сложно. И, кажется, я упускаю пару фраз. Забираю назначения и вымученно улыбнувшись прощаюсь.

Я понятия не имею, как смогу продержаться рядом с мужем еще хоть сколько-то, потому что, кажется, у меня вот-вот начнется настоящая истерика. И его обеспокоенный взгляд, который вижу, стоит мне выйти, добивает меня окончательно.

- Все в порядке, - говорю онемевшими губами. - Просто нужна мазь и покой пару дней.

В подтверждение слов протягиваю ему лист с назначениями и стараюсь ничем не выдать себя.

- Понятно. Поехали, отвезу тебя домой.

- А ты? - вырывается у меня против воли.

- Ася, я понимаю, ты ждала другого, но так сложились обстоятельства, что я сегодня буду вынужден тебя ненадолго покинуть. Мне придется съездить в офис.

- Я могу поехать с тобой…

- Не думаю, что это хорошая идея, учитывая твое самочувствие. Ты до сих пор очень бледная. Тебе стоит отдохнуть.

- У тебя нет квартиры в городе? - цепляюсь за последнюю надежду. Амиран удивленно смотрит на меня, будто не ожидал подобной прыти. Впрочем, конечно, не ожидал. Жена и не должна так себя вести. Не должна навязываться супругу и мешать его работе. Но я малодушно боюсь, что уехав, Казаев вернется только ночью и… после нее.

- Ты права. У меня есть квартира, но она в данный момент занята. Так что воспользоваться ею ты не сможешь.

Если бы муж дал мне пощечину, я бы меньше сгорала со стыда, чем сейчас, после его слов.

- Извини, я просто просила.

- Все в порядке, Ась. Идем.

Всю дорогу я извожу себя тяжелыми мыслями. Даже когда Амиран останавливается возле аптеки и сам идет покупать мне все, что прописала врач. Моя бурная фантазия уже рисует такие картинки, от которых ревность все сильнее набирает обороты.

А уже за воротами его дома, когда мне надо просто выйти и отпустить супруга на работу, я предпринимаю еще одну попытку спасти то, что еще можно спасти:

- Может, ты голодный? Я могу что-нибудь приготовить. Обещаю, будет быстро и вкусно, - тараторю, боясь, что Казаев попросту не дослушает меня.

- Не надо, Ася. Поем в офисе. Но спасибо за предложение. Ты отдыхай побольше.

Он едва заметно улыбается, но как-то дежурно.

- А во сколько ты вернешься? - набираюсь смелости и спрашиваю, глядя ему прямо в глаза.

- Как только разберусь с теми срочными делами, из-за которых вынужден уехать, - терпеливо отвечает муж. - Прости, но мне правда пора.

Тактичный намек, что я трачу его время, действует отрезвляюще. Молча выхожу из машины и иду к дому, даже не обернувшись на мужа. Каждый шаг дает непросто. Грудь словно сдавливает, а в глазах уже пелена слез. И только одна мысль в голове - я проиграла.

Я проиграла…