banner banner banner
История педагогической мысли в Китае в Новое и Новейшее время
История педагогической мысли в Китае в Новое и Новейшее время
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

История педагогической мысли в Китае в Новое и Новейшее время

скачать книгу бесплатно


В это время Лу Синь выдвигает идею воспитания и образования революционеров: чтобы изменить общество, необходимо воспитать «борцов, смело смотрящих в лицо мучениям жизни и стекающей свежей крови». В 1933 году публикуется его статья «Избыток знаний», где он отмечает, что в образовании того времени слишком много знаний, вызывающих опасения людей, поэтому «надо использовать “строгую” экзаменационную систему, которая подобна железному венику – раз, раз, раз, и “выметет” назад к “народу” большинство образованной молодежи, таким образом раскроется мракобесие органов власти». Его рассуждения о просвещении молодежи, в особенности воспитании детей, являются важным вкладом в развитие педагогической мысли Китая новейшей эпохи. В октябре 1927 года из-за того, что Лу Синь не смог спасти арестованных учащихся, он отказывается от преподавательской должности в университете им. Сунь Ятсена в Гуанчжоу и переезжает в Шанхай, где и умирает 19 октября 1936 года.

Свои последние годы Ян Сяньцзян также посвящает исследовательской и переводческой марксистской теории просвещения Китая, на его счету также немало теоретических заслуг в сфере молодежного образования: принципы, методики, содержание и так далее.

Педагогическая мысль периода Войны сопротивления японским захватчикам (1937–1945)

После Инцидента на мосту Лугоу 7 июля 1937 года Гоминьдан и Компартия сотрудничают, в результате чего образуется единый национальный фронт, направленный против японских захватчиков. Народные ополчения хорошо укрепленных опорных пунктов в Шаньси, Ганьсу и Нинся, руководимые КПК, пробираются глубоко в тыл врага и последовательно создают множество антияпонских народных опорных пунктов. В ответ на нужды сопротивления японским захватчикам и спасения страны Мао Цзэдун принимает стратегическое решение «великое движение по сопротивлению агрессору требует не менее великого образовательного движения по сопротивлению агрессору», а также составляет четыре политических курса антияпонского образования: «Первое – переделать систему образования, убрать ненужные дисциплины, изменить систему, исходя из приоритетности дисциплин, необходимых на войне, и развивать у учащихся собственную образовательную активность. Второе – учредить, расширить и укрепить разного рода кадровые школы, подготовить большую партию антияпонских кадровиков. Третье – широко развивать народное образование, организовать различные школы дополнительного образования, движения по ликвидации безграмотности, театральные движения, певческие движения, спортивные движения, на фронтах и в неприятельском тылу организовать периодические издания с целью повышения национальной культуры и национального сознания. Четвертое – организовать обязательное начальное образование, воспитывать новое поколение в национальном духе». В отношении вопросов воспитания кадров, проведения новой системы образования и новых дисциплин во имя сопротивления захватчикам и спасению страны, вопросов сплочения интеллигенции, рабочих и крестьян, вопросов по методике и отношению к учебе, вопросов народных школ и других Мао Цзэдун подробно разъясняет способы и методы обучения на опорных базах в военное время и определяет тем самым курс развития образования.

В это время в отношении образования на опорных базах предпринимается много творческих инициатив, например, высшее образование на основе новой формы краткосрочных курсов, не похожее на обучение в стандартном университете. Такие учебные заведения, как Народный Антияпонский Военно-политический колледж Китая, Шэньбэйский колледж, Институт литературы и искусств им. Лу Синя, Женский университет Китая, Северо-Китайский Объединенный Университет, Янаньская Академия естественных наук и другие главным образом проводят краткосрочную форму обучения. Учебные пособия, методики и прочее, используемые в школах начальной и средней ступени и при образовании масс без отрыва от производства, также изменяются и оперативно подгоняются к антияпонской пропаганде. Сю Тэли, У Юйчжан и другие мыслители просвещения во время пребывания в опорных пунктах также проделывают большой объем работы по выстраиванию теории и практики.

В быстро меняющейся ситуации после начала Антияпонской вой ны Гоминьдановское правительство также предпринимает определенные меры в отношении образования. Один за другим издаются указы «Программа работы педагогической деятельности при всеобщей мобилизации», «Программа проведения образования во всех учебных заведениях в военное время», «Задачи всех учебных заведений и объекты обучения» и другие. Чан Кайши также делает многочисленные доклады, выдвигает курс управления школами «Мирное время как военное время, военное время как мирное время»; восемь добродетелей «преданность государству, сыновняя почтительность к родителям, гуманность, милосердие, верность, нравственность, гармония, мир» и четыре устоя «культурность, справедливость, бескорыстие, совестливость» определяются в качестве норм воспитания и девиза школьных заведений всех уровней. Кроме того, требуется совместить литературу и военное дело, все должно идти на пользу военному делу, воспитывать патриотизм у учащихся. Его педагогическая идея с одной стороны состоит в сопротивлении захватчикам и спасению страны, а с другой – в контроле над образованием и несет характер рабской реакционности.

Образование в районах Гоминьдановского контроля под руководством педагогических мыслей Чан Кайши также демонстрирует вышеизложенное противоречие. Согласно осуществляемой в военное время Гоминьдановским правительством системе образования «единства власти и образования» в отношении начального образования принимается закон о обязательном образовании, изменяется административная система начального образования, редактируются дисциплины и нормы обучения в начальной школе, улучшаются и повышаются условия работы и заработная плата преподавателей в начальных школах. Благодаря комплексу этих мероприятий Гоминьдановское правительство преуспевает в деле развития начального образования: с 1938 по 1946 год количество начальных школ возрастает с 217 394 до 290 617, количество учащихся детей возрастает с 12 281 837 до 23 813 705 человек, расходы увеличиваются с 64 932 910 до 608 821 682 759 юаней[51 - Сюн Минань. История образования Китайской Республики. Чунцин: Издательство Чунцин, 1990. С. 230–249.]. Большие изменения касаются и среднего, высшего, педагогического, профессионального и других уровней образования. Необходимо сказать, что в это время под эгидой объединения против общего врага Гоминьдановское правительство добивается хороших результатов в сфере образования, среди которых их опыт по повышению заработной платы преподавателей, помощи бедным студентам, развитию образования и другим вопросам и по сей день является назидательным примером.

В военный период «жизненное образование» Тао Синчжи также находит дальнейшее развитие и делится на два этапа: военное образование (1937–1939) и общее образование (1940–1945). Он вместе с работниками движения жизненного образования один за другим организует «Служебный союз военного образования» в Шанхае, «Исследовательское общество военного образования» и «Ассоциацию национального военного образования» в Ухане, а также издает ежемесячник «Чжаньши цзяоюй» («Военное образование»), мобилизует и просвещает народ и молодежь в борьбе с японским империализмом, борется за строительство свободного равноправного, мирного Нового Китая. В военное время Тао Синчжи твердо придерживается интегрированного образования: образования сопротивления японским агрессорам и строительства нового государства, основывает школу талантов, воспитывает творческих всесторонне развитых кадров для будущего общества. В это время он выдвигает известную новаторскую педагогическую идею «шесть больших освобождений».

Педагогические идеи периода Третьей Гражданской революционной войны (1945–1949)

Япония объявляет безоговорочную капитуляцию 15 августа 1945 года. Наконец, по прошествии восьми лет кровопролитных войн, китайский народ изгоняет агрессора. Коммунистическая партия Китая выдвигает курс мирного, демократического и объединенного строительства нового государства. Однако Гоминьдан, заручившись поддержкой США, разжигает гражданскую войну вопреки народным желаниям вернуться к спокойной жизни у домашнего очага. Коммунистическая партия при поддержке миллионных народных масс проводит оборонительную войну, в которой одерживает победу и основывает Китайскую Народную Республику. Китайская педагогика входит в новый этап развития.

В канун победы в войне против японского агрессора Коммунистическая партия Китая в Яньане созывает 7-е Всекитайское собрание народных представителей. На собрании Мао Цзэдун выступает с докладом «О коалиционном правительстве», где четко указывает, что после победы в войне необходимо построить независимый, свободный, демократичный, объединенный, богатый и могущественный Китай по принципам новой демократии. В сфере образования Мао Цзэдун также отмечает: «Культурное и народное образование Китая должно строиться по принципам новой демократии, то есть Китай должен создать свою новую культуру и новое образование, основанные на национальном воспитании, науке и народных массах»[52 - Избранные сочинения Мао Цзэдуна. Т. 3. С. 1083.]. Чтобы избавиться от рабской идеологии, всего феодального и фашистского, в образовании и культуре необходимы решительные меры. Вышеизложенная мысль Мао Цзэдуна становится указанием программного характера в проведении образования в освобожденных районах, а после начала полномасштабной гражданской войны основной опорой педагогической деятельности в освобожденных районах как раз становится установление национального, научного и народного образования.

После начала гражданской войны Народно-освободительная армия Китая очень быстро отбивает крупномасштабное наступление Гоминьдановских войск и переходит на контрнаступление по всем фронтам, одерживает победы в трех крупных сражениях: Ляоси-Шэньянское сражение, Хуайхайское и Пинцзиньское. Для закрепления успехов этих сражений и подготовки послевоенных кадров в освобожденных районах своевременно принимается политика «Воспитание кадров – на первом месте». Мао Цзэдун для ЦК делает предварительный набросок резолюции для сентябрьского совета, в котором предлагает завершить подготовку большого количества кадров и обратить внимание на образование кадров в освобожденных районах, а также принять меры по перениманию кадров из больших городов, находящихся под властью Гоминьдана. В 1948 году в директиве «О просветительской работе», распространенной Маньчжурской административной комиссией, также отмечается: первоочередной задачей просветительской работы в новых условиях является подготовка большого количества разного рода интеллигентов со знаниями в области культуры, науки и техники и революционными идеями. Руководствуясь такой идеологией, подготовка кадров во время освободительной гражданской войны переживает бурное развитие, благодаря чему в военные годы готовятся кадры для революционной войны, а также кадры для становления Китайской Народной Республики.

В отличие от бурно развивающегося образования в освобожденных районах, образование в районах гоминьдановского господства доживает последние дни. В это время Чан Кайши также выдвигает лозунг «В период строительства государства образование – на первом месте» и выступает за развитие народного и педагогического образования, образования в средней школе, а также за культурно-образовательное строительство в западных районах и так далее. Однако это осталось только словами, в действительности же на первом месте стоит война. Поэтому от победы в войне сопротивления до освобождения Нанкина гоминьдановское правительство переживает серьезный дефицит ассигнований на образование, образование как отрасль заметно ухудшается, жизнь учащихся и учителей нестабильна. Гоминьдановское правительство жестко подавляет учителей и учащихся, требующих демократии, свободы, мира и выступающих против гражданской войны. В результате оно теряет народную поддержку и народные массы и в конце концов терпит поражение.

В это время в районах гоминьдановской власти идеи демократического образования имеют дальнейшее развитие. Тао Синчжи своевременно развивает жизненное образование до этапа демократического образования и детально описывает цели, методику, преподавателей, учебные материалы, учебный план, систему, администрацию и другое содержание демократического образования. Издательство «Шэнхо цзяоюй» («Жизненное образование») 1 ноября 1945 года выпускает периодический журнал «Демократическое образование», где последовательно публикуются статьи Тао Синчжи, Цзянь Боцзаня, Дэн Чуминя и других деятелей, выступающих против партийного образования Гоминьдана.

Во время подъема демократического образования в декабре 1946 года печатается книга Чэн Хэциня «Хоцзяоюй лилунь юй шиши» («Теория и практика жизненного образования»), где системно обобщается теория жизненного образования, выдвигаются цель жизненного образования «Быть человеком, быть китайцем, быть современным китайцем», теория обучения «Природа, общество – это учебные пособия жизни» и методика «Обучать делая, учиться делая, прогрессировать делая». Чэн Хэцинь занимает важное место в истории развития педагогической мысли Китая современной эпохи в сфере поиска теории и экспериментального исследования детского и семейного образования.

Благодаря развитию педагогической мысли Китая новейшей эпохи разница между педагогической теорией Китая и западными странами значительно уменьшается. Широкое распространение западной педагогики, споры и обсуждения в образовательных кругах, публикация ряда трудов о теории и опытной практике, написанных китайцами, образование и развитие научных коллективов и организаций, занимающихся педагогическими исследованиями, появление представителей педагогических кругов с мировым влиянием, таких как Тао Синчжи, Янь Янчу и других, боевой дух Лу Синя, Ян Сяньцзяня, Юнь Даина и других прогрессивных педагогов, тео рия и практика революционного образования в освобожденных районах – все это добавляет педагогической мысли современной эпохи богатое содержание и пестрый колорит. Конечно, изменчивость китайского общества новейшей эпохи и непрекращающиеся войны оказали огромное влияние на структуру педагогической тео рии, что проявилось в сравнительно слабом изучении внутренних принципов педагогики. В результате становится сложно соединить воедино лучшие педагогические мысли старины и современности, сплавить воедино лучшие педагогические успехи Китая и Запада с учетом настоящего китайского колорита.

Глава 2. Иностранная образовательная мысль в Китае Нового времени

В 1862 году в кризисном Пекине было официально открыто первое в Китае учебное учреждение нового образца – Училище для обучения китайцев иностранным языкам и наукам (Тунвэньгуань). Таким образом, в китайское образование интегрировались идеи западного просвещения, положившие начало модернизации китайского образования.

В истории образовательной мысли Китая новой и новейшей эпохи европейская модель образования является довольно деликатной темой. Есть как положительные, так и отрицательные мнения о западном образовании. Некоторые считали, что образование на западный манер «обладает ярко выраженным консерватизмом и компрадорским характером», что оно «в итоге только сможет причинить вред стране и народу, а также поспособствовать превращению в полуколонию»[53 - История современного образования в Китае / Сост. Чэнь Цзинпань. Пекин: Народное образование, 1979. С. 97.]. Однако были и сторонники иностранного образования, которые указывали, что «иностранное образование – это росток нового просвещения в Китае, формализация которого откроет новое и современное образование в Китае. Кроме того отмечалось, что оно является предпосылкой для реализации капиталистической образовательной системы и создания основы для будущей новой (европейской/западной) образовательной системы Китая»[54 - Всеобщая история образования в Китае / Гл. ред. Мао Лижуй, Шэнь Гуаньцюнь. Цзинань: Просвещение, 1988. Цз. 4. С. 105.]. В действительности расхождение во взглядах было вызвано тем, что иностранная образовательная модель имеет двойственный характер. Только трезво анализируя причины возникновения и содержание этой модели, получится дать сравнительно объективную оценку природы и характера иностранной образовательной тенденции и ее места в истории образовательной мысли Китая.

Истоки иностранной образовательной мысли

Поражение в Опиумных войнах и унизительные условия заключения мирного соглашения разрушили миф о непобедимости древнейшей империи и стали потрясением для царствующей династии. Западные державы использовали артиллерию, чтобы «прорубить окно» в Китай, а китайцы, в свою очередь, впервые столкнулись с внешним миром.

Линь Цзэсюй и Вэй Юань были первыми представителями образовательного течения, которые смело противостояли внешнему миру в надежде найти путь спасения страны и людей. Перед лицом поражений они не впали в депрессию и страх. Вместо этого они постарались спокойно переосмыслить прошлый опыт и в итоге предложили стратегический комплекс для понимания образовательных тенденций Запада, изучения его сильных сторон, а также для сопротивления внешнему нападению с помощью традиционной политики феодального Китая и создания мирной обстановки в стране.

Вэй Юань также проанализировал причины поражения Китая в Опиумных войнах. Он считал, что самая большая проблема Китая заключалась в том, что внутренняя политика не была выстроена, и поэтому таланты народа – рабочих и служащих – не могли должным образом развиваться. Он считал, что именно народ способствует подъему государства, достижения не должны основываться на одной удаче, поэтому необходимо воодушевлять людей, воспитывать в чистоте помыслов и твердой воле, вдохновлять таланты и растить кадры. Только так можно обогатить государство, укрепить вооруженные силы и усмирить чужеземцев.

Линь Цзэсюй и Вэй Юань выступили с инициативой открыть глаза на мир, так как «умение контролировать иностранцев», по их мнению, могло стать в некоторой степени, прологом успеха в международных отношениях. Последующие идеологи иностранной образовательной мысли постепенно сформировали и развили собственную систему иностранной образовательной мысли, основанную на устоявшемся и западно-ориентированном подходе к образованию, таким образом продолжив дело Линь Цзэсюя и Вэй Юаня.

После Второй Опиумной войны внутри правящих кругов цинского двора образовалось два лагеря: фракция консерваторов и фракция движения «Ян-У». Консерваторы слепо полагали, что Китай является «великой державой и управляется небесной династией», и отрицали любые связи с варварскими капиталистическими странами, а в отношении иностранцев, иностранных предметов / товаров, иностранных языков и иноземной культуры избрали для себя затворническую и отвергающую позицию, всячески бойкотируя проявления западной культуры.

Однако позиция фракции движения за усвоение заморских дел «Ян-У», исходя из предпосылок сохранения феодального строя, выражалась лишь в «смене инструмента, но не в смене дороги». Они выступали за «особое внимание к западным тайнам и умениям», обучали «западным искусствам и технологиям», а также на местах и в различных районах, при поддержке иностранцев, развивали модернизированное военное дело и производство, строили железнодорожные пути, открывали учебные заведения нового формата и тренировали сухопутные и военно-морские силы нового образца. В начале 1960-х годов в рядах представителей движения по усвоению заморских дел были глава по управлению делами разных стран, великий князь Гун Исинь, цинские военные министры Гуй Лян и Вэнь Сян. Среди этнических групп выдвинулись такие чиновники, как Цзэн Гофань, Ли Хунчжан, Цзо Цзунтани, Чжан Чжидун и другие.

Работники образования, развивающие просвещение на западный манер (далее западное образование), продолжили идею Вэй Юаня о том, что «залог процветания государства – это народ», и еще раз призвали к продвижению «западного обучения». Ли Хунчжан жестоко критиковал традиционную систему образования, главной целью которой был отбор на чиновничьи должности при помощи восьмичленного экзаменационного сочинения. Так, он выступал за «разграничение системы иностранных дел и приведение ее к единому стандарту для упрощения подготовки кадров»; он считал, что следует учредить «управление по иностранному обучению», в систему преподавания которого войдут естественные науки, арифметика, география, судостроение, механика, военное дело, артиллерия, химия и электрическая отрасль промышленности и др.[55 - Ли Хунчжан. Обсуждение береговой обороны // Полное собрание сочинений господина Ли, рукописи докладов.]

«Материализацией» концепции вестернизации образования в Китае стало училище Тунвэньгуань, которое, непрестанно инициируя нападки на традиционное феодальное образование, бросало яростный вызов устоявшейся системе образования. В 1866 году Главное управление по иностранным делам направило заявление о присоединении к училищу Тунвэньгуань астрономической и арифметической школ для изучения астрономии, математики, западных технологий и др.

После этого в училище Тунвэньгуань было официально открыто несколько иностранных учебных курсов по естественным наукам. Мы имеем возможность ознакомиться с учебным планом того времени, обратив внимание на программу обучения в училище Тунвэньгуань:

Первый год: грамота и письмо, элементарное построение предложений, объяснение базовых элементов учебников.

Второй год: толкование базовых учебников и книг, упражнения по письму и грамматике, перевод бумажных записок с информацией о каких-либо событиях.

Третий год: изучение географических карт разных стран, изучение краткой истории разных стран, перевод избранных сочинений.

Четвертый год: элементарное обучение математическим правилам, алгебра, перевод официальных документов.

Пятый год: изучение естественных наук, плоскостной тригонометрии, сферической тригонометрии, перевод рапортов, докладов, прошений и т. п., обучение «Началам» Евклида.

Шестой год: изучение механики, дифференциального интеграла, мореходной навигации, а также перевод рапортов, докладов, прошений и т. п.

Седьмой год: изучение химии, астрономических подсчетов, международного права, а также перевод рапортов, докладов, прошений и т. п.

Восьмой год: астрономические расчеты, география и геммология (металлы и камни), тактики обогащения государства, перевод рапортов, докладов, прошений и т. п.

Изучение китайского языка и чтение классических канонов реализуется с самого начала и до конца обучения. Ученик начальной школы половину каждого дня уделял изучению китайского языка.

Хотя вышеуказанный план имеет множество консервативных элементов, наконец удалось сменить традиционное и ограниченное содержание учебной программы. В официальную учебную программу были включены современные на тот период научно-технические знания, таким образом новое интегрировалось в устаревшее феодальное образование. В связи с повсеместным распространением научно-технического знания возникли концепции проникновения наук в систему государственных экзаменов кэцзюй, которые, в свою очередь, подготовили условия для окончательного упразднения экзаменов кэцзюй. Согласно мнению иностранных работников просвещения, данные мероприятия, с одной стороны, позволили учащимся из учебных учреждений нового западного образца получить место чиновника, а с другой – предоставили возможность добавления в традиционную систему экзаменов кэцзюй следующих предметных областей: арифметика, искусство, экономика и т. п. Так в значительной степени было изменено содержание системы государственных экзаменов кэцзюй.

Вслед за учреждением школы астрономии и арифметики в училище Тунвэньгуань появились еще и другие «материализованные продукты» деятельности идеологов иностранной образовательной мысли. Были основаны школа промышленности и технологий и школа военного дела. В 1866 году военный и политический деятель Цзо Цзунтан на судостроительном заводе в районе Мавэй (г. Фучжоу, провинция Фуцзянь) положил начало первому в Китае специальному техническому училищу – Фучжоуское училище для подготовки флотского персонала. Позже Ли Хунчжан, Лю Куньи, Чжан Шушэн и другие идеологи поочередно основали Цзяннаньский арсенал, относящийся к артиллерийскому училищу, Гуандунское училище реального обучения (Guangdong School for Real Learning), Фучжоускую частную школу электрической отрасли, Тяньцзиньское телеграфное училище и др. С основанием вышеперечисленных учебных заведений появляется и реализуется новая система просвещения, в которой самосовершенствование, талант и учебные заведения рассматриваются как одно целое. Это и есть так называемый лозунг: «Воспитание талантов – это почва на пути к самосовершенствованию, а учреждение учебных заведений – это главный способ нахождения будущих талантов»[56 - Шэн Сюаньхуай. Доклад о решении создания китайско-европейского учебного заведения в г. Тяньцзинь // Заметки об управлении царствующей династии в новой редакции. Т. 6.]. Подготовка кадров проходила в процессе образования в учебных заведениях, в которых и реализовались «пути совершенствования», предложенные движением «Ян-У».

Движение за вестернизацию образования постоянно развивалось, иностранные работники просвещения испытывали недовольство тем, что учебные заведения открываются только внутри страны. Для них было необходимо снять барьер для отправки студентов на учебу в западные страны, так как «получить истинное знание можно только в условиях реальной обучающей среды». Цзэн Гофань и Ли Хунчжан 19 июля 1871 года предложили отправить своих детей на учебу в Америку. В то время данный поступок не только предоставлял возможность для обучения за границей, но и оказывал значительное влияние на китайскую общественность и образование в целом.

Уже сформированную образовательную мысль выразил видный политик, впоследствии занимавший пост военного министра, – Чжан Чжидун. Он не только на практике расширил такие сферы иностранного образования, как западная литература, западные технологии (в военном и флотском деле), обучение за границей, но и на теоретическом уровне произвел сравнительно комплексное исследование и сформировал теоретическую базу. Чжан Чжидун вывел иностранную образовательную мысль в Китае на новый уровень. Образовательная мысль Чжан Чжидуна и его концентрация на практическом аспекте выразилась в нескольких нижеследующих направлениях.

Во-первых, структурное преобразование академий классического обучения в учебные заведения на западный манер с целью упразднения прежней системы академий и развития школ нового типа. Чжан Чжидун добавил в круг обязанностей заведующих учебными делами провинции Хубэй и Сычуань, а также в обязанности генерал-губернатора провинции Шаньси контроль над академиями классического образования, конфуцианскими школами и школами высокой добродетели. При генерал-губернаторах провинций Гуандун, Гуанси, Хубэй и Хунань были открыты такие новые учреждения, как Академия Гуанъя, академии провинций Хунань и Хубэй. Эти события стали подтверждением расширяющихся позитивных тенденций в деле организации учебных заведений нового типа.

Во-вторых, основание различных учебных заведений нового типа и развитие западной педагогической мысли внесли вклад в упрочнение системы образования Китая Нового времени. Для развития военного воспитания Чжан Чжидун учредил Гуандунское училище морских и сухопутных войск и Хубэйское училище военной подготовки. В сфере профессионально-технического образования он последовательно основал Гуандунское телеграфное училище, Хубэйское коммерческое училище и т. д. В области обучения иностранным языкам Чжан Чжидун считал, что непонимание иностранного языка, а также знание только китайского языка ничем не отличается от глухонемоты. Без иностранных языков остается только «в победы человека мне не верить, замыслы людей мне не выведывать, человеческие нормы не принимать, [если] кто-то присвоит, то я и не узнаю»[57 - Чжан Чжидун. Цюань сюэ пянь («[Книга] поощрения обучения»): комментарий к тексту.], поэтому открывались школы переводчиков, в которых главной целью было обучение европейским языкам и наукам. В сфере педагогического образования Чжан Чжидун полагал, что «педагогические училища являются почвой для создания [нового] образования»[58 - Чжан Чжидун. Изучение создания и развития моделей учебных заведений // Полное собрание сочинений господина Чжана. Докладная записка № 57.], поэтому он, во-первых, направлял учеников в Японию для изучения педагогических наук, во-вторых, основал в провинции Хубэй педагогическое училище, затем открыл педагогическое училище в Саньцзяне, главные педагогические училища в провинции Хунань и Хубэй. Кроме этого, открывались учебные педагогические курсы и женские педагогические училища. Эти учреждения нового типа затрагивали едва ли не каждую область современного нового образования. Они заложили основы для формирования образовательной системы Китая Нового времени.

В-третьих, активное стимулирование и участие в упразднении экзаменов кэцзюй, а также установление образовательной системы Нового времени и системы административного контроля над образованием в Китае. Чжан Чжидун, рассматривая систему кэцзюй в качестве инструмента для устройства на государственную службу, постепенно пришел к осознанию, что система государственных экзаменов кэцзюй разлагается, прежде всего, страдая от коррупции: «государственная служба возникает из экзаменов кэцзюй, это путь, в конце которого получают почетную должность и власть». Однако на самом деле экзамен кэцзюй зачастую был поверхностным и бессодержательным, так как обнаружилось несоответствие между древними и нынешними уровнями экзамена, а также несоответствие государственному управлению. Как говорят: «[если] культура преобладает, то реальность слабеет, [если] закон стареет – порождается злоупотребление этим законом», поэтому правительству выдвинули «прошение об упразднении системы кэцзюй». После того как прошение было ратифицировано императором, система государственных экзаменов кэцзюй, которую использовали 1300 лет, была полностью упразднена. Чжан Чжидун был одним из основателей китайской системы образования Нового времени. Правительство династии Цин официально объявило о новой системе 13 января 1904 года.

В-четвертых, в системную итоговую доктрину иностранного образования Чжан Чжидун официально внес положение: «…так как содержанием послужит китайское образование, а оформлением станет западное, то при использовании отраслей науки западной школы хорошо было бы избежать отрицательного влияния укоров и изменения общественных норм». Система обобщила основные черты программы иностранной образовательной мысли и программы движения «Ян-У». С этих пор иностранное образование стало образовательным идейным течением с довольно богатым содержанием и ясно выстроенной идеологической системой. Однако высокое положение иностранной образовательной мысли очень быстро обрушилось, оно было заменено модернистскими веяниями. Таким образом, образовательная мысль Китая Нового времени снова вступила в новый исторический период своего развития.

Система иностранной образовательной мысли

Создание и развитие иностранной образовательной мысли представляет собой постоянно совершенствующийся процесс обогащения. Несмотря на то, что вопросы образования и способы их решения у работников просвещения раннего и позднего периодов развития образовательной мысли были у каждого свои, в отношении общих вопросов не было расхождений, имелись общие тенденции. Они интегрировались под лозунгом «Необходимо прибегнуть к западной науке для формирования китайского образования». Здесь необходимым представляется осуществление критического обзора сущности и кадрового потенциала иностранного образования.

Теория сущности иностранного образования

Лозунг «Необходимо прибегнуть к западной науке для формирования китайского образования» – это ведущая идеология и основная программа иностранного образования. Хотя суть иностранной образовательной мысли была предложена в 1898 году Чжан Чжидуном, на самом деле со дня основания движения «Ян-У» именно такое мнение и было ведущим в кругах работников образования.

Термины «китайская наука» и «западная наука» в теории иностранного образования приобрели другое название – «старая наука» и «новая наука». В связи с этим Чжан Чжидун дал точное определение: «Четверокнижие», «Пятикнижие», исторические хроники Китая, политические трактаты и карты впредь считаются «старой наукой», а западная политика, мастерство и технологии, а также западная история – «новой наукой». Для понимания «старой науки» следует использовать «новую науку», и нельзя отказываться от одной в противовес другой»[59 - Чжан Чжидун. Цюань сюэ пянь («[Книга] поощрения обучения»): подготовка к обучению.]. Можно заметить, что так называемое «китайские науки» – это и есть традиционная культура Китая, феодальные законы и указы, этика и мораль, центральным содержанием которого являются «четыре книги и пять канонов» и этика «три устоя и пять незыблемых правил». «Западные науки» включают в себя две области: западную политику (как модель управления) и западное мастерство и технологии. Их основным содержанием является: «западная политика – это школа, география, финансы, налоговое обложение, военная подготовка, основной закон и практика его применения, стимулирование промышленности, торговые связи»; западное мастерство и технологии – это правила счета, живопись, горное дело, медицина, музыка, химия и электричество»[60 - Чжан Чжидун. Цюань сюэ пянь («[Книга] поощрения обучения»): подготовка к обучению.]. Как видно из вышеперечисленного списка, появились ссылки на западное законодательство и естествознание.

В иностранном образовании главенствующее место всегда занимало содержание «китайского образования». В учебных заведениях под управлением фракции движения «Ян-У» раннего периода большое внимание уделялось изучению конфуцианской классической литературы, более того, рассматривали «китайское образование» как явление, пустившее глубокие корни. Ли Хунчжан в «Ходатайстве о награждении флотского персонала Тяньцзиньского училища» писал: «Истина покоряется через обучение, тексты обогащают информацией людей, “очистить” [образование]» можно посредством взращивания его корней»[61 - Сборник истории образования Китая в Новом времени, образование при Движении по усвоению заморских дел / Сост. Гао Шилян. Шанхай: Просвещение, 1992. С. 435.]. Конфуцианская классическая литература считалась корнем образования.

С позиции теории Чжан Чжидун раскрыл место и роль «китайского образования» в иностранной образовательной мысли. Он полагал, что главный пункт образования – это воспитание апологетов для служения феодальному управлению и богатые знания «китайского образования», при которых нужно осознанно следовать этике, не отступая от канонов и не изменяя истинному пути и, что более важно, не бунтуя против вышестоящих. Согласно статистике, в данной образовательной системе изучение канонических книг занимало 25 % обучающего времени. Если добавить китайскую литературу, то «китайское образование» будет занимать около 35 % от всего времени обучения.

«Западное образование» в понимании представителей фракции движения «Ян-У» также развивалось. Термин «западное образование» используется представителями иностранной образовательной мысли раннего периода в основном в отношении западной речи и письма (язык), науки и техники. Вслед за развитием деятельности движения «Ян-У» расширялся кругозор идеологов иностранной образовательной мысли, поэтому понимание термина «западное образование» становилось еще шире. Содержание «западного образования» в иностранной образовательной мысли Китая также систематически увеличивается. Иностранное образование на ранних этапах своего развития стимулировало изучение «отраслей науки западной школы», его главной целью являлось «научение иноземным умениям и преимуществам для [последующего] контроля иноземцев», а также «контроль иностранных государств», а не чтобы «иностранные государства контролировали [Китай]».

Однако как же на практике происходило воплощение и дальнейшее руководство сущностью иностранной образовательной мысли? Основные действия представителей иностранного образования заключались в тезисе «реализация западного образования должна, в первую очередь, проходить через китайское образование», т. е. сначала необходимо подготовить фундамент – «китайское образование», – а затем последовательно реализовывать «западное образование». В отношении этого Чжан Чжидун дал сравнительно глубокое объяснение: «В нынешнем стремлении усилить Китай и сохранить китайское образование нельзя игнорировать западное образование, иначе после упрочнения корней китайского образования сильные станут бунтарями, а слабые – рабами. Проблемы образования могут усугубиться, если не получится внедрить западное образование». Он также говорил: «Нынешние учащиеся, прежде всего, должны учиться понимать каноны. При помощи ясного видения нужно учиться у основоположников высокого учения, а в деле изучения истории посредством знаний нужно ликвидировать хаос и познать условия девяти областей Древнего Китая. Затем, выбрав западное образование, [ученик] сможет заполнить пробелы в знаниях, а западная политическая [теория] позволит извлечь недуги. Все это представляет чистую пользу без вреда»[62 - Чжан Чжидун. Цюань сюэ пян («[Книга] поощрения обучения»). Порядок.]. В вышесказанных строках не только дается объяснение последовательности реализации образования «от китайского к западному», но также освещаются основные вопросы «китайского образования» и взаимосвязь, проявляющаяся в применении «западного образования» для дополнения недочетов национального обучения.

Точка зрения на лучшие кадры в иностранной образовательной мысли Китая

Если лозунг «Необходимо прибегнуть к западной науке для формирования китайского образования» – это ведущая идеология и основная программа иностранного образования, то лучшие кадры иностранной образовательной мысли являются конкретным ее проявлением, основной исходной точкой.

Сущность этого лозунга конкретизируется в кадровых вопросах и является неким сочетанием высокой нравственности и собственно таланта, в котором этика-мораль занимает первостепенное место. Кроме этого, он же и фокусируется на воспитании и обнаружении иностранных кадров, разбирающихся в «китайских и западных науках».

Чжан Чжидун в процессе работы над иностранными делами на себе прочувствовал всю тяжесть поиска талантливых людей, которые воплощали бы высокую нравственность и имели глубокие познания в «китайских и западных науках». Он даже восклицал, что «Китай не беден ресурсами, однако беден талантами».

Слово «талант» работники иностранного образования употребляют в основном в значении «талант к постижению иностранных дел», т. е. талант овладения западной наукой на базе китайской традиционной науки. Для того чтобы иностранное дело обладало достаточным количеством квалифицированных работников, работники просвещения всячески выдвигали кандидатуры и привлекали на работу лучших иностранных кадров, а также создавали различного рода учреждения для воспитания талантов.

Практическая деятельность представителей движения «Ян-У» позволила работникам образования понять, что нужно коренным образом решать проблему нехватки иностранных кадров, так как обычное привлечение работников представляется недостаточным, ключ к решению проблемы именно в воспитании кадров. Чжан Чжидун считал, что обстановка в стране зависит от прилива и оттока талантов, которые, в свою очередь, выражаются в управлении и раскрываются в учебе. Так, основываясь на этих знаниях, работники иностранного образования вложили свои силы в открытие учебных заведений – от учреждения школы иностранных языков и до создания училища по военной подготовке, а также от открытия специализированных школ для обучения западным «искусным истокам» и «основам производства» до педагогических училищ и до отправки учеников в другие государства для обучения. Каждое из таких учреждений воплощает собой труд, старания и душу, вложенные работниками иностранного просвещения.

Оценка иностранной образовательной мысли

Хуан Синьсянь[63 - Хуан Синьсянь (род. в 1954) – профессор Фуцзяньского педагогического университета, института науки и технологии в области образования, изучает проблемы образования.], оценивая Чжан Чжидуна как типичного представителя иностранного образования, считал, что идея использования «китайских наук в качестве основы, западных наук для применения» имеет содержание двойственного характера. Отсюда следует, что такое образование представляет собой обоюдоострый меч, направленный на уничтожение фракции консерваторов и вырубку фракции реформаторов. Оно может выполнять посреднические функции, везде находить источники для развития и удовлетворять основные требования каждого социального слоя и всякой потенциальной силы, и в полуфеодальном и полуколониальном обществе вызывать сильный резонанс[64 - Хуан Синьсянь. Чжан Чжидун и китайское образование в Новое время. Фучжоу: Просвещение, 1991.]. Данное образование стало ярким примером примирения старого и нового и защиты собственных интересов фракции движения «Ян-У». Вышеизложенное внутреннее содержание точно отражает двойственный характер иностранного образования, раскрывая внутренние противоречия иностранной образовательной мысли.

Как только зародилась иностранная образовательная мысль, она сразу попала в тяжелое положение, связанное с мыслительно-логической антиномией и отрывом мотива и результата. Так, обнаружилось многообразие сложностей в развитии образования.

После Опиумной войны 1840 года суверенитет государства находился под угрозой, страна была разбита, обострился социальный кризис, в порабощенной стране постоянно появлялись новые опасные ситуации. Для всех слоев общества это было время чрезвычайных потрясений. Такие представители патриотической интеллигенции и передового чиновничества, как Линь Цзэсюй и Вэй Юань, выражали свое огорчение тем, что молодые конфуцианцы не оказывали никакой помощи в сложившийся ситуации, они надеялись, что император воспрянет духом. Чиновники внесли план «научение иноземным умениям и преимуществам для [последующего] контроля иноземцев», но времени у них не хватило, они так и покинули мир, не осуществив намеченный план.

Винтовки и пушки, кровь и огонь были тяжелым испытанием для китайского народа. В ходе этих испытаний «обучение» через физическую и душевную боль, приобретение морали и добродетели, которые не могли более уклоняться от ударов иностранных карабинов и пушек, и стали настоящим «китайским образованием.

В это время работники иностранного просвещения, с одной стороны, упрямо защищали уже укоренившееся традиционное «китайское образование», а с другой стороны, неохотно выступали за подражание вынужденному «западному образованию», в их сердцах сосуществовали вместе национальная гордость и осознание угрозы для всей нации. Тем не менее обе стороны этого внутреннего противоречия в период деятельности движения «Ян-У» находились в согласии и продолжали сосуществовать. «Китайское образование» вовсе не было заброшено, «западное образование» тоже внедрялось, и это положение дел, в некоторой степени, отражает тенденцию краха феодальной экономики и зарождения капиталистической экономики того времени.

Между процессом и результатом иностранной образовательной мысли также возникла очевидная пропасть. Иностранное образование придерживалось позиции изучения Запада, т. е. максимального использования западных «инструментов», «умений», «искусств» и некоторую часть «управления» для укрепления шаткого положения китайских национальных наук и предотвращения катастрофы в критический момент. Однако на деле ситуация обстояла как раз наоборот. Вслед за проникновением западного образования внутри идеи использования «китайских наук в качестве основы, западных наук для применения» произошли изменения, выражавшиеся в устранении всего старого и принятии нового. Такая форма постепенно стала угрожать существованию традиционного китайского «содержания». К тому же появилась необходимость посредством «содержания» западного демократического режима преобразовать «содержание» феодального деспотичного режима[65 - Сю Цитун. Иностранное образование и тактика [использования] «китайских наук в качестве основы, западных наук для применения // Вестник Сучжоуского университета. 1988. № 4.] для того, чтобы адаптироваться к западному «оформлению» образования, которое при этом непрерывно развивалось. Поэтому в поздний период развития движения «Ян-У» с каждым днем нарастал призыв уничтожить феодальное «содержание», сковавшее социальное развитие. Народ открыто критиковал незыблемую идею об «установленном порядке предков» и поддерживал мнение фракции «Ян-У»: «[Если] не разбираться в трудностях Китая, то [придется] страдать от политической непримиримости, западный мир именно потому испытывает такое великое спокойствие внутри стран, что не был занят классифицированием и усовершенствованием своих интеллектуальных корней»[66 - Заметки об управлении царствующей династии. Т. 1.]. Признавалось также, что идея использования «китайских наук в качестве основы, западных наук для применения» способна только подражать поверхностным знаниям в отношении Запада, она не учитывает внутренней основы западных наук. Вышедшие из движения «Ян-У» реформисты также открыто выражали склонность к демократической политике западных стран. Именно по этим причинам было учреждено народовластие, ряд парламентских палат, преобразовался феодальный самодержавный политический режим и широко распространилось общественное мнение. Кроме того, был сформирован общенациональный идеологический тренд, развитие которого реализовалось в рамках программы «Сто дней реформ». Фактически политика «Ста дней реформ» стала неизбежным результатом развития деятельности Движения по усвоению заморских дел.

Иностранная образовательная мысль подготовила почву для модернизации китайского образования, поспособствовав всестороннему осознанию и интеграции образования Китая и западных стран

Центральная проблема образовательной сферы – вопросы воспитания человека. Качественный скачок в отношении иностранного образования заключался в смене образовательных целей: воспитание ученого сословия и благородных мужей сменялось пониманием западного образования, искусств и их талантов. Как указано выше, модернизация китайского образования началась именно с иностранного образования. Учреждение столичного училища Тунвэньгуань, а также создание последующих профильных учебных заведений сломили феодальную образовательную модель и стали началом нового образования в Китае. Хотя изначальная цель иностранного образования заключалась в служении феодальному режиму (в стране все еще продолжал существовать ярко выраженный колорит старого образования), оно сыграло важную роль в процессе перехода от старого образования к новому.

Стоит отметить, что система иностранного образования дала старт обучению за границей, тем самым заставив осознать необходимость интеграции китайского и западного образования.

Во-первых, ученики, обучающиеся за границей, в области переводческой деятельности и знакомства с западной теорией просвещения и западной педагогической доктриной сыграли важную роль в качестве оружия для критики старой феодальной образовательной доктрины, а также сделали вклад в модернизацию китайской педагогики.

Во-вторых, ученики, обучающиеся за границей, стали заступниками, популяризаторами и практикующими деятелями разного рода серьезных образовательных веяний и теорий просвещения. Вслед за постоянным развитием обучения за границей и развитием иностранной теории просвещения обучающиеся за границей студенты постепенно от ознакомительной деятельности и распространения некоторых теорий просвещения продвинулись к системной агитации и осуществлению на практике некоторого образовательного идейного течения, а также приобрели собственное оценочное мнение.

В-третьих, студенты, обучающиеся за границей, становились основной преподавательской мощью в школах всех уровней и ключевыми фигурами в административных органах всех инстанций. Они занимали активную позицию в распространении образовательной концепции и в развитии образовательной отрасли в Новое время. Находясь на разнообразных должностях, они неустанно работали для распространения образовательной концепции и создания образовательной отрасли Нового времени, стимулируя продвижение модернизации образования в Китае.

Иностранная образовательная мысль в определенной степени обладает субъективным национальным сознанием, которое наполнено определенным положительным смыслом, так как по вопросам усиления национального образования оно выступает против тотальной вестернизации

Работники иностранного просвещения в процессе преподавания хотя и желали сохранить феодализм и консервативное образование, но смогли сохранить лишь целесообразные компоненты традиционного образования Китая. Субъективное национальное сознание пробудившихся мыслителей иностранного просвещения стало переломным моментом в решении проблемы яростных столкновений культуры и образования Китая и западных стран.

На самом деле идея использования «китайских наук в качестве основы, западных наук для применения» в Японии до и после политического периода реставрации Мэйдзи (1868–1912) имеет схожие характерные национальные особенности и аналогичные позиции. Японское правительство при императоре Мэйдзи, в ситуации сохранения императорского режима и смелого «самурайского» духа, приняло меры для устранения феодального режима и, последовав примеру западных капиталистических реформ, получило значительные результаты, успешно осуществив государственную модернизацию.

Самый большой успех представителей иностранного образования заключался не в том, что они упорно отстаивали традиционную культуру Китая, а в том, что когда национальные интересы и империализм вступили в противоречие, такого рода упорство было наполнено прогрессивным смыслом сопротивления могуществу чужеземцев.

Итальянский знаменитый историк Бенедетто Кроче считал: «История схожа с принципом работы человека, то есть “за один раз она может делать только одно дело”. Проблемами, которые нельзя принять во внимание сиюминутно, необходимо пренебречь или пустить их на самотек, чтобы подготовиться к будущему моменту освобождения [от прежнего дела] и предоставить ему полное внимание»[67 - Кроче Б. История: ее теория и практика. Пекин: Издательство «Commercial Press», 1982. С. 229.]. Иностранная образовательная мысль сменила культурно-просветительский политический курс более чем тысячелетнего феодального общества под лозунгом «Искоренить сто школ и почитать только конфуцианство» на новый культурно-просветительский курс «китайские науки в качестве основы, западные науки для применения», тем самым позволив образованию в Китае и образовательной мысли выйти на новый исторический этап. Без сомнений, в этом и есть прогресс. Однако иностранное образование с самого начала и до конца не перодолело собственные тупики в развитии по причине обусловленности противоречиями и собственно историей внутриобразовательной мысли. Поэтому на начальной стадии подражания Западу оно подготовило почву для сочетания культуры и образования Китая и западных стран. Также иностранное образование явилось единственной формой, которую могло в то время принять взаимодействие Китая и западных стран. В деле познания мира оно сыграло роль «расширения кругозора», так как отечественные наука и техника, просвещение, управление, инженерия, строительство и другие области получили несомненную пользу от иностранного образования. При этом иностранная образовательная мысль так и не обогнала и не могла обогнать себя, поэтому когда ее «одно дело» было выполнено, а ход истории в срочном порядке требовал делать следующие шаги, иностранной образовательной мысли пришлось покинуть историческую арену в развитии Китая.

Инициаторы движения за западное образование – это помещики, чиновники и главнокомандующие, вышедшие из правящих кругов феодального деспотического режима времен поздней Цин и обладающие компрадорскими склонностями. С субъективной точки зрения они были призваны для защиты уже трещавшего по швам феодального режима и личной классовой выгоды, но с объективной позиции они, возможно, не предвидели далеко идущие последствия «западного образования» для китайского образования Нового времени.

Глава 3. Реформаторская педагогическая мысль Китая Нового времени

Поражение Китая в Японо-китайской войне 1894 года сильно ослабило позиции сторонников прозападных тенденций в образовании и подвергло сомнению их утопические образовательные идеи. Тем не менее распространяемая ими идея «обучения у Запада» путем так называемого «усвоения заморских дел» набирала силу и все более вступала в противоречие с консервативными принципами содержания собственно китайских наук. Реформаторская педагогическая мысль, представляющая интересы новой буржуазии, стала активно развиваться после поражения Китая в войне в ходе проведения политики «Ста дней реформ» в связи с необходимостью исправления порочной консервативной политики старой аристократии и стремлением спасти отчизну от гибели.

Согласно традиционной научной классификации, педагогику Китая этого периода подразделяют на педагогику ранних и буржуазных реформистов. Автор же выделяет также педагогическую мысль буржуазных революционеров, что, по его мнению, позволяет не только полностью проследить весь процесс становления и развития буржуазной педагогики Китая Нового времени, но и понять исторический ход педагогической мысли Нового времени с точки зрения культурологии.

Педагогическая мысль ранних реформистов

Главными представителями ранних реформистов являются Ван Тао, Ма Цзянчжун, Сюэ Фучэн, Чжэн Гуанин, Чэн Чи, чьи педагогические идеи не совпадают с идеями сторонников «усвоения западных дел».

Идеи ранних реформистов рассматривают разные направления заимствования западного образа жизни: от изучения и заимствования капиталистической экономической системы Запада до требования изучения его политической системы, от развития национальной промышленности и торговли до требования обладания политической и правовой системами, гарантирующими развитие западного общества[68 - Ли Цзэхо. История китайской идеологии нового времени. Пекин: Жэньминь чубаньшэ, 1979. С. 57.]. Каждый из ранних реформистов в свое время являлся сторонником программы «прочное судно и мощная пушка». Например, у Ван Тао есть такие слова: «Ныне необходимо срочно усмирить военную смуту. Для усмирения военной смуты надо обучить войска вести войну, а для обучения войск вести войну прежде всего необходимо перенять сильные стороны иностранцев, чтобы войска стали обученными и бесстрашными, военная смута была усмирена, а военная мощь упрочилась»[69 - Ван Тао. Победный справочник: теория копирования западных кораблей и пушек.]. Эта точка зрения полностью совпадает со взглядами сторонников «усвоения заморских дел». В 1870–1880 годах они начинают понимать, что опора на «прочные суда и мощные пушки» – это просто «внешность», то есть лишь внешняя сторона решения процесса реорганизации страны, ибо только если «у народа достаточное благосостояние, мощь государства сама собой начинает расти, а затем и все остальное становится возможным»[70 - Ван Тао. Внешняя часть собрания прозы Ван Тао. Мнение о лечении застарелых недугов и укреплении здоровья.]. Ранние реформаторы пришли к пониманию того, что только развивая промышленность и торговлю, можно обогатить и усилить государство и по-настоящему противостоять внешней агрессии. Вследствие этого они выдвигают суждение: «Лучше обучать воевать торговцев, нежели солдат»[71 - Чжэн Гуаньин. Слова предупреждения в эпоху процветания. Торговая война.].

После тяжелого поражения Китая во Франко-китайской войне 1884–1885 гг. ранние реформисты разочаровываются в суждениях сторонников «усвоения заморских дел» и вновь обращают свои надежды на феодальный политический режим, бюрократическая система которого давно уже стала преградой для развития национального капитала в экономике Китая. В свою очередь, сама феодальная надстройка уже плохо адаптировалась к условиям развивающейся капиталистической экономики и нуждалась в реформировании. В результате назревшего противоречия внутри отжившей системы управления ранние реформисты выдвигают требования реформы самой феодальной абсолютной монархии и установления парламентской системы управления при участии буржуазии. В предисловии к книге «Шэнши вэйянь» («Слова предупреждения в эпоху процветания») Чжэн Гуаньин пишет о своих изысканиях: «Последние 60 лет мы имеем тесные торговые связи со многими странами мира и частые международные контакты, многие люди высказываются о модернизации, консерватизме, усвоении заморских дел и береговой обороне. Возможно, мы живем прошлым, а не настоящим днем, гонимся за мелким и второстепенным и забываем о сути вещей. Умоляю [этих] людей узреть корень, сколько же людей, которые хорошо понимают общий замысел?»[72 - Чжэн Гуаньин. Слова предупреждения в эпоху процветания. Торговая война.]

Сунь Цзы говорил: «Знание врага и знание себя позволяет пройти невредимым через сотню битв». Это краткое высказывание имеет глубокий смысл. Будучи не всегда одаренными по природе, мы довольно рано начинаем учиться, изучать литературу, а также торговлю и ведение дел. Возмущаясь недовольством других народов по отношению к своим правительствам, мы сожалеем о просчетах в политике китайского императорского двора. Мы изучаем западную культуру, переплываем через моря и океаны, развиваем международные контакты с представителями Японии и других стран, наблюдаем за их традициями, исследуем их политику и религию, изучаем достоинства и недостатки, плюсы и минусы их нравов. Благодаря этому мы узнаем, что источник их порядка, корень их могущества и процветания не только в «прочных кораблях и мощных пушках», а в парламентском единодушии представителей как верхов, так и низов, а также в правильных методах воспитания. Только открытие школ, развитие высшего образования, серьезное отношение к технологиям, отмена экзаменов позволят каждому максимально проявить свои способности. Серьезное внимание к развитию сельскохозяйственных наук, строительству каналов по обеспечению водоснабжения, внесению удобрений и превращению бесплодной почвы в плодородные поля позволит максимально эффективным образом использовать земельные ресурсы. Строительство железных дорог и проведение линий электропередач, снижение налогов и защита торговли – все это позволит максимально эффективно использовать имеющиеся ресурсы. Каждый, кто занимается своим делом, должен быть специалистом, поэтому чиновники должны заканчивать академии чиновников, военные – получать образование в военных училищах. Должно быть повышение, а не перемещение по службе, в соответствии со способностями каждого.

В данной оценке процессов, происходящих в Китае, мы можем определить не только общие тенденции развития идей ранних реформистов, но и позиции по отношению к политике и экономике, обществу и человеку, на основе которых развиваются их педагогические взгляды и убеждения.

Важность воспитания талантов

Основу педагогической мысли ранних реформистов составляет необходимость уделять большое внимание способным людям – это является их отправной точкой. Как и сторонники «усвоения заморских дел», ранние реформисты ясно понимают значение способных людей в деле спасения государства и поэтому доверяют свои социальные идеалы практической подготовке специалистов через образование.

Главным же способом воспитания талантов ранние реформисты видят в учреждении учебных заведений. Так, Чжэн Гуаньин для подготовки талантов специально разрабатывает законченную школьную систему, которая становится реформистской концепцией школьной системы новой эпохи.

В отличие от педагогических взглядов сторонников «усвоения заморских дел» по воспитанию талантов, ранние реформисты делают упор на их значение и педагогическую функцию с учетом развития капиталистической промышленности и торговли, и это является составной частью их буржуазной реформистской мысли. Представление сторонников «усвоения заморских дел» о способных людях ограничивается главным образом их военными способностями и идеями – и это закономерное продолжение феодальной педагогической мысли в новой эпохе[73 - Сю Шуе. Суждения о педагогической мысли ранних реформистов // Университетсткая газета Восточно-Китайского педагогического университета. 1990. № 1.]. Представление же о талантах в педагогической мысли ранних реформистов преимущественно выражается в понимании критериев способного человека, и в этом заключается их отличная от взглядов сторонников «усвоения заморских дел» особенность представления о способном человеке.

Критика традиционного образования

Основной педагогический принцип движения за «усвоение заморских дел» – использование «китайских наук в качестве основы, западных наук для применения», не только вливает свежую кровь в китайское традиционное образование, но также помогает увидеть множество серьезных недостатков в нем. Так, например, система государственных экзаменов кэцзюй, будучи центральной системой традиционного образования, в то же время становится серьезной преградой для ранних реформистов в воспитании кадров в реализации их педагогической мысли.

Стоит отметить, что критика ранних реформистов и сторонников «усвоения заморских дел» в отношении системы государственных экзаменов кэцзюй в начале ограничивается лишь тем, что экзамены кэцзюй препятствуют воспитанию кадров, и еще сравнительно мало затрагивает вопрос противостояния кэцзюй и учебных заведений. Как отмечают некоторые ученые, между кэцзюй и школой существует противоречие коренного характера[74 - Сю Шуе. Суждения о педагогической мысли ранних реформистов // Университетсткая газета Восточно-Китайского педагогического университета. 1990. № 1.]. Кэцзюй проповедуют принцип учиться, чтобы стать чиновником. Богатство и знатность являются целью этой карьерной гонки, и поэтому экзамены нацелены только на меньшинство из верхних слоев, «стоящих на шпиле пагоды». Наряду с этим школьное образование обращает свой взор на подготовку кадров из разных слоев общества, делая упор на повышение уровня образования у всего народа. Содержание кэцзюй однотипное и устарелое, состоящее в умении механического запоминания и изучения неполезных для страны дисциплин, а содержание школьного образования оказалось более богатым и имело большую практическую направленность. Поэтому развитие школ неизбежно вытесняет кэцзюй. Этот роковой приговор в отношении системы государственных экзаменов выносится с учетом новейшей точки зрения на развитие образования. Таким образом, критика ранними реформистами традиционного образования имеет более глубокое значение, так как по сути предвосхищает изжитие кэцзюй как историческую неизбежность.

Помимо резкой критики кэцзюй педагоги раннего реформизма также активно занимаются поиском «другого способа привлечения талантов» через упразднение шивэнь (род восьмичленных сочинений на старых государственных экзаменах. – Примеч. пер.).

Предложения по системе образования новой эпохи

В самом начале ранние реформисты в вопросах развития школы не выходят за рамки идеологии сторонников «усвоения заморских дел», выступая в основном за учреждение специальных учебных заведений исключительно по подготовке нужных специалистов. В это время хотя и не сформирована определенная концепция образования Нового времени, но уже появляются ее ростки. Например, Ма Цзянчжун во время обучения во Франции направляет письмо Ли Хунчжану, в котором предлагает двухступенчатую образовательную систему, соединяющую начальную школу и высшие учебные заведения. Эта мысль впоследствии не только дает большой стимул Хэ Ци, Ху Лиюань, Чэнь Чи, Чжэн Гуаньин и другим ученым, но и вынуждает сторонников движения по «усвоению заморских дел», находящихся у власти, подчиниться ходу исторического развития и на основании теоретического обоснования реорганизовать академии. В итоге после «Ста дней реформ» происходит преобразование академий в учебные заведения.

Среди ранних реформистов Чжэн Гуаньин является главным инициатором создания образовательной системы новой эпохи. В начале 1880-х годов он делает сравнительный анализ систем образования западных стран и Китая. Чжэн Гуаньин считает, что в целом они примерно одинаковы, но германская система образования является самой совершенной. В книге «Шэнши вэйянь», изданной в 1893 году, Чжэн Гуаньин дает более детальное описание систем образования основных капиталистических стран Запада, проявляя особенно большой интерес к трехступенчатой системе образования. Он делает специальный анализ модели учебных заведений с трехступенчатой системой, таких как частные школы, училища и высшие учебные заведения в Великобритании; малая академия, средняя академия и высшая академия в США и Франции; начальная школа, средняя и высшая школа в Японии и так далее.