скачать книгу бесплатно
– Поздно, она уже замужем.
– Да?! Вот же демонское невезенье! И кто такой прыткий?
– Дагорд, – пряча ехидную ухмылку, коротко сообщил Герт.
– А… – Теперь приятели несколько по-иному смотрели на герцога. – Так ты нас познакомишь? Раз она жена Змея, ты, конечно, с нею знаком. А она познакомит нас с подругами. Пожалуйста, Геверт!
– Они не подруги, а фрейлины Олтерна, – словно нехотя, проворчал герцог и, сделав вид, что уступает уговорам повес, направился в обратный путь через зал. Хотя ему и самому не меньше приятелей хотелось побыстрее оказаться рядом с братом и Лэни.
– Ах, как интересно, – донёсся до мужчин звонкий девичий голосок, едва они приблизились, – и как же вы её выращиваете?
– Как обычно, – попытался увильнуть от ответа Янгерс, – весной сеем, осенью косим. Но вам это неинтересно, хотите, я лучше покажу вам знаменитые геркойские самоцветы, выставленные в одном из королевских залов?! Это рядом. Там есть такие огромные…
– Нет, нет! Нам очень интересно, – в один голос заявили сразу три фрейлины, – продолжайте, пожалуйста. Мы никогда не слышали, чтобы спаржу выращивали так, расскажите поподробнее. Вы её очень рано сеете? Как снег сойдёт или прямо по снегу? А косите чем, косами или серпами? И как потом храните? Рассказывайте, отчего же вы замолчали!
– Ну да, – обольстительно улыбаясь, Янгерс подсел к девушкам поближе и принялся рассказывать о посеве спаржи, которой занимались наряду с выращиванием других редких овощей рабочие в поместье его отца, получившего титул за снабжение армии короля во время мятежа, – по снегу даже лучше. Позже, в поле грязно, лошади пройти не могут. А косят всем, её ведь самое главное – вовремя убрать. Но зачем таким хорошеньким девушкам такие неинтересные подробности? Вот самоцветы…
– Не нужно про самоцветы, – решительно оборвала одна из фрейлин. – Мы хотим про спаржу. Видите ли, наша матушка тоже занимается выращиванием спаржи, но у неё всё по-другому, намного сложнее. Вот мы и хотим сделать ей подарок, написать про ваш метод. Думаю, если она сочтёт его удачным, то опишет в одном из своих рецептов, они часто входят в ежегодный справочник овощевода.
– Не стоит, лучше я познакомлю вашу матушку с отцом. – Молодой барон начал понемногу бледнеть, припомнив, что книги с таким названием всегда лежали на рабочем столе его отца. – А вам покажу галерею королевских портретов. Или оранжерею.
– Не нужно нам оранжерею, – отказались фрейлины, и Геверт счёл этот момент самым удобным, чтобы вмешаться в оживлённую беседу:
– Простите, Лэрнелия, что перебиваю ваш ботанический спор, разреши представить вам господ Сангора, Викирта и Ленкоста. Они тоже мечтают рассказать что-нибудь смешное, вроде накошенной спаржи.
– Ах, Геверт, разумеется, мы рады познакомиться с твоими друзьями, – открыто дав понять незваным ухажёрам, насколько хорошо знаком ей герцог, кротко заявила графиня, хотя её взгляд вовсе не выражал никакой радости. – А ты уже уходишь?
– Увы, – развёл руками её брат и заметил стремительно идущего в их сторону Змея. Лицо графа выражало холодную учтивость, но по прищуренным глазам и нахмурившимся бровям друга герцог немедленно догадался, в каком бешенстве граф, – хотя сначала поговорю с Дагордом.
– Он идёт сюда? – просияла графиня. – Как замечательно!
– Добрый день, господа. – Голосом Змея можно было замораживать мороженое. – Надеюсь, здесь всё в порядке, ваша светлость?
– Господа Сангор, Викирт и Ленкост упросили меня познакомить их с новыми фрейлинами Олтерна, – сообщил ему Герт, веселясь над занервничавшими ловеласами, уже считавшими девушек своей добычей. – Я счёл, что этим господам можно доверить провести девушек во время торжественного приёма.
– Спасибо, рекомендации вашей светлости для советника вполне достаточно, – кивнул ему граф, и приятели Герта облегчённо вздохнули и придвинулись ближе. – Ещё одну девушку намерен вести мой помощник. А двух фрейлин, если, разумеется, вы не против, пригласите вы и ваш брат.
– Мы не против, – немедленно заявил Арвельд, вводя своим заявлением в глубокое замешательство назойливых кавалеров.
– Согласен, – так же решительно кивнул раздумавший идти в свою нишу Герт и, придвинув себе кресло, устроился напротив брата.
– Но останется ещё одна девушка… – Оказывается, красавчик Мэрден умел считать до семи.
– Нет, – холодно отрезал Змей. – Свою жену я намерен представить сам. И, кстати, танцует она тоже только со мной!
– Разумеется, дорогой, – мило проворковала мужу Лэни и незаметно для остальных неслышно добавила: – Зайчик.
Сангор, верно уяснивший, что его и приятелей одобрило имеющее особые права официальное лицо, поторопился закрепить свой успех. Кивнув Ленкосту, пододвинул с помощью друга ближе к фрейлинам столик с напитками и сладостями, затем учтиво осведомился, чего желают девушки, и, ловко наполнив бокалы, принялся любезно ухаживать за незнакомками. Его друзья старались не отставать, отпускали изысканные комплименты и рассказывали самые последние шутки.
Двое красавчиков, оставшихся не у дел, очень скоро почувствовали себя невидимками и, помявшись немного, незаметно удалились, очень надеясь на невнимательность окружающих гостей. Ведь могут же они не заметить, как впервые за несколько последних лет нахальных ловеласов откровенно не пожелали видеть рядом с собой какие-то провинциалки?!
Однако искушённая публика, чрезвычайно заинтригованная действом, происходящим возле любимой ниши советника, очень быстро разобралась в сути происходящего и сделала верные выводы. И в каждой компании, возле каждой ниши, занятой знатными домами, дружков встречали делано сочувствующие взгляды и невинные вопросы: как поживает граф аш Феррез?
Именно ему общество беспрекословно присудило эту редкую на их памяти победу.
Глава 4
Безмятежное лицо спокойно сидевшего в своём кресле Арвельда могло бы обмануть кого угодно: от знатных господ, гадавших, откуда у стального Олтерна появился новый сторонник, до слуг, скользивших незаметными тенями, разнося по гостиной графины со свежими напитками.
Не смогло оно обмануть только сестёр Тишины, бдительно присматривающих за всеми, кто находился в комнате, и не пропустивших ни одного осторожного взгляда, каким мерили их голубые глаза герцога. Девушки слегка насторожились и поспешили скрыть это кокетливыми улыбками и легкомысленными замечаниями. Но когда эти глаза добрались до фрейлины, не произнёсшей пока ни одного слова, Арвельд мгновенно раскусил их игру. И уже не выпускал девушку из вида, поражаясь тому, как ловко прикрывали кокетки молчаливую подружку. Если бы он не изучал их так настойчиво, никогда бы не заметил, что болтают далеко не все.
Осмелевшие приятели Геверта наконец-то решились пригласить девушек прогуляться по залу и посмотреть с балкона на сад, пока ещё не совсем облетела листва с деревьев и кустов и клумбы ярко расцвечены роскошными хризантемами, и герцог, пользуясь их уходом, пересел ближе к загадочной кокетке. Он не смог бы с чистым сердцем присягнуть, что узнал в ней давно позабытую, чуть угловатую девчонку с глубоким грудным голосом, но почему-то очень хотел, чтобы это оказалась именно она.
Постепенно фрейлины разбрелись по залам и балконам, увлекаемые довольными собой Сангором и его друзьями, сразу двух фрейлин увёл показывать самоцветы Геверт, и ушёл по делам Змей, оставив сестру на попечение Арви. А тот почему-то всё никак не мог найти слова, которые нужно было произнести первому.
– К нам идёт маркиз Твигерн со своей тётушкой, – тихо предупредила вдруг Лэни, с любопытством простушки рассматривавшая прогуливающуюся публику.
– Тебя как представлять? – осведомился Арви, прикрыв рот бокалом и усмехнувшись про себя скорости, с какой он начинает перенимать правила глупышек.
– По обстоятельствам. Возможно, он не будет настаивать, – успела произнести тихоня, прежде чем маркиз со спутницей оказались рядом и Китерия Твигерн вежливо произнесла:
– Добрый день, Лэрнелия, я пришла поблагодарить вас за содействие во вчерашней проблеме. Герцог Эфройский подписал письма без возражений и даже приказал своему секретарю немедленно их разослать. Позвольте представить вам моего племянника Фиренса Твигерна. Он хотел поблагодарить вас и от себя лично, обычно уговаривать самых строптивых господ приходится именно ему.
– Ох, не хвалите меня, – зарделась Лэни. – Я же понимаю, каким важным делом вы занимались. Мой муж, граф аш Феррез, сразу поддержал эту идею, потому моей заслуги там немного.
– Вы очень умны и скромны, графиня аш Феррез, – прикладывая руку к груди, учтиво поклонился маркиз Твигерн, делая вид, будто не замечает скрытого за приветливыми улыбками интереса, с каким изучают его прелестные незнакомки.
Лэни сверяла свои личные впечатления с изученными в монастыре портретами и находила, что ни один из них не передавал всего обаяния, какое исходило от этого мужчины среднего роста и лет. Его светло-карие глаза смотрели на собеседников с умной насмешливостью, лицо выражало мягкое, доброжелательное участие, и казалось, это вернулся давно забытый старинный друг.
– Прекратите, – холодно сказала вдруг низким и глубоким голосом молчаливая фрейлина, и в тот же миг Арвельда словно окатили ушатом воды.
Невероятную смесь чувств всколыхнул в герцоге этот незабываемый голос, тепло узнавания, острую горечь обиды, запоздалое понимание неслучайности давних событий и вмиг проснувшуюся надежду. А ещё твёрдую уверенность, что в этот раз он никому не позволит решать за себя.
А мгновенно переставшая улыбаться тихоня на замечание Тэльяны отреагировала неожиданным образом.
– Именно поэтому вы лично ездите уговаривать тех, кто не желает подчиняться правилам этикета? – неприязненно глянув на маркиза, осведомилась Лэни с холодной колкостью.
– Позвольте нам присесть? – Фиренс Твигерн произнёс свою просьбу с кротостью, не дающей никакой возможности отыскать хоть сколько-нибудь вескую причину ему отказать.
Впрочем, как раз отказывать Лэни и не желала. Словно спрашивая разрешения, оглянулась на брата и на миг опустила ресницы, надеясь, что ему будет достаточно такого намёка.
– Разумеется, присаживайтесь, Фиренс, – вежливо произнёс герцог, – и тётушку вашу устраивайте. Вам вина или сока?
– Мы знакомы? – Усадив Китерию, маркиз обошёл стол и уселся напротив Лэни.
– Были когда-то, – невесело усмехнулся Арвельд и повернул голову к притихшей Тэльяне: – Тебе чего-нибудь налить?
Девушка чуть приподняла бровь в знак изумления такими решительными действиями, но снова промолчала, и герцог счёл это согласием. Налил лимонад, подал фрейлине и хмуро усмехнулся, обнаружив, что она не снимает перчаток. Так, стало быть, Тэльяна не забыла, какая у Арвельда хорошая память на голоса и мелкие детали, и теперь справедливо опасается, что, услышав её голос, герцог вспомнит значительно больше, чем знает его сестра.
Уже вспомнил, усмехнулся про себя герцог, но показывать этого до того момента, пока не появится возможность спокойно поговорить без спешки и посторонних, вовсе не намерен.
– До мятежа? – догадливо осведомился маркиз и, чуть прищурившись, в открытую оглядел собеседника. – Увы, не вспомню. Не будете ли так любезны подсказать? Хотя, возможно, тётушка…
Фиренс оглянулся на маркизу и, обнаружив, с каким потрясением обычно невозмутимая женщина рассматривает графиню, не сумел скрыть своё изумление.
– Тётушка!
– Святые духи, куда же я вчера смотрела… – расстроенно выдохнула та, торопливо нашарила в кармане платок и принялась вытирать глаза и нос, – вылитая же матушка! Простите меня, Лэрнелия… но я должна вас спросить, где она?
– Матушки нет уже два года, – тихо ответила Лэни и тоже достала платочек. Эта женщина радовалась и переживала так искренне, что девушка не сумела сдержать невольных слёз.
– Горе-то какое… а ведь я её оплакала намного раньше… говорили…
– Я знаю всё, что говорили, – печально кивнула Лэни и взглянула на брата: – Арви, налей маркизе немного вина, ей нужно успокоиться.
– Арви? – задумался маркиз, глядя, как молодой мужчина с руками воина ловко подаёт его тётушке бокал с напитком. – Неужели герцог Арвельд аш Адерский?!
– Немного не так, – поправил Арвельд. – Просто Адерский. Герцогом аш Адерским остаётся Геверт.
– Так вот где граф нашёл себе жену! – начал распутывать клубок интересующих его вопросов маркиз. – Но куда тогда пропала Ритола ле Сонди?
– Не имею представления, – хладнокровно солгала Лэни, хотя и в самом деле не знала, куда Олтерн посадил свою бывшую шпионку. – Я её видела всего один раз, когда она отчего-то решила объявить моего мужа своим. Он тогда находился в замке Эфро, в комнатах целителей.
– Значит, нужно спрашивать про неё у Олтерна, – постановила маркиза. – Я тебе говорила, Фиренс, нужно мне обратиться к нему.
– А в чём дело? – заинтересовался Арвельд, ощутив, как на его ступню упорно давит туфелька сестры. – Возможно, мы вам поможем? Или Дагорд, он должен скоро вернуться.
– Дело в том, что она принудила меня дать клятву, – хмуро признался маркиз, – и мне бы не хотелось подводить женщину.
– Вы её не подведёте, я вас уверяю, – твёрдо заявил Арвельд, – если расскажете всё графу. Возможно, даже сумеете спасти от больших неприятностей. Я тоже не имею права рассказывать чужие тайны, но намекнуть, что её делом занимается сам Олтерн, по старой дружбе всё же могу.
– Спасибо. – Маркиз внимательно рассматривал сделавшую ему предупреждение фрейлину. – А эта госпожа, как я понимаю, герцогиня Адерская?
– Нет, – отрезала Тэльяна.
– Пока – нет, – чему-то усмехаясь, поправил её Арвельд. – Но это – между нами.
Фрейлина бросила на него быстрый хмурый взгляд и смолчала, а Лэни постаралась удержать на лице невозмутимое выражение. Её братец уж слишком решительно взялся за дело, возможно, придётся с ним побеседовать… хотя и не положено младшим сёстрам поучать старших братьев.
– А вот и Дагорд, – сидевшая вполоборота к двери графиня произнесла то, что почувствовала заранее, ещё в тот момент, когда Змей только вошёл в комнату.
Следом за ним шёл Наерс, и, по мере того как он продвигался по залу, говор становился тише, а улыбки гостей бледнее. Почему-то никто из них не желал, чтобы на нём задержался взгляд усталых глаз дознавателя. Лэни мысленно отправила поздравление матушке Тмирне, настоявшей на том, чтобы по дворцу бродили её воспитанницы, а не переодетые в слуг и гостей помощники старшего дознавателя. Она опять оказалась права, никто и не заподозрил, насколько улыбающиеся девушки могут быть опаснее целой толпы подозрительно-хмурых лакеев, в чьи ливреи вначале намеревались переодеть ищеек.
– Я вижу, вы тут не скучаете, любимая, – опускаясь в кресло рядом с женой, с едва заметным сарказмом отметил граф, и относилась его язвительность вовсе не к Лэни. Затем Змей вежливо, но с прохладцей поздоровался с маркизом: – Добрый день, Фиренс. Моё почтение, госпожа Китерия. Лэрнелия рассказывала, каким важным делом вы занимаетесь… Боюсь, после амнистии работы вам прибавится.
– А я боюсь, – нежно улыбаясь мужу, сообщила Лэни, – что у господина Наерса прибавится работы после рассказа маркиза. Известная вам Ритола доверила ему какие-то тайны и взяла клятву… но точнее он нам объяснять отказывается.
– Вот как?! – Змей вопросительно глянул на сосредоточенно пьющего напиток помощника и встретил понимающий взгляд. – Думаю, лучше всего будет, если маркиз с Наерсом немедленно отправятся в серый кабинет, только не стоит им идти вместе. Не нужно давать гостям повод к лишним вопросам.
– Мы с Тэльяной можем его проводить, – снова решил всё за себя и фрейлину Арвельд. – Сделаем вид, будто маркиз показывает нам дворец.
– Только поторопитесь, всё уже готово к началу церемонии, – предупредил Змей, – мы потому и пришли, что через пять минут откроются двери зала. Публика уже там собирается. Однако Олтерн изменил порядок церемонии, поэтому мы должны пройти ближе к дверям.
– Как это изменил?
– Теперь приглашённых будут впускать в тронный зал только после того, как королевская семья, приближённые и охрана займут свои места. Затем церемониймейстер начнёт приглашать гостей по списку, и громкое приглашение будет одновременно и представлением. У его помощников есть такие же списки, и они уже помогают публике выстроиться у двери, поэтому нужно поспешить, мы в первом листе.
– Тогда у меня есть предложение. – Китерия вопросительно взглянула на племянника и, получив его хмурый кивок, продолжила: – В серый кабинет иду я и всё рассказываю. Моё отсутствие никого не удивит, и можно будет потом списать его на слабое здоровье.
– Хорошо, – пристально рассмотрев маркизу, решил Змей, – идите. Но пусть Арвельд с фрейлиной вас всё же проводят.
Герцог встал, учтиво подал дамам руку, помогая подняться, и неторопливо повёл к двери, а граф, проводив их насторожённым взглядом, осведомился:
– Ну и где милая особа, которую должен вести под руку Наерс?
– Геверт повёл двух девушек посмотреть самоцветы, – улыбнулась Лэни, и дознаватель моментально встал с места:
– Пойду поищу.
– Тогда и я пойду искать себе спутницу, – последовал его примеру маркиз, – раз мне не хватило фрейлин его светлости.
– Увы, вы немного опоздали, – лучисто улыбнулась графиня, дождалась, пока он пересечёт зал и выйдет прочь, и только тогда очень тихо, одними губами спросила: – А ты догадывался, что среди предков маркиза были оборотни?!
– После твоих слов начинаю догадываться, – задумчиво сообщил граф и нехотя поднялся. – Пора идти, любимая. Надеюсь, официальная часть приёма не затянется надолго, Олтерн лично просил торемского посла не цитировать во время поздравления стихи и мудрые высказывания предков хана.
Лэни благодарно улыбнулась мужу, догадываясь, чья была идея насчёт беседы с послом. Змей умел быть очень настойчивым, когда преследовал свои цели.
Торжественная церемония и в самом деле заняла чуть больше часа, а затем гостей пригласили в столовую, и тихоня начала понемногу расслабляться. Хотя никто из стоящих неподалёку знатных гостей, жадно разглядывающих семью герцогов Адерских и пытавшихся угадать причины их неожиданной дружбы со Cтальным Олтерном, ничего не заподозрил. Да никому из них даже и в голову не могло прийти, что кротко улыбающаяся графиня, нежно поддерживаемая мужем и бдительно охраняемая крутящимися неподалёку охранниками, все эти полтора часа упорно работала. Чутко следила за всеми гостями, до кого могла дотянуться своим острым слухом, вслушивалась в пустую болтовню и замечания окружающих, стараясь уловить всё необычное.
И достоверно знала: точно так же работают и настоятельница, и сёстры Тишины. Не просто так ведь она позволила друзьям Геверта представить фрейлин Олтерна обществу, а ради того, чтобы девушки не стояли кучкой в одном углу. И, разумеется, не зря одну из фрейлин вёл Наерс. Дознаватель постарался встать с нею в том углу, где не оказалось ни одной сестры Тишины.
Столы в столовой были в этот раз расставлены вдоль стен, и усаживали за ними гостей ловкие помощники Наерса, стараясь не обделить должным почётом и вниманием послов и важных гостей. Но уставшую Лэни больше не волновали ни гости, ни сияющий благожелательностью молодой король, ни знатные сплетницы, рассматривавшие её тайком и в открытую.
Матушка Тмирна, заставившая дознавателей облазить с амулетами каждый уголок столовой и умудрившаяся выпросить помощь в этой проверке прибывшего с плато магистра, заявила, что сёстры Тишины не высказывают предположений, но если беда должна была случиться, то она непременно уже случилась бы. Никакой дурак не станет ставить ловушку там, где ходят толпы гостей, если желает, чтобы в неё попался кто-то определённый. И теперь девушку заботили только братья. Вернее, их целенаправленная охота за её сёстрами.
Арвельд ни на миг не отходил от Тэльяны, ухаживая за ней с такой уверенностью в своём праве, что даже матушка насторожённо косилась на них. А Геверт, ловко устроившись неподалёку от короля и его приближённых, успевал раздавать комплименты и улыбки и подопечной фрейлине, и вовсю кокетничавшей с гостями Рози. Причём умудряясь каждый раз опередить молодого барона Чилтона, оказавшегося в этой компании только из-за заслуг отца. Тихоня ломала голову, как бы угомонить брата, иначе шутка, которую задумали жестокие повесы и решили немного подправить на свой лад сёстры Тишины, могла провалиться.
– Почему ты всё время смотришь на Герта? – едва король вышел из-за стола, тихо осведомился Дагорд, подавая жене руку.
– Неужели это так заметно, – расстроилась Лэни. Она-то считала, что поглядывает очень осторожно.
– Если знать тебя так хорошо, как я, и всё время следить… – самодовольно усмехнулся Змей. – Так что тебя волнует?
– Уведи его подальше от Рози, – попросила Лэни, – потом всё объясню.
– Нет ничего проще, – пожал плечами граф, делая знак рукой, и уже через полминуты один из охранников выслушивал тихий приказ.
А ещё через две минуты Геверт с самой кислой физиономией уводил фрейлину из столовой, бесславно сдавая поле боя едко ухмыляющемуся барону.