Странные сны

Альверо был доволен – идеальное место, чтобы спрятаться от многочисленных кредиторов, которые его преследуют. Он же, сорвав нехилый куш, подделал документы, и приехал сюда, желая спрятаться, скрыться, пока шум в большом городе утихнет. Об этом месте он услышал от какого-то пьяного рыбака в одной из таверн на пристани, и уцепился за этот шанс. За бутылку красного пойла вызнав у рыбака, где находится городок. Вот только рыбак долго не хотел рассказывать о его местоположении, и вцеплялся в рукав кителя Альверо, заглядывая в его лицо стеклянными глазами. Был он худым и грязным, и давно уже не выходил в море, всё глубже топя разум в дешёвой выпивке:

– Не надо тебе туда ехать! Этот город проклят, проклят, я тебе говорю! Когда-то этот город должен был погибнуть, поглощённый штормами и голодом, но сейчас он процветает! Они заключили сделку с дьяволом, не следует тебе туда ехать! Сделка с дьяволом, говорю тебе! – но в чём именно состоит проклятье Сан-Кортадо пьяный рыбак не смог объяснить. А потом, выпив ещё немного рассказал, как найти этот город, алкоголь развязал ему язык и словно обесценил его собственные предупреждения. Вот только когда он провожал приободрённого Альверо, несущего свои пожитки в двух больших мешках, взгляд его был абсолютно трезвым.

И вот, теперь Альверо любовался белым песком, прячась в тени пальмы, и рассматривал маленький городок, который действительно показался ему райским местом! Странно, что сюда толпами не валит народ, ведь место было действительно чудесным! Светлые стены домов и соломенные крыши, которые спасали от полуденного зноя так и манили в свою тень уставшего путника. Ещё немного посидев на мешках со своим добром, Альверо отправился на поиски съемной комнаты, ведь ему нужно было где-то жить.

Приют он отыскал быстро – первый же встреченный прохожий радостно отправил его в одинокой вдове, что жила в небольшом, двухэтажном домике. У неё были тёмные, длинные волосы, которые волнами ниспадали на плечи, высокая грудь, которая сразу взволновала Альверо, милое личико и глаза, которые походили на море. А от её голоса – грудного и глубокого, у него по коже пробежали мурашки. Правда, когда они познакомились, Альверо понял, что она немного старше, чем показалась на первый взгляд, но это нисколько не убавило её жгучего, разжигающего кровь, очарования.

Вдова с милой улыбкой проводила его на второй этаж, где была просторная комната, в распахнутое окно которой врывался освежающий бриз. Широкая постель обещала приятный отдых, чем Альверо с удовольствием и занялся.

Хозяйка была мила и добра с ним, за мизерную плату она кормила его и обстирывала, пока мужчина бродил по городку и его окрестностям. Он проводил солнечные, ясные дни в праздности и лености, не собираясь себя чем-либо утруждать. Да и хозяйка, поглядывая на него, улыбалась настолько зазывающее, что вскоре он оказался в её постели, а когда он спросил про её мужа, женщина только вздохнула, ответив, что его забрало море. Альверо не обратил внимания на то, что женщина, кажется, совершенно не испытывала из-за этого даже толики печали, а её взгляд, буквально на мгновение, стал подобен не светлому морю, а его мрачным глубинам – столь же ледяным и тёмным.

Он часами мог любоваться спокойным морем, удивляясь тому, что здесь не бывает штормов. К этому моменту Альверо прожил в городке уже месяц, и ни разу не было ливней или гроз, а море оставалось всё таким же спокойным и дружелюбным.

Через некоторое время Альверо начал чувствовать скуку. Она подбиралась к нему украдкой, потихоньку заползая в его душу, перебирая мягкими, кошачьими лапками. Казалось, что море уже не столь ласково, а песок уже не столь белый; страстные ночи с вдовой уже не были такими насыщенными, а запах кофе слегка раздражал. Альверо впервые подумал о том, что, быть может, ему стоит найти здесь какое-то занятие?

На некоторое время это его захватило. Но рыбалка показалось очень скучной, а местный житель, что рассказывал ему премудрости лова – слишком улыбчивым; живопись ему тоже не пришлась по вкусу – вместо прекрасных пейзажей, на его холсте были какие-то нелепые мазки; о работе на плантациях он даже не помышлял – не его это забота, да и денег у него было предостаточно! Его даже начали раздражать улыбчивые люди вокруг – ему начало мерещиться, что они улыбаются слишком широко, слишком неестественно; что их губы растягиваются не в попытке показать своё дружелюбие, а в каком-то нехорошем оскале.

Скука становилась всё сильнее. Периодически он находил какое-то занятие, но оно ненадолго занимало его. А этот сонный, прогретый солнцем городок становился для него всё тягостнее, и Альверо уже подумывал о том, чтобы уехать куда-нибудь. Скорее всего прошло достаточно времени, и его теперь не ищут? Ему начали снится всякие чудные вещи, ему мерещались тени, которые выползали из моря и синий, тягучий сон бродил по улицам Сан-Кортадо; неся с собой привкус соли и меди. Он просыпался от странных, даже жутких мыслей, и яркое солнце не могло успокоить его странную тревогу. После этих странных, пропитанных синью снов воздух казался ему удушающе сладким, с привкусом тины и водорослей, и ему легчало только после того, как он распахивал окно.

Да, он думал о том, что пора паковать чемоданы, что ему следует покинуть это место – отдых скрипел на зубах белоснежным песком, но, с другой стороны, он не мог заставить себя поднять руку и положить первую вещь. Может быть, всё не так плохо, и он просто немного переотдыхал? Ведь если люди могут переработать, почему они не могут слишком много отдыхать?

Между тем, пока он находился в раздумьях о своём отъезде, в городе начали готовиться к празднику. Альверо попытался вызнать о нём у вдовы, но та только загадочно улыбнулась, не сводя с него своего взгляда, и предложила ему самому всё узнать, как придёт время.

Также она всё чаще, ставя перед ним тарелку с едой, начала отмечать то, что он прибавил немного в весе, и выглядит очень притягательно. Альверо начали раздражать эти намёки вдовы, но она кормила его действительно очень вкусно и сытно, и он не видел проблемы в том, что он набрал несколько килограммов.

Жители солнечного городка, между тем, украшали свои дома гирляндами из сухих морских водорослей, в которые были причудливо впелтены раковины, морские звёзды, разнообразные кости рыб и их черепа, и к запаху прогретого песка и кофе теперь добавился какой-то новый аромат – сладковато-пряный, из-за разлагающихся водорослей, и от этого запаха в горле оседала странная плёнка, и постоянно хотелось пить. А гирлянд этих было очень много – люди не скупились на это украшение, словно соревнуясь друг с другом.

Бродя по городским улочкам, Альверо замечал странные вещи. Например, ни в одном доме не было зеркала – он заметил это ещё в доме вдовы, потому что ему пришлось бриться, смотрясь в серебряную тарелку, которая была начищена до блеска. Или что когда закат начинал раскашивать небо в причудливую палитру из алых и розовых красок, то все дети неизменно покидали пляж, на котором до этого времени играли с большим удовольствием. Но Альверо считал это всего лишь какой-то причудой местных, и не более того. В каждом маленьком городке есть свои чудачества, что же, ему теперь обращать на это внимание?

К вечеру, когда солнце медленно начало клониться к горизонту, жители зажгли на берегу факелы, которые окружали широкую площадку – там все будут праздновать, так сказала Альверо вдова. Тот с нетерпением ждал праздника – хоть какое-то развлечение в этой дыре! Люди несли на площадку, что была окружена факелами корзины с рыбой, а потом и вовсе очистили от песка большую, каменную плиту.

Альверо усадили в первом ряду, вместе с двумя молодыми парнями, и праздник начался.

Жители надели причудливые маски, которые изображали каких-то рыб, и танцевали странные танцы вокруг каменной плиты, без всякой музыки! А потом Альверо и двум парням, что сидели рядом с ним, дали выпить какой-то напиток. Он был пряный и вязкий, и в голове после единственного глотка приятно зашумело, а тело наполнилось ватной теплотой, из-за которой совершенно не хотелось двигаться.

Пусть это место Альверо теперь бесконечно раздражало, но теперь он был готов быть немного снисходительнее. Особенно после того, как ему принесли блюдо с восхитительной закуской – тонкие ломтики фруктов, и запеченное, нежное мясо. Вдова улыбалась ему, и вновь казалась самой прекрасной женщиной на земле.

Вскоре, танцующие вдруг остановились и разошлись в стороны, образуя живой коридор между морем и тем местом, где сидел Альверо и парни. Он с недоумением смотрел на людей в масках, которые все, как один повернули голову к морю, а вот люди без масок куда-то исчезли. А потом Альверо перевёл взгляд на морскую гладь, которую освещали только звёзды и увидел, что там кто-то есть.

Этот кто-то медленно поднимался из морских глубин и два парня, что сидели по сторонам от Альверо, вдруг подхватили его под руки, и подняли на ноги.

Держали они крепко, а сам мужчина вдруг почувствовал невообразимую усталость, и когда его повели, вернее потащили по песку к морю, он даже не мог толком сопротивляться. Он с трудом удерживал голову, пытаясь разглядеть того, кто поднимался к ним из глубин, и до конца не понимал, что происходит.

А потом он услышал тихий голос вдовы – она стояла самая последняя в коридоре из людей, тоже наряженная в маску, и с восхищением смотрела на гостя из морских глубин:

– Он наш спаситель, наш благодетель. Благодаря ему мы счастливо живём в этом прекрасном месте. Мы растим наших детей в любви и заботе, собираем щедрый урожай кофе, нежимся на солнце. Наши рыбаки всегда вылавливают много рыбы. Вот только он требует определённую плату, раз в полгода мы должны приносить ему жертву. Мы танцуем, слыша музыку волн и звон звёзд, и он приходит, привлечённый этим.

Голос вдовы журчал, словно ручеек, пока фигура всё больше прорисовывалась по мере того, как морской обитатель поднимался из глубин. Альверо удалось сфокусировать на нём взгляд, и он с трудом сдержал крик ужаса, рванувшийся из его груди, а вдова продолжала:

– Мой муж благородно отправился в его владения, чтобы продлить нашу счастливую жизнь. Море забрало его, как каждые полгода забирает либо одного из нас… либо кого-то из наших гостей.

Альверо смотрел на выпученные, стеклянные глаза морского чудовища, которые смотрели, казалось, куда угодно, только не на него. Его тело было покрыто буграми, плавниками и чешуёй, и было видно, как ему сложно вылезать из воды. Он опирался на толстый, рыбий хвост, словно на третью ногу, пытаясь держать равновесие, и его пасть широко распахивалась, когда он дышал, а жаберные щели на короткой, толстой шее топорщились в стороны. А вот руки были странно тонкими, словно кто-то в шутку прилепил их к этой, напоминающей рыбью, туше.

Парни, что держали Альверо, повели его в воду – существо не смогло выйти дальше, чем уровень колена, и жадно тянуло руки навстречу мужчине, который пытался взять под контроль своё тело и вырваться.

– Ты дал нам столько радости в последнее время, что тебе впору гордиться своей судьбой! Радуйся тому, что стал столь важным для нас, и нашего города, что ты подарил нам эти прекрасные, солнечные дни! – голос вдовы неожиданно стал пронзительно визгливым, и Альверо почувствовал, как его ставят на ноги. Он хотел отшатнуться, но ноги отказывались повиноваться ему, как и его разум. А потом просто с силой толкнули навстречу этому существу, заставив сделать всего два ужасающих шага.

Последнее воспоминание Альверо было связано с морской водой, которая хлынула ему в рот и с острыми когтями, которые, подобно острым морским скалам, впились ему в плечи, когда существо потащило его в глубину.

И пока солёная вода заполняла его лёгкие, в голове Альверо мелькнуло последнее, страшное воспоминание. Глаза того самого рыбака, что рассказал ему о Сан-Кортадо… они были такими же стеклянными и блестящими, как глаза местных жителей. А когда он улыбался, его улыбка казалась словно приклеенной.

Рыбак всё знал. Его взгляд и улыбка стали той приманкой, на которую клюнул Альверо.

Странный незнакомец

Я встретился с ним случайно, когда совершал вечернюю прогулку, после ужина. Я шёл вдоль набережной, вдыхая полной грудью благодатную сырость, постукивая тростью по каменной мостовой, и, кажется, ни о чём не думал в тот момент. Я прислушивался к каждому звуку, что издавал наконечник моей трости, и пытался угадать, как он может отразиться в очередной раз. Фонари только зажигали, и седой, старый фонарщик, приветствовал меня, приподняв свою шляпу. Я улыбнулся и кивнул ему в ответ.

Сегодня было пасмурно, и праздных прохожих, как я, было совсем немного. Тучи клубились на тёмном небе, грозясь вот-вот разразиться проливным дождём, и я радовался такой погоде, наслаждался влажным воздухом.

Но ровный ход моих мыслей был нарушен. Этот человек бросился ко мне, выскочив непонятно откуда. Его глаза были широко раскрыты и наполнены самым настоящим ужасом, а лицо перекошено гримасой страха.

– Господин, подождите! Пожалуйста… помогите мне… помогите! – он остановился в паре шагов от меня, дрожа всем телом, и сложив руки вместе перед собой. Возможно, это был какой-то молитвенный жест, который был мне незнаком.