Читать книгу Колыбель (Летописец Черных) онлайн бесплатно на Bookz (9-ая страница книги)
bannerbanner
Колыбель
КолыбельПолная версия
Оценить:
Колыбель

3

Полная версия:

Колыбель

Найра. Магесса, которую спас от костра молодой воитель. Магесса, стремившаяся помогать людям, ставшая его подругой, а впоследствии женой. Жена, подарившая ему самую замечательную девочку, жена, поддерживавшая его, жена, без колебаний отдавшая свою жизнь за жизнь их дочери.

Боль утраты давно ушла, горечь утихла, а впереди брезжил луч надежды.

– Осталось немного – пробормотал Натон, покидая таверну.

Глава 17

На раскисшую дорогу падали хлопья снега, келпи недовольно фыркали и прядали ушами.

– Бррр, терпеть ненавижу позднюю осень – ворчал Архахаар, кутаясь в пятнистый серо-белый плащ.

– Терпение есть великая добродетель, любимый, – ответила одетая в такой же плащ Кельвирея.

– Ты еще мне книжку Единого перескажи.

– Легко. А вообще, не хочешь мерзнуть – иди Дорогой, как все нормальные драконы, а не гоняй водных духов на морозе.

– А на выброс силы сбегутся инквизиторы. Ну, уж нет, мы на имперской территории, а значит, прикидываемся шлангами.

– Хороши шланги! Одеты как Ночные тени, едем на лошадях, по сравнению с которыми кони императорской конюшни просто задохлики.

– Да хоть на ламах в красных труселях, главное чтоб незаметно.

– На три полета стрелы ни одного человека.

– Хорошо.

Тишину ночи разорвал тоскливый многоголосный вой. Молния всхрапнула.

– Волки, Ар – взволнованно сообщила Кельвирея, – большая стая, голов тридцать.

– Не тронут, – отмахнулся Архахаар, – они прекрасно знают, кто ходит по их землям. Бояться надо двуногих зверей. Хотя, в такую погоду, я думаю, мы никого не встретим.

– Хорошо бы.

Они углублялись в лес, следуя по проторенной тропинке. Грязь чавкала под копытами, падавший снег забивался в глаза. Остаток пути они проделали в молчании. Келпи остановились на небольшой поляне. В центре поляны находился небольшой алтарь, а окружавшие поляну засохшие деревья были густо обвешаны различными лентами и клочками ткани.

– Мерзость, – сплюнул Архахаар.

– Святое место, – парировала Кельвирея, – люди сюда молиться приходят.

– Смотри внимательнее.

– Мерзость, – сплюнула девушка, почувствовав, как тонка ткань мироздания и как через небольшую прореху в мир сочится что-то невыносимо отвратительное.

– Прорыв пока маленький, но если расширится, кое-кто решит заглянуть в гости. Камешек разломаем, дырку заштопаем. Страхуй, вдруг кто придет на огонек.

Кельвирея поправила перевязь с ножами, извлекла из ножен меч и застыла, готовая в любой момент взорваться ураганом острого адаманта. Архахаар засыпал вырезанные на алтаре символы толченым даганитом, после чего извлек свой меч и принялся рубить камень. От алтаря отлетали куски. Архахаар ритмично взмахивал мечом, и алтарь словно таял. Наконец, маг удовлетворенно убрал меч в ножны:

– Половину дела сделали. Все чисто, можешь убрать оружие. Хочешь сама прореху затянуть?

– Пожалуй, нет. Ты начал, тебе и заканчивать.

– Хорошо. Значит, берем края прорехи и начинаем их сводить. Вот так. Все готово – маг удовлетворенно крякнул, – и напоследок, еще один подарочек. Ты чувствуешь духа леса?

– Очень слабо, как будто спит. Только слишком уж глубоко.

– Он ослаб, но жив, – произнес Архахаар извлекая из седельной сумки небольшой корешок, – Лесная батарейка, остроухие снабдили.

– Бата– что?

– Магия леса. Корешок будет наполнять лес силой, весной проснется леший, – с этими словами Архахаар забросил корешок подальше в грязь, – ну вот и все. Предлагаю забраться поглубже и остановиться на дневку.

Костра они не разводили, в плащах эльфийской работы было тепло, а сухари не требовали готовки, разлапистая ель защищала от снега. Келпи ушли в лес на охоту.

Кельвирея проснулась перед закатом. Архахаар еще спал. Девушка сидела, прикрыв глаза, и обдумывала события, произошедшие с ней за последнее время. Расскажи ей кто-нибудь год назад, что она станет магессой и невестой самого разыскиваемого колдуна Архахаара, что она вместе с представителями других рас будет играть судьбами целых государств – она бы назвала этого человека лжецом. Но, как говорит Архахаар, факты – вещи упрямые, и вот уже вторую седмицу она ночами месит грязь имперских дорог, разрушая алтари Единого и заживляя прорехи в мироздании.


– Алтари, алтари, алтари, да сколько же их! – не выдержала Кельвирея, устало опускаясь на снег.

– Тысячи, а может и больше – флегматично ответил Архахаар, поедая сухарь, – и это только отдельно стоящие алтари. А есть еще храмы, есть походные алтари.

– И мы так и будем рубить их в мелкое крошево до весны?

– Даганита осталось мало, думаю хватит на один храм или пару алтарей. Что выбираешь?

– Надоели алтари.

– Хорошо. Тогда едем на север к накалийской границе. Там наведем шороху и отправимся к Тарлаку отъедаться.

– К Тарлаку это хорошо, сухари надоели, да и поспать бы хорошо не в сугробе.

– Седмицы две если хорошим галопом.

– Зато потом жратва, палица и свободная пещера, – улыбнулась девушка, целуя Архахаара.

– Сдалась тебе эта палица.

– Без палицы никак!

К небольшому деревенскому храму подбирались с подветренной стороны перебежками. Ворвавшись в храм, они на мгновение замерли. Возле алтаря распростерлись ниц два одетых в рясы человека. Ряса черного цвета принадлежала жрецу, а вот серая ряса второго заставила Кельвирею испуганно выдохнуть.

– Нечитые! – закричал вскочивший на ноги инквизитор.

– Помотайся с наше, сам нечистым станешь – огрызнулся Архахаар.

– Сейчас вы умрете – прошипел инквизитор, снимая с пояса плеть.

Кельвирея потянулась за кинжалом, Архахаар извлек меч. Инквизитор раскрутил плеть, и от нее в сторону магов потянулась тонкая полоса черноты. Маг рубанул по ней мечом и, словно испугавшись, тьма втянулась назад.

– Колдуны, – прошипел инквизитор, нанося удары плетью, – бей тревогу, брат!

Жрец бросился было к веревке, привязанной к языку колокола, но упал, не добежав пары шагов. В его шее подрагивал нож, брошенный умелой рукой Кельвиреи. Архахаар кивком указал девушке обойти серого. Плеть разорвала на куски нож, брошенный девушкой, но эта заминка позволила Архахаару сократить расстояние. Инквизитор был неплохим бойцом, он ускользал от клинков, огрызался плетью, но двукратное численное преимущество взяло свое. Отбивая мифриловое лезвие, он открылся, и меч Архахаара вошел ему в живот. Колдун повел мечом вниз и кишки инквизитора упали на пол. На губах серого пузырилась кровавая пена, он что-то пытался произнести, а Архахаар быстрым движением отсек ему кисть, сжимавшую плеть.

– Этот мертв, – произнесла Кельвирея, извлекая нож из шеи жреца.

– Вот пакость то, – откликнулся Архахаар вытирая лезвие о жреческую рясу и отбрасывая ногой кисть, все еще сжимавшую плеть, – одно радует, Инквизиции боятся, местные будут сидеть по домам закрыв глаза и заткнув уши.

– Что будем делать?

– Займись алтарем, – произнес Архахаар, склоняясь над плетью, – я вот с этой гадостью поработаю.

Рубя камень Кельвирея краем глаза видела, как плеть подернулась дымкой, потом начала искажаться, как сминаемый рисунок и, наконец, исчезла. По храму пронеслась слабая волна искаженного пространства.

– Порядок, я вытолкнул ее из мира.

– Я закончила. Уходим!

– Подожди. Давай еще одну гадость сделаем.

– Подожжем храм?

– Скучно. Чувствуешь в глубине под храмом небольшую пещеру?

– Да.

– Что будет, если она вдруг увеличится?

– Храм провалится – разгадала его замысел Кельвирея.

Они лежали на лесной опушке, наблюдая, как храм Единого в клубах пыли и снега погружается в землю. Ветер доносил до них гул и грохот рушащейся земли. В домах зажигались огни, люди выскакивали на улицу, что-то кричали. Маги отползли глубже, запрыгнули на келпи и пустили духов быстрой рысью, углубляясь в лес.


– До сих пор не могу поверить, что я убила жреца – закончила Кельвирея, откинувшись на шкуры.

– Либо ты убиваешь, либо тебя отправляют гыкаку в брюхо – философски отозвался Тарлак.

– Итак, вот такие итоги нашей с Кель вылазки в империю, – подытожил Архахаар, – что у тебя, Тар?

– Как мы прекратили набеги на Накалию, стало совсем скучно. Человечки Единого больше не приходили. Быстроногие козлы решили всем племенем в Антал перебраться, как на равнинах снег сойдет, маги портал откроют. Такана ушла к предкам, теперь у горных баранов новый шаман Малара.

– Хорошо. Вас, Гас, как у вас дела?

– Княгиня-мать слегла и больше не встанет. До первого дождя в Антале будет новый князь. Армия и маги его поддержат, – ответил Гас.

– Замечательно. Вас, как твоя подопечная?

– Дар усиливается, года через три она наденет черный плащ.

– Три года? Я слышал, что сильные маги учатся на год меньше, но тут всего три года и черный плащ?

– Сам удивляюсь.

– Отлично. Ее отец будет очень рад. Эль, чем ты порадуешь?

– Имперцы зимуют, все спокойно. После ваших похождений на накалийской границе куда не плюнь, попадешь в инквизитора или воителя.

– Не удивлен. Такое чудо свершили. А уж, какая подлянка их весной ожидает, когда духи проснутся – рассмеялся Архахаар. Все поддержали его дружным хохотом.

– Тар, будь другом, одолжи палицу – произнес Архахаар, когда архимаги и эльфийка ушли.

– Гыр тебе, а не палица пока не расскажешь вождю, зачем она тебе.

– Намекаю. Палица, соседняя пещера.

– Кель, это правда?

– Да, Тар. Мы с Аром решили пожениться.

– По-тролльи?

– У эльфов и магов никаких обрядов толком нет, просто произносят обет и начинают жить вместе, брачный полет тоже не можем устроить, – ответил Архахаар, – а девушка просит романтики. Никак не могу отказать. Не в храм Единого же топать.

– Смотри, сильно не бей, вы человечки хрупкие, будет старшая жена тупой гыркой!

– Единственная жена, – безапелляционно заявила Кельвирея.

Глава 18

– У Васа есть подопечная? – спросила Кельвирея, попивая утренний каф.

– Да. И ты ее тоже видела. Помнишь девушку, которая со мной разговаривала?

– Арея, если не ошибаюсь.

– Да.

– Раз ты поднял этот вопрос на совете, значит, она интересует весь совет, а не отдельного архимага.

– Ты очень проницательна, дорогая.

– А шестая в совете не в курсе.

– Как-то не было времени объяснять. Арея дочь одного хорошего человека из империи. Примерно одиннадцать лет назад ее мать, магесса Найра спасла ее от налета разбойников, отправив порталом в башню Академии. К сожалению, Найра была недостаточно сильна, поэтому умерла, израсходовав как магические, так и жизненные силы. Целители это умеют. С тех пор девочка живет в Академии.

– Ты говорил о ее отце. Он жив?

– Да, мало того, ты его знаешь.

– Я знаю многих имперцев, но не слышала, чтобы у кого-нибудь из них был ребенок от мага.

– Рождение Ареи тщательно скрывалось. Она с матерью жила в загородном доме под присмотром преданных слуг.

– И кто же папа?

– Натон.

– Ге… генерал воителей? – от удивления Кельвирея уронила кружку кафа.

– Да, он. Еще до того, как стать генералом, Натон спас от костра магессу Найру и укрыл ее в своем загородном доме. Они подружились, потом полюбили друг друга. У них родилась дочь Арея. Естественно, все держалось в строжайшей тайне, пронюхай Инквизиция, и они бы просто сожгли всех в доме, не утруждаясь персональными кострами.

– Понимаю…

– Так вот, на дом Натона было совершено нападение. О его причинах история умалчивает, все кто что-либо мог рассказать, давно мертвы. Натон с несколькими преданными воителями покрошили нападавших в мелкий фарш, не удосужившись вначале допросить. Вояки, что с них взять. Сил Найры было недостаточно для открытия портала, поэтому она израсходовала не только Дар, но и жизнь. Девочка была спасена.

– Как вообще Найра оказалась в Единой империи?

– Хотела помогать людям. Помнишь, я говорил, что в империи часто вспыхивают болезни и высокая младенческая смертность? Вот и проникла тайно, пустилась во все тяжкие, добро причиняла налево направо, пользу наносила да ласкам подвергала. Тут-то ее и сцапали.

– Но ведь она была магессой.

– Ошейник, который надевают на подозреваемых в колдовстве, из хладного железа скован, он блокирует Дар. К тому же, опасаясь посмертного проклятия, приговоренных какой-то дрянью опаивают.

– Так вот почему приговоренные молчали…

– Вот такая грустная история. Когда девочка выпала из портала, я в очередной раз получал плюхи от Гаса. Пришлось и мне поучаствовать. Дети, они ведь наивны и бесхитростны, а девочка знала слишком много.

– Ты, ты стер ей память?

– Я злой колдун, а не чудовище. Такое сильное вмешательство разрушило бы ее личность. Просто установил блоки на некоторые воспоминания. Блоки спадут, когда она закончит обучение, но, если возникнет необходимость, то я, братья и Эль можем снять блок раньше срока.

– Ты все продумал.

– Важные вещи на волю случая оставлять не стоит, любовь моя.

– А как же Натон?

– Иногда мы встречаемся, я рассказываю ему о дочери.

– И он верит?

– Доказательства очень убедительны. К тому же, благодаря Найре, он уже понимал, что мир не биполярен, что Единый это не всегда добро, а магия не всегда зло.

– Ты завербовал генерала? А кого еще? Верховного жреца, Магистра инквизиции, императора?

– Натон сам предложил свои услуги. Не сразу, конечно. До остальных так просто не дотянуться, разве что устроить кровавую бойню в столице.

– Но ведь помогать нам, это очень опасно.

– Да. Натон рискует, но мы его немного подстраховали. Во-первых, встречаюсь с ним только я, а меня очень трудно опознать. Во-вторых, нательный знак Единого, который он носит, содержит в себе одноразовое заклинание портала. Если он его сломает, то окажется в безопасности в подвалах Цитадели.

– А если на него успеют надеть ошейник?

– Ошейник блокирует Дар, у Натона его нет, портал все равно сработает. Мы проверяли. К тому же ему достаточно просто подумать обо мне, чтобы я его услышал и помог выбраться.

– Ты все продумываешь.

– Конечно. В большой игре по-другому никак нельзя.

– Сыграем? – предложила Кельвирея

– Почему бы и нет. Как обычно, на интерес?

– Конечно. Иначе мы не доиграем, – улыбнулась мужу Кельвирея.


– Скуучно, – протянула Кельвирея перемещая пешку.

– Что поделать, зима – согласился Архахаар, совершив рокировку, – скука смертная, все сидят по теплым норкам и ничего интересного не происходит.

– На Земле так же?

– В одном месте зима, в другом – лето. В принципе, зимой темп жизни слегка снижается, но не значительно.

– Из-за машин? – девушка переместила ферзя.

– В основном да. Машины позволяют сохранять активность круглый год. Крестьяне, назовем их так, действительно зимой не особо активны, но жители городов живут полной жизнью.

– Занятно. Если бы здесь были машины, то мы бы тоже не обращали внимания на снег?

– Наверное. Не могу сказать.

– Я вот думаю, а почему там, на Земле, строят разные машины и механизмы, а у нас нет?

– Сложный вопрос мироздания, солнышко. Я думаю это как-то связано с магией. Человек ведь ленив, он постоянно хочет сделать что-то, чтобы раз, и больше не работать. Здесь, на Граи есть магия. Допустим, прилетели насекомые и пожирают урожай. За звонкую монету маг легко их уничтожит или изгонит. На Земле же надо придумать яд, который был бы смертелен для вредителей, но безвреден для человека и каким-то образом обработать огромное поле. В любом случае, нужны деньги, но маг он вот здесь и сейчас, а пока что-нибудь дельное придумаешь – останешься без урожая. Передать весточку родным в соседнем городе? Опять идем к магам. А земляне вынуждены изобретать машины, передающие речь на расстоянии. Вот и получается, что здесь нет необходимости что-то изобретать, – произнес Архахаар, двинув пешку.

– Когда ты отвлекаешься, то делаешь глупые ходы, – констатировала жена, забирая коня.

– Уж лучше проиграть в игре, чем в жизни, – флегматично отозвался маг.

– Да, ты прав, жизнь – очень сложная игра. Как я полагаю, летом стиль игры будет немного другой?

– Да, похоже на то. Сейчас мы гадим понемногу, восстанавливаем баланс, затягиваем дыры, но и имперцы не сидят смирно. Скорее всего, этим летом мы предпримем активные действия.

– Начнется война? – спросила Кельвирея, требовательно постучав ногтем по доске, – твой ход.

– Все идет к тому. Ближе к весне соберемся, обсудим наши планы. Тебе шах.

– Все-таки тебе нельзя отвлекаться. Я вот так закрываюсь. Шах и мат.

– Ученица превзошла учителя, это ли не счастье? – улыбнулся Архахаар.

Глава 19

Зима медленно уступала свои права. Снег еще лежал, но все чаще раздавались птичьи трели. А в Прибрежных горах, в долине все так же зеленела трава и шумел маллорн. Кельвирея давно привыкла к неизменной картине за окном. Она просто была счастлива рядом с мужем. Зима прошла достаточно спокойно, они совершили несколько вылазок в империю, посетили нового князя Антала. К сожалению, само торжество они не увидели, Архахаар открыл Дорогу прямо в кабинет князя. Окна были зашторены, единственную дверь охраняла пара троллей. Помимо них и князя в кабинете присутствовали только архимаги и Эллениэль. Разговор был недолгим, но продуктивным. Так же проходили визиты в Академию и Цитадель. Дорога открывалась в личный кабинет одного из архимагов. Не таясь, супруги посещали только эльфийский лес и племя Тарлака.

Кельвирея экспериментировала с магией драконов и даже в чем-то превзошла Архахаара. Его магия все так же была во много раз сильнее, но в плане тонких воздействий он ей сильно уступал. Простая попытка поднять небольшой предмет обычно заканчивалась очередным погромом. С другой стороны, она практически не продвинулась во владении разумом. Она чувствовала сильные эмоции, могла определить ложь, сносно пользовалась мыслеречью, но это был ее потолок. Она искренне удивлялась, как муж, превращавший простой перенос бокала с одного конца стола на другой в стихийное бедствие, мог так тонко и изящно работать с сознаниями.


– Пожалуй, начнем, – произнес Архахаар, когда все члены совета заняли свои места на шкурах, – зима подходит к концу, мы все отдохнули, я б даже сказал, обленились. Мисс разведка, вам слово.

– Во-первых, хочу сказать, что ты все такой же засранец, – хихикнула эльфийка, – Кель, дорогая, зачем ты за него замуж-то вышла? У него даже имя непроизносимое!

– А ты меньше гномьей отравы пей, тогда язык не будет заплетаться – улыбнулась Кельвирея.

– Вот, вот, узрите пагубное действие. Была порядочная девушка, колдунов на костре жарила, а теперь стала такой же язвой, как и муженек, правящий род не уважает. Вот Тар – другое дело!

– Тарлак вождь – пророкотал тролль, – кстати, предложение палицы еще в силе.

– Да ну тебя, Тар, – отмахнулась Эллениэль, – давайте серьезно. Большинство вариантов будущего указывают на войну с империей. Есть вероятности мирного года, но они слабы. По донесениям теней, зима проходит достаточно спокойно. Войска сидят по казармам, новобранцев по моим прикидкам набрали на пару полноценных полков. Инквизиторы на севере порыскали-порыскали и успокоились, похоже списав разрушение храма на недовольство божества. Судя по дымам, народа пожгли достаточно много. Перемещенные на границы с Улиром и Накалией коронные полки откровенно скучают, возможно, они уйдут, как закончится распутица. Пожалуй, это все, теням трудно работать, когда природа спит.

– Натон молчит, – добавил Архахаар, – значит, ничего интересного воители не знают. Вас, как наша подопечная?

– Арея будет проходить весенние испытания со студиозусами второго года обучения.

– Жалобы, воспоминания?

– Нет, все в порядке. Программу обучения мы с Гасом немного подправили, теперь два раза в седмицу по половине дня проводит в Цитадели. Тебе слово, Гас.

– Занимается. В начале было трудновато, уж больно миролюбива, но потихоньку втянулась. Отлично владеет кинжалом, быстра и ловкость имеется, а уж с лошадью управляется ничуть не хуже, чем Ар и Кель с келпи.

– Все правильно, она чувствует животное – добавила Эллениэль, – чуткость – это главное качество целителя.

– Хорошо. Главное, не загоняйте девочку, – произнес Архахаар, – что еще на магическом фронте?

– Колдуны прикидываются шлангами – улыбнулся Гас, – но готовы выступить.

– Тарлак, как дела в горах?

– Мужчины троллей всегда готовы к доброй драке. Дай знать и через седмицу все воины спустятся с гор, духи предков радуются в предвкушении хорошей драки.

– Хорошо. Мы тут немного подумали, у нас есть набросок плана предстоящей кампании. Кель, отдувайся.

– Вот ведь гыровы маги – почесал живот Тарлак, – думают вместо того, чтоб, как и положено супругам, более интересными вещами заниматься.

– Зима была долгой, и на интересные вещи времени хватило, – даже не покраснев ответила Кельвирея. Девушка давно привыкла к его простым и бесхитростным речам, этот огромный лохматый тролль стал ей близким другом.

– Итак, – начала Кельвирея, разворачивая карту, – как всем известно, пол столетия назад империя откусила часть улирских территорий. Сатрапия Доанг раньше была междуречной провинцией Улира.

– Я хорошо помню ту войну, – ответил Гас, – Донан обмелела, а Анг, наоборот, разлился. Имперцы перешли Донан практически посуху, а вот мы оказались в заднице. Если бы не наши порталы, войска улирцев полегли бы полностью.

– Вы сделали все, что могли, – сказала Кельвирея и продолжила, – мы предлагаем нанести удар по Доангу и исходим из следующих соображений. Во-первых, пока еще живы люди, помнящие, как они жили до империи. Во-вторых, поля и луга Доанга пока достаточно обильны, за прошедшие годы там ни разу не случался голод. В-третьих, Доанг достаточно небольшой по площади и отрезан от остальной территории империи рекой. В-четвертых, улирцы до сих пор не примирились с потерей провинции. Исходя из этого, мы предлагаем следующее. Мы ударим в тот момент, когда снег сойдет, а реки разольются. Земля уже будет достаточно сухая, а разлившаяся Донан не даст имперцам быстро перебросить подкрепления.

– В вашем плане я вижу слабое место – произнесла эльфийка, – если войска завязнут и не смогут организовать оборону берегов Донан до окончания половодья, то нам придется бежать, так же как и в прошлый раз.

– Риск есть, – согласился Гас, – но, что если, до подхода основных сил, берег будет держать экспедиционный корпус?

– Большой риск, брат – покачал головой Вас, – если имперцы наладят переправу, раньше подхода наших сил, то их зажмут в клещи.

– С другой стороны, войска, находящиеся сейчас в Доанге тоже будут зажаты в клещи, – высказалась Кельвирея.

– Я бы предпочел дать им возможность сбежать, – высказался Архахаар, – загнанная в угол крыса дерется до конца, хотя идея небольшого корпуса, прикрывающего реку мне очень даже по душе. А если попробуем танцевать не от Анга, а от Донан?

– Слишком большое расстояние, не сможем перебросить много войск – покачал головой Вас.

– Попробую поговорить с Ловиэлем, возможно он сочтет возможным оказать помощь – решила эльфийка.

– Если Лес пришлет войска, то мы сможем заменить лучников тяжелой пехотой или кавалерией.

– Замените человечков троллями! Предки разгневаны, они требуют крови – пророкотал Тарлак.

– Согласна с Таром, – поддержала тролля Кельвирея.

– Значит, план такой вырисовывается, – подвел итог Архахаар, – как только реки разольются, мы перебросим основные силы через Анг. Дадим имперцам пару дней, чтобы они успели натянуть штаны и выдвинуться навстречу. Дальше порталами забрасываем экспедиционный корпус, эльфы придут своим ходом. Корпус перекрывает берег Донан. Судя по карте правый берег достаточно крутой, это поможет нам его оборонять. В это время идут бои основных сил. На этом этапе наша задача не допустить войска имперцев к экспедиционному корпусу. Когда имперцы разбегутся останется только провести зачистку. Ваши соображения, дамы и господа?

– Я опасаюсь за экспедиционный корпус, – почесал подбородок Вас, – что будет, если имперцы просто завалят их трупами, не считаясь с потерями?

– Не думаю, что у них это получится. Инквизиторы и жрецы не могут открывать порталы, а значит, войска будут добираться своим ходом. Земля подсохнет, но травы еще толком не будет, поэтому им придется тащить с собой фураж для лошадей. А груженые телеги очень быстро превратят дорогу в гырово дерьмо.

– Как поступим с местными? Не хотелось бы устраивать резню, – спросила Кельвирея.

– Палицей промеж ушей, бабы еще нарожают – в своей манере ответил Тарлак.

– Тар, так нельзя! Они же ни в чем не виноваты!

– Предлагаю задействовать идеологию – прервал их пикировку Архахаар.

– Ар, тебя даже жена не всегда понимает, а мы-то и подавно – заявила Эллениэль.

bannerbanner