Красный ворон. Часть первая

- Заставить девушку разбить ступни в кровь – очень по-рыцарски, - недовольно пробурчала я.

- Всё заживёт. Но память останется. Лучше так, чем однажды перед вашим отцом ляжет ваше бездыханное тело, м? Как думаете?

- Я и так всё поняла!

- Я уже это слышал множество раз. Доказательством обратного были ваши неоднократные нарушения данных вами обещаний. Вам не кажется, что это недостойно? Нарушать слово? – он говорил с ленцой в голосе, а я злилась всё больше, ощущая твёрдую неоднородную почву под ногами.

- Вы думаете, что вы уже повзрослели и знаете всё лучше всех. Это ошибка, которую совершают все без исключения в вашем возрасте. Однако я с вами поделюсь одним секретом. Вы станете взрослой только тогда, когда научитесь слушать, что вам говорят старшие. И ни днём раньше.

- Чтобы я кого-то слушала, этот «кто-то» должен заслужить моё уважение. А для этого недостаточно просто быть старше.

Ровэн рассмеялся. Так тихо и приятно.

- Дитя. А вы сами то способны заслужить чьё-то уважение?

Я немного растерялась под взглядом его металлических глаз.

- Не хочу обманывать себя, но думаю да.

Он смотрел на меня, иронично изогнув брови.

- И каким же это образом?

Я поскользнулась на замшелом камне и чуть не упала. Моя рука успела схватиться за гриву коня, рядом с которым я шла.

- Думаю мне в этом поможет самоотверженность и мужество, - ответила я после того как тихо выругалась, глядя на ссадину на косточке стопы.

Ровэн одобрительно кивнул, чуть поджав губы. Он провёл рукой по волосам и взявшись за повод повернулся ко мне.

- Звучит не плохо. Но с чего вы взяли что обладаете этими качествами? У каждого в этом мире однажды наступает день, когда жизнь подбрасывает такие обстоятельства, в которых становится понятно, кто мы есть на самом деле. Наши представления о себе рушатся, и всё проясняется. Обычно никто не вспоминает этот день с улыбкой.

- Избавьте меня от ваших уроков жизни, - гневно прошипела я, преодолевая боль. Мужчина повернулся ко мне и вопреки моему ожиданию его лицо было благостным.

- Дерзите, как всегда…Возможно мне нужно пересмотреть наш путь и выбрать более каменистую дорогу, - тихо произнёс он.

- Мой отец узнает об этом! – я не выдержала и выложила единственный козырь, который у меня был. Как только эти слова слетели с моих губ я тут же пожалела о них. Они прозвучали так жалко, словно я и впрямь была маленьким ребёнком.

Рыцарь стал серьёзен.

- Думаете это необходимо?

Неужели я увидела в его глазах опасение? Я ожидала едкого ответа и насмешки над моим выпадом. А это что было? Не похоже на него.

- Разумеется необходимо. Если вы думаете, что отсутствие свидетелей позволяет вам делать и говорить всё, что вам заблагорассудится, то спешу вас расстроить. Я расскажу лорду всё в мельчайших подробностях, - я почувствовала уверенность говоря это и подняла подбородок повыше.

Мужчина отвернулся и замолчал. Неужто я его уела? Ха! Как просто. Наверное, мне надо было припомнить отца ещё когда он попросил мою обувь. Хм…

- Отдайте мои сапоги, - твёрдо произнесла я, уверенная в том, что он подчинится.

- Ни в коем случае, - он дал ответ так быстро, словно заранее знал, что я скажу. Он играет со мной?

- Я настаиваю!

- О, настаивайте сколько угодно. Вы будете идти босиком до самого лагеря. Кстати, день сегодня такой жаркий, правда? Наверное, не мешало бы освежиться, - при этих словах мы вышли из леса к быстрой речке. Она была не глубокой, примерно по пояс.

Я обрадовалась и взялась за седло своего мерина, надеясь проскочить воду верхом, но Ровэн посмотрел на меня и покачал головой:

- Вброд, милая.

- Но я же вымокну! – что он себе позволяет? В конце концов, я дочь лорда, которому он служит! Он должен служить и мне. Какого дьявола?

- Что поделать. Наказание потому и наказание, - с усмешкой ответил рыцарь.

- Ну уж нет, - я вопреки его предостерегающему взгляду взялась за обе луки седла и уже собираясь подняться, когда увидела, как он, обернувшись, одним движением расстёгивает подпругу и стаскивает седло с коня с другой стороны, держа его одной рукой.

- Я сказал вброд, - повторил он со сталью в голосе и глазах. Он положил седло на спину своего коня, позади себя.

Глядя на него я со злостью схватила подол платья и приподняла его заходя в воду.

- Если я простужусь и захвораю отец вам голову снесёт, - тихо и яростно зашипела я.

- Не простудитесь. Сегодня жарко как в геенне огненной, - хмуро произнёс мужчина мне в ответ.

Аккуратно прощупывая каменистое дно босыми ступнями я стала заходить в тёплую реку. Её воды ласково омывали меня. Чёрт, а ведь он прав. Вода приятная, воздух прогрет.

- Сначала забрали мою обувь, теперь заставили лезть в реку, что будет дальше, вы меня четвертуете? – я продолжала злиться, ступая по неприятному дну и глядя на быстрые воды впереди.

Он хохотнул:

- Не получится. У меня только два коня.

- Да…и меча у вас при себе нет. Что ж вы за рыцарь такой, ни доспеха, ни оружия… - я покачала головой глядя на мужчину снизу вверх. Он только молча глянул на меня с усмешкой. Со своей чёртовой усмешкой вечно игравшей на его губах.

Мы шли уже довольно долго. Я не хотела ничего говорить и чувствовала отвратительно мокрый подол платья, который прилипал к бёдрам и мешал идти.

Мои ноги превратились во что-то ужасное. Они были беспросветно грязные и покрыты ссадинами, синяками и мелкими порезами. Идти было больно, и я вынашивала план мести.

Проучить ты меня хочешь? Да что ты. Ну давай посмотрим, кто кого проучит! Я придержу рассказ об этом и выдам его тогда, когда ты меньше всего будешь этого ожидать. Посмотрим, как отец накажет тебя, когда узнает. О, я буду ждать этого момента. И я дождусь его.

Впереди, сквозь деревья замаячил огонёк костра. Мы приближались к лагерю.

Ровэн отдал мне сапоги, и я не без труда надела их. Ноги уже были сильно побиты и теперь казалось, что обувь ничуть не уменьшает страдания. Разве что благодаря ей не появится новых синяков и ссадин.

Солнце уже село, когда мы вошли в лагерь. Рыцарь просто повернул в сторону, а я заковыляла к себе. Так мы и расстались в тот день. Даже не попрощавшись. Он даже не взглянул на меня.

Как только я прилегла на укрытое мягкими мехами ложе и с наслаждением выдохнула этот сложный день ко мне ворвался отец. Он увидел меня, и быстрым шагом направился к моей постели.

- Отец, я… - только начала своё оправдание я, когда он подошёл, схватил меня и заключил в самые крепкие объятия, которые я знала в своей жизни.

Боги, как он, должно быть, волновался… Он ничего не говорил, просто обнимал меня. А когда отстранился строго глянул мне в глаза.

- Мы поговорим с тобой завтра. А сейчас отдыхай. Я распорядился принести тебе поесть.

Вот так мужчины выражают свою любовь? Так просто и незамысловато.

В шатёр вошла служанка, следом за ней вбежала Сабина. Она, как и отец, сразу бросилась мне на шею.

- Ты сумасшедшая, Сандра! Я чуть рассудка не лишилась, пока ждала тебя! Неужели ты не могла взять меня с собой, мы бы так повеселились! – хныкала она мне в ухо. Отец покачал головой и вышел. К утру он остынет и завтра ограничится тем что пожурит меня как обычно.

Я пересела за столик, вместе с подругой.

- Расскажи мне, что произошло? – слуги не успевали подавать, а Саби уже начала есть.

- Мм, прости, пока тебя не было мне кусок в горло не лез… - она поняла мой взгляд и немного замедлилась.

- Ешь, дорогая, - я с улыбкой присоединилась к ней рассказывая о своём приключении. О том, что я шла босой всю дорогу я умолчала.

На утро отец позвал меня к себе. Туман ещё не успел рассеяться над полями и солнце широкими полосами проливало свой свет сквозь него. В воздухе чувствовалась влага и тяжёлый свежий запах мокрых трав и полевых цветов. Я вдыхала эти ароматы полной грудью, наслаждаясь ими.

Ходить было больно и я шла неспешно, чтобы это не бросалось в глаза. Я надела своё любимое чёрное платье с узким рукавом и тонким кружевом на груди и распустила волосы. Сабина всегда называла этот мой вид боевым. Она говорила, что я всегда так выгляжу, когда меня ждёт тяжелый разговор, наказание или взбучка. Я и не замечала как делаю это. Будто я всякий раз в сложные моменты призывала свою тёмную сторону, чтобы выдержать испытание. Хм…возможно так оно и было. Однако я так действовала незаметно даже для себя самой.

Я была удивлена, когда отец сказал, что у него нет желания ругаться и он просто хочет позавтракать со мной. Видимо он и правда остыл, и не хотел обсуждать вчерашнее. Мне это показалось странным, но я обрадовалась и почувствовала лёгкое самодовольство от того как хорошо знаю его.

Прошло больше недели после этих событий, и я уже думать забыла об этом, когда отец отправил за мной после ужина.

Я вошла в чертог с высоко поднятой головой, расправив плечи и сложив руки за спиной. Меня уже ждал лорд Сальван и…ну конечно же, его серая тень.

- Сир Ровэн, - я посмотрела на рыцаря с прищуром и он кивнул мне в ответ. Весьма небрежно, кстати.

Отец наливал что-то из графина себе и своему другу. Обернулся ко мне и улыбнулся с грустинкой в карих глазах.

Я уселась за стол и сплела пальцы глядя на отца:

- Ты хотел о чём-то поговорить?

Лорд неторопливо поставил стеклянный графин на стол и тяжело опустился в обитое коричневой кожей кресло с резными подлокотниками.

В чертоге было тепло. Горел широкий, в мой рост каменный очаг освящая стены выложенные плоским серым камнем. Над очагом была прибита шкура медведя и два скрещенных боевых топора над ней.

- Да, Сандра. Я бы хотел вернуться к тому, что произошло на охоте, - начал отец. Было видно, что ему в тягость этот разговор, но очевидно он видел в нём необходимость.

Я расправила подол бордового платья открывавшего ключицы. Что-то назревает.

- Ты ведь знаешь, я не тиран… - лорд начал издалека, но я сразу поняла куда он ведёт, - но то, что произошло на охоте перешло…некоторую грань.

Ровэн тяжело вздохнул, словно говоря «ну давай уже, хватит мяться». Я подняла бровь и посмотрела на него. Он слегка склонил голову набок глядя на меня без выражения.

- Я хочу, чтобы ты понимала, я очень дорожу тобой, - я отчётливо видела, как тяжело даются моему отцу эти слова.

- Именно поэтому я запрещаю тебе ездить в лес.

- Даже с охраной?

- Да. Даже с охраной.

Я почувствовала закипающий гнев. Это не справедливо! Всё уже давно позади! Я вела себя исключительно примерно после этого случая. Не смотря на моё желание взорваться, я терпеливо продолжила ровным голосом:

- И что же я теперь буду сидеть в заточении за стенами замка всю свою жизнь?

Отец хмуро взглянул на меня. Ровэн поднёс к губам кубок и посмотрел на друга, затем на меня, затем снова на лорда.

- Не всю жизнь. Твоё наказание продлится месяц.

- Месяц!??? Но отец, остались последние тёплые недели… - начала я, поднявшись из за стола незаметно для себя.

- Сандра, это не предмет обсуждения, - лорд стал строг. А я дала волю гневу:

- Это с его подачи, да? – я указала глазами на Ровэна, который был на удивление серьёзен.

- Это моё решение. Сир Ровэн тут не при чём, - недовольно ответил отец, прямо глядя на меня. Я покачала головой и ткнула пальцем в его друга:

- Не многовато ли наказаний за один проступок? Ты знаешь, что сир Ровэн уже взял на себя роль воспитателя в тот день, когда я потерялась? Он заставил меня идти босой весь путь до лагеря. И перейти реку вброд. Я всю неделю лечила ссадины! Я уже была наказана, - я глядела то на одного, то на другого.

Отец помрачнел и глянул на друга. Но у того не дрогнул ни один мускул.

- Я уезжаю через два дня. Меня не будет месяц. И этот месяц ты проведёшь в замке безвылазно. Это всё, - отец поставил точку и, очевидно, разговор был окончен. Но не для меня.

- Это невероятно. Я просто заблудилась. И за это я сбила ноги в кровь, буду сидеть месяц взаперти, а теперь ещё и выясняется что ты уезжаешь и я остаюсь один на один с твоей паскудной женой, от которой я не смогу спрятаться даже в лесу! – я сама не заметила как повысила голос. Ровэн едва заметно улыбнулся уголком рта и это разозлило меня ещё больше. Отцу мои слова совсем не понравились:

- Выбирай выражения, Сандра. Я и правда был слишком мягок с тобой, и ты совсем распустилась. Ещё хоть одно слово поперёк и вместо одного месяца будет два, - в его голосе была слышна угроза, но меня понесло и было уже не остановить.

- Да сколько хочешь! Я перестану есть и когда ты вернёшься обнаружишь мой труп! – крикнула я и резко развернувшись бросилась к дверям. Меня душили слёзы и я не могла позволить чтобы они видели их.

Когда дверь за мной гулко закрылась я прижалась к ней спиной. Слава богам что в этот час здесь никого не было. Я сжала зубы, чувствуя как по моим щекам бегут тонкие ручьи. Тем временем разговор за дверью продолжился.

- Вот дьявол…что за девица. Она совсем не похожа на мать, - сетовал отец.

- Что ты хотел, Сальван. Она выросла в окружении мужчин, её мачеха могла бы добавить ей мягкости, но вместо этого ожесточила её ещё сильнее при твоём попустительстве, - ответил ему низкий спокойный голос.

Я повернулась к двери и прижалась к ней ухом, чтобы лучше слышать.

- Что если она и правда откажется есть? – с беспокойством спросил отец. Ответом ему был тихий смех.

- Брось, дружище. Она же совершенно не воздержана. Она не знает, что такое голод. Она и полдня не протянет, схватится за любую булку. Чтобы голодать нужна воля. Девица пока что даже и не знает, что это.

- Хм…пожалуй ты прав. Откуда ты знал, что она обличит тебя сегодня?

- При всём уважении, Сальван, твоя дочь не такая уж сложная загадка.

Я почувствовала досаду при этих словах. Значит я проста по твоему? Ну ничего, мы ещё поквитаемся.

- Нда. Хорошо, что ты сам сразу сказал мне. Если бы я узнал об этом так, скорее всего сходил бы по твоей скучающей роже.

Они оба засмеялись.

- Я знал, что если ты узнаешь от неё, будет буря, а так отделался лёгкой моросью.

- У тебя же нет детей, как ты умудряешься так понимать всё это?

Наступила недолгая пауза.

- Она очень напоминает мне меня самого в её возрасте. Я прекрасно помню каково это. Все моря по колено, ты самый умный, вокруг все идиоты, делаю что хочу, к чёрту правила.

- Иногда мне кажется, что я сойду с ума с ней…

- Не сойдёшь, - пришлось в ответ лорду.

- Кто у неё сегодня?

- Крис.

Отец цокнул языком:

- Что-то не спокойно мне…

Смешок:

- Ну хочешь, я сам встану?

Отец подумал немного:

- Смени его к полуночи, ладно?

Ответа я не услышала.

Скрипнул стул.

- Пора бы отдохнуть, милорд.

- Да, не мешало бы. Надеюсь ночь пройдёт спокойно. Если будет чудить, прими меры. Но, Ровэн. Не перегибай, хорошо?

- Да когда я вообще…

Отец засмеялся, и они попрощались.

Шаги приближались к двери, и я поспешила спрятаться в нише рядом, понимая, что коридор длинный в обе стороны и даже если я побегу, я не успею повернуть и остаться незамеченной.

Дверь открылась и затворилась вновь. Я задержала дыхание, но не услышала шагов.

Он остановился? Почему так тихо?

Внезапно сильная рука сгребла меня за плечо. Он отворил первую попавшуюся дверь и втолкнул меня внутрь.

Я даже не успела сообразить, что происходит. Оказалось, что мы в кладовке, где меня когда-то заперла моя мачеха в наказание.

Ровэн повернулся ко мне, и я увидела, как блеснули его серые глаза в полумраке. Я думала он сейчас отчитает меня за то, что что я сказала отцу о том, что он забрал у меня обувь тогда. Но вместо этого он мягко взял меня обеими руками за плечи.

- Сандра. Я прошу тебя, прекрати изводить своего отца. Ты об этом очень сильно пожалеешь, - тихо произнёс он, заглядывая в самые глубины моей души. От неожиданности я растеряла все слова. Он действительно просил меня. Не грозил, не отчитывал, не стыдил. Просил так человечно и искренне. Его руки держали меня почти с нежностью. Я почувствовала, как мои щёки залил румянец и поблагодарила богов за скудность света в этом маленьком закутке.

Мне было не понятно от чего он так мягок. Я привыкла к его жесткой насмешливой манере говорить и действовать. А сейчас я не могла понять его поведение. Я не была для него сложной загадкой, а вот он для меня был ею.

- В этот месяц он глаз не сомкнёт переживая о тебе. Особенно после твоих слов. Он заставляет тебя быть в замке в его отсутствие, потому что мысль о том, что он потеряет тебя как потерял твою мать ужасает его и он готов на всё, чтобы избежать этого. Ты меня понимаешь?

Я глядела на него со смесью смущения и растерянности. Совершенно неожиданные слова. Я не могла понять как мне реагировать на них и нашла только:

- Да.

- Хорошо. На счёт Розы не волнуйся. Я остаюсь в замке и хочу, чтобы ты помнила, что всегда можешь обратиться ко мне, если тебе что-то понадобится. Я никогда не откажу тебе в помощи.

Я опустила глаза не в силах выдержать тесноту и его присутствие одновременно.

- Посмотри на меня, - попросил он.

Я, преодолевая смущение взглянула на него.

- Даже в самые паршивые времена ты можешь рассчитывать на меня.

Он посмотрел на меня с участием и я поверила ему. То ли его тёплый взгляд пробудил во мне что-то светлое, то ли эта коморка напомнила мне о благодарности, которую я испытала к этому человеку в тот день, когда он подумал обо мне и пришёл, чтобы хоть немного сгладить моё заточение тогда, далеко в детстве? Не могу сказать точно. Знаю только что таким я знала его всегда. Таким он был для меня все эти годы. Этот противоречивый человек.

А кто теперь передо мной?

Я посмотрела на его хмурое лицо. Он замер в дверях глядя на меня тяжёлым взглядом. Я взяла себя в руки, подняла с пола вещи собранные в кожаные сумки и направилась к выходу из спальни.

Он преградил мне путь, и я медленно подняла глаза.

Засунь свою жалость себе зад, Ровэн.

Мне так хотелось бросить эти слова ему в лицо. Но я молча смотрела как он забирает вещи из моих рук и пропускает меня выйти.

Вот и всё. Прощай мой дом.

***

- Одно седло? – я едва находила в себе силы говорить. Ровэн кивнул в ответ. Седло было двухместное, широкое и длинное. Но глядя на мужчину, который подавал мне руку, чтобы я уселась верхом на коня я понимала, что вдвоём всё равно будет тесновато.

Да к дьяволу всё. Ничто уже не важно. Он увозит меня. Куда? С чьего слова? Что меня ждёт дальше? Одна часть меня металась в панике пытаясь понять, как теперь быть, а другая была уже мертва. Я старалась цепляться за мёртвую себя. За спокойную, безразличную, холодную и застывшую свою часть. В ней было что-то умиротворяющее. Наверное так я ощущала смерть?

Одно мгновение, заключённое в крошечной льдинке. Такое неизменное. Такое сокровенное. Моё крошечное убежище. Мой уголок сырой земли где-то уже ждёт меня. Осталось только лечь в него и отдохнуть наконец от слёз.

Мы двинулись в ночь. Я чувствовала, что моё лицо уже ничего не может выразить. Ни единого оттенка чувств. Да и какие к чёрту оттенки, когда осталось всего одно чувство – утрата.

Мой тяжёлый попутчик своим присутствием лишь напоминал мне о том, что ничего больше не осталось. Он так убеждал меня когда-то, что я могу положиться на него. Выходит, что всё это, все эти годы всё было ложью. Он обманывал моего отца, обманывал меня и всех вокруг.

Когда отца уложили на его последнее ложе я надеялась, что Ровэн встанет за моей спиной. Хотя бы он. Но нет. В замке не изменилось ровным счётом ничего. Только меня не стало в нём. Кто заметит это? Сабина? Ох, дорогая моя Саби. Как жить без тебя? Без твоего смеха и заносчивых, смелых слов… При мысли о ней я почувствовала, как слёзы заструились по моим щекам ещё быстрее.

Предатель. Ровэн, как ты мог? Чёрт тебя дери, ты же столько лет знал его. Ты знал его дольше, чем я живу на свете. Ты видел день, когда я пришла в этот мир. Бессердечный сучий сын.

Ведёт себя так, как будто всё так и должно было быть. Как будто ничего и не случилось. Я чувствовала, что к утрате присоединяется ещё и гнев.

Лицемерный ублюдок. Ты забрал у меня последнее. Последнее что было у меня в этой жизни. Боль, которую ты причинил мне наравне с болью от утраты моего лорда отца. Будто я потеряла двоих одновременно. Да лучше бы ты и правда умер или исчез. Чем сидел бы сейчас позади, увозя меня чёрт знает куда и зачем.

По началу я не могла поверить в то, что он увозит меня. В самый первый день после похорон, когда я узнала от прислуги что он приходил ко мне и велел собрать мои вещи в моей голове не укладывалось то, что он так поступает. Я пыталась оправдать его в своих глазах, пока не пришла наконец к нему сама. Из нашего разговора я поняла, что он решил плыть по течению. Для меня это было совершенно неожиданно. Я думала, что он не из тех, кто просто соглашается отступить. Однако, он сделал это. И самое страшное, что у меня было отчётливое ощущение, что он сделал это легко, словно так всё и должно было быть.

Сейчас ощущая его присутствие и глядя на него на привалах я чувствовала гнев такой силы, что мне казалось он льётся у меня из глаз вместо слёз. Слёзы закончились. Их просто больше не было. Я не могла больше плакать. На замену боли пришла злость.

Я радовалась ей. Она была свежей и рьяной. Требовала выхода и находила его через мои слова обращённые к нему. Я плохо понимала, что говорю. Слышала себя будто со стороны. Он реагировал как я и ожидала. Усмешки, молчание, отмашки. Он вёл себя так, будто я глупый ребёнок, который не понимает чего-то очевидного.

Но я уже не была ребёнком, и картина, вставшая перед моим взглядом выглядела мерзко.

Я стала подумывать о том, чтобы сбежать и сброситься с какого-нибудь обрыва. Главное, никому не попасться на глаза. Я понимала, что просто так от него не уйду и мне придётся решиться на что-то ужасное. Но я была готова. Оказалось, что утрата всего в совокупности с болью, освобождает.

Я стала свободна от всего. Ни мораль, ни законы, ни условности, ни правила больше не сдерживали меня и казались чем-то глупым и незначительным. Всё, что у меня было, это моё собственное тело, одежда на нём и тонкий стилет, давно подаренный мне отцом. Моя единственная дорогая собственность, которую я берегла.

Не правда ли, судьба сама подбросила мне намёк на то, что я могла бы сделать? Жестокая, жестокая, уродливая, страшная судьба. Я точно знала, что не смогу заколоть себя. Моё, пока ещё худо-бедно живое тело отказывалось сделать это. Но на кое-что другое я уже была вполне способна.

Душа моя, видимо, и так проклята, можно больше не останавливаться вообще ни перед чем. Меня наказали без повода. Так чёрт вас всех дери, пусть этот повод будет.

Я попыталась убить его. И какое-то время думала, что мне это удалось, пока он не настиг меня в лесу. В тот момент страх не на долго вернул меня к жизни. Но он снова угас, а вместе с ним угас и тот огонёк, который он пробудил.

Я лежала у костра спиной к Ровэну и смотрела на огонь. Я пыталась почувствовать хоть что-то. Хотя бы злость от того, что он отнял у меня моё единственное оружие. Но тщетно. Мне было совершенно всё равно.

Я была так измучена и чувствовала ужасную усталость. Но сон никак не приходил. В памяти я вернулась к тому моменту, когда воткнула в него кинжал.

Руки до сих пор помнили это ощущение, как метал с тугим, будто бы зернистым сопротивлением погружается в тело. Воспоминания об этом вызвали во мне целую бурю чувств и мои глаза раскрылись шире. Тут и власть, и удовлетворение от свершённой мести, упоение собственной силой, мрачное удовольствие от падения, мммм…столько всего. Вот, значит как живут мужчины и что их наполняет на самом деле? Не повезло родиться женщиной. Скудность жизни нарушается только деторождением. И то, можно было отойти к богам во время родов. Как моя мама. Нет, не хочу сейчас думать о ней. Этот луч света давно угас. И все остальные тоже.

Вместо сна в голову снова лезли воспоминания об ушедшей жизни. Я старалась гнать их, но они упорно лезли обратно. В конце концов я перестала сопротивляться и позволила им занять мой разум.

Перед глазами понеслись затёртые образы. Я у могилы матери в пасмурный зимний день. Сабина наряжается в новое платье и кружится передо мной, отец сидит со своей серой тенью под навесом и хохочет говоря с ней о чём то. Тень тоже улыбается глядя на него. Я впервые падаю с коня, ни одного синяка, но подойти к лошади боялась пару месяцев. Мой первый поцелуй. Ох, как это было…волнительно. Сын нашего лекаря был таким робким, но руки у него развязались быстро, хоть я и пресекла это. Сейчас понимаю что зря. Но тогда у меня ещё могло быть будущее. И нужно было соблюдать правила, хотя бы частично. Отец обнимает меня, поздравляя с восемнадцатилетием. Ко мне сватается старый рыцарь. Он не плох, но уж больно стар. Я отвергаю его, отец недоволен, но терпит это. Роза отвешивает мне звонкую пощёчину, а я бью в ответ. Вспоминая это я улыбаюсь, и чувствую как проваливаюсь в сон. Наконец то. Наконец то.