И встанет Русь – и устоит

Сон бандеровца

Округу осветило зарево.Затянуло дымной мглой.Спустился в бетонное логовоБандеровец – как лунь, седой.Винтовку отбросив в сторону,Взглядом обвёл свой схрон.Сел за стол, руку под голову…И провалился в глубокий сон.Во сне он видит отца —Стоит, как будто живой.Войну он прошёл до конца,В сорок пятом вернулся домой.Говорит отец с укором:«За что ты нас предал, сынку?За что заклеймил позоромНашу веру и Украину?Я войну прошёл до Берлина,Потом бандеровцев бил,Чтоб советской была Украина,Чтоб ты в ней счастливо жил.Бандеровцы меня расстреляли.Тебя мои друзья спасли.Они жизнью своей рисковали,А ведь были они москали.„Помогли тебе твои ляхи?“ —Как Бульба тебя спрошу.Они же, как злые собаки,Хотят разорвать страну.Ты уж седой с годами,Стоишь у последней черты.Сядь, пораскинь мозгами,С кем останешься ты.В нашей небесной обителиНас греет божественный свет.Здесь нет ни убийц, ни мучителей.И Иудам здесь места нет…»Поутру проснулся, вспомнился сон.На винтовку свою поглядел…С размаху разбил приклад о бетон,А ногами растоптал прицел.Белую тряпку на ствол привязал,Маскхалат сбросил на пол.Перекрестился, флаг в руки взял…И к линии фронта пошёл.

Связь времён (рассказ солдата)

На рассвете мы вышли из леса.В небе алела полоска зари.А над рекой – тумана завеса.За туманом уж близко свои.Впятером мы ходили в разведку,В тылу врага быстрый рейд провели.Вдруг предательски хрустнула ветка.Крик раздался: «Стоять, москали!»Группа вмиг на земле распласталась,Пытаясь укрыться от пуль.Мне под ёлкой ложбинка досталась,Я в неё с разбега нырнул.Сразу жестокий бой завязался.Под ёлкой строчил мой автомат.Вскоре я понял: один остался.В живых уж нету ребят.Вот и мой автомат замолчал:Он выпустил последний патрон.Из подсумка гранату достал —Лучше умру, чем буду пленён.Вспомнились жена, сын и дочка,Пожилые отец и мать.Будет поставлена в жизни точка.Как не хочется умирать!Нацисты пошли в атаку.Кричат мне: «Сдавайся, москаль!»Я встал, взяв в руку гранату:«Подходи, нацистская шваль!»И вдруг ударила молния.Временной разлом произошёл.Мой прадед в чине полковникаИз той войны ко мне подошёл:«Ну что, внучек, совсем невмочь?Рано тебе ещё умирать.Друзья попросили помочь,И я привёл небесную рать.Вот, автомат мой возьми!»Из кобуры пистолет я достал,Крикнул: «За Родину! Пли!»С криком «ура» на врага побежал.Тут градом полетели снаряды.Ливень из пуль пошёл стеной.Враг не успел запросить пощады.Скоротечным был этот бой.Солнце взошло из-за леса,Осветив речную гладь.И по туману, в небеса,Прадед увёл свою рать.А когда подоспела подмога,Уже закончился бой.Полегло там бандеровцев много.Комбат сказал: «Ты герой! —И удивлённо спросил: – Как ты смогЦелую роту врага расстрелять?»Я сказал: «Мне прадед помог,А с ним вся небесная рать».Комбат отошёл от меня не спеша,Посмотрел изумлённым взглядом…В руке я держал автомат ППШС гнилым от времени прикладом.А я стоял и слёзы глотал,Сжимая автомат в руке.Слава тем, кто за Родину пал!Спасибо, дедушка, тебе!

Елена Гайпель

Творческий путь автора начался в Перми, городе её детства, а продолжается в Самаре, где она сегодня живёт и работает. Сейчас она трудится репетитором английского языка, но с самого детства её верным спутником всегда была поэзия.

Состоит в Российском Союзе профессиональных литераторов (РСПЛ).

Произведения Елены нашли отклик у читателей и были опубликованы в коллективных сборниках: «Под вуалью акварели», «Литкузница», «Поцелуй Эвтерпы», «Поэт года – 2024», «Перо и слово», «@Parnasslight», «Великой музы негасимый свет», «Сила предков», «Победители», «Земля писателя», «Из глубины сердца». Издан также авторский сборник стихотворений «Озёра глаз твоих».

В 2025 году автор была награждена медалью «Александр Блок: 145 лет» и звездой «Наследие» III степени от Российского союза писателей за вклад в литературу.

Дозор

Вечерний воздух на гребне горы Стрельной был хрустально-чист и свеж. Артёмка стоял на каменном зубце, врезавшемся в бездонное небо. Перед ним лежала необъятная ширь, жадно поглощающая взгляды смертных. У горизонта, синея первозданной тоской, застыли исполинские спины Жигулей. А внизу, в невидимой глазу долине, пульсировала Волга. Её не было видно отсюда, но она ощущалась в упругом ветре, несущем запах речных трав, в багрянце заката, медным огнём опаляющем небо, и в самом дыхании пространства, размеренном, будто вздохи спящего великана. «Именно тут, – думал Артёмка, – начинается земля вольницы».

К нему неслышно подошёл атаман. На нём был поношенный, но справный кафтан, а за спиной угадывалась привычная тяжесть сабли. Стенька был быстр в движениях и крепок телом, а острый взгляд его, брошенный из-под густых бровей, казалось, смотрел прямо в душу.

Поглаживая тёмную бороду, атаман внезапно улыбнулся и положил тяжёлую руку пареньку на плечо.

– Видишь, хлопец, какая воля? – Он медленно обвёл горизонт другой рукой, словно ощупывая границы своего царства. – Даром она никому не даётся. Её надо выстрадать. Заслужить кровью, потом и верностью. Кто встанет на Дозор, тот должен доказать, что сердцем он чист, как родниковая вода. И доверять братии пуще собственных очей, пуще собственного разума. Ибо братия – это продолжение твоей души, а душа не лжёт.

Атаман протянул серебряную чарку, потемневшую от времени и прикосновения бесчисленных уст:

– Пей за волю. Пей за братию. Пей за Волгу-матушку.

Артёмка выпил залпом. Вино, настоянное на особых травах, опалило горло, разлилось по жилам взбунтовавшимся огнём.

– А теперь – испытание! – Атаман чуть понизил голос и достал чёрный плотный платок, указав на узкий хребет, уходящий в небо, словно застывшая молния. – Говорят, что этот мост сами черти построили. Кто проходил его с открытыми глазами, срывался. Кто шёл вслепую, обретал братство, если хватало веры дойти до конца. Глаза твои станут врагами: покажут пропасть там, где её нет, и твердь – где зияет бездна. Мы их укроем. Пусть ведёт тебя не зренье лживое, а слух верный, сердце чуткое. Ветер будет твоим поводырём. Вслушивайся в глас матушки-реки. Если ты истинный её сын, она тебя выведет.

Платок лёг на глаза – мир рухнул в бездну темноты. Исчезли река, леса, небосвод. Исчез и сам Артёмка: растворился в пустоте, превратившись в частицу этого гигантского живого организма. Постепенно контуры внешней среды стали проявляться в других измерениях. Ветер – живой и дерзкий – заговорил с ним на языке прикосновений. Справа, внизу, сквозь толщу камня и воздуха, доносилось глухое, мощное, размеренное биение Волги.

Артёмка озорно улыбнулся, обнажив ровный ряд крепких белых зубов.

– Пустое дело, батька. Я заговорённый, и не в таких переделках бывал, – сказал он и смело шагнул на узкую тропу.

Он шёл, раскинув руки, как птица, расправившая крылья, но позабывшая, как надо летать. Каждый шаг был полон веры и решимости. Хребет сужался и расширялся, играя с равновесием. Слева и справа зияли пропасти. Холод камня поднимался по ногам, пронизывая тело ледяными иглами. Мышцы дрожали от напряжения, но он шёл – не глазами, не разумом, а волей, доверяясь реке, что своим дыханием направляла его, и братии, что молча стояла позади, посылая ему свою веру, как невидимую струну поддержки. Ветер то стихал до шёпота, то взвивался ураганом, норовя сбросить смельчака. Было слышно, как иногда осыпались камешки, теряясь в безмолвии. И вдруг… мир изменился. Под ногами распахнулась плоскость – широкая, надёжная, как материнские объятия. Ветер стих, будто отшатнулся в почтительном молчании.

– Стой, хлопец! – донёсся голос атамана. – Стой и жди.

Платок сорвали одним движением.

– Молодец! – гремел его голос, и в нём звенели ноты искренней радости. – Прошёл-таки! Отныне ты свой. Отныне ты – брат.

Артёмка радостно моргал, ослеплённый светом. Постепенно ви́дение прояснилось. Обернувшись, он увидел Чёртов мост со стороны победителя. Узкий, невозможный, он змеился в воздухе, как мираж. Артёмка, стоя на краю обрыва, обернулся медленно к Волге и замер, поражённый открывшейся красотой и мощью. Плёсы мерцали серебряными чешуйками, протоки вились игривыми змейками, а большие суда на горизонте казались стайкой лебедей. Вся жизнь великой реки разворачивалась перед ним как на ладони. Он видел купеческие струги, везшие товары из Астрахани, рыбацкие лодки в тихих заводях и даже царские корабли, доставляющие важные грамоты.

И в это мгновение до него дошла истинная суть испытания: лишь тот, кто достиг этого места вслепую, вверившись голосу реки и вере товарищей, достоин здесь стоять на страже. Теперь его задача стеречь эту необъятную ширь, подавая весть дымом и огнём тем, кто находился в засаде. Он больше не беглый холоп из подмосковной вотчины. Он – страж вольной земли.

Повернувшись лицом к бескрайнему простору Волги, с этой минуты навек вошедшей в его сердце, он тихо, но твёрдо произнёс:

– Теперь это и моя река. И моя воля.

А ветер подхватил его слова и понёс над водной гладью.

Ефрейтор Жучков

Никифор Жучков был ефрейтор простой:Участник он Первой войны мировой.На поясе – шашка, винтовка в руках,Святая молитва всегда на устах.«За веру, царя и за матушку Русь!Ты, милая, жди, повоюю – вернусь».В окопах сырых, под огнём и дождём,Он шёл, не сгибаясь, вперёд, напролом.В боях под Варшавой, в Карпатах, в КрымуПознал и победы, и горечи тьму.Он спрашивал небо – зачем этот ад,Кто сеет раздоры и кто виноват?..Но небо молчало, как вечный судья,А ветер шептал: «Ну, война есть война».Сражался с ним рядом товарищ и брат,Такой же, как он, подневольный солдат.И рыскала зверем по полю война,Все судьбы косила под корень она.Усталость, и страх, и тоска по родным,И не было места тут дням выходным.Свинцовым дождём поливалась земля,И кровью пылала над полем заря.Кто в битве погиб, кто остался в плену…Увы, не укажешь царю на вину.И, наглого немца спровадив домой,Вернулся с победой Никифор-герой.На мирные цели направил маршрут.…И правнука также Никифор зовут.

Виктор Дроздов

Родился в 1958 году. Окончил Харьковское ВВКИУ им. Н. И. Крылова. Живёт в Белграде (РФ).

Служил на космодроме «Байконур». Подполковник запаса. Ветеран труда.

Издал восемь сборников стихов. Публикуется в журналах, альманахах, коллективных сборниках. Лауреат международной литературной премии Мира в номинации «Поэзия».

Голгофы и кресты

Ему не миновать, ведь точно знал!Понёс свой крест, пошёл на смерть,Ведь в этот путь его Отец послал —Затем, чтобы за нас всех умереть!Он шёл и по пути всем делал благо.Вставал и падал, крест свой поднимал.Пускай устал, но на Голгофу надо,Свой путь Он шаг за шагом прошагал.Пески лениво стёрли пару тысяч лет.И с тех времён, когда за нас просил,Быть может, изменилось что-то?.. Нет!Свои Отцы, Сыны, Голгофы и кресты.Пусть перекинуты по времени мосты,Свой мы, как прежде, выбираем путь,За правду и страну уходят на кресты,И ныне много тех, которым не минуть.Здесь далеко не все мессия и пророк,Как Он, за веру вознеслись душою вверх,И, сделав сами шаг за вечный тот порог,Они становятся святыми тут для всех!

Штурма

Недолёт… Перелёт…Топчет землю кирза.Свинцом брызгает дот,Забыть слово «назад».Задыхался в пыли,Запах трупов лез в рот,Пусть натёр мозоли,Но шёл только вперёд.А в окопе – компост.Тины – выше колен,А в накат – полный рост,С гранатой. Вдруг плен.Коптер тихо жужжал,Будто ангел в раю.Оператор шепталВ ухо: «Все ли в строю?»Командир дал приказНашей тройке: «Вперёд!»Тройка, знаешь, сейчас —Это раньше как взвод.Шёл по минным полям.С лисьих нор выбивал.Там, в окопах, в щелях,Всех в упор обнулял.Кто пощад не просил,Тем гранаты бросал,И ножом тоже бил,И прикладом достал.Вот, кто руки поднял,Лицом вниз положил…Мне боец рассказал, какВ «штурмах» он служил.

Ангел-хранитель

Здесь понимали все, на что пошли!Что нам там зори тихие не светят.Там как в аду, и не летают журавли.Пошли, прощаясь с белым светом.Шутили: нас там чёрт сам ждёт.Привычного нет неба над землёю,Но только шли братья мои вперёд,Кто в авангарде, рядом и за мною.В трубе, конечно, жуть и темнота.И я вверху вдруг ангела увидел!В бою я в небесах не видел никогда,А в черноте он, белый, очень виден.Их, светлых, в светлом небе не видать.Мы своих ангелов поэтому не знаем.Подумалось, что хорошо бы им летатьВо весь свой рост, рядом с кустами рая.А мы вперёд, чтоб план врага сорвать,И ангел мой светился белым светом.Его, коль захочу, рукой могу достатьВ этой трубе – под потолком их небо.Труба сто сорок два, а выше небеса!Задачу «сохранить» он выполняет…Крылами не взмахнуть – вот чудеса:Он, кажется, скользит, а не летает.Идём, ползём. Присел мне на плечо.Устал?.. Дойдём, хотя и гарью дышим,Вдруг я погибну, ангел, то скажу ещё,Что я хочу, чтобы живой ты вышел.Я в маске полз, весь до́ смерти устал.Он трубами скользил уже привычно,Всё время рядом, жизнь мне сберегал —Кто незаметен в жизни той, обычной.

Калинов мост

Добро и Зло перед мостом,что над рекой Смородиной,сошлись в битве непростойстолетьями… народами…Им не пройти, где брода нет,поток бурлящий огненный.Огнём мост докрасна нагрети воином не пройденный.Назад нельзя. Чтобы стеречь —охрана многоглавая.Рубит рука мечом их с плеч,то левая, то правая.Но если скажут: «И к чемувы тут, взопревши, маетесь?Вам предлагают тишину,а вы за мост цепляетесь!» —отвечу: «Мы, как не понять,уйдём за мост, не смертные!А кто Свет будет защищать?Ведь мы – где Тьмы владения».

Второй номер

Осень снова в своих правах.Недобро посвистывал ветер,Листья жёлтые грустно гнал,А я в лёжке думал о смерти.Как оно там, в раю, без нас?«Второй», я спрошу, ответьте!Говорил мне: «Скучно сейчас,Говорил же, нам тесно вместе».Вместо связи – только гудок,Канал для контакта закрытый,Видать, тонкий тот проводок,Что взрывом был перебитый.Отчего в гнезде легче понять,Почему номер не отозвался?Привыкает снайпер молчать,Чтобы сам он живой остался.И, возможно, вот этот разрывСо «Вторым» починили б сами.Жаль, Архангел врата закрыл,И сигнал пропал между нами.Ведь обидно бывает теперь,Больно слёзы душат порою.Было нам не скучно, поверь,И не тесно вдвоём с тобою!

Письмо младшему брату

Привет, младшо́й. Скоро я приеду.На этот раз вернусь уж навсегда.Рассчитываю дома быть к обеду,Встречай меня и маме передай!Вот загружусь в России – и в Россию.Прямо со штурма, с лесополосы,Сдам АКМ и броник, что носил я,И БТРом до вокзала три версты.Друг соскоблил грязищу с камуфляжа,Последний раз стрельба нехолостых.Лицо помог мне оттереть от сажи,Ну, всё! С войной порушены мосты.Нет, я не буду колесить по свету.Я насмотрелся тут на разные края,Домой хочу, в деревню. Вот приеду —И чтобы рядом вся моя семья…Теперь я знаю, в чём и где есть правда,Что значит фраза: «Родина моя»,И почему любить Отчизну надо,И почему нам не нужна ничья земля.Скажу по-честному, что я ещё б осилил,Да только пуля сердце порвала…Прошу, братишка: береги Россию,Как я берёг! Такие, брат, дела…

Екатерина Евстигнеева

Пишет под творческим псевдонимом. Настоящее имя – Наталья Козлова.

Живёт в самом древнем городе Поволжья – Городце. Исследователь, поэт, писатель, мама и патриот своей страны. Автор фантастических трилогий, исследовательской работы в трёх томах «Древний род», поэтических сборников «Крылья Гамаюн» и «Прописные истины», книги для детей «Зиночка и шлейф из небылиц», поэмы «Несокрушимый свод» и других произведений.

Победитель и призёр множества литературных конкурсов. Организатор проектов и премий, составитель более 150 справочников по генеалогии, индексирует документы с конца XVII по XIX век.

Обладатель множества наград – орденов, медалей, дипломов, грамот, благодарственных писем. Лауреат национальной премии «Семейная реликвия» (2024), присвоено звание «Автор года – 2025» по версии издательства «Четыре».

Богатырская сага, или По следам былинных героев

ПрологПисали творцы стародавних мировБылины с узором диковинных слов.Воткали в легенды тончайшую нить,Пути богатырские чтоб сохранить.Илья МуромецВо Муроме славном Илья проживал,Красив и могуч, но совсем не вставал.«Сидел на седалище»[2] тридцать он лет,Не двигался вовсе, не мил белый свет.Отец ему был Тимофеич Иван[3] —Мужик он обычный, шёл род из крестьян.А мать Ефросинья, что Якова дочь,Молилась усердно, чтоб сыну помочь.Бывавши в святынях далёкой дали,Калики[4] к воротам Илюши пришли:«Вставай-ка, Илья, отворяй воротá!»Не может он ложку донéсти до рта…Калики всё просят: «Вставай да вставай!Ты сделаешь это, со стула слезай!»Ступает на резвые ноги Илья,История – чудо, пожалуй, сия.И чарку медвяного пьёт питьеца.Какая судьбина теперь молодца?Руками силён стал, и ноги идут,По вере ему и победы грядут!Соловка-злодей жил на свете тогда,И так он свистел, что тряслись города.Стрелою Илья его метко подбил,Верёвками ловко и крепко скрутил.Илья и с Поганым сразился в бою,Здесь хитрость, смекалку покажет свою.Каликой нарядится – да и к врагу,И шлемом убил (позабыл булавý).Не много, не мало побед одержал[5],В сердца он народа навеки запал.Герой-богатырь за страну, за народ,Ещё был тогда в нас Защитников код!Добрыня НикитичВ местечке Ерáхтур[6] древнейшей земли,Средь русских полей, что от века цвели,Родился Добрыня, былинный герой,Он с искоркой яркой в душе молодой.Никита Романыч – Добрынин отец[7],С Рязани сей воин, большой удалец.Амелфу, что дочь Тимофея была,Вдовою оставил, та сыном жила.Добрыня взрастал и силён и умён,Раденьем за Родину разум затмлён.Знавал языки иноземных людейИ птиц-щебетушек, чей голос – ручей.Учтив, образован, отличный стрелок,Играет на гуслях, и в тафл[8] он мог.Женат на Настасье Микулишне-свет,Обласкан, накормлен, любовью согрет.Он в схватке дал Змею сильнейший отпор,Три дня и три ночи их длился разбор.Никитич Горыныча всё ж победил,Добро будет вечным, а зло он убил!Алёша ПоповичВ Селищах, где Дон носит воды свои,А звёзд ночью – будто пчелины роѝ,Родился Алёша, прекрасный малыш,Красой и здоровьем ни с кем не сравнишь!Священник Леонтий[9], отец крепыша —Ростовский епископ – жил, Богу служа.А мать-попадья согревала теплом.Он ложкой любовь черпал в детстве босом.И рос тот малыш не по дням – по часам,И дело любое ему по плечам!Стрелял он из лука и ездил верхом,Учился искусно владеть он мечом.Умён, черноглаз, также мощен, силён,Тщеславия, хитрости был не лишён.А конь с ним удалый да скорый, лихой,Каурка-дружище[10], что масти гнедой.И время пришло: он с дружиной отсельПоехал к святыням не ближних земель.А там чужеземцы хотят всё изжечь…Ордынцев разбили, чтоб храмы сберечь!СвятогорКрасив и могуч великан Святогор,А ростом как будто бы небу в упор.Он светел власами, и есть борода,Но слишком велик: ни туда, ни сюда[11].Бог Род был отцом, мать – сырая Земля,Такая уж есть исполина семья.Природная сила, неистовый дух…Что это?.. Награда иль сильный недуг?Кольчугу носил он и воинский шлем,Кто против порядка, ушли те ни с чем.Ему был подвластен и меч-кладенец,Сварог сотворил его, чудо-кузнец.Но тягость земную не смог приподнять,Поставил на жизни кривую печать.Сумой надорвался и помер герой…В гробу камневом на века упокой.Микула СеляниновичОн был хлебопашцем, Микула-силач,Молодчик исправный, в работе горяч.Высок богатырь, крепышок хоть куда,И любо ему, что земля пречистá[12].Глаза – карий камень, и брови дугой,А светлые кудри рекою густой.Микула наряден: есть шапка с песцом,Кафтан – чёрный бархат, сапог с каблучком.Энергией пышет, смекалист, умён,И добр, и открыт, и работать силён.Глубо́ко пропашет, все корни убрав,И любо земле: ни прибавь, ни убавь.Он «тягость земную» одною рукойУмел поднимать, что в суме платяной.И ноша ему лишь под силу сия,Ведь пахарю мама – сырая Земля.Настасья МикулишнаНастасья – Микулы Селянина дочь,Она поляница, сразиться не прочь.В бою отыскала себе жениха:Добрыня хорош, и она неплоха.Ей удаль и ловкость дарёны судьбой,Мощна в рукопашном и драке любой.Дан меч ей разящий, как Божий указ,С неистовой силушкой правда зажглась.Двенадцать годков из Орды всё ждалаДобрынюшку-мужа – с пути не сошла.Печалясь и веря в хороший исход,Надеялась: точно однажды придёт!Уж вновь её замуж хотели отдать…[13]Добрыня вернулся, така благодать!По-старому жить стали и поживатьДа в тереме ладном семейству под стать.Василиса МикулишнаУ пахаря дочь разлюбезна с лица,Из дев она старшей была у отца.Сия Василиса хитра и умна,Боярину Ставру[14] женой отдана.Роскошные косы, лицо – белый снег,И ясные очи – семьи оберег.А брови собольи на лоб возлегли,Украсили дугами глаз хрустали.Сильна и умела, душою светла,В Чернигове с мужем румяным жила.А он и высок, и плечами широк,В кафтане нарядном, рубаха в цветок.Но муж на пиру похвалялся женой:Что, мол, и мудра, и прекрасна собой.А князь осерчал да в темницу его!Печаль Василисе была от того.Обрежет красивые косы она —Семейному счастью такая цена.В обличье мужчины ко князю придётИ вызволит Ставра – хороший исход!ЭпилогВ былинных историях много чудес,Но правда одна, хоть пришей, хоть отвесь:Герои всегда на Руси будут жить,Отчизну найдётся кому защитить!О подвигах разных поведала вам,Крупицы сказаний по миру раздам.Что было тогда, не минуло сейчас…Но будет Победа, ведь Бог среди нас!

Вячеслав Егоров

Родился в 1981 году в г. Новомосковске (Тульская область РФ).

Инвалид 1-й группы с ДЦП. Несмотря на полную неработоспособность рук и сильные гиперкинезы, с 1998 года активно занимается творчеством, пишет стихи и прозу.

Изданы авторские книги: «Я смотрю на свечу…» (2017), «Избранное» (2024), «Я живой» (2024).

Награды и признание: диплом и стипендия администрации Новомосковска (2004), 3-е место в конкурсе «Во имя жизни» (Алатырь, 2010), дипломы фестиваля «Парафест» (Москва, 2012) и конкурса среди инвалидов (2012).

Номинант литературных премий: «Наследие» (2016, 2017, 2020, 2023), «Русь моя» (2016), «Святая Русь» (2023), Национальной премии им. Е. Мухиной (2011). Победитель международного конкурса «Во имя мира на Земле» (2020), Всероссийского литературного патриотического конкурса «Герои Великой Победы» (2024, 2025).

Военным врачам

Этот стих я хочу посвятитьТем героям – военным врачам,Что в бою не боятся лечить,Когда пули свистят тут и там.Из огня они тащат солдат,Истекающих кровью от ран,А вокруг только взрывы гранатИ от мин каждый шаг как капкан.Но такая уж служба у них,Впрочем, как у других всех бойцов.И друзей часто лечат своих,И чужих, незнакомых юнцов.Иногда не хватает бинтов,Чтобы раненых перевязать.Из одежды тогда лоскутовИм зубами приходится рвать.Как бы ни было страшно, всегдаВоенврач не оставит в бедеНи в бою пострадавших солдат,Ни избитых врагами людей!Им не нужно наград, орденов,Они Родине служат своей!Чтоб любой человек был здоров —Вот призванье военных врачей!

Рассказ солдата

На рассказ солдата я наткнулсяВдруг, листая ленту в соцсетях.Прочитав его, я ужаснулся —Много парень пережил в полях…Пишет он, как ехали с отрядом,Было с ним ещё пять пацанов.Сильный взрыв раздался совсем рядом,Разбросавший в стороны орлов.Он очнулся в госпитале, ранен,Не почувствовав одну из рук,Понял он без всяких колебаний,Что готов вернуться бить гадюк.А в палате вместе с ним лежалиОсетин, чеченец и мордвин.И они все дружно утверждали:«Родину в обиду не дадим!»Вдруг в палате доктор появился,Оказался украинцем он.Сев на стул, он тихо извинился:«Никогда стать не хотел врагом».Рассказал врач, как их принуждалиВсё бросать и автоматы брать.Несогласным громко угрожалиСразу всех на месте расстрелять.Но однажды случай подвернулся,И он к русским бросился бежать.От всех пуль геройски увернулся,И теперь готов он врачевать.Сели на кровати все, обнявшись,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Место расположения личного состава подразделения (разг.).

2

Цитата из былины «Исцеление Ильи Муромца».