Любовь без сценария

– Обожди, Шур, она с мальчиками у Вики дома.

– Вот и хорошо! Далеко идти не надо, да и мать её отчитает!

Сашка вылетел из дома и побежал к Насте.

– Здравствуйте, тётя Оля! Здравствуйте, дядя Дима! – поздоровался он с родителями девочки. – Привет, Настя! Слушай, Тасик, а ты знала, что Андреевна знает латинский язык?

– Судя по тому, как она разговаривала на уроке, да, – ответила Настя.

– А как она его могла выучить?

– Может, у неё и спросим?

– Давай! Я пришёл за тобой, чтобы вместе пойти.

– Ага, пойдём! Сейчас только переоденусь.

Дети пошли к «учительнице», по дороге купив малышу вкусняшек. Зайдя в квартиру, Саша сходу выпалил:

– Риша, ты мне вообще сестра или как?

– Малыш, что случилось? – улыбнулась Арина, но строгости не было.

– Что случилось? И ты ещё спрашиваешь? Ты знала латинский язык и нас не научила? – добавил Саша. – Тётя Вика, а твоя дочь…

– Ладно, ладно, малыш, остынь! Проходите, чего стоять? – вмешалась Виктория Александровна.

И тут радостно выбежал двухлетний Валька:

– Саса, Натя!

Саша поднял мальчика, поцеловал и вручил ему вкусности. Дети вошли в дом.

– Пойдём к столу, ребятки! – сказала Виктория Александровна.

– Привет, детишки! – сказал Олег, муж Арины.

– Привет, Олежек! – поздоровались дети.

– Добрый вечер, ребята! – добавил Андрей, отец Арины. – Айда к столу.

– Добрый! – хором крикнули Саша и Настя.

Все уселись за стол, и Саша начал разговор:

– Я вот одного не пойму, Андревна! Мы же все взрослые люди, так?

– Так! – подтвердила Арина.

– Почему же ты скрыла от меня, что знаешь латинский язык?

– Малыш… – начала Арина, но Виктория Александровна перебила:

– Сашенька, знаешь, Аришка сама недавно начала учить язык и потому не учит тебя.

– Да! – согласилась Арина. – Я решила поэкспериментировать на уроке, и если ребятам понравится, буду продолжать.

– Нам нравится! – сказала Настя. – Класс на первом же уроке начал спрашивать, что означает то или иное выражение.

– И у нас тоже, – подхватил Саша.

– Ну вот, если всем нравится, буду учить вас латыни, – улыбнулась Арина.

– А нас с Шуркой отдельно, Арина Андреевна? – спросила Настя серьёзно.

– Хорошо, ребята, договорились! Будем вместе изучать языки. Будем вместе совершенствоваться. Dum docent, discunt!4

– Э-э-э, что? – спросила Настя.

– Уча, учатся! – ответила Арина.

– А-а-а, понятно! Тогда давайте учиться вместе. Да, Арина Андреевна?

– Хорошо! – согласилась Арина и обратилась к Саше, – малыш, ты ведь на меня не в обиде?

– Нет, нет, Андревна, брось, ты что! Мы же все взрослые люди, – ответил Саня, и все присутствующие звонко хором засмеялись. Все продолжили пить чай и весело общаться на разные темы. Так, за чаепитием, Алексаша и Настя не заметили, как потемнело, и день, начавшийся с урока, закончился ощущением чего-то общего и важного. Ребята, поблагодарив «учительницу» и остальных родственников за тёплый приём, довольные ушли домой.

Глава 7

По окончании девятого класса, ученики из всех трёх параллельных классов были объединены в один общий класс. Так как большинство детей ушло после девятого класса в профессионально-технические училища, то в каждом из этих классов оставалось не более десяти человек. А это значило то, что Сашка и Настя теперь учились в одном классе. В пятнадцатилетнем возрасте Александр, посещая секцию капоэйры, решил овладеть данным искусством всерьёз, и начал учить португальский язык. Так как учителей по языку не было, а желание учить язык у Шурика было огромное, то поначалу он брал уроки у своего мастера.

Однажды, на перемене, перед началом урока истории, ребята начали расспрашивать Сашку, что да как, и чтобы он научил их парочке фраз на португальском языке. Шура в этот момент с важным видом объяснял одноклассникам пару португальских фраз, когда дверь класса открылась, и вошла Тамара Константиновна.

– Здравствуйте, Тамара Константиновна! – сказал радостно Тарас, – а звонка ещё не было.

– Здравствуй, Тарас! Да, не было! Я просто пришла пораньше, чтобы заполнить журнал.

– Хорошо! – откликнулась Нинель, – представляете, а Блаженный у нас знает португальский язык. Вот и нас сейчас просвещает.

– Вова, ну тебя, – застеснялся Саша.

– Bom trabalho!5 – сказала Тамара Константиновна.

– Что? Тамара Константиновна? Вы? Откуда Вы…? – с недоумением спросил Александр. Одноклассники также недоумевающе посмотрели сначала на Сашу, а затем на учительницу истории.

– Что, Сашенька? Удивлён, откуда же учитель истории и женщина не первой молодости может знать португальский язык?

– Да, Тамара Константиновна! – и все вокруг захохотали, а Сашка покраснел. – Ой, то есть, нет! Совсем нет! Простите, пожалуйста. Я просто…

– Да ладно! Лучше расскажи мне, Блаженный, откуда у тебя такая тяга к португальскому языку?

– Знаете, Тамара Константиновна, я уже несколько месяцев хожу на капоэйру.

– Тамара Константиновна, а Вы знаете, что такое «капкэра»? – выкрикнул с задней парты Тарас.

– Правильно говорить «капоэйра», Тарас! – поправила учительница.

– Тамара Константиновна, Вы тоже занимаетесь капоэйра? – спросила Маша.

– Нет, что ты, Машенька. Зачем же мне, хрупкой женщине, заниматься боевыми искусствами?

– Почему же? – возразил Шура. – Со мной на капоэйру ходят и девушки. Зря Вы на себя наговариваете. Можете присоединиться!

– Нет, спасибо, Сашенька! Пожалуй, откажусь! Как-нибудь в другой раз! А пока скажи-ка мне, Шурочка, где ты учишь португальский язык?

– Я? Э-э-э, я беру уроки у своего мастера, но сейчас у него мало времени и он решил отказаться от преподавания языка и заняться только капоэйрой. А преподавателей португальского сейчас и днём с огнём не сыскать. Так что я не знаю, что мне делать?

– Не переживай, Сашенька! Я постараюсь тебе помочь!

– Но как, Тамара Константиновна? – удивился Саша.

– А это секрет, который сейчас, ребята, я вам и раскрою. Моя дочь уже седьмой год живёт в Форталезе.

– Где, где? – переспросила Нина.

– В Форталезе – это такой город в Бразилии, Вовочка, – умно сказал Санька.

– Молодец, Саша! – сказала учительница истории и продолжила, – она туда поехала работать. Вышла там замуж за бразильца и родила ребёнка.

– Ах! Какая прекрасная история! – мечтательно вздохнула Маша.

– Вот, Машка, учись, и ты тоже когда-нибудь уедешь за кордон! – сказал Тарас.

– Эй, Тарасик-Карасик, между прочим, я лучше тебя учусь.

– Тише, тише, дети! – успокоила учеников Тамара Константиновна и возобновила свой рассказ, – сейчас мои дети хотят переехать в столицу Бразилии. Скоро они приезжают сюда, в Москву. И если ты, Сашенька, хочешь, то я могу тебя с ними познакомить, для того, чтобы ты смог с ними учить и практиковать язык.

– Я Вас, конечно, сердечно благодарю, Тамара Константиновна, – начал Шурик, – ведь, во-первых, времени у Вашей дочери со мной заниматься, наверное, совсем не будет. А во-вторых, какова материальная сторона вопроса? Ведь, каждый труд должен оплачиваться!

– Сашенька, не волнуйся, – успокоила его Тамара Константиновна, – во-первых, у Анечки кучу времени, а во-вторых, насчёт денег не беспокойся, для тебя – это всё de graça!6

– Не знаю даже, как Вас благодарить, Тамара Константиновна! Правда, не знаю!

– Твои успехи в учёбе и в жизни и есть твоя благодарность мне, Саша! Для меня, как для учителя, всегда отрадно, когда мои ученики хотят узнать что-то новое!

– Спасибо Вам, Тамара Константиновна! Вы не только хороший учитель, но и хороший человек! Я Вам обещаю, что отблагодарю Вас!

– Нет, нет, не стоит, Шурочка!

– Тамара Константиновна, я Вам обещаю, если в будущем у меня родится дочка, то я обязательно назову её в Вашу честь – Тамарой!

– Ой, ну что ты! – смутилась женщина, – не нужно так портить жизнь своему ребёнку.

– Почему это? – возмутилась Настя, – очень даже прекрасное имя. Правда, ребзя?

– Да, правда! – подтвердила Маша, – мне лично очень нравится имя Тамара.

– Вот, правильно! – согласилась Настя, – если у тебя, Сашка, будет дочка, то непременно назови её Тамарой. Весь класс просит!

– Видите, Тамара Константиновна, весь класс согласен, а это значит, дочка будет названа в честь Вас.

– А если родится сын, что тогда? – хитро поинтересовался Тарас, – как его назовёшь?

– Назову его в честь сына Тамары Константиновны!

– Но у меня нет сына, Сашуль! – растерялась Тамара Константиновна.

– Почему это нет? А муж Вашей дочери? Разве он Вам не сын?

– Ой, совсем забыла, ребята! Конечно же, сын! Но его зовут Рикардо! Ты его так и назовёшь?

– Да, вполне! Правда, ребята! – и тут весь класс взорвался от смеха. – Я вам всем покажу ещё! Посмотрите у меня как смеяться! Ну-ну! – разозлился Шурик. И через паузу продолжил. – А я, Тамара Константиновна, своё слово всегда держу! Так и знайте!

Глава 8

В том же десятом классе у ребят появился новый предмет – НВП, начальная военная подготовка. Военруком был майор запаса, участник афганской войны, Александр Павлович Субботин. Высокий, сухой, всегда собранный, он выглядел грозно – даже когда просто стоял в коридоре, заложив руки за спину. Ученики его уважали. Не потому что боялись – хотя и это тоже, – а потому что чувствовали: за суровой внешностью скрывается человек честный, прямой и по-своему очень добрый.

Однажды на большой перемене старшеклассники собрались у лестницы. Кто-то жевал булку, кто-то сидел прямо на подоконнике. Говорили громко, перебивая друг друга, обсуждали учителей – как всегда, с прозвищами.

– А вы знаете, – сказал Ростислав из одиннадцатого, – наши военруку кличку дали.

– Какую ещё? – тут же заинтересовался Сашка.

– «Бразилец»!

– Это с чего вдруг?

– Да потому что он Сан Палыч! Сан-Паулу, понимаешь? Тебе ли этого не знать, Саня.

Сашка усмехнулся:

– Логика железная! Но при нём-то, надеюсь, никто так не ляпнул?

– А что будет, если ляпнуть? – хмыкнул Яша, известный на всю школу своей задиристостью и вечными двойками. – Проверим?

– Ну, скажи, – пожал плечами Ростислав. – Узнаешь!

– И скажу! – Яша явно вошёл в раж.

В этот момент из-за угла показалась знакомая фигура. Товарищ майор шёл неторопливо, тяжело ступая, будто каждый шаг был выверен заранее. Яков тут же при виде военрука выпалил:

– Бразильцам от меня лично физкульт-привет! – военрук оторопел, посмотрел на Якова суровыми глазами, но ничего не сказал. А Яшка продолжил, – а знаете, Александр Павлович, между прочим, у нас в школе тоже есть бразилец. Вот он! – и показал пальцем на Александра.

– Эй, ты чего, – начал было Сашка.

– Брысь, малявка!

– Эй, эй, ребята! – попытался остановить учеников Ростислав.

– А ну не лезь! – прошипел Яша и обхватил Сашу горло. Санька резко высвободился и подсёк оппонента, что тот оказался на грязном полу лицом вниз.

– Ха, ха, ха! – засмеялись все одиннадцатиклассники.

– Помогите мне встать! – прохрипел задира.

– Ха, ха, ха! – ещё звонче засмеялись ребята.

– Ну, я вам всем устрою!

– Чего ты устроишь? Ты уже устроил! – сказал Ростислав, – вон, как ты сам выразился от «малявки» получил. Сам брысь отсюда. Мы пошли. Айда, ребзя!

На следующий день Александра вызвали в кабинет директора.

– А что случилось, Надежда Семёновна? – поинтересовался Шурик у директора. Директор школы была женщиной строгой, но справедливой, которая всегда разбиралась в каждом деле тщательно и до конца. Она, когда была в настроении, называла всех учеников ласково, а когда злилась, то называла их полными именами, но никогда не обращалась к ним по фамилии. За это Александр её любил и уважал.

– Что ты себе позволяешь, Александр?

– В каком смысле, Надежда Семёновна? – не понял Сашок.

– В прямом! – ещё больше разозлилась женщина, – почему ты устраиваешь драки в учебном заведении? Я у тебя спрашиваю! Отвечай на вопрос, Александр! – Услышав, что Шура в кабинете директора, Настя решила пойти и узнать в чём дело.

– Закрой дверь, Анастасия! – строго скомандовала директриса. И, девочка, тут же захлопнув дверь, побежала в класс.

– Надежда Семёновна, я не учинял никаких драк. Вы же меня знаете! Кто Вам такое сказал?

– Значит, не дерёшься, Александр? А с кем ты вчера повздорил на перемене, а? – Шурик всё понял.

– А, Вы про это! – Шурка отмахнулся, – мы же в шутку!

– Ах, в шутку, значит! Это так сегодня называется? Ты ему чуть всё лицо не расквасил.

– Так, так, так! – начал Санька, – а Вы можете его тоже пригласить сюда?

– Обязательно! – и громко крикнула, – Яков, зайди ко мне в кабинет! – Яша зашёл.

– Вот, полюбуйся! Он говорит, что это твоё творчество! Я такого от тебя не ожидала!

– Что? Да это не я сделал! Я просто повалил его на пол и всё! Можете у его одноклассника Ростислава спросить. – Тут Яшка покраснел, а Надежда Семёновна грозно посмотрела ему в глаза и приказала:

– Яков, или ты мне сейчас рассказываешь всё, как было, или я вызываю в школу твоего отца.

– Э-э-э, а что рассказывать?

– Всё! – сказал Саша, – от начала и до конца! Как было! Только не ври! Иначе…

– Так, прекрати, я сказала! Рассказывай, Яков! Мы слушаем! – Тут Яша начал свой подробный монолог, а когда он его закончил, директор с красными от злости глазами произнесла:

– Да как ты смеешь оскорблять учителя, ветерана войны? Ишь ты, клички они придумывают. Какие деловые! Тем более додумались придумать прозвище уважаемому человеку! Не стыдно? Может и у меня есть какая-нибудь кличка? А ну признавайтесь?

– Нет, нету! – выпалил Саша. Директор посмотрела на одиннадцатиклассника, но тот ничего не сказал.

– Если я ещё раз услышу или увижу от вас обоих подобного рода выходки, обоих отчислю, но перед этим хорошенько отлуплю каждого ремнём. Ясно?

– Угу! – пробормотал Яшка.

– Ясно! – сказал Саша.

– А теперь, марш на уроки! Живо! – И мальчики быстро разбежались по своим классам.

Как только Санька вошёл в класс, его тут же окружили одноклассники, спрашивая, что случилось, и почему его вызывали к директору.

– Ничего страшного не произошло! Просто произошло маленькое недоразумение.

– Недоразумение? – удивилась Настя, – да директриса орала так, что её было слышно на всю школу.

– Ну, ты же её знаешь, Тася!

– Да, конечно! Ещё бы! Лучше бы я её вообще не знала и не видела никогда!

– Представляешь, этот мордохлёст и баламошка Яшка при своих же одноклассниках и при мне военруку сказал «физкульт-привет, бразилец».

– Во даёт! Этот негораздок и вправду так ему сказал?

– А почему думаешь, Настенька, твоя «любимая» директрисонька меня вызывала к себе?

– Ты-то каким боком в этой истории оказался, я не пойму?

– Яшка этот, назвал военрука бразильцем и сказал, что в школе есть ещё один бразилец, то есть я. Я не успел и рта раскрыть, как Яшка меня схватил и чуть не повалил на пол.

– Ну а ты?

– Ну что я? Я стал защищаться. Освободился и его самого повалил на пол. Тут все рассмеялись, что якобы маленький уделал большого. А он возьми да и нажалуйся директрисе, что я ему его физиономию разукрасил.

– А он где разукрасился? – не поняла Настя.

– По его рассказу, он после уроков где-то ещё с кем-то подрался. Вот ему там и начистили его личико. А директор подумала, что это был я, так как изначально он всё так и преподносил.

– Ну, хорошо, что разобрались и добрались до истины. Это главное! – Саша кивнул. Его действительно пронесло.

Глава 9

Прошло несколько месяцев. Осень медленно входила в свои права: за окнами школы всё чаще было пасмурно, а в коридорах пахло мокрыми куртками и мелом. На уроке химии десятиклассникам Арина Андреевна почти буднично сообщила, что доведёт их до конца учебного года, а потом уйдёт в декретный отпуск. Она сказала это спокойно, будто между делом. В классе на секунду стало тихо. Саша не сразу понял, что именно его задело – слово «декрет» или мысль, что она и правда уйдёт.

– Как, Арина Андреевна, Вы не доведёте нас до одиннадцатого класса и не увидите, как мы выпускаемся?

– Почему же не увижу? – улыбнулась она. – Я приду к вам на выпускной. Вы от меня никуда не денетесь!

– Ура! – закричал Толик. – Только обязательно приходите! Мы Вас будем ждать!

– Конечно, Толенька! Обязательно приду. Вы ведь мой самый любимый класс, – хитро прищурилась Арина Андреевна. – А теперь убираем учебники и тетради.

– Фу, опять! – недовольно протянул Толя. – Ладно, так уж и быть, уберу!

– Все убрали? А теперь мальчики, пододвиньте парты поближе, а девочки помогите мне накрыть на стол.

– Что? – не понял Анатолий. – У нас чаепитие?

– Верно. Так что помоги, Толечка, своим одноклассникам и мне всё организовать.

– Э-э-э… хорошо, Арина Андреевна!

Чаепитие получилось каким-то неровным: все смеялись, но осторожно. Когда Арина Андреевна сказала, что это её любимый класс, кто-то неловко зашуршал фантиком – и вдруг стало понятно, что она говорит всерьёз.

Несколько недель спустя задира Яша снова устроил «представление» на перемене – на виду у своих соклассников и десятого класса.

– Слыхали новость? – громко сказал он. – Арина Андреевна-то, это… ну… пузатая ходит.

Настя не сразу поняла смысл – только интонацию. И этого хватило.

– Ну и чего? – спросила она. – Тебе-то какое дело?

– Отвянь, мелюзга!

– Слушай, Яша, может, ты успокоишься? – начал его одёргивать Лёва.

И тут как раз подошёл Саша.

– О, ещё одна малявка пришла! Слыхал новость?

– Какую? – спокойно поинтересовался Сашка.

– Химичка-то наша округлилась! Гы-гы-гы!

– И что с того?

– Не твоих ли рук дело? Гы-гы-гы!

В этот момент Саша молча схватил Яшу за воротник, да так, что тот захрипел, и повёл его к директору.

– Надежда Семёновна, разрешите войти?

– Кто там? Войдите! Что случилось? Ой… это опять вы?

– Не опять, а снова, Надежда Семёновна. Вот, полюбуйтесь. Я его не бил, – сказал Саша ровно. – Просто привёл сюда.

Он говорил слишком спокойно – и директриса это сразу заметила.

– Что опять натворил этот шалопай?

– На этот раз, Надежда Семёновна, вызывайте его родителей. Пусть и они послушают вместе с нами, что он натворил. Иначе он живым отсюда не выйдет.

– Хорошо, хорошо, Сашенька! – торопливо сказала она и тут же набрала номер.

Буквально через несколько минут дверь распахнулась. В кабинет вошёл высокий, гладковыбритый мужчина в дорогом костюме и безупречно завязанном галстуке. Он даже не поздоровался.

– Кто посмел обидеть моего сына? – прозвучало резко и громко.

– Здравствуйте, Иннокентий Яковлевич, – попыталась смягчить тон Надежда Семёновна. – Проходите, садитесь.

– Я предпочту стоять.

Он повернулся к Яше:

– Яков, кто?

Яша дёрнулся взглядом к Саше и отвёл глаза.

– Он… – буркнул он. – Он на меня накинулся.

– Я его не бил, – спокойно сказал Саша. – Я просто привёл его сюда, чтобы Вы тоже услышали, что именно он говорит. Но только правду.

– Моего сына не за что таскать по кабинетам! – повысил голос отец.

– Тогда пусть расскажет сам, – вмешалась директриса.

– Яков! – приказал отец.

Яша заговорил. Сбивчиво, торопясь. Слова падали одно за другим. В кабинете становилось всё тише.

Когда он замолчал, было слышно, как тикают часы.

– Ты вообще соображаешь, что ты сказал? – взорвалась Надежда Семёновна. – Как тебе такое в голову пришло? И ты, надеюсь, не осмелился сказать это Арине Андреевне в лицо?

Саша сжал челюсти.

– Пусть только попробует, я его… – тихо, но с ледяной решимостью произнёс он.

– Как он смеет! – резко перебил Иннокентий Яковлевич. – Ты что творишь, парень?! Мой сын заслуживает уважения! Никто не смеет…

– Эй, спокойно, – попытался вмешаться Саша, голос уже дрожал.

– Александр, прекрати! – вставила директор, пытаясь взять ситуацию под контроль.

– Вы, Надежда Семёновна, – сказал Шурик, – лучше расскажите отцу Якова, кто есть кто!

– Кстати, – добавила директриса уже холоднее, – Учительница химии и биологии в нашей школе, Иннокентий Яковлевич, очень уважаемый человек. Работает у нас довольно-таки давно. А по совместительству приходится двоюродной сестрой нашему Александру.

– Так что она тебе родственница?! – взвизгнул Яша.

Иннокентий Яковлевич резко посмотрел на сына – тот тут же замолчал.

– Чуть не забыл, – сказал Саша. – Пусть Яков теперь расскажет ещё и про предыдущий случай. Его папа, вероятно, не в курсе.

– Шурочка, может, не надо…

– Почему же? Вы же сами видите, как отец за сына горой.

– Яков!

Яша начал свой второй рассказ. Отец, слушая своего сына, успел покраснеть, схватиться за голову и почесать затылок. Иннокентий Яковлевич вывел его и вернулся один.

– Поговорим наедине.

– Почему это? – вмешался Саша. – Из-за Вашего сына я слыву на всю школу драчуном!

– Ладно, Сашенька, выйди, пожалуйста, – попросила Надежда Семёновна. – Я тебя прошу.

– Хорошо. Но чтобы это был его последний показ.

Саша вышел, но задержался у двери буквально на шаг, не в силах уйти сразу.

– …Субботин?

– Он самый.

– Афган, восемьдесят шестой.

– «Бразилец».

Саша остановился. Этого было достаточно.

В класс он вернулся позже звонка. Настя всё поняла по его лицу.

– Разве отец ему не сказал раньше?

– Получается, что нет.

– Наверное, папаша теперь устроит ему разнос?

– Хотелось бы верить… но слабо.

– Почему?

– Судя по тому, как он нависал надо мной…

– Кто?!

– Иннокентий Яковлевич.

– Ничего себе… А ты?

– А я просто не стал доводить до конфликта.

– Ты мой герой!

– Ну тебя, Тася…

Они пошли в класс на следующий урок.

Глава 10

Прошло время – тихо, почти незаметно. Арина Андреевна уже давно ушла в декретный отпуск, а Шура и Настасья, сами того не заметив, перешли в выпускной класс. Детство не закончилось внезапно – оно просто постепенно отступало, оставляя после себя привычки, маршруты и людей, без которых жизнь уже не мыслилась.

В это же время в одной из московских школ учился сын Сириля – Марлен. Марлен – мулат, имеющий длинные волосы с дредлоками, перешёл в восьмой класс и всерьёз подумывал уйти после девятого в училище. Но родители отговорили. После долгих разговоров подросток для себя решил: скорее всего – экономический факультет МГУ.

С рождения он свободно говорил на двух языках – русском и французском, и при желании мог бы без труда выбрать филологию, но не хотел. Его тянуло в другую сторону – туда, где расчёт, структура и результат.

Марлен с детства то пропадал у Саши, то у Насти – так давно и так привычно, что никто уже не задумывался, у кого он «в гостях». Они были втроём – и оставались – не разлей вода. Вместе отмечали дни рождения, помогали друг другу с уроками, Марлен учил ребят французскому языку, а они его – всему остальному, что знали сами.

Футбол был его настоящей страстью. Он мечтал стать профессиональным футболистом, но родители были категорически против. Марлен горячился, приводил одни и те же доводы – про престиж, здоровье и деньги, – но отец слушал недолго и довольно быстро перевёл разговор в другое русло.

– Если ты хочешь заработать много денег, – сказал Сириль, – учись, а не мяч пинай. И зарабатывай деньги своим умом. Я не хочу, чтобы мой единственный ребёнок остался без профессии. Этого я не допущу. Ты достаточно умный парень, чтобы обеспечивать себя головой, capté?7

– Да, пап!

– Вот и хорошо. Давай больше не будем возвращаться к этому вопросу. Хочешь заниматься спортом – занимайся, никто тебе не запрещает. Но высшее образование ты обязан получить. А теперь марш на кухню – ужинать!

Марлен послушно побежал на кухню.

После ужина к нему в гости зашли Шурик и Настька. Подростки болтали, обсуждали школьные новости, смеялись и играли – как всегда, без суеты и лишних слов.

– Слушай, Марлеш, – спросила Настя, – ты правда хотел уйти в училище?

– Уже нет. Мы с отцом поговорили, и я решил доучиваться до одиннадцатого.

– А потом куда?

– Не знаю… Наверное, на экономический.

– Ты же в восьмом классе?

– Угу.

– У вас началась химия. Тебе нравится?

– Интересный предмет. Учитель говорит, скоро начнём лабораторные опыты.

– Вот, Марлик, – улыбнулась Настя. – К этому я тебя и веду. Опыты – это захватывающе. Правда, Шурик?

– Да, – откликнулся Сашка.

– Если тебе дальше будет интересно, ты можешь дополнительно заниматься у Арины Андреевны – сестры Сани. Ты ведь её знаешь?

– Конечно, знаю.

– Она сейчас в декрете и может уделять время ученикам. Показать много всего интересного. Правда, Саша?

– Конечно. Тем более ты для неё всегда желанный гость. Если решишь, я с ней поговорю.