
Полная версия:
Дары Богов
Мира осторожно поставил девушку на землю.
— Спасибо, — тихо сказала Май.
— Прыгай на спину, — сказал Мира, уловив звук быстро приближающихся шагов.
— Что?..
Забор разлетелся в щепки. Доски хрустнули, будто сухие ветки, и в следующий миг из пролома хлынула толпа Сияющих, мгновенно взяв их в кольцо. Белые плащи мелькнули в темноте, отражая лунный свет.
Май не раздумывала — запрыгнула Мире на спину.
— Закрой лицо волосами, — тихо сказал он, глядя прямо на стражников.
— Зачем ты их провоцируешь?.. — прошептала она, прижимаясь крепче.
— Надоели. Нам нужно скрыться. А чтобы исчезнуть — нужен повод.
— Эй! — окрикнул кто-то из толпы. — Чего вы там шепчетесь?
Ищейки повелись.
— Похоже, это она!— Но говорили, что она одна!— На подростков нападать будете? — спокойно бросил Мира, сделав шаг вперёд.
— Отдай девчонку!
— А вы уверены, что это та, кто вам нужен?
— Тогда зачем вы убегаете?!
Мира сделал ещё шаг — и в ответ раздался звон стали. Сияющие одновременно обнажили оружие, окружение сжалось.
— Ладно… — протянул он, медленно осматриваясь.
Его взгляд зацепился за лунный отблеск на идеально отполированной защите одного из стражников.
— Держись, — едва слышно предупредил он.
Шаг.
Раздался резкий треск — будто лопнуло стекло. Из наплечника одного из Сияющих брызнули осколки света.
И в тот же миг нарушители исчезли.
Парочка зависла в пустоте.
— Твою же… — выдохнула Май и в тот же миг зажмурилась, вцепившись в Миру так, будто мир под ними только что исчез. Сердце билось гулко, отдаваясь в висках, а холодный воздух обжигал кожу.
— Открой глаза, — мягко сказал он. — Ты не падаешь.
— Я боюсь… — прошептала она, почти не слыша собственного голоса.
— Просто доверься.
Май медленно раскрыла глаза.
И дыхание оборвалось.
Под её ногами рассыпалось звёздное море. Тысячи огней медленно пульсировали в темноте, словно живые, отражаясь друг в друге бесконечными глубинами. Город висел над ними — перевёрнутый, прозрачный, нереальный. Башни, мосты и улицы тянулись ввысь, будто выросли из самого неба.
Луна была пугающе близко. Огромная, белоснежная, она заливала всё вокруг холодным сиянием. Казалось, стоит протянуть руку — и её свет коснётся пальцев, затянет в свою безмолвную бездну.
— Где… где мы?.. — выдохнула Май, не в силах отвести взгляд.
Слёзы выступили сами собой — не от страха, а от чувства, которому не находилось названия.
— Паутина отражений, — ответил Мира. — Мир между мирами.
Воздух здесь был кристально чистым, словно стекло. В нём дрожали тонкие серебряные нити, переплетаясь между собой. Они тянулись во все стороны, уходя в бесконечность, отражая звёзды, луну и самих их. По ним пробегали мягкие волны света, будто пространство тихо дышало.
Каждое движение отзывалось лёгким звоном, словно мир был соткан из хрусталя.
— Это… — Май закрыла рот ладонью, чувствуя, как потрясывает все тело. — Это красиво… слишком красиво…
Она нервно рассмеялась, и смех прозвучал хрупко, почти нереально.
— Я думала, что чудес не существует. Что после всего… — голос сорвался. — Но здесь… здесь будто можно забыть всё.
Она осторожно вытянула руку. Звёздный свет мягко скользнул по пальцам, не обжигая, а лаская, как тёплый ветер.
— Это как сон, из которого не хочется просыпаться, — прошептала Май. — Как сказка… настоящая.
Мира смотрел на неё и впервые за долгое время позволил себе улыбнуться.
— Только не теряй голову, — сказал он тихо. — Этот мир красив… но он не прощает беспечности.
Май кивнула, не отрывая взгляда от сияющей бездны.
— Если даже погибнуть… — прошептала она, — то только в таком месте.
Мира расслабился — и мир отпустил их.
Они сорвались в свободное падение. Воздух свистнул в ушах, сердце ухнуло куда-то вниз. Через мгновение Мира кувыркнулся, и всё вокруг перевернулось.
Май в панике завертела головой — и вдруг поняла, что страх ушёл.
Всё встало на свои места.
Над ними снова раскинулось чёрное полотно неба: луна висела высоко и спокойно, а звёзды мерцали, словно рассыпанные по бархату драгоценные камни. Под ногами ощущалась твёрдая земля, а вокруг возвышались каменные джунгли города.
Они снова стояли на площади.
Май задержала взгляд на Мире. Тот выглядел так, будто ничего необычного не произошло — спокойно осматривался по сторонам, словно просто вышел подышать ночным воздухом.
— Похоже, оторвались, — сказал он буднично.
И только сейчас Май осознала, что всё ещё находится у него на руках.
Щёки мгновенно вспыхнули, по телу разлилось предательское тепло. Она резко соскочила, едва не запутавшись в собственных шагах.
— Ты чего? — удивился Мира.
— Н-ничего… всё хорошо, — поспешно ответила она, отводя взгляд и машинально перебирая волосы.
— О! Знакомый силуэт, — вдруг оживился он.
— Кто там? — насторожилась Май.
— ЮТА! — заорал Мира так, будто его собирались резать.
— Стой! — она дёрнула его за рукав. — Чего ты орёшь?! Ночь же! Может, это вообще не он!
— МИРА! — донёсся столь же громкий и узнаваемый голос с другого конца площади.
Май тяжело выдохнула.
— Серьёзно?..
Парни рванули друг к другу, будто не виделись целую вечность. Со смехом хлопнули по ладоням — звонко, с чувством — и крепко обнялись.
— Привет, — сказал Юта и, улыбнувшись, по-дружески обнял Май. — Ну как прогулка?
— Весело, — коротко ответил Мира.
— Тогда обратно?
Мира кивнул.
Втроём они направились в сторону «Дивного сада». Шли по широким ночным улицам, вполголоса делясь впечатлениями — о красоте города, о том, как жители сумели превратить недостатки в достоинства, и о том, сколько жизни и упрямой надежды скрывается даже там, где времена выдались тяжёлыми.
— Немного нам провожать. Так что отстреляемся быстро, — сказал Юта буднично, будто речь шла о короткой прогулке, а не о работе.
— Отлично, — Мира хмыкнул, явно довольный таким раскладом.
— Провожать?.. — Май насторожилась, сбавив шаг.
— Да, мы здесь по заданию, — ответил Мира уже спокойнее, словно не хотел её пугать.
— Вы… — она запнулась, подбирая слова.
— Мы из гильдии, — добавил он после короткой паузы.
— Ясно… — тихо отозвалась Май, переваривая услышанное.
Они продолжили путь. Напряжение постепенно рассеивалось: смех возвращался, разговоры становились легче, будто ночь снова позволила им быть просто людьми, а не беглецами и охотниками.
Добравшись до «Дивного Сада», Юта попрощался с Май и, махнув на прощание, скрылся за дверями отеля.
Мира и девушка остались вдвоём.
Между ними повисло неловкое молчание. Май теребила край платья, избегая взгляда, словно не решаясь сказать что-то лишнее — или, наоборот, слишком важное.
— Классно погуляли, — наконец выдохнула она, чуть улыбнувшись.
— Ага, — Мира улыбнулся в ответ, но почти сразу отвёл взгляд.
Она помедлила.
— Надеюсь, мы ещё пересечёмся…
— А завтра не увидимся? — выпалил он слишком быстро, будто боялся, что момент ускользнёт.
— Неа, — Май виновато пожала плечами. — Я рано уезжаю.
— Жаль… — вырвалось у него тише, чем он рассчитывал.
Он помолчал секунду, затем, словно решившись:
— Может… к нам в гильдию?
— Что? — Май удивлённо подняла брови.
— «Белой Змеи».
Мира приподнял футболку. В свете уличных фонарей белая змея на груди будто ожила, изогнувшись в движении.
Мира приподнял футболку.Белая змея на груди мелькнула в свете фонарей.
Взгляд Май задержался чуть ниже, чем следовало.Всего на мгновение.
— Прости… — она отвела глаза. — Но мне не интересно.
Голос звучал ровно, но в конце едва заметно дрогнул.
— А жаль, — Мира усмехнулся, скрывая разочарование.
Он осторожно взял её за руку. Между ладонями разлилось мягкое, светло-серебряное сияние. На запястье Май медленно сформировался хрустальный браслет-змейка.
— Если захочешь, он сможет принять любую форму, — сказал он тихо. — Не скупись на фантазию… там частичка моей души.
— Души?.. — Май подняла на него взгляд. — Ты… обладаешь Даром?
Мира кивнул.
— Дар зеркал. Я копирую способности и движения. А с твоей памятью браслет сможет стать чем угодно.
— Мира… я… — она сжала пальцы. — Я не могу его принять.
— Бери, — мягко перебил он. — На случай, если снова попадёшь в беду.
Она ничего не ответила. Просто шагнула вперёд и крепко обняла его.
— Спасибо…
В отеле Юта уже ждал у стойки.
— Я пойду, — Май улыбнулась Мире. — А то Юта тебя заждался.
— Надеюсь, увидимся, — сказал он почти шёпотом.
— Увидимся.
Она поцеловала его в щёку и быстро убежала наверх, будто боялась передумать.
Мира остался стоять. Мир вокруг будто замер — звуки приглушились, движения замедлились. Он видел лишь её силуэт на лестнице.
— Всё? — окликнул Юта.— А?.. — Мира моргнул. — Да… всё.— Я есть хочу, — Юта хлопнул его по плечу. — Пойдём перекусим и заодно поговорим.— Пошли, — ответил он с паузой, всё ещё мыслями не здесь.
Столовая оказалась небольшим, тёплым помещением с пятью массивными столами. Дубовая мебель выглядела старой, но ухоженной — столешницы были гладкими, отполированными временем и сотнями рук. В воздухе витали запахи горячей еды, дерева и травяного чая, создавая уют, резко контрастирующий с тревожными разговорами последних часов.
Справа располагалась раздача. Металлические подносы уже стояли на местах — повара не было, но ужин оставили для поздних гостей. Макароны с отбивными ещё слегка парили, будто их приготовили совсем недавно. Рядом тихо гудел холодильник: внутри — пакеты молока и сока, а также продукты постояльцев «Дивного Сада», аккуратно подписанные и разложенные по полкам.
Неподалёку стоял отдельный столик с микроволновкой, тостером и чайником. Рядом — полный заварник чая и банка с молотым кофе. Всё выглядело просто, по-домашнему, словно это место создавали не ради прибыли, а ради того, чтобы путники могли хоть ненадолго почувствовать себя в безопасности.
Накрыв себе стол, друзья сели друг напротив друга и принялись за еду. Некоторое время слышался лишь стук вилок о тарелки да тихое гудение ламп под потолком. После долгого дня пища казалась особенно вкусной.
— Ну как она? — спросил Юта, когда они немного поели.— Шикарна, — Мира улыбнулся сам себе. — Весёлая… классная.— Так чего в гильдию не пригласил?— Пригласил, — он вздохнул. — Сказала, что ей не интересно…
Он рассказал о прогулке и о Сияющих, жестами подчёркивая самые напряжённые моменты.
— Кстати о Сияющих, — Юта стал серьёзнее, размешивая чай. — Дело пахнет жареным.— Что ещё? — Мира нахмурился.— Говорят, в город должен прибыть один из Последователей Света.
Мира тихо выругался.
— Ну, они и так ищут какую-то девушку. До нас докапывались.— Значит, завтра быстро всё делаем и уходим, — твёрдо сказал Юта. — Пока нас не втянули в это болото.— Согласен. Встревать не будем.
Закончив ужин, друзья отправились спать.Ночь прошла быстро и беспокойно.
Когда первые лучи солнца начали пробиваться из-за горизонта, город ещё дремал. Улицы были почти пусты: лишь редкие прохожие спешили по своим делам, а фонари-подсолнухи медленно склоняли бутоны, теряя ночное сияние.
У городских ворот показались силуэты.
Пятеро.
Четыре всадника в белоснежных плащах двигались ровным строем. Их доспехи отражали утренний свет холодным, отстранённым блеском. Между ними ехала фигура, от которой словно исходило давление — незримое, но ощутимое даже на расстоянии.
Копыта гулко ударяли о камень, нарушая утреннюю тишину.
Фигура в центре слегка приподняла руку.
— Открыть ворота, — голос был спокойным и уверенным, не допускающим возражений.
Небольшая пауза.
— Прибыл Феникс Флейм.
Стражники переглянулись.
Через мгновение тяжёлые ворота начали медленно расходиться, скрипя так, будто сам город неохотно впускал того, кто пришёл.
С первыми шагами всадников внутрь Верола утро перестало быть обычным.
Глава 3: "Бессмысленное знакомство"
Юта ворочался во сне.
— Этот человек совсем рядом… — шептали голоса, липкие и настойчивые, будто вкрадывались прямо в мысли. — Найди. Убей его. Ты же хочешь её спасти?
Слова отдавались эхом, разрастались, накрывали сознание, не оставляя места для сопротивления.
Юноша резко подорвался, словно его вырвали из сна силой. Тело было холодным, а спина и грудь — мокрыми от пота. Он жадно втянул воздух, будто до этого задыхался, и несколько секунд просто сидел, не в силах выровнять дыхание. Сердце колотилось так громко, что, казалось, разбудит Миру.
Голова звенела. Мысли путались.
Юта медленно опустил взгляд и положил руку на внутреннюю сторону левого предплечья. Пальцы слегка дрожали — то ли от страха, то ли от злости.
Тьма уже была там.
Чёрные лучи расползались по коже, будто жили собственной волей. Они ветвились, переплетались, напоминали корни мёртвого дерева, вгрызающегося в плоть. На концах узоры истончались, растворялись, сливались с телом, будто тьма и он — одно целое. Свободные участки кожи покрывали ромбообразные символы — холодные, чуждые, неправильные.
Юта стиснул зубы.
— Чёрт… — выдохнул он почти беззвучно.
Ему хотелось стереть это. Содрать кожу, смыть, выжечь. Но он знал — бесполезно. Тьма никуда не уходила. Она просто ждала.
Понадобилось несколько глубоких вдохов, чтобы прийти в себя. Юта отвёл взгляд от руки и осмотрел комнату, словно проверяя, что всё ещё находится в реальности.
Мира спал. Спокойно, безмятежно, раскинувшись на кровати. Его дыхание было ровным, лицо расслабленным — таким, каким бывает только у человека, не знающего, что за гранью сна его уже зовут убивать.
Это немного успокоило.
В комнате было светло. Утро уже вступило в свои права, хотя солнца не было видно — небо за окнами затянули облака. Мир казался приглушённым, будто кто-то убавил яркость. Юта бросил взгляд на часы: до будильника оставалось около получаса.
Он знал — уснуть больше не получится.
Поднявшись, он прошёл в умывальную. Холодная вода ударила в лицо, заставив вздрогнуть. Несколько раз он плеснул её, вглядываясь в отражение. В зеркале смотрел уставший парень с потухшим взглядом — слишком взрослым для своего возраста.
— Соберись… — тихо сказал он самому себе.
Одеваясь, Юта чувствовал странную пустоту внутри. Словно часть сна всё ещё тянулась за ним, цеплялась за сознание. Мысль о голосах не отпускала.
Ты же хочешь её спасти…
Он резко застегнул ремни и вышел из номера.
В столовой было пусто. Слишком пусто. Ни звона посуды, ни шагов, ни запаха свежей еды. На раздаче ничего не было — подносы убраны, кастрюли исчезли.
— Странно… — пробормотал Юта.
Он окликнул — голос глухо отразился от стен.
Из-за двери за раздачей донёсся бодрый, неожиданно живой голос:
— Секунду!
Юта уже хотел что-то ответить, когда дверь открылась. Из кухни вышла женщина с русыми волосами, держа в руках тарелку, доверху наполненную блинами. От них поднимался пар, а сладковатый запах тут же заполнил помещение.
Юта замер, а затем его лицо неожиданно просветлело.
— Ого… — искренне вырвалось у него. — Давно я их не ел.
Словно тяжесть, сдавливавшая грудь последние минуты, чуть ослабла.
— Утренний завтрак! — улыбнулась женщина. — Ты первый, тебе повезло. Можешь брать сколько хочешь.
Юта усмехнулся.
Хотя бы это утро решило быть к нему чуть добрее
Поставив тарелку блинов на ближайший стол, Юта отошёл к столику с чайником. Пока вода закипала, он на мгновение замер, уставившись в стену.
Найди… Он рядом…
Юта резко моргнул. Звук кипения вырвал его из мыслей. Он нахмурился, налил чай, стараясь не думать о том, что услышал.
Перекусив, он вернулся в номер.Мира уже одевался — затягивал ремни и проверял крепления с привычной, почти механической сосредоточенностью.
— Ты где был?— Завтракал.— Давно проснулся?— Не особо.
Собрав вещи, друзья закрыли номер на ключ и спустились вниз.
— Я ключ сдам и подойду, — сказал Юта.— Хорошо, — отозвался Мира и направился в столовую.
В холле уже чувствовалось утро. Сквозь распахнутые двери тянуло прохладным воздухом, с улицы доносились голоса, звон металла, скрип тележных колёс. Город просыпался не спеша, лениво, словно знал — впереди длинный день.
За стойкой была та же женщина-администратор. Она листала журнал, изредка поглядывая к выходу.
— О, здрасьте.— Привет.
Юта передал ключ.
— Уезжаете?— Ага.— Та-а-ак… — она на секунду замялась, потом потянулась под стойку. — Это вам.
Она протянула конверт.
— Что это?— Девушка просила передать.
Юта повертел его в руках. Бумага была тёплой, словно её держали совсем недавно.На обороте неровным почерком: «Спасибо за всё».
Внутри были деньги.
— Чёрт…— Она уехала ещё затемно, — добавила администратор. — С первыми торговцами.
К стойке подошёл Мира. Юта молча протянул ему конверт.
— От Май.— Вот упрямая… — выдохнул Мира без злости.
Они вышли на улицу.
Город уже жил своей жизнью. Облака медленно плыли по небу, пряча солнце и спасая улицы от жары. У входа в таверну курили постояльцы, споря о чём-то своём. По мостовой шли торговцы с ящиками, кто-то зазывал покупателей, из открытых окон тянуло запахами еды и нагретого камня.
— Оставь себе, — Юта протянул конверт Мире.
И тут он замер, нахмурился, скинул рюкзак и начал рыться внутри.
— Блин… я, кажется, деньги забыл.— Я ничего говорить не буду, — вздохнул Мира. — Ты меня уже достал.— Я быстро.
Юта вернулся в таверну. Внутри стало тише, но жизнь всё ещё чувствовалась: где-то хлопнула дверь, скрипнули ступени, прошли шаги. Получив ключ, он поднялся на второй этаж.
Коридор был залит мягким дневным светом из потолочных люков. Пыль медленно кружилась в воздухе. Тишина давила — странная, плотная, как перед грозой.
Юта вставил ключ в замок.Потянулся к ручке — и замер.
Его прошибла дрожь.
Дыхание сбилось. Сердце ухнуло куда-то вниз, будто его сжали изнутри. Холодный пот выступил на коже, ноги налились тяжестью, словно пол схватил их.
Такого страха он не знал.
Соседняя дверь медленно открылась.
Из комнаты вышла девушка.
Длинные волосы — чёрные, как ночь без звёзд, — свободно спадали по спине. Сквозь них тянулась фиолетовая прядь, будто отблеск сумерек. На ней была тёмная полупрозрачная блуза, джинсовые шорты и чёрно-фиолетовые кроссовки. Она выглядела так, словно не принадлежала этому месту и этому утру.
Она посмотрела на Юту.
И страх исчез — обрубленный, будто его никогда и не было.
Голубые глаза встретились с его взглядом. Спокойные. Холодные. Слишком ясные. Сердце Юты сбилось с ритма, шагнув вперёд раньше него.
В тот же миг сквозь люки упали два солнечных луча — ровные, невесомые. Один скользнул по её волосам, растворился в фиолетовой пряди. Второй коснулся плеч Юты, задержался.
Коридор будто изменился.Воздух наполнился золотистой пылью. Тени стали глубже, но не темнее. Пространство затаило дыхание.
Они стояли напротив — в одном свете, но каждый в своём мире.
— Привет, — сказал Юта, не сразу узнавая собственный голос.
Она повернула ключ в замке.
— Я Юта, — добавил он тише, чем хотел.
Девушка нахмурилась, поправив прядь.
— Рен, — коротко сказала она.— Чего ты такая серьёзная?— Потому что это бесполезное знакомство.
Она прошла мимо.
Юта проводил её взглядом. Где-то внизу раздался смех, выкрик торговца, обычные звуки утра. Город жил дальше, не замечая, что что-то уже сдвинулось.
Юта вздрогнул, очнулся, быстро забрал деньги из номера и спустился вниз.
— Всё? — спросил Мира.
Укрытие листвой тротуары распускали цветы образуя бордюры, фонари-подсолнухи тянулись к солнцу
— Да… — кивнул Юта. — Поискать пришлось. Прости.
Они направились к главной оранжерее. У её входа уже собирался отряд местной стражи — тем предстояло сопровождать караван вместе с гильдейцами.
— Вы из гильдии? — спросил капитан, окидывая их взглядом.
Друзья синхронно кивнули.
— А у вас тут что, все дети? — усмехнулся он, не скрывая скепсиса.
— Ты на возраст, дядя, не смотри, — спокойно ответил Мира.
Мужчина хмыкнул, ничего не сказав, лишь недовольно вздохнул. Он развернулся к своим подчинённым и коротко скомандовал выступать.
Юта и Мира переглянулись и заняли место в хвосте колонны, позволяя себе идти чуть медленнее и разглядывать город.
Днём Верол открывался с новой стороны. Благодаря обилию растений казалось, будто люди — всего лишь насекомые, суетящиеся среди гигантских цветов. Лианы оплетали фасады домов, бутоны тянулись к солнцу, впитывая свет, чтобы ночью снова озарить улицы мягким сиянием.
Несмотря на ранний час, город жил полной жизнью. Люди спешили по делам, переговаривались, торговались. Время от времени на глаза попадались Сияющие — их белые плащи резко выделялись среди пёстрой толпы. На некоторых домах вместо привычных звонков висели шляпки колокольчиков, тихо позванивавшие от ветра.
Они прошли через площадь. Днём она была ещё величественнее, чем ночью. Дворец, украшенный Королевой цветов, вызывал искренний восторг — лепестки переливались оттенками, которых не разглядеть при искусственном свете.
Верол был одним из немногих городов, что при дневном свете казался прекраснее, чем в ночи.
Дальше дорога пошла ввысь. Мостовая сменилась жёлтой плиткой, а здания вокруг будто подхватили этот цвет — стены, вывески, цветы, даже ткань навесов отдавала тёплым золотом.
— Как я понял, — пояснял Юта, — каждый район здесь посвящён своему цвету и своим растениям.
И правда — насекомых вокруг было не меньше, чем людей. Они роились над клумбами, перелетали с лепестка на лепесток, поддерживая этот живой, дышащий город.
Спустя ещё несколько улиц отряд вышел к рынку.
Он напоминал отдельный город внутри города — со своими улочками и районами. Вместо домов здесь стояли палатки, а на перекрёстках торчали указатели, показывающие, где что находится. Суета царила не хуже, чем в улье.
Стоило отряду появиться, как рынок будто загудел громче.Зазывалы наперебой предлагали заглянуть, примерить, купить. Те, кто был посмелее, сами подходили ближе, с любопытством разглядывая вооружённых сопровождающих.
— Сколько здесь всякого барахла… — заметил Юта, оглядываясь по сторонам.
— И это только начало, — усмехнулся Мира.
Достигнув первого указателя, они свернули налево — в общий сектор.
— Надо бы в дорогу закупиться, — сказал Мира. — Прикрой меня.
Юноша шагнул в сторону и будто растворился в толпе.
Ряды ломились от еды. Особенно выделялись лавки с чаями — мешки, баночки, связки трав, лепестки всех возможных оттенков. Запахи смешивались, кружили голову.
— Чего тебе, мальчик? — окликнула сухонькая бабушка из-за прилавка.
— Смотрю, у вас тут много необычного чая. Дайте чего-нибудь вкусного… и местного.
— Поняла.
Она ловко зачерпнула травы из разных мешков, не глядя, будто делала это всю жизнь.
— А это что?
— Листья яблони и винограда.

