скачать книгу бесплатно
Четвертая точка была самой дальней от их текущей позиции и располагалась в среднем течении ручья Вайко, что впадал в речку Махой. Посещение этой точки оставили напоследок, чтобы от нее сразу же двигаться домой, в Кенему.
Виталик ввел координаты в навигатор и стрелка бодро указала, в каком направление им следовало держать свой путь.
К концу маршрута он почувствовал, как затекла его поясница и особенно ноги. Хорошо бы выйти и размяться, но до точки оставалось уже недалеко.
– Вон, смотри! – Джек указал пальцем на небольшую пластиковую канистру, привязанную на самом верху высокой пальмы, под её развесистой зеленой шапкой.
– Что там, обезьяна? – не понял Виталик.
– Да нет! Вон смотри, видишь белое на верху пальмы?
– А, да, вижу. Что это?
– Это канистра.
Виталик непонимающе смотрел на Джека, не понимая, шутит тот или нет.
– Это канистра для сбора пальмового сока, из которого лимба готовят пальмовое вино, – терпеливо объяснил Джек.
– Что за лимба? – не понял Виталик.
– Лимба, это такая народность, они живут здесь. Их основной промысел – это добыча сока. Из него они делают вино и продают всем местным.
– Вкусное? – облизнулся Виталик.
– Ну, это смотря кому они его продают! – усмехнулся Джек. – Для себя они его готовят из чистого сока. А в то, что на продажу, доливают воды, прямо из того болота, где переливают вино в большие канистры. Оно все равно потом всё вместе перебродит, а покупателю какая разницу? Лишь бы пьяное было и в голову ударило.
– И что, бьёт?
– Еще как! – подтвердил Джек. – Некоторых прям с ног сшибает! Правда, на следующее утро голова сильно болит. А иногда и с горшка весь день не слезаешь.
– Ну еще бы! Неудивительно, если болотной воды напиться…
Минут через тридцать они съехали с гравийки и покатили по проселочной дороге в направлении ручья, до которого оставалось не более километра.
Дорога становилась все хуже и уже, пока не превратилась в две едва заметные тропки, по всей видимости, протоптанные местным населением, которое тоже имело какие-то дела на ручье Вайко.
– Все, дальше ехать опасно, – Джек притормозил на небольшой полянке, окруженной высокими пальмами.
И вот здесь для наших героев произойдет то самое событие, неоднозначное и двусмысленно-противоречивое с точки зрения всех его участников.
Порой восприятие одного и того же факта может оцениваться разными людьми совершенно по-разному, с учетом накопленного ими жизненного опыта, а также с учётом исторического и культурного контекста.
Глава 3. Три версии
Версия Виталика
Виталик сверился с данными навигатора. До точки оставалось метров двести, и стрелка уверенно указывала прямо, но проехать прямо было невозможно, поскольку там были сплошные заросли, внутри которых что-то белело.
Далее тропинка ныряла вниз и шла в обход зарослей и выходила прямо к ручью Вайко, куда и стремились попасть Джек и Виталик.
– Тогда глуши мотор и выгружаемся! – Виталик открыл дверь и вышел, чтобы немного размять задеревеневшее тело.
От долгого сидения ноги затекли и плохо слушались.
Виталик, покачиваясь из стороны в сторону, как плохо смазанный робот, пошёл в направлении багажника, медленно переставляя ноги.
Джек уже стоял там, когда вдруг почувствовал какое-то смутное беспокойство. Он оглянулся. Никого. Лишь качнулся куст возле пальмы, что стояла рядом с дорогой, по которой они приехали.
Он открыл заднюю дверь и протянул лопату подошедшему Виталику.
Виталик уже взялся за черенок, когда боковым зрением уловил какое-то движение сзади. Он тоже оглянулся. Никого.
«Видимо показалось», – подумал он.
Он вытащил лопату и принял поданный Джеком большой джутовый мешок, в котором лежали полотняные мешочки для проб.
Джек хлопнул дверью багажника и закинул мешок себе на плечо.
Ему показалось, что у пальмы опять что-то мелькнуло, что-то, похожее на человеческую фигуру.
Джек не придал этому значения и пошел вперед.
Виталик еще раз сверился с навигатором. Все верно, ручей должен быть в паре сотен метров впереди. Он убрал прибор.
Ноги все еще плохо слушались своего хозяина.
Виталик закинул лопату на плечо и, покачиваясь на непослушных ногах, двинулся вслед за Джеком. Он отметил, что минуту назад его что-то встревожило, но чувство это было мимолетным и не поддающимся объяснению. Так бывает, когда мы спиной чувствуем чей-то пристальный взгляд, направленный на нас.
Виталик еще раз оглянулся. Из-за высокой пальмы, стоявшей недалеко от дороги, выглядывал человек. Заметив, что его обнаружили, человек мгновенно скрылся за деревом, потом пару раз мелькнул среди кустов и наконец полностью растворился в джунглях. Вид у человека был очень напуганный.
По крайней мере так показалось Виталику.
Он пожал плечами и пошел догонять Джека, который поджидал его у места, где тропинка ныряла вниз, в обход зарослей. Вправо от нее отходила вторая тропинка, менее натопанная. Она вела в глубину зарослей, где что-то белело, просвечивая сквозь кусты.
Виталик еще раз сверился с навигатором. Им нужно было двигаться по левой тропинке, которая и должна было вывести их к ручью.
Под сенью деревьев была тень и было не так жарко, как на открытом месте.
Они весело сбежали по тропинке вниз и через пару минут уже стояли на берегу каменистого ручья Вайко.
– Копай здесь!
Виталик вручил лопату Джеку, а сам склонился над мешком, доставая из него мешочки для проб.
Когда Джек занимался углублением третьей ямки, все это и случилось.
Виталик как раз укладывал в большой джутовый мешок уже отобранные пробы, как вдруг раздались громкие крики и из кустов справа и слева выскочили полуголые, перемазанные глиной люди, грозно размахивающие мачете, лопатами и палками. Вид у них был крайне агрессивный.
Виталик как присел, укладывая пробы, так и остался сидеть молча. Только джутовый мешок выставил перед собой, как не самое очевидное, но немое свидетельство его профессиональной принадлежности к славному племени геологов. Другой визитной карточки у него все равно не было.
Однако вид мешка не только не успокоил нападавших, но напротив, вызвал еще больший шквал негодования и эмоций.
Они громко взвыли, указывая пальцами то на мешок, то на Виталика, то на что-то еще, что белело у него за спиной, в густых зарослях.
Джек, как только увидел атаковавших их людей, сразу же бросился наутёк.
Он бежал от них прямо через ручей, поднимая брызги, распугивая лягушек и их детей. Он нёсся во весь опор и что-то громко и отчаянно кричал.
Возможно, он не чувствовал особенно сильной связи с тем славным племенем геологов, к которому принадлежал Виталик. А возможно, Джек не испытывал особенно сильной любви к представителям того племени, что на них напало.
Как бы то ни было, но его быстро поймали, скрутили и подвели к Виталику.
Затем, все еще продолжая громко вопить, тыкая в них палками и размахивая руками, страдальцев погнали вверх по тропинке, по которой они только что пришли. От захватчиков, что их пленили, явно попахивало алкогольным перегаром.
Мешок и лопату у них отобрали еще у ручья.
Именно в этот момент Виталик и вспомнил про телефон. Подгоняемый тычками в спину, он полез в карман, достал мобильник и набрал номер Алекса.
– Слушаю, – раздалось в трубке.
– Это… Нас здесь куда-то тащат…
Те поработители, что шли сзади, заметили, что пленник пытается позвонить.
Раздались громкие крики. Один из конвоиров, замахнувшись на Виталика их же лопатой, отобранной им у Джека, выбил из его рук телефон. Подняв телефон, агрессоры с громкими, негодующими воплями погнали их дальше.
Версия Джека
Джек знал, что они едут по территории народности лимба. Лимба не только делают пальмовое вино, но зачастую и сами к нему прикладываются. Особенно молодежь. Тогда они становятся излишне эмоциональными и легко возбудимыми. А иногда и откровенно агрессивными.
Он рассказал Виталику, как лимба собирают сок, и показал канистры, которые они подвязывают у самой кроны, высоко вскарабкиваясь на самый верх.
Ему стало не по себе сразу же, как только они прибыли на ту полянку и стали выгружать инвентарь из машины. Предчувствие было каким-то нехорошим.
Но, несмотря на предчувствие, Джек честно выполнял свой долг. Он копал глубокие ямки, со дна которых Виталик отбирал пробы и, упаковав образцы в небольшие полотняные мешочки, укладывал их в большой джутовый мешок.
Нападение произошло неожиданно. Когда захватчики накинулись на них, выскакивая отовсюду, словно перемазанные глиной черти и громко вопя, Джек даже и не подумал терять голову от страха. По крайней мере, так обстояли дела, согласно его версии случившегося.
Он мгновенно принял смелое решение бежать за подкреплением, чтобы потом отважно организовать самооборону. Но для того, чтобы остаться в живых, сначала нужно было сбежать от «глиняных чертей», что с жуткими воплями скакали вокруг и уже взяли в плен Виталика.
Сначала побег, а уже после размышления о том, как же вызвать это самое подкрепление. Таков, по словам Джека, был его план, мгновенно разработанный им в процессе внезапной атаки «глиняных чертей».
Поэтому, не разбирая дороги, Джек рванул к свободе прямо через ручей, распугивая живущих там лягушек и головастиков. Он бежал крупными скачками, поднимая по пути тучу брызг.
Ему совсем не хотелось становиться таким же пленником, как уже порабощенный Виталик. Джек очень любил свободу. А как известно, путь к освобождению, независимости и суверенитету всегда лежит через тернии.
В случае с Джеком, путь к свободе лежал через ручей с головастиками, по которому он мчался, как укушенный койотом верблюд, невзирая на недавно купленные, почти новые кроссовки.
Бежать нужно было быстро, ибо на кону стояла его жизнь.
Поэтому при выборе, новые кроссовки или жизнь, Джек выбрал последнее.
– Ага! Бросил меня. Сбежать хотел… – прервал рассказ Джека Виталик, с укоризной глядя на него. – Так бежал, что только пятки сверкали!
– Да нет же! На другом берегу ручья я заметил подходящую палку, которую и хотел прихватить для самообороны, – фальшиво оправдывался Джек. – Эх, жаль, что не успел! Они меня раньше схватили…
– А вопил тогда чего? – поинтересовался Виталик. – Хотел противника криком напугать?
– Да нет же! – возразил Джек. – Я хотел их проинформировать, что не надо нас бить! Что мы всего лишь мирные геологи…
Джек неожиданно расхохотался, вспоминая то, что с ними произошло.
– А еще я хотел им крикнуть, что самый мирный геолог это тот, что сейчас под мешком прячется! Зачем ты мешок на голову накинул?! Хотел притвориться кучей мусора?
– Это… – решил внести ясность Виталик, – не прятался я… Так быстро все случилось, что я мешок даже опустить не успел!
Версия Умару
В этот день Умару и Тамба пошли в верховья ручья Вайко, чтобы собрать сок с тех пальм, где пару дней назад они установили новые канистры. Умару был молодым, двадцатилетним пареньком из деревеньки Джабака, что располагалась на реке Махой. Умару был лимба, как впрочем, и все остальные жители этого небольшого поселения на границе Восточной и Южной провинции.
Ему нравилось ходить на сбор сока вместе с Тамбой, который жил по соседству с ним. Тамба был значительно старше, и он знал много занимательных и жутких историй, которыми делился, сидя у костра с Умару, когда они оставались ночевать в буше.
Накануне вечером они собрали хворост и развели костер, чтобы приготовить ужин и запечь в углях несколько клубней ямса. Они соорудили себе лежанку для сна и сейчас сидели у костра, разламывая исходящие ароматным паром, пропечённые клубни, слегка присаливая их и запивая хмельным пальмовым вином, которое собрали сегодня за день.
Огромная полная луна уже взошла над горной грядой на горизонте, разливая свой серебристый свет в водах старой протоки, на берегу которой они устроили свой лагерь. У подножия гор были видны отсветы далекого пожара.
Это местные жители выжигали джунгли, высвобождая плодородные африканские почвы для своих плантаций. Лохматые пальмы сонно заглядывали в воды старой протоки, любуясь своим отражением. Мир был наполнен ночным спокойствием, тишиной и умиротворением.
– Тамба, а расскажи мне про зомби! – испытывая внутренний трепет в предвкушении рассказа, попросил Умару.
– А… Ты хочешь про зомби… Зомби, это серьезная тема, – охотно начал Тамба, – но не лучшая тема для ночного времени и такого места, как это…
– А что не так, с этим местом? – встревоженно поинтересовался Умару.
– А ты не знаешь? – перейдя на шёпот, спросил Тамба. – Тогда слушай…
Недалеко от того места, где они устроили свой ночлег, находилось старое кладбище. Их деревенька Джабака когда-то располагалась здесь же, неподалеку.
И вот однажды на окраине деревни поселился старый колдун. Он не был лимба, он был чужак. Говорят, что он пришел со стороны Либерии. Хотя кто-то утверждал, что он был родом из Гвинеи.
Колдун мог лечить людей от многих болезней, делая отвары из трав, кореньев и пепла сожжённых на огне летучих мышей, жаб и змей. Колдун носил на голове странный тюрбан. Говорили, что тюрбан был набит человеческими волосами, вперемешку с костями из могил. Он иногда доставал из него мелкие и старые человеческие кости, измельчал их в ступе до состояния порошка и готовил из них наркотическое зелье. Жители деревни боялись колдуна, но все же обращались к нему за помощью, когда возникала нужда. А когда он помогал, то люди расплачивались с ним теми продуктами, что были у них в хозяйстве.
Вскоре колдун расчистил небольшое поле на краю джунглей, где выращивал маис, ямс и сорго. Но выращивал он не только для себя, и многое из выращенного оставалось также для последующей продажи. Причем было удивительно, как с такого маленького поля ему удавалось собирать такой богатый урожай.
Но еще более удивляло жителей деревни то, что они никогда не видели на том поле самого работающего колдуна. Когда бы они не приходили к нему, он всегда был дома, занятый приготовлением каких-то отваров и порошков.
– Я тогда был мальчишкой, мне было лет двенадцать, – вспоминал Тамба. – Однажды я полез на высокую пальму за очередной канистрой с соком. Накануне прошел дождь, а та пальма росла с наклоном. Когда я добрался почти до самого верха, моя нога неожиданно соскользнула с мокрого ствола и я полетел вниз.