Нечисть Антар

Взрослые сажали детей на плечи, чтобы увеличить обзор. Подростки залезали на крыши ближайших домов и заборы.

Когда на главной башне, обвитой плющом, ударил колокол, на площадь въехала вереница повозок, сопровождаемая четырьмя всадниками на вороных лошадях.

Толпа пришла в движение, люди почтительно расступались, освобождая дорогу. Четыре повозки с клетками в человеческий рост, опутанные железными прутьями с палец толщиной, не спеша заняли место по краю площади. Ржавчина, въевшаяся в железные узлы, следы крови, тёмные, вгрызшиеся намертво в деревянные настилы, дополняли жуткую картину.

В одной из клеток сидели два парня, связанные по рукам и ногам.

Нечисть.

В них жила кровь нечисти.

Оба молодых человека имели абсолютно обычную внешность. Одеты в похожие штаны и рубахи из грубого серого сукна, распространённого в наших краях. Пленники не кричали. Сидели молча, забившись в угол клетки, опустив глаза в пол. Вид у обоих отрешённый, плечи опущены.

Жизнь закончилась. Существовать осталось ровно год в тюрьме Сижар до открытия дара и дальше возможность искупить связь с нечистью кровью – пойти в сражение в один конец в качестве оружия в боях со Среднегорьем.

В следующей клетке сидел парень в одежде из более дорогого сукна с кожаными вставками на локтях и коленях. Молодой человек также связан, но голова надменно поднята и поза без слов доказывает, что он не собирается сдаваться.

Гордо расправленные плечи, задранный вверх подбородок, расслабленные, спокойные черты лица. Пшеничные волосы немного растрепались, а голубые глаза внимательно изучали толпу на площади с ледяным спокойствием.

Всадники в чёрных плащах с капюшонами спешились – это Стражники.

Один из них, одетый, как и вся группа в кожаные доспехи с металлическими пластинами, но с отличительными нашивками на груди – сделал шаг вперёд к Старосте города, молча кивая. Староста — седовласый старик с окладистой бородой, уважительно поклонился.

На площади царила удушающая тишина. Казалось, даже ветер перестал шелестеть. Небо угрожающе затянули плотные чёрные тучи, скрадывая солнечные лучи. Город напрягся, как звенящая тетива лука.

Я наблюдала за происходящим из толпы молодых людей у дальнего края площади. Большинство отлично знакомы по учёбе в Академии.

Лица сосредоточенные, нервные жесты выдавали общее напряжение, а тишина продолжала угрожающе давить. Казалось, солнце спряталось за тучи, чтобы не смотреть на испытание.

Рядом раздался тихий нервный всхлип. Я повернула голову и увидела Раду. Глаза девушки опухли от слёз, белокурые локоны вздрагивали при каждом всхлипе, а нос покраснел. Видимо, плакала всю ночь.

Тонкие, изящные черты лица искажал животный ужас. Белые ресницы дрожали.

Я потихоньку опустила руку, дотрагиваясь до ледяной ладони Рады.

– Тише, всё будет хорошо. В нашем городе за последние 5 лет нашли всего двух человек. И мы сегодня все вернёмся домой. – шепчу, стараясь придать дрожащему голосу уверенности.

– Лея, ты же знаешь, они забрали мою сестру в позапрошлом году. Сегодня заберут меня. – Рада еле шевелила онемевшими от страха губами, продолжая нервно всхлипывать.

Да, пример вышел не особо удачным.

– Всё. Будет. Хорошо. Я с тобой. Мы обязательно вернёмся домой.

Я снова протянула руку и погладила потихоньку холодную ладонь подруги.

На самом деле тело свело судорогой от напряжения и страха, сердце стучало, а комок в горле размером с кулак отчаянно давил, не давая дышать свободно.

Нельзя показывать виду. Надо дышать.

Глубоко вдыхаем через нос, выдыхаем через рот.

Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.

Один из Стражников вышел на середину площади. От остальной группы его отличали татуировки на лице и руках. Не просто сплетения магических знаков, как у всех стражников.

На профиле, виднеющемся из-под капюшона плаща, выбит сине-чёрный череп. Белки глаз смотрелись на тёмном фоне особенно угрожающе.

Так, наверное, могло выглядеть лицо смерти.

Мрачный вид Стражи в Академии объясняли тяжёлыми боями, которые шли с нечистью каждый день на всех форпостах, спасая жизни подданных королевства.

На мрачных воинов народ смотрел с благоговением, как на последнюю возможность выжить.

Стражник выпрямил руки в металлических наручах с острыми шипами и чёрных кожаных перчатках, демонстрируя присутствующим большой кристалл с бледным голубым свечением. Татуировки руническими знаками устремлялись от наручей вверх, к плечам, по голым участкам кожи. Плащ развевался сзади при каждом дуновении ветра.

Магический кристалл казался живым, голубая пульсация в центре попадала в такт сердечному ритму. Несимметричные грани острыми пиками расходились звездой в разные стороны.

– Начать Проверку! – раскат грубого голоса, как рык дикого зверя, угрожающе пронёсся над площадью.

Сердце снова пропустило удар, нарастающий страх противно сдавил грудь. По спине под суконным сарафаном предательски потекли капельки пота, ладони в момент стали липкими.

Рада рядом пошатнулась, я быстро подхватила девушку под локоть.

–Ты же знаешь, Стражу нельзя злить. Прошу тебя, соберись. Я тоже переживаю, всё будет хорошо.

Кажется, я повторяла эту фразу как мантру с самого утра. Рада подняла на меня серые глаза, огромные, как два блюдца, сейчас прожилками покрасневшие от слез, и еле заметно кивнула.

В любом случае другого выхода нет. Надо перешагнуть Проверку.

Как перепрыгнуть через горящий овраг, который нельзя обойти.

Неприятно, но дальше в жизни будет куда больше определённости.

Скопление людей начало медленно вытягиваться в очередь. Первые уже подходили к Стражнику с кристаллом.

Высокий широкоплечий молодой человек, кажется, его звали Эрик, смело с вызовом шагнул первым.

Стражник поднёс к голове кандидата кристалл и начал медленно опускать магический артефакт вдоль туловища Эрика вертикально вниз. В районе пояса татуированная рука с кристаллом остановилась.

– Чисто. Следующий.

Парень перешёл площадь, где его обнял такой же широкоплечий статный мужчина – отец.

Вздох облегчения прокатился по толпе.

Следующий в очереди Дин – сын булочника. Он также прошёл Проверку и перешёл к родным на другую сторону площади.

С каждой Проверкой казалось, что толпа облегчённо вздыхает, чуть ослабляя напряжение. А когда подходил новый кандидат – опять нервно замирает.

Вереница молодых людей продолжала тянуться через площадь, Раду оттеснили на несколько человек вперёд меня.

Когда прошла бОльшая часть кандидатов, я почувствовала, что напряжение немного спало. Дышать стало чуть легче.

Я продолжала медленно двигаться в очереди, но явно пока удача сопутствовала жителям города.

У подножия гор кровь нечисти встречалась намного реже. Говорят, ближе к бывшей столице, даже спустя 50 лет, Проверку не проходило по десятку человек в каждом городе. Возможно, защищала добыча ладоскоита.

– Нет! Нет! Пожалуйста! – дикий вопль Рады вырвал из размышлений, окатывая ледяной волной страха. Девушка извивалась, кричала.

Кровь застыла в жилах, я подняла глаза, всё как будто замерло в следующий миг вокруг –

толпа на площади, лица людей, полные ужаса,

Стражники, вынимающие мечи из ножен и хватающие под руки падающую на землю Раду,

кристалл в чёрных ладонях Смерти, сменивший размеренное голубое свечение на бледно-розовое.

Нечисть.

Рада была нечистью.

Девчушка, с которой я часто играла в детстве, с которой вместе учились в Академии и встречались в библиотеке вечерами.

Миниатюрная, легкая, с кукольной внешностью невинного ангела.

Рада, которая брала у меня переписать конспекты, когда болела, с которой мы часто гуляли в лесу.

Как. Такое. Может. Быть??

Почему она – не стерва и дрань Катя, любящая издеваться над однокурсниками. Пошлая, вульгарная тварь, успевшая переобжиматься с половиной города по углам. При этом она только что прошла Проверку успешно.

Нет. Хрупкая и беззащитная Рада.

Кровь ударила в голову, в глазах потемнело.

Ладони не произвольно сжались в кулаки, а ногти больно впились в мягкую ткань.

Я сама не отдавала себе отчёт в этот момент, безумно хотелось остановить несправедливый суд.

Здесь должна быть ошибка.

В следующий миг я рванула к Стражникам.

Они обязаны проверить ещё.

Ошибка!

Всё будет хорошо!

Должно быть хорошо!

Я, как разъярённая фурия, подлетела к Раде, подхватывая её и отталкивая Стражников.

В этот момент краем глаза я увидела, как толпа ахнула.

Раскат вздохов прокатился волной по площади, люди отпрянули от центра на несколько шагов назад.

Женщины прижимали ладони ко рту,