Измена. Ты мне не нужен

- Олег, добрый день. Извините, что так вышло, я и сама не ожидала. Мама, это Олег, тот самый мужчина, который помог мне вчера. Моя мама, Полина Константиновна.

- Очень приятно.

- Спасибо вам, Олег…Вячеславович, кажется? – голос у мамы слегка дрожит, переволновалась.

- Просто Олег.

- А вы, оказывается, знакомы с моей свекровью? – не могу удержаться, - Может, и супруга моего знаете? Максим Рокотов?

- Да, я знаком с Максимом. Правда, вчера, когда я вам помогал, то понятия не имел, что вы его жена. Честно.

Он не улыбается, не делает вид, что ему неловко. Говорит естественно.

И почему-то я ему верю. Может потому, что свекровь не поверила, а я не хочу быть как она?

Конечно, можно представить, что всё, произошедшее днём ранее это мощный, хорошо продуманный и грамотно сыгранный спектакль.

Всё спланировано.

Недомогание Инны, мой альтруизм – то, что я решила отвезти её в «Рокот-мед», появление там Максима. Логично, что моё состояние было не самое радужное, и падение в обморок тоже можно было спрогнозировать, а может – чем чёрт не шутит? – и подтолкнуть меня к этому. Я всё время пью воду, бутылку взяла из дома, кто знает, что можно было туда подмешать? Боже, это конечно треш, но тем не менее.

Дальше УЗИ, приговор доктора, потом любезно помогающая мне неизвестная медсестра, побег и вот я почти валяюсь у ног конкурента, который спасая меня привозит в другую клинику, тем самым создавая прекрасный инфоповод.

Шумиха в прессе – о чем там говорила Дина?

Вот только для чего придумывать такие сложные схемы, когда всё можно было бы сделать проще? Устранять конкурентов таким немыслимым способом слишком энергозатратно. Это раз.

И два. Кто мог знать заранее, что утром я решусь сделать тест и увижу там две полоски?

Нет, конечно, я не думаю, что Олег, который помог мне вчера, некий злой гений, пытающийся разрушить бизнес Максима и его семейства. Точнее сказать – детище его матери.

- Майя, если вам еще нужна будет моя помощь…

- Спасибо, Олег. Я и так доставила вам хлопоты. Я знаю, что вы оплатили лечение, и…

- Это не обсуждается. Это мелочи. На самом деле в этой клинике не только моя сестра работает, это клиника моих хороших знакомых, в некоторой степени и конкурентов, теперь, потому что я тоже открыл свою сеть частных медцентров.

- Почему же не отвезли меня в ваш центр?

- Этот был ближе, вы паниковали и… у вас было кровотечение. Как вы себя чувствуете?

- Спасибо, всё нормально. Мам, мы ведь можем ехать?

- Доктор считает, что тебе хорошо бы еще денек тут провести.

- Только без посетителей, - усмехаюсь я.

- Это не проблема, - говорит Олег. – Я пообщаюсь с главврачом, можно перевести вас в другую палату и запретить посещения.

- Я была бы вам благодарна.

- Значит, договорились?

- Да, спасибо.

Я вижу, что он хочет еще что-то сказать, но ему неловко. Мама тоже это понимает.

- Извини, я пройду до кафе, захотелось кофе, тебе что-то взять?

- Если будет фреш, очень хочется. Мне вроде можно апельсиновый? Или у маленького будет аллергия?

- Можно. Не переживай. Я пила.

Мама выходит, улыбаясь Олегу, он, кажется, выдыхает.

- Майя, мне, наверное, тоже пора, я только зашёл узнать, как вы. Но…

- Что?

- Просто хотелось вам сказать, что…

Он ничего не успевает сказать, потому что в палату врывается новый посетитель, и мне хочется уже нажаловаться на эту клинику, потому что тут просто проходной двор!

- Майя?

Глава 21

Нет, пожалуйста, нет!

Вот его точно не надо! Закрываю глаза, силюсь сдержать крик.

Да оставят они все меня в покое?

Слышу голос Олега.

- Максим, добрый день, я бы на вашем месте повременил с визитом, вашей жене не хорошо.

- Я сам разберусь со своей женой, Олег, можно? Или ты снова будешь решать, что лучше для моей женщины?

- Перестань, не стоит сейчас вспоминать…

- Вспоминать что? Твою подлость? Хорошо, не вспоминай. И лучше выйди из палаты моей жены.

- Максим, услышь меня, твоей жене нужен покой, она…

- Я всё знаю о состоянии моей супруги!

- Макс…

Меня резко бросает в холодный пот. Олег же знает, что с моим малышом все в порядке? Если он скажет?

Открываю глаза и пытаюсь сесть на кровати.

- Олег, пусть он зайдет. Нам, правда, надо поговорить. Спасибо вам.

- Я буду в коридоре, Майя, если что…

Он выходит, тактично прикрывая дверь.

Максим делает шаг, в его руках букет моих любимых белых тюльпанов, только он держит его как ненужный веник.

- Майя…Это правда, что тебя сюда привёз Ольховский?

Ольховский, это фамилия Олега? Прищуриваюсь.

- Ты же знаешь, что правда, зачем спрашиваешь?

- Ясно… весело… просто… бумеранги добра.

Я не понимаю о чём он, но бесит не это. Я его жена, которую он любил. По крайней мере, говорил, что любит. Красиво ухаживал, завоёвывал, был прекрасным мужем эти годы… Вчера я, как он считает, потеряла ребёнка. Малыша, которого он так хотел и ждал.

И что?

Всё, что его волнует сегодня кто притащил меня в эту клинику? Правда?

Смотрю на него сквозь пелену слез.

Ему на самом деле плевать, да? Он не любил меня? Просто… просто я была неприступной как скала, и его это вставляло, да? Невинная девочка Майя, которую хотелось получить. А потом показывать всем, как зверушку в клетке – смотрите, я её укротил.

Что ж… он продержался несколько лет. Похвально. А может и не держался, может он раньше начал… Только наивная девочка Майя ничего не знала.

- Майя… не плачь.

Я не могу не плакать, неужели он не понимает? Я плачу по своей любви!

Я ведь его любила так сильно. И сейчас, смотрю на него и не понимаю, почему он такой чужой?

Это же мой Макс! Мне хочется крикнуть ему, эй, любимый, посмотри на меня! Это ведь я тут! Я! Твоя Майя, Маюшка, Майка, Маечка, футболочка, цыплёнок, малышка, куколка, статуэточка, фея Динь-динь, балеринка… Ты дал мне десятки милых прозвищ, и о них знали только мы.

Куда ты пропал, мой любимый? Кто тебя похитил?

И что делает рядом со мной этот злой, чужой мужчина с потухшим взглядом?

- Майя, я хочу, чтобы ты поехала со мной. Тебе надо вернуться в нашу клинику.

Ненавижу!

Как же я его ненавижу!

Глава 22

Я стараюсь сдержаться, не ради себя, не ради Макса – естественно. Ради моего малыша. Он только мой. Сейчас я это так отчетливо понимаю!

- Эта клиника одна из лучших, Макс. Ты это знаешь. Доктор рекомендует мне остаться тут как минимум на сутки. Это важно для моего здоровья. Для… для того, чтобы в будущем я могла родить. Ты серьёзно хочешь, чтобы я встала и ушла? Для тебя важнее перевезти меня в вашу клинику? Важнее моего здоровья?

- Для меня ничего нет важнее тебя и твоего здоровья. Ты знаешь это. – Его голос тихий, очень грустный.

Но слова… меня опять бомбит.

- Знаю. Я видела вчера…

- Майя, послушай… – муж подходит совсем близко, кладёт букет на тумбочку, почему-то мне становится жалко эти тюльпаны. – Тебе сейчас нельзя волноваться, я понимаю, поэтому я и не хочу говорить об этом. Но… вчера ты всё поняла не так. Эта девушка и её ребёнок не имеют ко мне отношения. Я с ней не спал.

Не спал. Интересно. А живот ей ветром надуло?

Хочу спросить. Но не спрашиваю. Мне сейчас это не важно. Важнее другое.

Почему он ни слова не сказал о моём ребёнке?

- Майя…

- Что?

- Скажи, почему ты мне не веришь? Ты ведь не веришь?

Сказать? Или лучше показать?

Беру телефон, нахожу сообщение от его Барби. Кстати, эта звезда уже его стёрла! И чатика как не бывало. Но я девочка не глупая и успела всё заскринить. Пересылаю ему фото. Макс удивленно прислушивается к звуку сообщения на своём гаджете, открывает, смотрит на меня.

- Это что?

- Почитай, узнаешь.

Смотрю в потолок сцепив зубы. Вспоминаю фразы из этого дурацкого послания. Они ждут красавицу! Беременных обижать нельзя.

Какой мерзопакостный фарс.

- Это она тебе отправила? – голос становится стальным, слышу, как он произносит про себя ругательство.

А дальше происходит то, к чему я не очень готова.

Макс быстро опускается на мою постель, обнимает за плечи, наклоняет голову так, что его лоб касается моего лба. Он так близко! Его аромат, такой родной, любимый. И от его близости у меня мурашки бегут по телу, низ живота простреливает, а потом тянет, скручивая в пружину мышцы. Я дрожу, закрываю глаза, пытаясь отвернуться. Но он удерживает моё лицо в ладонях.

- Я люблю тебя, глупенькая моя. Я так тебя люблю… Пожалуйста, верь мне! Ты ведь знаешь, как я ненавижу ложь! Я никогда не стал бы… Не понимаю, как ты могла поверить в то, что я…

Его губы касаются моих, и это как чертов триггер.

Глава 23

Не отвечаю. Так и лежу с закрытыми глазами.

Господи, мне так горько и больно! Я не понимаю, за что мне всё это?

Не верится, что всего пару дней назад я была совершенно счастлива. Спокойна.

Я знала, что люблю и любима. Знала, что меня уважают. Была уверена, что в любой, самой сложной ситуации мой муж меня поддержит, поможет.

Он ведь всегда говорил, что гордится мной, что я такая целеустремленная, сильная, умная и красивая.

Рассказывал, что влюбился с первого взгляда.

- Ты стояла у кофейного аппарата и у тебя было такое милое лицо, даже несмотря на дикий макияж, - это он говорил мне потом, часто любил вспоминать о той встрече, - а когда ты предложила купить мне стаканчик эспрессо я решил, что женюсь.

Я обожала, слушать эти его рассказы, мне было до ужаса приятно. В его словах всегда чувствовалась такая нежность! И любовь.

Сейчас у меня в голове не укладывается – что изменилось? Почему он поступил со мной так?

- Майя… - голос срывается, чувствую, что Макс на грани. – Давай поговорим нормально, прошу! Выслушай.

Я не готова слушать. Просто не хочу! Хочу, чтобы он ушёл.

Мне сейчас не нужны разговоры. Моему ребёнку – тоже. Мне вредно волноваться, а рядом с мужем сплошное волнение.

- Макс… не надо.

- Пожалуйста, любимая, ты… ты ведь всегда мне верила! И слушала! Сделай это и сейчас! Я знаю, что тебе лучше.

Он знает? Реально? После этих слов мне хочется хорошенько его стукнуть! И я это сделаю! Словами тоже можно бить больно.

- Скажи… тебе на самом деле всё равно, да?

Макс смотрит удивленно, словно не понимая.

- Тебе плевать, Макс, серьёзно?

- Майя…

- Вчера, в твоей клинике я… мне стало плохо, а потом…

- Родная, не нужно…

- Нет, ты меня послушаешь!

Я отталкиваю его, приподнимаясь выше, выставляю вперед руки, чтобы он не думал приближаться.

- Я… у меня было кровотечение. А потом… потом меня привезли на УЗИ, и врач сказала, что… что…

- Майя, пожалуйста, родная.

- Хватит! Ты называешь меня родной, говоришь, что любишь! Я пытаюсь тебе рассказать, что меня хотели отправить на аборт! – это я уже не говорю. Ору! - Убить моего малыша! В твоей клинике, Макс! В клинике, которой владеет твоя мать! Хотели убить нашего ребёнка!

- Майя, успокойся. Что ты говоришь? Это же просто бред!

- Бред? Прекрасно. Раз ты так считаешь… Отлично. Бред. Зато ребёнок твоей Барби не бред, да? – не могу смотреть на его лицо! У него такое выражение, будто это я умалишённая, а не он… конченная сволочь! - Ну и пожалуйста! Вали к ней. Я не держу! Не нужно больше притворяться, Максим. Я не нуждаюсь в этом. Я дам тебе развод, и ничего не попрошу взамен. Мне от тебя не нужно ни рубля! Я помню, как Дина Эдуардовна тряслась над нашим брачным контрактом! Пусть радуется! Мне нужна только свобода. Свобода от таких циничных людей как ты и твоя мать!

- Да причем тут моя мать? Хватит, Майя!

- Вот именно, хватит! Убирайся отсюда. Ты потерял право на меня и моих детей, которых так хотел.

- Майя…

- Пошёл вон! Ненавижу тебя. Никогда тебя не прощу.

Глава 24

Макс отодвигается. Вижу, как его лицо становится каменным. Честно – раньше бы я испугалась, наверное, постаралась бы сделать всё, чтобы его успокоить, чтобы он не смотрел вот так. Как на чужого человека. Словно видит в первый раз.

Да, я уже видела такое выражение его лица. Мы один раз крупно поссорились. Из-за моей работы. И я сказала, что если его не устраивает жена танцовщица и теща балерина он может считать себя свободным. Ха! Потом еще мне пришлось извиняться. И с танцами, по итогу, завязать.

Второй раз вот так же было уже из-за его матери. Ну и частично из-за моей. Дина Эдуардовна просила Макса не приглашать мою маму на семейный праздник. Там должен был быть персонаж, из маминой прошлой жизни. Один из тех, кто делал ей всякие гадкие предложения, в обмен на работу в «Большом» или «Мариинке», на телеэфиры и роли в кино. Да, у мамы была «веселая» молодость. Её отказ очередному такому благодетелю мог стоить карьеры, но маме удавалось «выгребать». И вот, из-за такого чмошника уважаемая Дина Эдуардовна решила подвинуть мою маму. Я устроила дикий скандал Максиму. А кому? Не его же мамаше? Тем более, это был его праздник, день рождения. Сказала пару ласковых в сторону тещи и получила вот этот взгляд.

И снова было страшно.

«Я ведь его люблю, а что, если он меня бросит?» - это были мои мысли тогда. И реальный ужас. И желание отмотать всё обратно, вообще не поднимать эту тему. Ну, не позвали маму и не позвали, ей, может, не очень-то и хотелось. И времени нет…

Боже, какая я была дура! И ведь извинялась еще тогда!

А сейчас, разглядываю это мертвенно бледное лицо, отзеркаливаю его взгляд.

Мне безразлично. Просто реально плевать. Цинично так.

Да, я стала циничной! Он, Макс, сделал из меня циничную стерву!

Пусть думает так. Пусть!

На самом деле я просто мать, которая защищает своё дитя! И я буду делать это! Никому не позволю причинить моему малышу боль, страдания! Никому не позволю его у меня отнять!

- Майя, мне кажется ты… не в себе.

Ах, как ты прав, Максим! Я не в себе. Именно. Не в себе той, к которой ты привык, наверное. И тут я сама виновата. Сама стала для тебя, возможно, слишком удобной.

Ты полагал, возможно, что я всё проглочу, да? Позволю себя обмануть?

И я ведь почти позволила!

Меня холодный пот прошибает. Да! Позволила! Если бы не эта девочка, медсестра! Если бы не её помощь… Я бы сейчас оплакивала моего нерождённого сына.

- Я не уверен, что ты способна меня послушать сейчас и понять. Но я всё-таки скажу. Ребёнок Инны, возможно от меня. Но я не имею к этому отношения. И не могу представить, как ты могла поверить в то, что я с другой. Это… это больно, Майя. Это ломает меня. Разрушает. И… нас тоже, понимаешь? Это ломает и нас тоже.

- Нас уже нет, Макс. Мы отправились в ад, вместе с малышом, которого я ждала.

- Такая категоричная, Майя. Тебе не идёт.

- Неужели? – его слова меня не задевают, - а мне плевать, Макс. Ты в себе разберись. Что тебе идёт!

Делаю акцент на слове «тебе».

- Идёт тебе быть дураком, которого просто поимели? Чью жизнь пытаются превратить в фарс? Пожалуйста. Будь. А я… я умываю руки. Мне теперь безразлично. Мне нужен развод. Больше ничего. Претендовать ни на что не буду.

Он ухмыляется.

- Гордая, значит? – снова сканирует взглядом, потом наклоняется ближе, - нет уж, дорогая! Никакого развода! Пока я не разберусь в этом деле! А потом… когда ты, слышишь, ты у меня будешь просить прощения за свои слова, я еще подумаю, прощать тебя или нет!

Что? Это реально он так сказал?

Не задумываясь размахиваюсь и впечатываю ладонь в его лицо.

На щеке остается алый отпечаток.

А в его глазах ад.

Глава 25

Мне нельзя нервничать! Нельзя. Надо стараться сохранять спокойствие.

Увы, все эти мысли идут по одному месту, когда я смотрю на Макса. Он подумает прощать ли меня? Серьёзно?

- Уходи, Максим.

Желваки играют, в глазах я вижу огонь. Разозлился?

Да, с Рокотовым это бывает. Характер у него не простой, я в этом убедилась давно. Первое время нам приходилось трудно. Я была слишком молодая, и опыта отношений мне не хватало. А Максим… у него опыта было до хрена и больше. И в чём-то он мне уступал. Но не во всем и не всегда.

А я училась терпению.

Мама говорила – если любишь, надо уметь прощать, и учиться принимать человека таким, какой он есть.

Я старалась. И мне казалось, что у меня получается. У нас получается.

Мы ведь так сильно любили друг друга!

Я была уверена в этом. До вчерашнего дня.

- Майя, я поговорю с твоим врачом. Твоё состояние…

- Тебя что-то не устраивает в моём состоянии? Я вчера потеряла ребёнка, которого очень хотела! А ты…

- Я тоже переживаю. – он говорит это излишне спокойным тоном. Подозрительно спокойным, я бы сказала. - Переживаю, не меньше, чем ты. Я… раздавлен.

Он трет переносицу большим и указательным пальцем. Этот жест мне знаком хорошо. Значит, что Макс устал, что ему тяжело разговаривать. У него руки трясутся.

Раздавлен. Странно, почему мне его не жаль?

Может потому, что у него-то ребёнок остался?

Да, пусть не от меня. От Барби. Но, видимо, ему всё равно.

- Майя, я не хочу ссориться. Ругаться. Не хочу скандалов. Давай попытаемся перешагнуть эту историю и просто пойти дальше?

Кого он мне предлагает перешагнуть? Моего ребёнка?

Или ситуацию с его клиникой, где я чуть не стала жертвой чудовищного обмана?

Или перешагнуть историю наших отношений? Ведь это его Инна написала мне сама и в том сообщении все предельно ясно. Максим любит её и собирается уходить к ней. Она ждёт ребёнка. Всё логично.

- Ты уже перешагнул, Максим. Перешагнул через меня. Можешь идти дальше, я тебя не держу.

- Чёрт, Майя! Чёрт!

- Не смей на неё орать! – моя мама, которая заходит в палату, говорит тихим голосом. Но таким, что заставляет замолчать. – Майе плохо, Максим. Имей уважение к её состоянию. Мало вам, что твоя мать прибежала сюда, чтобы устроить скандал, так еще и ты? Я считала тебя умнее.

- Видимо, ошибались. Я пойду, Майя. Заеду вечером. Или утром. Попробуем еще раз поговорить.

Я отворачиваюсь. Говорить не о чем.

Но когда за ним закрывается дверь, понимаю, что реву, уткнувшись в подушку.

Я ведь его так любила! Почему?

- Детка, успокойся. – Мама тихонько гладит меня по голове. – Всё будет хорошо. Мы уедем.

- Когда?

- Завтра вечером, моя хорошая.

- А можно сегодня, мам?

Не хочу его больше видеть! Никогда! Не хочу!

Глава 26

Я очень хочу уехать. Скорее. Тут мне не спокойно. Почему-то кажется, что здесь мой малыш всё равно в опасности. Даже несмотря на то, что меня перевели в другую палату, и теперь точно никто не устроит проходной двор.

Всё равно. Мысли дурные.

Если кто-то хотел убить моего малыша в клинике Рокотовых, что мешает ему сделать это здесь?

Или ей.

Почему-то я уверена – вся эта история дело рук матери Максима.

Передергивает меня от мерзости, сама мысль приводит в шок.

Это страшно. Просто жутко.

Она же мать! И так хладнокровно пожелать смерти внуку? Это же…

Я не понимаю. Это ведь плоть от плоти её? Разве нет? Ребёнок любимого сына? Неужели я настолько неугодна?

Как она тогда вообще позволила Максу сойтись со мной? Жениться?

Непостижимо.

Неужели, думала, что это блажь? Что его чувства ко мне пройдут, страсть угаснет и он сам меня бросит?

Может, кстати, и думала. Поэтому и решилась быстренько привести меня в клинику, где мне поставили «правильный» диагноз и лечили. Лучший врач.

Как же!

Мне так хочется засудить эту ведьму Ларису, вместе с Диной Эдуардовной!

Эх… если бы Макс мне поверил.

Чёрт! Да как он мог не поверить? Как?

Я понимаю, всё это слишком чудовищно, но ведь я всегда говорила ему только правду!

Стоп… замираю, чувствуя, как разгоняется по венам кровь и приливает к щекам.

Максим тоже мне не лгал. Не лгал же? Повторял, что ненавидит вранье.

Вдруг вся эта история с любовницей на самом деле просто фарс?

Нет. Это просто смешно.

Что он там сказал? Ребёнок, возможно, от него? Это как понимать? Возможно, он спал с Инной, а возможно нет? Или что? Или она воспользовалась донорским материалом?

Какая-то «Санта-Барбара», честное слово.

И всё-таки…

Вспоминаю как много лет назад моя бабушка смотрела какой-то сериал, где мама украла для дочки сперму богатого мужика, чтобы та родила и получала алименты.

А еще…Еще когда моя мама была мной беременна про неё тоже писали, что она специально охотилась за известным олигархом, чтобы обеспечить себе безбедную жизнь. Чего только не придумают журналисты!

Мог ли Максим стать жертвой подобного обмана?

Ну, допустим.

Возможно. Хорошо, пусть даже я на мгновение поверила бы что это так.

Но почему тогда он примчался в клинику по первому зову своей Барби?

Прилетел, на крыльях любви?

Да, вел он себя с ней не слишком дружелюбно, но мало ли почему? Милые бранятся – только тешатся.

Голова пухнет от этих мыслей. И живот потягивает.

Доктор осматривает меня, качает головой.

- Майя, давайте еще денек побудете у нас? Вы собираетесь лететь на самолёте, это риск. Вы же не хотите потерять малыша?

Я не хочу. Поэтому остаюсь.

Но на душе не спокойно. Чувствую, что что-то должно произойти. Чувствую…

Глава 27

Вечером мама уезжает, объясняя мне, что ей нужно встретиться с подругой. Я предлагаю ей потом переночевать в гостинице, всё-таки в клинике со мной ей не очень удобно, но мама объясняет, что ей выделили палату рядом, и лучше она вернется – так будет спокойней, и ей и мне.

На самом деле я, конечно, рада, что она будет рядом и мне действительно спокойнее. Я всё еще жду чего-то. Не доброго. И считаю часы до утра, когда я буду точно знать, что могу уехать из этого города.

Уехать от Максима. От опасности, которую я чувствую здесь.

Остаток дня пытаюсь спать. Настраиваю себя на то, что мне нужно успокаиваться и не думать о плохом. Но когда заходит сестра с капельницей меня накрывает дежа вю. И я трусливо прошу позвать доктора.

Разрешаю ввести лекарство только после того, как врач проверяет, тот ли препарат мне собираются дать. Это просто успокоительное и витамины.

Хочется плакать. Чувствую себя параноиком. Доктор успокаивает, объясняя, что в этой клинике со мной ничего плохого не случится. Я стараюсь верить.

Мама приезжает с огромной сумкой. С ужасом понимаю, что она была у меня дома, то есть дома у Рокотова. Меня штормит, когда я думаю о нём.

- Не волнуйся, Майя, с супругом твоим я не встречалась. Ключи взяла у тебя сумке.

Вещей она собрала не много, так, на первое время.

- Просто, чтобы тебе было в чем улететь, потом всё купим. Да, не переживай, ничего ценного я оттуда не стала забирать.

Понимаю, что мама говорит о драгоценностях.

Максим часто покупал мне украшения. Почему-то считал, что его любимая женщина должна носить бриллианты. Выбирал на свой вкус, но вкус у него был отменный.

Конечно всё это мне теперь не нужно. Вообще ничего от него не нужно.

Только развод.

- Я оставила ему записку, чтобы не думал, что его ограбили. Хотя я не удивлюсь, если он и не заметит пропажу.

Мама кривится. А мне почему-то неловко. Стыдно за ту ситуацию, в которой я оказалась. Словно это я виновата в том, что Максим оказался таким подонком. Он и его мать.

Лучше не думать, а то снова чувствую, как накатывает. Трясёт. Мне это не нужно. Стараюсь поймать дзен.

Я в безопасности, я беременна. Я сохранила малыша. Спасла его.

Теперь мне нужно спасти нас обоих.

Маме звонит муж, она выходит из палаты, чтобы поговорить. Я тоже решаю достать свой телефон.

Несколько пропущенный от Рины, от Насти.

Еще одно сообщение от неизвестного абонента. И я сразу понимаю кто это. Барби. Я заблокировала тот её номер. Но, видимо, её это не останавливает.

«Я знаю, что Максим был у тебя. Чтобы он ни говорил – не верь. Любит он меня, и будет со мной. Я жду от него ребёнка. А тебе лучше исчезнуть из нашей жизни».

Если бы эта гадина только знала, как я мечтаю о том, чтобы из моей жизни исчезли они!

Оба!

После этого сообщения адреналиновая ярость снова бурлит в крови. Ненавижу! Не прощу!

Мстить не буду – пускай живут себе счастливо! Но вот простить… Нет!

Хотя я и не уверена, что Максиму так уж нужно моё прощение.

Если бы он повел себя иначе там, в клинике. Если бы повёл себя иначе тут! Если бы я почувствовала, что потеря ребёнка действительно стала для него трагедией! Если бы он поверил мне…

Но случилось то, что случилось.

И я не вижу пути назад.