
Полная версия:
Веди меня, ветер!
– А что там происходит? – кивнул Риаган в сторону поляны, на которой царило суетное оживление.
– Не знаю… – Инар пожал плечами и поймал за руку пробегающего мимо паренька. – Что случилось?
– Главу нашли! Глава жив! – радостно прокричал паренек и умчался куда-то.
Мы двинулись к скоплению людей в центре поляны, на которое указал пальцем юноша.
Глава полулежал в беседке бывшего Совета. Остатки его некогда красивой вышитой шелком рубахи лежали грязной окровавленной тряпкой на земле. Одна из женщин смывала запекшуюся кровь с его лба. Вторая зашивала рваную рану на его груди. Вокруг них суетилась знахарка, отдавая распоряжения.
– Я отмахивался от твари сколько мог. Она загнала меня на руины дома Кигана.
Риаган вздрогнул рядом со мной.
– Она ни разу не достала меня зубами, – продолжал Глава. – Но потом, уворачиваясь от тени, я наступил на крышку погреба и провалился. Упал на что-то. Головой ударился.
Глава поморщился, когда женщина стала намазывать какую-то мазь на ссадину на его лбу.
– Мой нож упал куда-то в темноту. Я не мог его нащупать. А тварь топталась на краю погреба. Шипела от злости. Она капала слюной вниз, но не могла зайти. Я пытался встать и не мог. В голове шумело.
– Тень не смогла залезть в погреб? – переспросил один из мужчин, стоящих рядом.
– Нет. Она словно боялась. Топталась на краю, пыталась шагнуть и отдергивала лапы.
– Риаган! – тихо позвала я. – Близнецов Маиры мы тоже нашли в подвале! Вот почему тень их не тронула. Она испугалась!
– Чего? Ямы? Темноты?
– Наверное!
– Создания тьмы боятся темноты? – спросил Айгир.
– Они же едят свет. Помнишь? Рунтар рассказывал.
– Мать этих тварей сидела в шкатулке. Наверное, ее дети тоже инстинктивно боятся ловушек, – предположил Риаган.
– Интересно, а что было бы, если загнать мамашу в погреб? – произнес Айгир и все вдруг обернулись на нас.
Глава сначала нахмурился, но его лицо тут же просветлело.
– Вы здесь! – почти обрадованно прозвучал его голос, но глаза его смотрели на нас напряженно. – Мой народ рассказал мне о том, что вы сделали для их спасения. От имени всего клана Ма-Тару примите нашу искреннюю благодарность!
Глава склонил в легком поклоне только что перевязанную голову. Мужчины ответили легкими кивками.
– А извинения принести он не собирается? – пробурчал Айгир. – От имени всего клана…
– А так же наши самые искренние извинения, – продолжил Глава, словно услышав его. – Вы должны нас понять. Мы беспокоились о сохранности клана, а твоя… уникальность привела нас в замешательство.
Сказал мне Глава с улыбкой, не затронувшей однако его глаз.
– Замешательство… – фыркнул Айгир. – Да, уж! Здорово у вас тут все замешалось…
– Признаю, вы имеете право сердиться на нас, – миролюбиво сказал Глава. – Мы ошибались на вас счет. Но после всего произошедшего, я надеюсь, наши разногласия останутся в прошлом.
Уцелевшие жители деревни, сбежавшиеся на поляну одобрительно кивали головами и в большинстве своем улыбались. Мы молчали. Очень хотелось верить, в то, что слова Главы искренние. На лицах людей клана Ма-Тару были написаны неподдельная благодарность и радушие. Но чем больше я смотрелась в по-кошачьи раскосые глаза Главы, тем больше мне виделась пропасть между его благодушной улыбкой и настороженно-колким выражением глаз. Я поежилась и всунула руку в ладонь Риагана.
Глава не разговаривал с ним. Принося извинения, он в основном смотрел на нас с братом, соскальзывая взглядом с фигуры Риагана то на меня, то на Айгира.
– Это ведь вы придумали, как выиграть время в борьбе с ядом тварей?
– Это был Риаган, – ответил Айгир.
– Вот как? – брови Главы взметнулись удивленно вверх и он, наконец, задержал свой взгляд на изгое. – Находчиво, должен признать.
– А что толку? – проворчала знахарка. – Лечение не сработало. Напичкали людей отваром, вся деревня пропахла корнем меариса. Все окрестные бурундуки сбежались на запах. Воруют у людей мыло, залазят в погреба. А людей вылечить он не может, – кивнула знахарка на моего брата.
– А ты, значит, целитель? – обратился Глава к Айгиру.
– Да.
– Скажи, почему твое лечение не работает?
–
– А может он просто не хочет, чтоб наши люди выздоровели? – выкрикнул один из мужчин.
– Он вылечил моего брата! – прокричал Инар.
– Твой брат все еще валяется с полуоткушеной рукой! Кому он помог?
– Моего брата уже бы не было, если бы Айгир не вытянул из него яд! Они втроем не спали всю ночь, помогая нашим раненым, свинья ты неблагодарная! – запальчиво выкрикнул Сарон.
– Если бы они не заявились сюда, ничего бы вообще не было! – не сдавался охотник. – Моя жена погибла! Я нашел ее тело в лесу сегодня утром!
– Это случилось бы рано или поздно, – прервал перепалку Глава. – Мы с Советом понимали, насколько опасен стал Рунтар. В последние месяцы мы не переставали искать способ обезопасить деревню от теней. Мы даже собирались ввести Рунтара в Совет, чтоб он думал, что все хорошо. Чтоб выиграть время!
Народ зашептался.
– Я понимаю, Шад, как тебе тяжело! – продолжил Глава, обращаясь к возмущавшемуся Охотнику. – Лила была любима всеми нами. Мы все оплакиваем ее вместе с тобой. Но не будем повторять ошибок прошлого! Эти трое пришли нам на помощь в минуту ужаса. Ма-Тару умеют быть благодарными!
Толпа одобрительно загудела.
– Они готовы помогать и дальше! – вступил Сарон, когда шум стих. – Два крылатых охотника согласны немедленно вылететь ближайшие кланы, чтоб привезти на помощь целителей.
Толпа обрадованно взревела снова. Нас обнимали, хлопали по плечам, благодарили.
– Они полетят оба? – переспросил Глава. Я готова была поклясться, что он напрягся еще больше.
– Да, – ответил Сарон. – Айгир полетит с проводником в северные кланы. Яра и Риаган – на юг. Они приведут помощь.
– Это хорошо! – воскликнули в толпе. – Один целитель – хорошо! Два – еще лучше!
– Но как полетит девушка? – спросил Глава. – Она неопытна, ящера держит плохо.
– Я хорошо владею ящером! – не удержалась я.
– А если они с Риаганом упадут где-нибудь в ущелье! Риаган, конечно, изгой, чужак, но мы не хотим смерти ему и девушке. Они были добры к нам! Я считаю, хватит и одного ящера. Девушке не стоит лететь!
Люди согласно закивали. Со всех сторон посыпались замечания, что я слишком молода, что путь предстоит дальний и опасный, что Айгир сможет и одни посетить пару кланов, и что он достаточно силен принести даже троих целителей. Одного в лапах, двоих на спине.
Глава ловко спрятал скользнувшую по его губам самодовольную улыбку, а я забеспокоилась не на шутку.
– Яра, девочка, чего ты так переживаешь? Глава просто беспокоится о тебе. Мы так виноваты перед тобой! Мы не переживем, если ты пострадаешь, пытаясь помочь нам! – попыталась успокоить меня одна из женщин.
– О Яре? – вступил Риаган. – Глава просто боится, что мы сбежим и бросим ваших раненых умирать, поэтому хочет оставить Яру как приманку! Снова посадишь нас в погреб?
Все головы разом повернулись в сторону Главы.
– Я этого не говорил, – нарочито спокойно сказал Глава. – Никто не причинит Яре и изгою вред, пока они в нашем клане. Но я действительно беспокоюсь. В прошлом наши отношения складывались очень неудачно. У вас нет причин помогать нам. Что если вы действительно бросите нас в нашей беде? Мы бы вас прекрасно поняли, правда? – обратился он за поддержкой с членам клана. Кто-то из них закивал, кто-то топтался, опустив глаза, кто-то перешептывался.
– У многих из нас здесь лежат дети, братья, жены, мужья! – Глава обвел рукой устланную телами поляну рукой. – Мы не хотим их потерять! Вы тоже должны нас понять. И мы в самом деле боимся, что наши любимые останутся умирать без помощи.
В толпе послышались женские всхлипы и мужской обеспокоенный ропот.
– Теперь ты оскорбляешь нас. Не ровняй всех по себе! – сказал Айгир. – Это не мы нарушили слово, приговорив своих гостей к казни.
– Они могли сбежать еще в начале нападения! – вступился за нас Сарон. – Но они остались и помогли! Яра защищала мою мать, которая сторожила ее до казни, и моего брата, который до этого называл ее бешеной чужачкой. Айгир спас его от смерти и помог отыскать моих братьев. Риаган дрался вместе с нами на поляне, а затем помогал строить навесы и носить раненых. Я назвал Айгира и Риагана своими братьями, а Яру – сестрой. Сколько возможностей у них было, чтоб уйти, и мы бы даже не заметили этого?
Люди снова одобрительно закивали. Они все больше проникались тем, что говорил Сарон. Глава отчаянно пытался держать лицо. Еще бы! Если бы он упустил ситуацию сейчас, авторитет перед народом был бы потерян навсегда. Клан и перед резней раскололся надвое. Ведающая Мать погибла, собирая противостояние Главе. Народ был растерян. Глава крутился ужом, выкручиваясь и проявляя чудеса убеждения.
– В первую очередь мы беспокоимся о жизни Яры. Но и подтверждение того, что ты вернешься, нам хотелось бы иметь. Потому мы просим Яру побыть нашей гостьей еще немного. Изгой тоже будет размещен в деревне с удобством и радушием.
– Может ты для начала перестанешь звать меня изгоем? – спросил Риаган.
– Прости, Риаган. Это я по старой привычке.
– Не надо!
– Мы верим им!
– А мы – нет!
– Что с того, что они помогли? Они не обязаны рисковать ради нас!
– Да, это не их клан!
– В друг они передумают?
– А что, если они специально не лечат наших раненых, чтоб сбежать?
– Зачем им такие сложности? Их никто не держал.
– Если полетят оба – больше шансов!
– А если девчонка пропадет в горах? Жалко!
– А если Охотник пропадет?
– Тогда у наших шансов совсем не будет!
– А если они передумают?
Толпу разрывали противоречия. Люди спорили, отпускать нас или не отпускать. Глава наблюдал за спорящими с едва уловимой довольной улыбкой.
– Я приму решение, раз уж никто не может договориться. Яра останется в клане как почетная гостья. Риаган будет при ней. Как только Айгир вернется с помощью, мы поможем вам собраться в дорогу. Вы можете взять себе любые богатства из нашего клана. Украшения, золото, меха. Все, что захотите, мы отдадим вам в благодарность за спасение наших близких.
– Подавись ты своим золотом, – зло бросил Риаган.
– Более того, мы вновь примем в наш клан Риагана! – воодушевленно воскликнул Глава. – Он искупил вину перед кланом!
Жители деревни радостно хлопали в ладоши, пока мой охотник пытался справиться с изумлением.
– И, конечно, с радостью проведем ваш обряд объединения! Устроим такой пир, какого не видывал даже Большой Совет!!!
Народ ликовал. Они выкрикивали прославления Риагану, мне и брату! Глава изображал благодушную улыбку, но я чувствовала – врет. Он сказал бы все, что угодно, чтоб успокоить людей и удержать власть в своих руках. И сейчас он понимал, что толпа радуется именно за нас, а не его управленческому таланту. Но, хоть и временно, толпа взята под контроль. А значит, у Главы есть возможность удержаться в седле и вернуть себе былую власть.
– Решено! Отправляйся в дорогу! – сказал Глава брату.
– Если Яра останется здесь, я никуда не полечу! – Айгир скрестил руки на груди и смотрел на Главу готовой к атаке змеей.
Жители разочаровано выдохнули. На поляне на мгновение воцарилась оглушающая тишина, которую почти тут же разорвал шквал возмущения.
– Если вы не доверяете нам, почему мы должны доверять вам? – крикнул в толпу Риаган. А затем повернулся к Главе. – Без Рунтара и его серых гадин ты уже не такой самоуверенный, да?
– Почему ты идешь против своего клана?
– Это больше не мой клан! – с оттенком горечи сказал Риаган.
– Я же пообещал принять тебя обратно, если…
– Если… Если… У тебя на всё условия. «Приму, если… Отпущу, если…» – передразнил Риаган и обратился к народу. – Глава постоянно нарушал свое слово, с моменты, как мы приехали. Он обещал нам приют, а посадил под замок. Назвал нас гостями, а затем объявил врагами. Он обещал Яре защиту и чуть не казнил ее. Пообещал ее Рунтару, хотя она не давала согласия, а затем передумал. Сидя в том подвале, мы с Айгиром прекрасно слышали сплетни, которые передавали друг другу наши охранники. И еще раньше, когда давал клятву Главы чтить традиции Гор, защищать слабых и нести в народ мудрые решения. Обещал Рунтару место в Совете и солгал, пусть и во благо, как он говорит. Как можно верить его обещаниям сейчас?
Люди слушали Риагана. Многие согласно кивали.
– Подумайте, сколько всего случилось в последние дни. Клан отошел от Традиций Гор и его чуть не разодрала междоусобица. Отцы поругались с сыновьями, Пирия погибла в разгар этой свары. Хранительница Традиций! Мы чуть не потеряли то, что делает нас теми, кто мы есть. Уважение к отцам, единство семей, единство всего Горного народа, весь наш уклад поставлены под сомнение. Кем мы будем, лишившись всего этого? А я скажу! Мы станем похожи на жителей Равнины, которые до сих пор грызут друг другу глотки при первой возможности, как затравленные псы!
– А он, оказывается, мастер поговорить. Даже меня проняло, – в пол голоса сказал мне Айгир.
Я смотрела на Риагана с восхищением. Он завладел вниманием людей мгновенно. Он взывал к их памяти, к тому, что было заложено в самой глубине их сущности. И люди помнили. Вспоминали. Их лица светились одухотворением и спокойствием. Такое бывает, когда человек, долгое время сомневающийся, вдруг обретает ясность мышления.
– Риаган прав! – вмешался Глава. – Мы не должны забывать, кто мы такие! И потому заявляю: мы не станем удерживать Яру силой рядом с нами! Если она хочет полететь с братом, мы отпускаем ее! И мы верим вам! Вы не бросите нас! Потому что мы – один народ. Мы Горные Охотники!!!
Под всеобщие одобрительные возгласы нас стали собирать в дорогу. Глава деловито раздавал указания, отчаянно стараясь показать себя хорошим правителем. Мы составляли план наших перемещений в соседние кланы, обсуждали с местными дорогу, привалы и возможные трудности пути.
Я с волнительным предвкушением наблюдала, как упряжь одного из павших в бою воинов переделываюли под моего ящера. Это было важно. Мне предстояло впервые провести в полете такое долгое время. Я немного волновалась. Сидеть должно было быть удобно. А со мной вместе должен был лететь еще и Риаган. Ящер у прежнего хозяина размерами был похож на моего, потому подгонка прошла довольно быстро и несложно. К седлу приделали дополнительную пару ремней, чтоб плотнее закрепить его под животом моего зверя, да проделали дополнительные дырки в уже имеющихся ремнях. Не самый удачный вариант упряжи для летуна по мнению моего брата, но выбирать не из чего. Вот выберемся из всей это переделки, тогда я и подумаю о том, чтоб обзавестись собственным седлом.
Седельные сумки моего нового снаряжения быстро заполнялись всякими полезными вещами. На лицах жителей были написаны воодушевление и надежда. А я нервничала все больше. Ждала подвоха от Главы. Он суетился наравне со всеми, мастерски пряча досаду за любезной улыбкой. Он держался уверенно и раскрепощенно, но я чувствовала его напряжение. Я боялась, что он придумает что-то, чтоб помешать моему отлету, и я старалась не пропустить момент, когда он решит воплотить свою каверзу в жизнь. Стараясь держать его все время в поле зрения, я даже допустила малодушную мысль и в самом деле сбежать втроем и бросить все. Прямо сейчас подхватить Риагана и взвиться в небо, чтоб от нас только воспоминание осталось. Но я понимала: мы не сможем. Не бросим. Мы не сможем дальше считать себя истинными Горными охотниками, если бросим в беде свой народ. Только Глава почему-то не верит. Ему не нравилась наша затея и он с удовольствием запер бы меня или Риагана в каком-нибудь подвале, чтоб улетевший Айгир имел больше оснований вернуться сюда с помощью. Брат и Риаган, казалось, тоже разделяли мои опасения. Оба были напряжены и насторожены.
Предстояло еще срисовать карту гор перед отправкой. Глава великодушно вызвался заняться этим, раз уж не осталось в живых никого из Совета. Когда предводитель деревни скрылся в доме Совета, я облегченно выдохнула. Побыстрее бы он скопировал эту карту. Побыстрее бы мы уже отправились в путь. Выполнить обещание и упорхнуть отсюда. Но не попытается ли Глава запутать нас, исказив карту? Да, ему выгодно, чтоб жители деревни спаслись при его помощи. Только вот помощь эта получается очень уж малая. Так, сбоку постоял, называется. С другой стороны, если мы заблудимся в горах и не приведем помощь во время, мы станем снова врагами клана. И тогда, вернувшись сюда, мы снова попадем под наточенный топор. Это могло бы стать поводом разжечь розню заново и неплохо на ней подняться. А склоками Глава управлять умел. Это я уже поняла. Когда люди злятся и боятся, ими проще управлять. Подкидывай им новую жертву для растерзания, да подстегивай гнев, давя на больное. А если мы просто погибнем в горах, ему, опять же, уже не придется переживать о нарушенных отношениях с нашим кланом, и о том, что в результате борьбы с тенями, Риаган обрел доверие людей. Я предавалась мрачным мыслям и чувствовала себя затравленным зверем, готовым в любому человеку приписать злое намерение.
– Риаган, смотри, – брат встревоженно указал куда-то за наши спины и выхватил из-за пояса свой нож.
Риаган, потянул меня за локоть, отступая вплотную к Айгиру.
К поляне двигался Глава. Не сам. К его горлу был приставлен нож. Из-за плеча Главы затравленно сверкал глазами Рунтар. Серые тени сомкнулись вокруг них плотным кольцом.
Толпа охотников Ма-Тару ощетинилась лезвиями ножей и двинулась навстречу.
– Не подходите! – Рунтар отшатнулся, дернув пленного на себя. Из-под лезвия ножа по шее Главы потекла тонкая струйка крови. Серое кольцо теней качнулось к центру, поводя носами и жадно принюхиваясь. Рунтар бросил взгляд на свою стражу и почти взвизгнул. – Стоять!!!
Кому это обращалось, я не поняла. Охотники Ма-Тару остановились. Серые тени замерли навытяжку, нервно дергая длинными хвостами и скаля клыки.
– Предатель! – пущенный откуда-то из толпы нож пролетел прямо над ухом чудом успевшего пригнуться Рунтара. Серые тени расступились, пропуская клинок, и затем снова сомкнулись. Нож воткнулся в землю где-то за ними.
– Я не предатель! – выкрикнул Рунтар. – Я не хотел этого! Это все из-за него!
Рунтар пихнул в спину пленника.
– Скажи им!
Глава молчал.
– Скажи!!! Это из-за тебя тени вышли из-под контроля! Из-за тебя они истребили половину деревни!
Жители деревни в недоумении переводили взгляды с Главы на его похитителя.
– Я не виноват! – теперь этот ненормальный обращался к жителям. – Глава предал меня! Он посчитал, что в деревне меня слишком любят. Он хотел забрать теней себе, а меня убить.
– Послушайте, это же полная чушь… – попытался возразить Глава, но его фразу прервал плотнее впившийся в горло клинок.
– Я все слышал, что они говорили на Совете. Что я опасен для них. Не для клана, слышите! Для них, для Старейшин! Они боялись за свою власть! Боялись меня! И сделали так, что тени напали на вас! Как только я узнал, что происходит, я отозвал теней.
Рунтар нервничал. Он бегал взглядом по толпе охотников, частенько напряженно озираясь на теней. Не доверяет им больше? Боится?
– Я столько трудился, чтоб занять достойное место в клане! Меня любили здесь и уважали! Зачем мне было убивать людей? А теперь я все потерял!
– Ты был опасен не для нас! – выкрикнул Глава. – Для людей! Ты и твои тени!
Нож у его горла заметно дрожал. Рунтар был в ярости и еще раз встряхнул свою жертву.
– Хватит врать! Скажи, как все было на самом деле! Иначе я убью тебя!
– Убьешь меня и у тебя не станет больше живого щита. Мы научились убивать твоих теней и оружие при нас!
Один из охотников сыпанул в ближайших к нему теней пригоршню соли и две твари с визгом покатились по земле, растворяясь. У ног Рунтара оглушительно завопила мать теней, извиваясь словно от боли.
Толпа одобрительно зарокотала.
– Она чувствует их боль! Так им!!!
– Зря ты пришел сюда, – воспользовался замешательством Рунтара Айгир. – Тебе никто не поверит. Ты опасен для клана. Тебе нужно было бежать. Подальше. Забрать своих теней и скрыться. Это было бы умно с твоей стороны. Но ты остался. А значит, ты не так умен, как хочешь казаться.
– И теней твоих больше здесь никто особо не боится. Мы и яд их победим, – добавили из толпы.
Рунтар оглянулся на своих теней, ряды которых заметно поредели.
– Я остался, потому что не виноват! Я хотел доказать это всем! И ты расскажешь! Ты все расскажешь!
– Ты не ради клана стараешься, – сказал Риаган. – Тебе просто страшно уйти одному. Настолько страшно, что ты готов рисковать сдохнуть здесь от мести своих соплеменников. Теперь тебе в любом случае от сюда не уйти, убьешь ты меня или нет.
– А, изгой? Тебя еще не казнили? – прошипел Рунтар.
– Он помог нам в тяжелый час! Он снова Риаган из клана Ма-Тару! – объявил какой-то седовласый великан из первого ряда охотников. Клан согласно загудел. Глава нахмурился и молча скосился на говорившего насколько позволяло это прижатое к горлу лезвие.
Рунтар злорадно рассмеялся.
– Чего напрягся? – с издевкой процедил он в ухо Главе, но все услышали. – Я смотрю, клан уже все решил. Без тебя. Теряешь хватку! Эй, а что если мне рассказать им всем твой маленький секрет?
– У меня нет секретов, – заявил уверенно Глава.
– Так уж и нет? Ты виноват в бойне,и когда люди поверят мне, пройдутся по тебе как черный смерч по Долине.
– Не вали свою вину на меня. Здесь все прекрасно понимают, как сильно тебе хочется оправдаться. Но, боги видят, Рунтар и вправду не так уж виноват! – вдруг выдал Глава и все взоры обращатились к нему.
– Слышите? Я не виноват! Глава это признает! – Рунтар снова ткнул в спину пленника, побуждая того говорить. – Расскажи им все!
– Конечно, признает! Ему нож горло щекочет! – выкрикнули из толпы.
– Да, Рунтар опасен для клана. Он просто не справился с тенями! Он искренне хотел как лучше. Они размножились и стали сильны и опасны! И перестали его слушать. Рунтар еще молод и горяч. Он не видел, что все шло к этому. Мы со Старейшинами видели это и старались найти способ связать теней, пока не стало поздно. Но не успели, – голос Главы дрогнул.
– Ах, ты! Лживый червяк! – шипел Рунтар.
– Признай же. Ты просто не удержал их.
– Из-за тебя!
– Тени – это твое оружие, верно ведь? – спросил Глава, старательно придерживая руку с ножом возле своего горла. И я вдруг отчетливо поняла, к чему он вел. Пытался выехать героем из всего этого. Хотел смутить Рунтара. – Ты винишь меня, но это твое оружие. Никто не владеет им кроме тебя. Они слушают только тебя. Как я мог приказать им что-то сделать? Подумай сам, если охотник отвлечется на красивую деву, и уронит нож в реку, что ему скажут?
– Сам зазевался! – подсказали в толпе.
– Да! Многие из нас опасались этого! – поддержали охотники.
– Твое оружие опасно и сильно, – продолжил Глава. – Тебе просто не хватило опыта управиться с ним.
Рунтар тяжело задышал, хмурясь.
– Откажись от них, брат! – Глава говорил проникновенно и с жаром. – Они принесли тебе беду. Смотри, из-за них пострадал твой клан. Из-за них погибли хорошие охотники, а другие лежат сейчас полумертвые раненые. Это слишком опасное и неуправляемое оружие. Они никому не подвластны по-настоящему. Знал бы ты, что они творили здесь, пока ты не видел. Они наслаждались этим. Кровью, нашим страхом, борьбой, смертью. Они рвали нас, кусали и были рады делать это.
Рунтар напряжено замер. Он смотрел себе под ноги, где снова сидела мать теней.
– Выбери, брат, они или мы. Мы верим, что ты не хотел вреда. Верим ведь? – обратился Глава к клану и его вопрос повис в полной тишине на мгновение.
– Верим? – повторил Глава и клан зашелестел, нехотя принимая подсказку Главы и соглашаясь.
– Видишь? Они верят! – воодушевился Глава. – И они не винят тебя. Мы же из одного клана, Рунтар, а ты стоишь сейчас, приставив нож к горлу своего брата. И это все они сделали. Они вбили между нами клин. Прогони их, брат! Избавься от них.
Рунтар нервно сглотнул. Рука с ножом дрогнула.
– Мы поможем тебе. Мы вместе придумаем, как уничтожить их. Ты один из нас и останешься одним из нас. Мы не повторим ошибок, сделанных с Риаганом, и не бросим своего брата одного.
Взгляд Рунтара лихорадочно метался по лицам охотников. Казалось, он колебался.
– И должность Старейшины у тебя никто не отберет. Мы сформируем новый Совет и достойнейшие мужи войдут в него, чтоб служить на благо клана.
– Я тебе не верю, – рука с ножом сильно дрожала. – Ты заговариваешь мне зубы. Хочешь выпутаться из истории чистеньким. Не выйдет.
– Нет, брат. Ты ведь и сам так думаешь. Что ты чувствовал, когда увидел всех этих раненых? Разве ты не возненавидел существ, сотворивших это? Разве не посетила тебя мысль о том, насколько они опасны?