Дочка и отец-одиночка

– Поль, я еду на совещание, если что-то срочное, говори быстрее, – просит он.

– Да-да, конечно, я быстро, – торопливо отвечаю, как никогда радуясь его спокойному тону. – Метелин не хочет нам помогать. Он не признает наличие дочери и не желает ничего подписывать.

– Поль, – вздыхает жених, – разве ты не знаешь, как решаются такие вопросы? Он кто? Рядовой опер в регионе, зарплаты там далеки от столичных, а хорошо кушать хочется всем. Предложи ему денег.

– Сколько? – Хлопаю себя ладонью по лбу.

И как я сама не догадалась?

– Не знаю. Начни со ста тысяч и торгуйся, но не переходи адекватные пределы, – инструктирует Виталий.

– Р-рублей? – прорывается у меня дурацкое «р», и на том конце повисает неприятная тишина.

Жениху не нравится, когда я картавлю, это не подходит для его политической кампании. Именно поэтому я занимаюсь с логопедом, и у меня даже получается говорить правильно, но, когда нервничаю, картавость возвращается непроизвольно. Становится неловко перед женихом.

– Рублей, конечно, – твердо говорит он. – Все, Полина, я отключаюсь, у меня дела. Разбирайся с Метелиным. Вечером расскажешь.

– Ладно, – вздыхаю, опустив голову и руку с телефоном. Смотрю, на пустое парковочное место, откуда успела уехать главная причина моих проблем.

Так и придется ехать к нему домой. Кто бы знал, как не хочется… Сначала позавтракаю в ближайшем кафе.

Оплачиваю счет и вызываю такси на адрес, найденный Виталиком. Пока едем, сначала разглядываю город, но экскурсия никак не отвлекает меня от тяжелых мыслей. Листаю старые фотографии в телефоне. Какая Тося все же шкодная. Ладони в краске и отпечатки ее ладошек на белых обоях, а моська такая счастливая, что и ругать мы ее с Наташей тогда не стали. Разрисовали обои в детской вместе. Не помню, когда до того случая, да и после него, я позволяла себе так веселиться, ведь нужно быть взрослой и ответственной в отличие от этого… чтоб его, Метелина!

Нахожу его квартиру и настойчиво давлю на кнопку дверного звонка. Кирилл распахивает дверь, и я, опешив от его внешнего вида, каменею. Голый! Мало того, что этот монстр безответственный, он еще и раздетый. Да как он… как он смеет вообще?!

Подтянутый, мягко говоря. Пресс даже на вид кажется стальным. От пупка вниз идет темная дорожка волос, а там…

Боже…

Я чувствую, как щеки пылают от неловкости, а этот гад захлопывает дверь прямо перед моим носом. Разворачиваюсь, прислоняюсь к ней спиной и стучу каблуком, в глубине души даже надеясь, что выйдет кто-то из соседей. Может быть, тогда Кириллу станет стыдно.

– Откройте сейчас же. Мне очень нужно, чтобы мы с вами оформили документы. Девочке нужна нормальная семья. – Мой голос дрожит от обиды и отчаяния. За Тосю очень обидно. Какой же кошмарный отец ей достался!

– Разбирайся с этим без меня, – отзывается глухой голос с другой стороны.

– Я не могу без тебя… Без вас, – тут же исправляюсь. – Кирилл Юрьевич, так ведь нельзя. Тося еще маленькая, она привыкла к дому, а сейчас ей приходится жить с чужими людьми, а я пытаюсь ей помочь. Неужели у вас совсем нет… Ай! – Сначала я проваливаюсь будто в черную дыру и ударяюсь о твердые грудные мышцы, а затем меня сжимают крепкие руки, но тут же отпускают, и я больше не падаю.

– Если ты не оставишь меня в покое, я привлеку тебя за домогательство, – сухо сообщает он. Моя челюсть в этот момент готова удариться о порог его квартиры.

Какого лешего он так со мной разговаривает? Я ему что, девочка легкого поведения? Конечно, он ведь привык именно к таким. У него на лице все написано. Только мне наплевать. Пусть подпишет все, что мне нужно, и я исчезну из его жизни навсегда. Клянусь.

– Что-о? – вместо бурного потока возмущенных мыслей вырывается из моего приоткрытого рта. – Да что вы себе… – Он делает медленный, опасный шаг ко мне. – Метелин! – вскрикиваю, вжимаясь лопатками в дверь. – Метелин, прекратите так себя вести. Речь идет о вашем ребенке, – повторяю в который раз за последние несколько часов.

Его рука проскальзывает мимо меня и щелкает внутренним замком, запирая нас в квартире.

– А одежды у вас совсем нет? – отвожу взгляд от его стального пресса и замечаю страшный бардак вокруг нас. Внутри поднимается неприятное ощущение тревоги и появляется острое желание разложить все на свои места, но я тут точно не в качестве его личной уборщицы.

– Ты слишком много от меня требуешь. – Он складывает мощные руки на груди.

– Вы правы, – сдаюсь я. – Извините, – решаю, что это будет правильно. – Кирилл, я бы не беспокоила вас, если бы не…

– Это я уже понял, – бесцеремонно перебивает он. – Кто такая Наташа?

– Моя лучшая подруга. Она…

– Пройди на кухню, я сейчас приду, и мы там поговорим, – снова перебивает он.

Хам, но я глотаю столь бесцеремонное поведение, надеясь, что он все же отправился за одеждой. Да и главное, чтобы был результат, остальное я переживу.

– И разуться не забудь! – кричит Кирилл из комнаты, в которой успел скрыться.

Приоткрыв рот, с ужасом смотрю на пол, покрытый мусором, землей из цветочного горшка и еще непонятно чем, но раз хозяин попросил, снимаю туфли и слышу его насмешку все из той же комнаты:

– Я пошутил.

Резко выдохнув, сжимаю кулаки, отряхиваю ступни и прохожу на кухню.

Ровно до этого момента мне казалось, что в этой квартире меня уже ничего не удивит, но прямо передо мной расположился современный высокий холодильник, обмотанный настоящей железной цепью с крупными звеньями, запертый на навесной замок.

Глава 5. Кирилл

Вот же, принесла нелегкая!

Несколько раз отжимаюсь, чтобы перевести напряжение в другую часть тела, быстро умываюсь и натягиваю домашние штаны. Футболку игнорирую намеренно, много чести.

Выхожу из комнаты и прохожу на кухню. Царапкина стоит у столешницы, сложив руки на груди, и нервно кусает губы. Непослушная прядь светлых волос снова падает ей на глаза, заслоняя очки, и она дергает головой, откидывая волосы в сторону.

– Итак, Наташа, – напоминаю я, появляясь на кухне.

– Футболки у вас кончились? – Ее сочные губы вытягиваются в линию.

– Вообще-то дома я привык ходить голым… – тяну резинку штанов вниз, а глаза Царапкиной смешно округляются.

– Я поняла, не надо!

Довольно хмыкаю, выбираю самую чистую чашку из стоящих в раковине, ставлю в кофемашину и включаю ее.

– Вы будете пить из грязной чашки? – Бровь девушки надменно изгибается.

– Не такая уж и грязная, – пожимаю плечами.

Полина снисходительно закатывает глаза, а я продолжаю издеваться.

– Хочешь, и тебе сварю?

– Нет, спасибо.

Вижу, как ее передергивает, и широко усмехаюсь.

– Зачем вам замок? – кивает она на холодильник.

– Чтобы никакая зверюга не пролезла, – шепчу ей доверительно. – И не сожрала мои пельмени.

– Очень смешно, – морщится девушка, не веря моим словам, а я не собираюсь ее переубеждать.

Где-то в глубине квартиры слышится шорох, но я не обращаю внимания. Захочет – сам придет.

– Давай уже к делу, – забираю свой кофе и сажусь за стол.

Надо поскорее разобраться в недоразумении и отправить гостью обратно. Хотя я бы немного поиграл с этой девушкой, но уже по своим правилам.

– Моя подр-руга Наташа приезжала в ваш город по р-работе. – Царапкина кладет передо мной фотографию девушки. – У вас был мимолетный р-роман. Потом она уехала в Москву и через девять месяцев р-родила Тосю…

Смотрю на фото. Лицо девушки не кажется мне даже смутно знакомым. Так ведь не бывает? Если я не помню мать ребенка, он же не может быть моим? Бред какой-то.

– С чего ты решила, что именно я отец? – спрашиваю прямо. – Может, эта твоя Наташа еще с кем-то крутила?

– Да как вы смеете такое говор-рить! – Царапкина снова смешно картавит. Набирает в легкие побольше воздуха, но потом словно сдувается. – На самом деле это не важно… Вы записаны в свидетельстве о рождении, и теперь без вас никак.

– Ну допустим, – вздыхаю я и тру пальцами переносицу. – И что ты предлагаешь?

– Вам надо согласиться на лишение родительских прав на Тосю. И все.

Так просто. Отказаться от ребенка, которого я даже не видел ни разу. Да и не тянет, если честно. Но… растираю лицо ладонями. Ерунда какая-то.

– Человек вы или нет? – давит Полина. – Из-за вас девочка должна жить в детском доме. А она домашний ребенок, ей плохо там…

– Я понял. Сначала надо сделать тест ДНК, – залпом осушаю чашку и отставляю в сторону.

– Зачем? – недоумевает Царапкина. – Вы же не хотите забрать Тосю себе?

– Не хочу, – подтверждаю я. – Но разобраться надо.

– Да с чем р-разбираться? Отдайте мне мою девочку. Мы с Виталей уже все р-решили. Ей с нами будет хор-рошо.

– А Виталя у нас кто?

– Мой жених, – гордо заявляет она. – Ну хотите, мы вам заплатим за отказ?

– Серьезно? – Пришла моя очередь удивляться, а Царапкина кивает.

– Сколько вы хотите? Сто? Двести?

– А не боишься, что я тебя на диктофон записываю? Забыла, где я работаю? А ты мне взятку…

– Да вы, вы…

Она хочет что-то сказать, но не успевает. Из ванной слышится звук льющейся воды.

– Что это? – Полина смотрит на меня. – Вы не один?

– Ну как сказать… – усмехаюсь я, думая, как объяснить, с каким чудовищем живу. Но ей мои объяснения совершенно ни к чему.

– Ну вы совсем! – Она срывается в прихожую, что-то бормочет себе под нос и возвращается, звонко цокая каблуками. – Где мой телефон?

– Откуда я знаю?

– Вы издеваетесь? – шипит Царапкина. – Он был там, около двери. Я точно помню.

Нехорошее предчувствие закрадывается где-то внутри. Кажется, я знаю, куда он делся.

– Пойдем поищем, – поднимаюсь на ноги и иду к ванной. Полина семенит за мной.

Распахиваю дверь и вижу картину маслом. Миха сидит на краю ванной и старательно намывает телефон под краном.

– Не может быть, – шепчет за моей спиной девушка. – Это что, енот?

– Как видишь.

– Что он делает?

В этот момент енот поворачивает голову к нам и разжимает лапы. Телефон падает в ванную, которая наполовину заполнена водой, и ударяется об дно.

– Мой телефон! – вскрикивает Царапкина. – Что вы натворили?

– Я?

Миха тем временем смекает, что сейчас ему прилетит, спрыгивает с ванны и выбегает за дверь, оставляя меня с этой проблемой один на один.

Глава 6. Полина

Я в ужасе. Этот мужчина продолжает вносить хаос в мою жизнь, даже просто стоя на одном месте. Мы одновременно резко разворачиваемся к ванне, наклоняемся за моим телефоном и больно ударяемся лбами.

– Ай, – хнычу я, растирая ушибленное место. Кирилл шипит, недовольно глядя на меня. А я что, виновата, что его енот утопил мой мобильный?

– Ты уверена, что тебе можно доверить ребенка, Цар-р-рапкина? – дразнится этот гад, вынимая телефон из воды. – Такая неуклюжая…

– Да ты… да я… – Не нахожу, что сказать и просто выхожу из ванной.

Это самый ужасный день в моей жизни. Внутри полнейший хаос. Я потеряла равновесие, я растеряна, устала и никак не могу вернуть себе контроль над ситуацией. Как только у меня это получается, Метелин вносит свои коррективы, и снова все разваливается.

Сажусь на табуретку и смотрю в одну точку, чувствуя, как стучит в висках и дышится труднее, чем обычно. Мне еще панической атаки не хватало на фоне всего происходящего.

Прикрываю глаза и ищу привычное равновесие. Пожалуйста, пусть мир остановится и все встанет на свои места. Мне нужен порядок хотя бы в мыслях.

– Ладно тебе. – Тяжелая ладонь хлопает меня по плечу и районе живота происходит очередной за сегодня нервный взрыв. Я вздрагиваю всем телом и поднимаю взгляд на виновника моего состояния. – Починим сейчас твой телефон.

– Ты правда умеешь? – с надеждой смотрю на него.

Кирилл достает из шкафа пластиковую миску и упаковку риса. Высыпает часть риса, кладет в него телефон и засыпает остатками. Мы вместе смотрим в миску, ожидая, что же произойдет дольше.

– Я в интернете видел, что так спасают «утопленников», – серьезно сообщает он.

– М-м-м… – В этот момент я понимаю, что с последним взрывом мои нервы все же перегорели, и губы трогает лишь нервная полуулыбка. – Тогда мне все ясно.

– И что тебе ясно? – Кажется, мы окончательно перешли на «ты».

– Что ты способен лишь создавать проблемы, а брать на себя ответственность и решать эти самые проблемы, как делают настоящие мужчины, не способен, – поднимаюсь с табуретки и раскапываю свой телефон. – Это даже хорошо, что в жизни Тоси не было такого отца. Мне страшно представить, что стало бы с жизнью девочки.

– Ну знаешь. – Метелин скрипит зубами, только мне уже все равно. Я действительно очень устала.

– И знать ничего не хочу. Напиши отказ, Кирилл. Хотя бы тут прояви взрослость и ответственность, – не оглядываясь, говорю ему.

Выхожу в прихожую. С верхней полки на меня смотрят два сверкающих глаза наглой лохматой морды.

– И ты безответственный, – заявляю еноту. – Весь в хозяина.

Спускаюсь на улицу, давлю на кнопку включения телефона и быстро понимаю, что умер он навсегда. Теперь мне даже такси не вызвать. Супер. Чужой город, расшатанные нервы, самый безответственный недомужчина на всей планете, наглый енот и утопленный телефон – вот что мне досталось в первый же день поездки. Страшно подумать, что такими темпами ждет меня дальше. Для начала было бы неплохо найти способ добраться до отеля.

Прикидываю, что могу сделать это на общественном транспорте, а номера автобусов или троллейбусов можно узнать у местных. Такие люди наверняка есть на остановке, а остановки часто располагаются возле жилых домов, а значит, я скоро смогу уехать отсюда.

Направляюсь к концу дома и слышу крик в спину:

– Эй, Царапкина! Стой!

Не оглядываясь на Метелина, упрямо цокаю каблуками дальше. Цепляюсь за какую-то яму на асфальте, на миг теряю равновесие, но быстро нахожу его и иду дальше, сделав вид, что так и должно было быть.

– Вот упертая дура, – раздается рык где-то совсем рядом. – Стой, сказал. Такси тебе вызову. Ехать куда?

Расправив плечи, поворачиваюсь к Кириллу и пытаюсь рассмотреть, не решил ли он снова поиздеваться надо мной.

– Да-да, я мудак и не мужик и безответственная сволочь, но можно мне сначала адрес или мы так и будем торговать тут моим торсом? Не то чтобы я был против, у меня как раз секса давно не было… – Он делает опасный шаг ко мне.

– Отель «Панорама», – выпаливаю я, отклоняясь назад, чтобы не подпускать полуголого наглеца слишком близко.

Он криво ухмыляется и правда вызывает для меня такси со своего телефона.

– Хоть бы спасибо сказала, – бубнит, выполнив миссию и решив уйти.

– Спасибо, – шепчу, думая, что он не услышит.

– Не за что, – не оглядываясь, отвечает Метелин.

Надо бы запомнить, что у него отменный слух.

Такси приезжает через десять минут и быстро довозит меня до отеля. Я поднимаюсь в уютный, просторный номер с идеальным порядком и ощущаю, как мне физически становится легче от баланса в пространстве. Приятный запах, все стоит точно на своих местах, никаких оперов и енотов, только ванна, горячий чай и хороший фильм перед сном. Вот все, чего я сейчас хочу. Сначала надо сделать еще одно важное дело, а потом точно отдыхать.

Со стационарного телефона дозваниваюсь до Виталика.

– Поля, я же сказал, что занят! – рычит на меня жених.

– Прости, у меня возникли непредвиденные проблемы, и мне очень нужна твоя помощь, – устало присаживаюсь на край тумбы.

– Ладно, рассказывай, – раздраженно вздыхает он.

И я быстро пересказываю Виталику все, от того, что Метелин от денег отказался, до утопленного телефона. И еще мне нужен новый билет на самолет, и продлить бронь в отеле было бы неплохо.

– Купи завтра новый мобильный, – распоряжается Виталик. – Надеюсь, карты ты не потеряла? Я не узнаю тебя, Полина, – строго отчитывает он.

– Сложный день, – соглашаюсь я.

– Не повод быть столь рассеянной. Ты всегда держишь свою жизнь под контролем. Это важное качество для жены политика, – не может успокоиться он.

– Да, ты прав. – У меня нет сил с ним спорить, я вымотана, выжата и расстроена.

Виталик заканчивает разговор, а через пятнадцать минут перезванивает прямо в номер, чтобы сообщить, что он все решил и с отелем, и с билетами, и даже перевел мне денег на карту для незапланированной покупки.

Благодарю его и наконец отправляюсь в ванну. Ощутив, как мое тело стало чище, я чувствую, что и внутри еще немного полегчало. И все вроде бы уже не кажется таким страшным. Я снова начинаю контролировать собственные эмоции, и, вероятно, у меня хватит сил, чтобы решить проблему с Метелиным.

Замотавшись в полотенце, выхожу из ванны и слышу, как в номере снова звонит телефон.

– Слушаю, – отвечаю я.

– Полина, я передумал. Больше никаких встреч с Кириллом, вылетай домой. Я решу с ним сам, по своим каналам, – сообщает мне Виталий.

– Правда? – с надеждой переспрашиваю у него.

– Да, если ты не передумала удочерять Тосю. Но я бы на твоем месте все же еще раз подумал об этом. Все обстоятельства против…

– Да это не обстоятельства против, а Кирилл ведет себя как засранец, – выпаливаю я.

– Хорошо. Я жду тебя завтра дома.

– Ты приедешь меня встречать? – Зеваю, прикрыв рот ладонью. Вероятно, фильм я сегодня не посмотрю.

– Постараюсь.

Мы заканчиваем разговор с женихом, как всегда, прохладно. Иду в спальню, ложусь на чистую до хруста простыню и закрываю глаза. В моих снах калейдоскопом крутятся Тося, Виталик, енот и Метелин, потом почему-то Метелин с головой енота, и я смеюсь от души, как никогда не смеялась. Просыпаюсь от этого и удивленно моргаю.

– Надо же такому присниться. – А улыбка так и не сходит с лица. Кириллу точно подходит такой образ.

Заказываю завтрак в номер и собираю свои вещи. Через три часа покупаю новый телефон, сим-карту и еду в аэропорт. Выхожу из такси, предоставленного мне отелем. Уверенно шагаю в прохладу здания и…

… передо мной вырастает две крупные фигуры в форме.

– Что происходит? – удивленно спрашиваю у полицейских.

– Царапкина Полина Сергеевна, – обращается ко мне тот, что выглядит старше, – вам придется пройти с нами.

Глава 7. Кирилл

– Что ж ты такой негостеприимный? – треплю полосатого между ушей. – Телефон утопил, девушку расстроил.

Миха поднимает голову и смотрит в глаза, словно понимает что-то.

– Пойдем, кормить тебя буду, – вздыхаю и иду на кухню. Енот семенит следом.

Пока разбираюсь с потребностями хулиганистого питомца, думаю о произошедшем. У меня есть дочь. Пытаюсь осознать этот факт, и пока выходит крайне хреново. Не укладывается в голове. Я всегда был осторожен и предохранялся, чтобы избежать нежелательных сюрпризов. Осечек быть не могло, но ребенок появился.

Может, это какая-то ошибка? Скорее всего, так и есть. Но нужно, наверное, разобраться. В одном Царапкина права на сто процентов – девочке в детском доме не место. Я сам сирота и прекрасно понимаю, что она чувствует. В конце концов, от одного доброго дела мир станет светлее.

«Ты дома? Дело есть…»

Пишу сообщение соседке и через несколько минут слышу звонок в дверь. Открываю, на пороге стоит Маргарита. В легком халате на голое тело и с хищной усмешкой на губах.

– Неужели соскучился?

– Не в этот раз, – хмыкаю и пропускаю соседку в квартиру.

– Зачем тогда пригласил?

– Возьми к себе моего подопечного на несколько дней, – киваю на енота, который смешно лапами выгребает из миски овощи и заталкивает в рот.

– Метелин, ты в своем уме? – Она округляет глаза в притворном ужасе. – Я не хочу, чтобы он мою квартиру разнес так же.

– Да он просто скучает по хозяину, – отмахиваюсь я.

– И где же он? – Рита складывает руки на груди.

– Присел на пару лет…

– Отлично, а подельник почему тебе достался?

– Сам забрал, – растекаюсь в фирменной улыбке. – Его усыпить хотели.

– Кир, ну он же дикий и неуправляемый.

– Ему просто скучно.

– Да какая разница! Давно тебе говорю, продай мне квартиру, пока не угробил ее окончательно.

– Я подумаю под этим вопросом, – обещаю соседке. – Ну так что, возьмешь? Клетка и миски прилагаются.

– А ты точно его у меня не «забудешь»?

– Когда я врал-то? Решу дела в столице и вернусь.

– Что за дела? – сразу воодушевляется Рита.

– Да так… мелочи, – неопределенно пожимаю плечами.

– Ладно, Метелин, но будешь должен мне по гроб жизни.

– Договорились.

Угощаю соседку кофе. С Ритой мы знаем друг друга давно. Нет, у нас не роман, но иногда встречаемся, чтобы провести время без обязательств. Такой расклад устраивает обоих и не доставляет проблем.

– А что за баба к тебе приезжала?

– Все-то ты знаешь, – смотрю в глаза, думая рассказать или не стоит. – Дочь у меня в Москве.

– Дочь? – Рита едва не давится кофе.

– Похоже на то, – вздыхаю я и отвожу взгляд в сторону. – Надо сделать ДНК-тест, чтобы убедиться.

– А потом?

Пожимаю плечами. Я и сам не знаю, что потом. Но говорить про лишение прав совсем не хочется. Как-то даже не по себе.

– Господи, Метелин, где ты и где дети, – качает Рита головой. – Угораздило же.

Согласен. Все же Царапкина будет неплохой матерью, а я к роли отца совсем не готов. Это очевидно, да и не хочу я быть отцом. Это не мое, слишком большая ответственность.

Всю ночь думаю, очень хочу принять правильное решение, но его не существует. Все они одинаково правильные и неправильные одновременно. Но утром первым делом звоню начальству и объясняю все как есть. Мне нужно несколько выходных за свой счет, чтобы решить возникшие проблемы, и я их получаю. Только придется заехать поставить пару подписей. А это не быстро. Черт… надо ускоряться.

Что ж, решение принято. Осталось его осуществить. Привожу себя в порядок и, пока варится кофе, звоню Царапкиной. Трубку она не берет, обиделась, вероятно. Ну ничего, пойдем другим путем. Листаю список контактов в телефоне и набираю Жанночку. Она как раз работает в аэропорту и может мне помочь.

– Я уж думала, не перезвонишь, – вместо приветствия летит в меня упрек.

– Ну что ты, как я мог, – искусно вру. – Как у тебя дела?

– Кирилл, я на работе.

– А я как раз по делу, – мгновенно перехожу к главному. – Узнай по-дружески про Царапкину Полину Сергеевну. Она должна была купить билеты в Москву.

– Сейчас, – вздыхает Жанна и щелкает пальцами по клавиатуре. – Да, есть. Вылет через час.

Твою налево, я никак не успею на этот же рейс.

– Спасибо, я позвоню.

Сбрасываю звонок и напряженно думаю, как поступить. Одному лететь скучно, полететь с Полиной не успеваю. Решение приходит неожиданное. Нахожу номер знакомый парней, служащих в аэропорту, и звоню им. Мне всего-то надо часа два-три, чтобы все сделать и приехать в аэропорт. Не откажут же в малости – помурыжить девушку?

Глава 8. Кирилл

– Где ты, зараза такая? – в очередной раз прохожу по квартире в поисках питомца, но он словно сквозь землю провалился. – Все равно найду!

Заглядываю во все злачные места, куда обычно ныкается енот, но не нахожу его. Что ж такое! Куда он мог деться? И главное, так вовремя.

– Миха, выходи, у меня нет времени играть в прятки, – снова кричу я, сам не знаю, на что надеясь. Но время и правда поджимает. Пора собираться.

Ухожу в свою комнату, достаю спортивную сумку и закидываю самое необходимое на пару-тройку дней. Дольше задерживаться в столице не планирую. Всего-то надо согласиться на лишение родительских прав. И все вроде правильно, но как-то неприятно давит в груди.

Отмахиваюсь от непривычного ощущения и краем глаза замечаю движение. Резким движением руки хватаю енота за шкуру и тяну к себе.

– Попался, паразит! – Миха пытается вырваться, но быстро понимает, что это бессмысленно, и свешивает лапы.

Жалостливо смотрит на меня, как будто я его на живодерню хочу сплавить.

– Да вернусь я скоро и заберу тебя, – вздыхаю обреченно и скручиваю живность в руках. – Ритку только не обижай.

Запечатываю Миху в клетку. Он ее терпеть не может, но сейчас сидит смирно, словно и правда все понимает. Отдаю соседке зверя вместе с приданым и спускаюсь в машину. Кидаю сумку на заднее сидение и резко стартую с места.

Волокита с документами в отделе растягивается еще на час. Матерясь и психуя, я добираюсь до аэропорта только к обеду. Надеюсь, Царапкина еще не научилась плеваться огнем, а то выжить будет крайне сложно.

Когда прихожу в комнату личного досмотра, до вылета остается чуть меньше часа. Негромко стучу в дверь и открываю, улавливая конец фразы.

– Вы издеваетесь? Что вам еще нужно? – Голос Царапкиной звучит устало и раздраженно.

– День добрый, – тихо бросаю я и вхожу в комнату. – Капитан Метелин. Что она натворила?