
Полная версия:
Баланс
Посетителям бара исполнительница пришлась по вкусу, когда она оказалась среди их столиков, все захлопали, стали поворачиваться на стульях по мере её продвижения. Девушка передвигалась, приплясывая в такт музыки, слегка подергивая плечами, приближалась к столику Вадима. Проигрыш закончился, солистка снова запела, но Вадик уже успел узнать исполнительницу Агузаровой – перед ним была Александра. Он сидел, смотрел на её приближение и не мог сообразить: ему радоваться такому повороту или встать и уйти, пока она не подошла.
Последний куплет Саша закончила петь около его столика. Музыка продолжала звучать поддерживаемая хлопками зрителей. На бледном лице Александры бликами ложилась светомузыка и Саша боялась открыто улыбнуться Вадиму. Он расправил плечи и, освободив руку от пивного бокала, махнул ей в сторону свободного места за своим столом. Её карий взгляд сверкнул знакомым задором, она подняла руки вверх, поблагодарив зрителей и села напротив Вадима. Воспользовавшись моментом, Вадик махнул бармену за стойкой, тот в свою очередь шепнул в ухо официанта и к ним направились.
– Шампанское и бокалы, – вырвалось немного резковато у Вадика, приостановил себя и добавил, – и фрукты, если можно.
– Можно, – подтвердил официант заказ, забрал протянутый ему Александроймикрофон и покинул их столик.
Саша, сидя в полутьме зала, сдержанно улыбалась, а Вадик, молча в прищуре, пытался рассмотреть её. Она ничуть не изменилась. Разве только, чёлка выстрижена короче обычного – не шла ей, раньше было лучше. Мышцы его тела были сейчас напряженны, от этого принятая им неудобная поза его угнетала. Поведение получалосьнеестественным: сидит неподвижно, взгляд застыл на её лице, вероятно, ему надо улыбнуться, но он в силах только слегка скривить губы.
Программа вечера продолжалась. Активное движение в зале и перемещения на сцене пришли на смену атмосферного Сашкиного выступления и больше в их сторону никто не смотрел. Но на этом сюрпризы вечера не закончились. Музыканты на подмостках собрались на выход со сцены. Гитарист аккуратно поставил гитару, прислонив её к ударной установке. Расправив свои широкие плечи, шагнул по двум ступенькам вниз, к посетителям вечера, в зал. При ближайшем рассмотрении гитарист оказался Михалычем. Он подошёл и присел к ним за столик. Снял с себя странную кепку-шлем, иронично посмотрел на неё, и прежде чем положить рядом с собой, шутканул:
– Сам не могу поверить, что одел это на себя, – мотнул головой и рассмеялся себе под нос. Прищурив глаза, посмотрел на Вадика и лишь, потом обратился. – Привет! Здорово мы тебя разыграли?
Повисла пауза. Они с Сашей смотрели на Вадима и ждали его реакции. Какую эмоцию он должен сейчас им выдать? Для него этот вопрос был слишком сложный. В последнее время он: злился, боялся, сомневался, беспокоился, завидовал, ждал, скучал, обижался, унижался, сожалел, отчаялся, надеялся, а вчера умудрился даже поплакать. Что от него сейчас ждут? Он просто улыбнулся им.
– Это всё для меня? – Вадик развёл руками, показывая вокруг.
– Да, – произнёс Михалыч, беря в руки принесённую бутылку шампанского, начал открывать.
– Зачем? – почти шёпотом спросил Вадик, глядя в глаза Сашке.
– Ладно тебе. Скажи – тебе хоть понравилось? – разрядил репликой ситуацию Михалыч.
– Да. У вас хорошо получилось, – сказал Вадик и откинулся на мягкую спинку синего диванчика.
– Тогда выпьем за прекрасный вечер и я откланяюсь, – он разлил шампанское по бокалам и поднял свой. – Удачи!
Вадик поднял следом свой бокал, потом Сашин, протянув его ей. Сашка, беря, коснулась пальцами руки Вадима, слегка усилила при этом пожатие. Вадик, не обратил на это никакого внимания, он пристально всматривался в её глаза. Бокалы со звоном встретились на середине стола, на мгновенье застыли в руках хозяев и только после позволили себя осушить. В отличие от Вадика и Саши, Сергей Михалыч опрокинул содержимое в рот, словно там не шампанское, а водка. Выпил залпом, не раздумывая, разом поднялся из-за стола.
– Ну, что ребята – хорошего вечера! Я поехал, – он похлопал Вадика по плечу. – Вадим, не злись на нас. Мы хотели сделать тебе приятно. Записка с прошлого года, это Сашкина шутка с фестиваля. Кто ж знал, что так всё случится? Не обижайся.
– Спасибо. Теперь всё стало понятно, – он отставил шампанское и выпил пива.
– Ну, раз понятно, я пошёл, – Михалыч больше не задерживаясь, скрылся за шторами около барной стойки.
Вадим сидел с пивом, она держала в руках бокал с недопитым шампанским. Оба молча, смотрели друг на друга. Вадик не знал, что говорить. Саша хорошо знала, что хочет ему сказать, но боялась это сделать. Каждый из них был рад, что сегодняшняя встреча получилась именно такая и теперь до боли в груди боялись сказать не то и не так. Но кто-то всё-таки должен был произнести первую фразу в предстоящем разговоре. Вадим отвёл взгляд в сторону официанта и поинтересовался:
– Саш, что тебе заказать?
– Кофе и пирожное, – она жадно следила за каждым его движением.
Он не стал ждать, когда к ним соизволят подойти, поднялся и направился к бару. Ему нужно было хоть на минуту остаться одному.
Между столиками бегал следующий рокобил. В зал под музыку запускали порциями дым. Он заполнял небольшое помещение ресторана и впитывал в себя краски светомузыки.Вадим сделал заказ. Показывая куда его принести, развернулся к залу лицом.
В разноцветных клубах дыма за столиком сидела Александра. Сквозь пелену контуры её фигуры казались нереальными и загадочными. Прямая спина и острые локотки, которыми она упиралась в поверхность стола. В руках она держала бокал и при наклоне головы к нему, у Вадика напрягались мышцы. Когда Сашка запрокидывала голову, чтоб сделать глоток, Вадик ощущал на губах сладковатый привкус шампанского, и напряжение сопровождалось пульсацией в ритме сердца. Он рукой непроизвольно скользнул в карман джин и постарался поместить её целиком. Он успел уже забыть, зачем повернулся в сторону зала. Пустоту в голове Вадима заполнил голос бармена.
– Ваш столик около контрабаса, где девушка?
– Да… точно… всё правильно, – Вадик тряхнул головой, чтоб понять, откуда слышит голос. Ему нужно было, чтоб напряжение его отпустило, во что бы то ни стало. Вот тогда он живо поинтересовался, где туалетная комната, а когда вернулся к Александре, заказ стоял перед ней на столе.
– Прости, немного задержался.
– Ничего страшного, – Саша ложечкой ела взбитую пенку капучино и в прищуре глаз изучила его состояние с головы до ног.
Коньяк и сыр с сине-серыми прожилками внутри, красиво уложенный на деревянной подложке, уже ждали Вадика. Место напротив Александры он занял, вальяжно опустившись на мягкий диван и широко расставив свои колени в стороны.Выпил чуточку коньяка, откинулся на диванную спинку и заговорил первым:
– Так зачем вы с Михалычем провернули такую аферу?
– Но ты же пришёл? – она зацепила ложкой крем на пирожном, ответив почти вопросом на вопрос.
– Хорошо. А как же тогда твоя работа за границей?
– Вернулась.
– Зачем?
– Вадик, я же тебе говорила – ты мне нравишься, там скучно без тебя, и я за тебя время от времени переживаю, – Саша спокойно произносила слова, на него почти не смотрела, при этом помешивала ложечкой кофе.
Вадик, наоборот, пристально смотрел через стол, на нелепо одетую Александру. Смотрел и думал – думал, пока не захотелось сильней раздвинуть колени и друг его осенило идеей: «А почему бы и нет?» Что ни говори, а Саша нравилась ему сейчас ещё больше, чем тогда. К чему теперь старые обиды, когда может получиться приятная,многообещающая концовка его любовного романа, стоит только поддержать их с Михалычем инициативу. И он получит полное удовлетворение всех посетивших его желаний. Вадик широко заулыбался, подлил себе пива и выпил.
– Саша, а как нам быть с Андреем?
– У него всё хорошо. Я не думаю, что он вообще меня вспоминает, – она посмотрела ему в глаза.
– Сашка, ты даже не представляешь, как я рад, что ты вернулась, придумала и подговорила Михалыча на это свидание, – он перегнулся к ней через стол, взял её ладони в свои руки. Не выпускал их и старался смотреть на неё с бесконечным обожанием. – Поехали отсюда, в одно место?!
– Куда ты собрался?
– Ну, пожалуйста, поехали. Тебе понравится, – Вадик попеременно целовал Сашины руки.
– Мне надо переодеться, – Саша, не став думать, согласилась.
– Конечно, я тебя жду на улице, – внутри он был переполнен ликованием.
Он проводил Александру взглядом до выхода из зала. Быстро натянул на себя куртку и направился расплачиваться к стойке бара.
Бармен принял от него деньги, а протягивая Вадиму пачку сигарет, немного сузил глаза и добро улыбнулся навстречу. Вадик всё понял и принял – за его свиданием следил и переживал весь персонал заведения.Он вышел на ступеньки входа – закурил. Курить доводилось редко и лишь, когда нервничал. Сейчас закурил от удовольствия маленькой победы, которая будоражила его и была началом большого оглушительного триумфа.
Он видел толпу гостей, мраморный зал Дворца бракосочетания. Александра в шикарном платье с букетом. Её счастливое лицо, сквозь дымку фаты произведёт убийственное действие на Андрея и удовлетворит разом всех родственников. Он представлял в мельчайших деталях и подробностях: как он кружит её на руках при выходе из дворца, как жадно целует, сначала – невесту, а потом – жену. Представляет самый завораживающий момент, когда после банкета они садятся в машину и уезжают. Перед ним лицо дяди Андрея, со всеми вариантами эмоций и внутренних переживаний.
– Я готова, – Вадим резко оборачивается на голос Саши, – а ты чего такой довольный?
– Ты вернулась – почему не быть довольным. Поехали, – он открывает машину.
– Ты что собираешься за руль? -Саша удерживает рукой водительскую дверь.
– Сань, здесь недалеко, да и выпил я всего ничего. Садись.
Сашино лицо становится непроницаемым. Она, немного прищуривает глаза, долго смотрит на Вадика, а потом решается всё же сесть в машину. Вот и замечательно! Теперь, чтоб его мечта сбылась, реванш был взят окончательно, нужно вернуться в самое начало. Интуитивно он чувствует, что сначала была та самая история…. Вот туда и надо сейчас вернуться. Он заводит машину и трогается немного более резковато, чем обычно. Крепко держится за руль, закрывает на секунду глаза – он уже там.
А сначала была история ….
Крайний левый ряд КАДа – попутные машины мелькают справа, оставаясь позади. Впереди уступают дорогу, а Вадик помнит ту самую хорошую дорогу и шуструю машину. Это – здорово! Он – взрослый сын молодых родителей. Тогда, не то, что сейчас –всё удавалось. Работа шла своим чередом – отлично складывалось. Мгновенье за мгновеньем, Вадим ловит мгновенья этой самой жизни. Он превосходно запомнил ту жаркую летнюю погоду в конце рабочей недели того самого первого их лета.
Парковка рядом с офисом заполнена наполовину. Он тормозит, ставит машину почти рядом со входом в здание. Вот он – охранник, новенькие двери металлопластика и два лестничных пролёта. Кофейный аппарат, как большой ароматизатор для всего бизнесцентра. Вадик останавливается перед дверью с номером двадцать один. Офис их фирмы скрывается за белой стандартной дверью. Он медлит с открытием двери, держится за ручку, но на раз-два-три, надавливает её вниз, заходит. Переступив порог, замирает и ждёт, когда его заметят.
– О! Вадим приехал. Приятно видеть. Кофейку? – это менеджер по закупкам замечает первой его присутствие. Он обожает её.
– Ну, что скажет нам такой красивый молодой человек? – это инженер по ТО. Он её боится, она знает всё! – Как настроение? Простите Вадим, хочется спросить – где фотоотчёт по последнему объекту?
– Здравствуйте! Настроение – отличное, за фотки очень извиняюсь, сейчас всё будет, а от кофе не откажусь, – Вадик улыбается, показывает своё хорошее настроение и по пути к оранжевому диванчику вытаскивает из заднего кармана телефон, устраивается на нём и спешит отправить вчерашние фотографии со стройки.
– Я с вами, только мне чаю можно попросить? – это главбух. Он в неё влюблён. Она похожа на королеву из его детской сказки.
– А можно я с Вами тоже чаю? Я пирог принесла, – это офис-менеджер, объект его недосягаемых мужских желаний. Она молода и ещё обладательница густых тёмно-каштановых волос, ярких глаз и чётко обрисованных бровей, у неё любящий муж и две милые дочурки. Так что – здесь без вариантов, а жаль!
– Люди, всё готово! – статика офиса разом приходит в движение. – Вадим, давай присоединяйся быстрей.
Вадим лихорадочно пролистывает фотографии, торопится отправить фотографии со строительного объекта. Картинки с железными пластинами и бетонными блоками и всё под нумерацией, цифры путаются и прыгают перед глазами, сливаясь в мутные пятна на экране телефона. Телефон не хочет сразу реагировать на его команды, подвисает ивыбрасывает его из приложения, но он возвращается и настойчиво повторяет ему свои команды.
– Вадик, ну где ты там?
– Он фотки отправляет, – прилетает ответ на вопрос.
– Ну, вчера не отправил, теперь уже не к спеху! Бросай это гиблое дело.
– Товарищ инженер, вас не поймёшь: то пришли, то бросай, – слышится упрёк со стороны специалиста по закупкам.
– Вчера не прислал – значит опоздал! Всё просто, если не усложнять, – Вадик слышит ответ инженера ТО, торопится отправить последнюю фотографию и идёт пить кофе с пирогом.
Пятнадцать минут кофе-тайма в таком очаровательном окружении, приносят удовольствие. Вадим нравится женщинам офиса и он с ними непременно заигрывает. Так всегда проходит утро пятницы каждой рабочей недели.
Заряд бодрости и хорошего утреннего настроения заканчивается на третьем объекте. Вадик устаёт от жары и строительной бесконечной пыли. На город наползает духота. Солнце на строительной площадке палит нещадно. Под каской на его голове, волосы все мокрые от пота, а кофе не лезет в организм. Одна мысль только успокаивает: «Это последний на сегодня объект. Разделается с бумагами, договорится с технадзором и все дела полетят в ящик до понедельника».
Лицо технадзора под белой каской явно не располагает к договору, да и к разговору тоже. Он упирается как «баран» и говорит, что не будет принимать работу, потому-то-потому. Вадим смотрит на него и размышляет: «Мужик чего тебе надо? Денег или ты действительно такой принципиальный».
На объекте выходит ругань. Технадзор орёт, доказывая свою правоту, требует, чтоб прислали нормального прораба, а не малолетку – недоучку. Огромные самосвалы с подсыпкой заглушают его крик, поднимая клубы песка колёсами, едут мимо. Он скрипит на зубах и попадает в глаза. Резь просто невыносимая. Вадика всего колотит от злости, голова начинает пульсировать в области висков, его тошнит в прямом и переносном смысле от всего происходящего на этой невыносимой работе. Итог всему – он разворачивается и молча, уходит, показывая скрещенные руки ребятам на установке, что работа закончена.
Поток автомобилей тогда медленно полз по «кольцу», превращаясь из большой реки в маленький ручей. По берегу этого ручья бегали рабочие в ярких жилетках и касках. В результате он превратился в стоячее болото. Машины стояли, воздух вокруг тоже не двигался. Покрытие дороги, как нагретая электрическая плитка отдавала жар. Вадим начинал медленно вырубаться. Веки тяжелеют, медленно смыкаются и голова падает на подголовник. Сколько времени проходит невозможно сказать. Вадик вздрагивает от настойчивого сигнала машины идущей за ним. Моментально открывает глаза. Ему трудно сосредоточиться на дороге от рези в глазах и общего дискомфорта. Очень хочется закрыть глаза и заснуть. Такое состояние пытается подавить в себе, но спросонья закрадывается глухое беспокойство. Раздражает, что он – молодой здоровый мужик, а засыпает, как шестилетний малыш, после хорошей прогулки. Но и это, в конце концов, сменяется. Все вокруг медленно начинают набирать скорость, стремясь оказаться в левом крайнем ряду.
Дома он раскрывает окна и идёт в душ. У него имеется пара часов, чтоб отдохнуть до встречи с друзьями из мотоклуба. В гараже делает ракировку своих средств передвижения. Его байк Лео ждёт Вадима целую неделю. Он ласково гладит его по кожаному сиденью, подходит с левой стороны и перекинув ногу через железный корпус, становится единым целым с железным другом.
Наконец напряжённый день приближается к концу, они с Лео приближаются к порогу ночи. Вадим сбавляет набранную на широком проспекте скорость и аккуратно съезжает на парковку, где красуются байки его друзей. Пристраивается крайним в ряд на свободное место. У входа проводит пластиком клубной карта через прорезь турникета. Преодолев все преграды безумного дня, оказывается среди любителей скорости, дороги и свободы.
Вся компания в тот заезд была в сборе: Ден стоял у стойки бара, Костян и Толян сидели с девочками за столиком, там же Игорь и ещё трое из команды. Программа вечера не отличалась от других таких же безумных заездов. Сначала клуб, общение, потом трасса по ночному городу и выезд на КАД для полёта.
Вадим подходит к собравшимся, жмёт руки, его представляют девушкам. Табу на сегодня – ни капли алкоголя, за этим следит Игорь. Что остаётся? Вадим заказывает у стойки сок и садится за столик.
Вентиляция в приглушённо-тёмном зале вхолостую гоняет застоявшийся воздух. Душно, его кожаная куртка, словно панцирь черепахи. Хорошо ещё, что не додумался облачиться в кожаные штаны и боты. Сок приторной сладостью готов приклеить язык к нёбу. Вадик делает глоток за глотком и сожалеет, что не взял простой минералки.
Между столиком и ним протискивается девица, то ли Костика, а может Толика. Бёдра девушки одетые в короткую юбку из красной шотландки в складку задерживаются перед глазами, сидящего Вадима. Он не может сдержать желание посмотреть, что находится выше яркой юбчонки. Поднимает, скользя взглядом по её ногам, медленно глаза и упирается в броское девичье личико с откровенной улыбкой, направленной на него. Девушка эффектная, одета по всем правилам подруги байкера, смотрится прикольно. Но Вадику нет до неё дела, ему жарко и больше хочется на свежий воздух, чем в её объятия. Она садится рядом и начинает ёрзать около него, просит сока, потом лезет с разговорами. Вадик вяло и неохотно отвечает, а сам думает: «Чья ты?!» Девушка недолго это терпит, кладёт свою руку ему чуть выше колена и, приблизившись к самому уху, шепчет: «Ты такой красавчик, аж всё сводит…» Вадим поворачивается к ней лицом, улыбается и тихо произносит: «Пошла вон». Дальше ему прилетает от неё оплеуха и понеслось.
Откуда-то появляется Константин, хватает Вадика за грудки и нервно выкрикивает ему в лицо всякие гадости, Вадим даже не успевает их запоминать. Костя низкий и коренастый, крепко вцепился в отвороты куртки и повис на ней, пытаясь защитить честь какой-то девки, которая сама залезла в штаны к Вадику. Всё – кранты и очень душно! Вадим выдерживает паузу, и в прямом смысле, стряхивает Константина со своих лацканов, почти задыхаясь, выдавливает из себя: «Прекрати. Не трогал я её». Костя не унимается. Он тогда орал, что у Вадика всегда так и он всё время – не при делах. Денис, сидящий рядом, громко осаживает Костяна: «Костя, хватит, она сама полезла». Замечание подлило масла в огонь ярости их приятеля, он перешёл на личности и мат. Для Вадика было всё окончательно испорченно. Он стоял с сжатыми кулаками и очень хотел врезать другу в лицо, тогда возможно, тот заткнётся, заберёт свою девушку и укатит.
Сделав резкий поворот, Вадик видит, как стоявшая перед ним картинка стала съезжать и переворачиваться. Он хватается за плечо Дениса и медленно опускается рядом с ним. Вадик пытается закрыть глаза, но становится только хуже. Сознание, медленно разгоняясь, вертится вертолётом. Денис среагировал быстро. Он стащил с него куртку и плеснул минералкой в лицо. От холодной воды Вадик широко раскрыл глаза и стало легче.
– Эй, приятель! Что случилось?
– Пока не знаю. Дай воды, – Вадик не пытается более закрыть глаза, перед собой видит испуганное лицо Дениса.
Ему протягивают бутылку с минералкой. Константин стоит, молча в стороне, понимая, что если он сейчас скажет хоть слово, то получит по-полной. Денис берёт Вадика за подмышки и поднимает на ноги.
– Пойдём-ка выйдем на воздух, – выводит его на свежий ночной воздух, прочь из душного помещения клуба.
На проспекте перед входом сели на скамью. Вадику плохо: голова кружиться, его мутит, сердце беспорядочно колотится в груди. Он кладёт локти на колени и свесив голову, прикрывает наполовину глаза. Денис сидит рядом и внимательно следит за ним. Вадик старается собраться с силами и заставляет себя дышать глубоко и как можно ровней – его медленно отпускает. Голова приходит в себя, мир вокруг становится устойчивее. Только тогда он делает глубокий вдох и откидывается на жёсткую спинку скамьи. Денис облегчённо выдыхает, встаёт и, сделав шаг в сторону, закуривает и выпускает клуб дыма подальше от Вадима.
– Ну, ты брат даёшь. Что это было? Я испугался за тебя, – вновьвыпустил дым вверх.
– Денис, сам не понял. Это, наверное, с нервов. Сегодня целый день – один большой псих, – Вадик поёжился, его стало знобить, – холодно.
– Сейчас, посиди немного, я куртку принесу, – Денис быстрым шагом направляется обратно в клуб.
Он скрылся в дверях, а через минут пять оттуда выскочил Костя с девчонкой. Они сели на байк, яростно газанули и сорвались с места. После из клуба вышли остальные. Окружили Вадика сидящего на скамейке, а Игорь, как самый старший, присел рядом с ним.
– Ну, ты как? Выглядишь не очень. Мы тебя домой проводим, покатаемся в другой раз.
– Нет, не надо. Я сам доберусь, всё – норм.
Ему действительно стало значительно лучше. Он смог улыбнуться, но друзья не расходились. Игорь похлопал Вадика по колену.
– Вадик, Константину мы всё объяснили. Завтра он извинится. Ты его знаешь, прости его. Лады?
– Лады, – кивнул Вадим в ответ и для себя отметил, что картинка перед его глазами осталась стоять на месте.
Он осторожно поднялся, извинился, что, мол, не хотел –так вышло. Все рассмеялись, Вадим вместе с ними. На его лице появилось что-то похожее на румянец. Потом каждый оседлал свой байк и они толпой вырулили на полотно дороги.Провожали Вадима, окружив его в движении. Так продолжалось до нужного Вадиму съезда.
Друзья, с рокотом обгоняя друг друга, быстро затерялись среди машин в уходящем проспекте. Он постоял ещё какое-то время и свернул с широкого проспекта в сторону своего дома.
Было реально обидно. Он понимал, что гонять в таком состоянии не сможет, но внутри всё злилось и не давало покоя. Вспышки воспоминаний проносились от конфликта с технадзором на стройке до разъярённого Константина и его девки. Блин! Вадим даже её имя не запомнил, от этого становилось ещё противней. Чем больше он злился, тем сильней газовал Лео. Пока добирался до дома, он накрутил себя так, что заболела голова, а в висках яростно пульсировало.
Через боковую арку дома Лео вкатил во двор. Под фонарём стоял Костя около своего мотоцикла и курил. Вероятно, сегодняшний день никогда не закончится. Константин заметил Вадика и направился ему навстречу. На границе света фонаря и темноты наступающей ночи, они встретились. Вадим остановился и молча, уставился на приятеля.
– Вадим, наверное, я был неправ, сорвался, лишнего наговорил. Забудем? Согласен?
Вадим выжидательно смотрел на него в упор и молчал, ожидая извинений. Он боялся сделать лишнее движение, казалось, что мир снова готов перевернуться. На языке крутилось только одно слово – задолбали. Всё надоело до чертей! Хотелось высказаться по этому поводу Косте, но сил не было. Костя неуверенно протянул Вадику руку и произнёс:
– Извини. Больше я таких дур брать с собой не буду.
– Ну, если только на этих условиях. Будем брать других?! – Вадик подмигнул приятелю – его извинение ему понравилось и он с хлопком вложил свою руку в протянутую Костину.
Оба рассмеялись общей шутке, потом немного поболтали. На прощанье обнялись и байк приятеля скрылся за углом дома, свернув в проезд центральной арки. Вадик вручную покатил мотоцикл к обочине дороги. В кармане телефон хлопнул пробкой открывающейся бутылки – кто-то что-то прислал в мессенджер. На экране телефона светилось 22:00. Новое сообщение висело единичкой около значка приложения. Интересно, тук пальцем в табло – пришло фото от инженера по ТО. Ого, прикольно! Вадим, кажется, даже забыл на мгновенье сегодняшние неурядицы. Фотка открылась, на ней увидел своё селфи с Сашкой и текст: «Вадим, привет! Все твои фото с объекта разложила по папкам. Эту фотографию не знаю куда сунуть. Возвращаю обратно. Удачных выходных». Дальше был прикреплен смайл – подмигивалка.
Вадик перечитал сообщение и, запрокинув голову, рассмеялся вслух. Блин, откуда взялась эта фотка? Он смотрел на фотографию, текст к ней и улыбался. Сегодня в офисе, торопясь отправить отчёт, случайно закинул селфи-фотографию с другими. Вот, дурак!