скачать книгу бесплатно
– Хочу тебе кое-что показать. – Сергей достал из кошелька фотографию и положил ее на стол перед Лёвой.
– Хм, красивая девушка, твоя?
Сергей тяжело вздохнул и грустно посмотрел на фото.
– Моя.
– Ну, а чего же так уныло-то? Не любит что ли?
– Любит, наверняка.
– Ну? А причем тут твоя сестра? Я кажется, о ней хотел с тобой поговорить.
– Лёва, присмотрись внимательней. Это она и есть.
На фотографии действительно была изображена молодая девушка с длинными волосами. Челка была закреплена лентой Алисы[2 - имеется в виду ободок для волос, получивший такое название потому, что Алису часто изображали с ним на иллюстрациях к книге «Алиса в зазеркалье».] голубого цвета, сами волосы были распущены. На ней было надето, в тон ленте, голубое платье. Она улыбалась, глаза ее лучились светом и энергией, кажется, фото было сделано в тот период, когда девушка была влюблена. Она сидела вполоборота к фотографу, руки сложены прямо перед ней. На пальце блестит золотое колечко. И в этой красивой и милой девушке Лёва с трудом, с большим трудом, узнавал свою подчиненную Женю. Ту самую «пацанку», которая легко здоровалась со всеми парнями за руку, которая проводила ремонт и мойку приезжавших к ним машин, в вечно рваных джинсах и перемазанной маслом футболке. «Его» Жека всегда ходила хмурая, почти никогда не улыбалась, у нее на шее была какая-то татуировка, которая что-то там значила, она много курила и могла покрыть его трехэтажным матом. Сходство с этой фотографией обнаруживалось только в одном. На правой кисти у девушки просматривался шрам, точно такой же был и у Жени.
– Ты шутишь, – наконец выдохнул Лёва.
– Нет, – с тоской протянул Серега.
– Что же произошло? – заикаясь, спросил молодой человек.
– Это очень долгая история Лёва. Очень долгая. Но ты должен мне верить. Хотя, если ты ее уволишь, я пойму, она может, хоть в институт вернется.
– Так она еще и в институте учится?
– Училась, пока не уехала служить в армию.
На этот раз Лёва громко воскликнул:
– Куда уехала?!
– Ты не ослышался друг мой, и не надо так кричать. И присядь. Ты понимаешь, что разговор будет долгим? Сможем мы в другое время поговорить? Мне сейчас надо до дому доехать и посмотреть как там дела.
– Да, да, езжай, конечно. Поговорим вечером. Давай перед твоей тренировкой что ли… Скажешь Женьке… Ну не знаю, придумай что-нибудь…
– Лёва, я взрослый мальчик. И мне не надо придумывать, что сказать сестре. Ей все равно. Она вообще стала большой пофигисткой, после всего, что произошло.
На том они попрощались. Серега уехал домой, а Лёва еще долго сидел в кафе, вспоминая увиденный только что снимок. Его глубоко поразили перемены, произошедшие с Женей.
…Там в воде кто-то есть. Кто-то маленький и злой. И он не один, их много, маленьких и злых. И еще у них есть кто-то старший, кто-то кто за ними приглядывает и управляет. Окраска картинки та же, что и в первом сне, глинистая. И на берегу озера все еще стоит тот же захлебнувшийся в панике человек. Ах, ну да, я забыла. Это же я. Только в том сне я была наедине с каким-то чудовищем, а теперь их было несколько. Но я все еще не догадывалась, что это могут быть за чудовища. Мост, который был в прошлом сне, теперь находился не посередине озера, ближе к дальнему от меня краю. Он был весь изогнут под разными углами, доски из которых он состоял, были гнилыми и в разных местах просто отваливались. Было подозрение, что они станут ломаться под ногами, как только я попытаюсь по ним пройти. У самого берега, прямо у меня под ногами копошилось гнездо маленьких змей, но почему-то они не вызывали беспокойства, скорей наоборот. Я даже не обращала на них внимания. Гладь воды была беспокойной, там явно кто-то был. Я медленно направилась в сторону моста. Мне жизненно необходимо было перебраться на другую сторону, и моя сознательная часть не понимала, почему я просто не могу обойти озеро по кругу, почему меня тянуло именно к мосту. Опять рычание, громкое, настойчивое и пытающее испугать меня. Из воды показалась длинная морда какого-то животного. Животное не слишком отличалось по цвету от самой глинистой воды, разве только было чуть темнее. Оно направилось в мою сторону, раскрывая свою пасть, полную острых зубов. И опять раздалось рычание…
Сереги дома не было. Машка занималась какой-то домашней работой, кажется, решила устроить генеральную уборку то ли в квартире, то ли в комнате сестры. Когда Женя очнулась ото сна из-за рычания в своей голове, сначала она ничего не поняла. Потом до нее стало доходить, что в комнате слишком светло и свежо. Вслед за этой мыслью ее взгляд медленно перенесся в сторону окна в комнате. Оно было открыто, на подоконнике стояла Машка, кажется она мыла окно.
– Что ты там делаешь?
– Сено кошу, – сестра обернулась на голос Жени и хмуро осмотрела ее.
– Что?
– Ничего. Серега уехал, правда, не сказал куда. Должен приехать часам к четырем. Есть хочешь?
– Суп?
– Точно. – Машка улыбнулась и отвернулась к окну.
Она знала, что ее старшая сестра играла пару часов на скрипке, запершись в своей комнате. Дольше всего играла свою любимую, «Плачь о любви» Моцарта, так эта мелодия называлась в интернете.
«Интересно, почему именно она? Серега как-то рассказывал, что что-то случилось с моей сестрой, когда я была еще совсем мелкой. Как любопытно! Даже нос чешется, так мне хочется узнать всю эту тайну. Может расспросить Серегу? Или еще кого-нибудь, кто знал их до моего рождения. Или кого-нибудь, кто знает ту историю…».
– Какую историю? – спросила Женя. Она, наконец, села на своей кровати и закурила. Машка зажмурилась, поняв, что чуть не проговорилась. Она обернулась и посмотрела на Женьку.
Ее волосы торчали в разные стороны, на ней была надета только короткая майка, какие носят в спортзалах и спортивные брюки. На шее висел армейский медальон с какой-то гравировкой. У Сереги был такой же, но Машка точно знала, что у него там выгравирована группа крови и резус фактор, как это бывает у солдат. Наверно у Женьки там было что-то другое, и Машка мечтала все-таки увидеть, что же именно там написано. Лоб сестры был покрыт испариной, и она тяжело дышала, как будто только что вернулась с пробежки, но Мария точно знала, что Женя еще не бегала сегодня. Машка завистливо вздохнула, разглядывая накаченный пресс своей сестры и опустив голову, спрыгнула с подоконника.
– А сейчас, который час? – неожиданно поинтересовалась Женя.
– Почти два.
– Угу. Ясно, а ты что там делала?
– Я же тебе сказала. Я там сено косила, неужели не видно было? – Машка невинно округлила глаза и удовлетворенно покачала своими хвостиками. – Так ты будешь есть?
– Нет, попозже, пойду бегать.
– Так жарко же… – начало было Машка, но тут вспомнила, что Женьке просто все равно, какая погода на улице. Она нисколько себя не жалела. Жизнь как будто была для нее тяжкой обязанностью перед богом, который наложил на нее это бремя. И она как будто старалась выполнить эту обязанность как можно скорее, чтобы быстрее избавиться от этой жизни. Она выматывалась на тренировках, на работе, дома практически не сидела, вечно пыталась придумать себе какие-то физические занятия. Летом к обычным пробежкам и тренировкам в спортзале прибавлялось еще и плавание на озере или в бассейне. В те моменты, когда ей совсем не чем было заняться, она бесконечно упражнялась в игре на скрипке или электрогитаре, причем всегда до кровавых мозолей на пальцах и подбородке.
Машка даже не могла себе представить, что заставляет Женьку так себя изматывать. Да даже и не пыталась, потому что ей сразу становилось страшно от своих предположений. Хотя в целом ее догадки были совсем недалеки от истины.
Период «до». Часть 2.
Мне с самого детства казалось, что я добьюсь в этой жизни нечто этакого. Обо мне будут говорить, писать и так далее, и так далее. Я всегда ощущала себя не такой как все. Потом я стала понимать, что так оно и было. Верней, так потом и стало. После того лета, которое перевернуло мою жизнь, я стала более острее ощущать ненависть и цинизм этой жизни. Я стала смотреть на нее под другим углом. Везде я стала видеть только подвохи и зависть, и намерение «кинуть» меня в любой выгодно создавшейся ситуации. Намерение использовать меня, мои деньги, мои связи, мой ум, мои силы и так далее, и так далее.
Но по порядку.
Мой брат приехал из армии в отпуск в июле, второго числа, две тысячи восьмого года. Машке тогда было восемь лет, и я проводила то лето с ней. Я любила повозиться с ней, она ведь была такая маленькая и такая беззаботная. Мне уже тогда хотелось быть такой же, как она. Когда в квартире раздался звонок в дверь, мы сидели в моей, тогда еще светлой комнате. Мы собирали пазлы, это была ее любимая игра. Когда по квартире поплыла веселая трель звонка, мы с Машкой сначала посмотрели друг на друга, потом на дверь и, вскочив с пола, бросились вместе открывать двери. Мы-то точно знали, кто там пришел. Не спрашивая, я распахнула тяжелую дверь и увидела высокого, красивого парня, очень коротко стриженного. В армейских штанах цвета «хаки», камуфляжной футболке без рукавов и модных солнцезащитных очках. Когда дверь открылась, он легко отпрянул от нее, чтобы я его не зашибла, и робко уставился на меня.
– Это ты? – спросила я.
– Это я, – неуверенно сказал Серега очень изменившимся голосом. Потом ощупал себя, похлопал по карманам, развел руки в разные стороны. – Точно я.
С этими словами я бросилась ему на шею.
– Братик, мой любимый братик, – причитала я, как самая настоящая девчонка. Эмоции переполняли меня тогда. Я и была настоящей девчонкой.
Мы с Серегой долго обнимались в тот день. Наконец он все-таки вошел в квартиру, и тут на него уже набросилась Машка и наша матушка. Папа просто пожал ему руку, но крепко так, по-свойски.
– Ну что, когда уже кончатся все эти твои поездки? – устало, но при этом уже с большим облегчением спросила мама. Она так устала ждать, сначала ее отец, потом ее муж, а сейчас ее сын. Она только лишний раз радовалась, что бог послал ей только одного сына. Ее нервы были не железными, а потрясений хватало не только из-за него, работа тоже требовала закалки.
– Мам, последняя командировка. В Грузию.
– Зачем так далеко?
– Ну как зачем, мам? На помощь нашим товарищам, миротворцам. Там сейчас не спокойно. Это ненадолго.
– Кошмар, – спокойно констатировала мама, и мы с ней отправились на кухню. Я никогда не умела готовить, но маме помогала всегда. Серега остался в большой гостиной возиться с младшей сестрой, которую он обожал, так же как и я.
Чуть позже, уже за обедом Серега как обычно балагурил, рассказывал мне истории о своем служении в армии.
– А у меня для тебя подарок, сестренка, – задумчиво проговорил Серега, внимательно меня рассматривая.
– Да? Какой интересно знать? Я люблю подарки, особенно твои, – я улыбалась.
– Я привез тебе мужа.
Хроники. (По материалам Википедии). Часть 1
… С 1992 года Южная Осетия существовала как фактически самостоятельное непризнанное государство, большую часть территории которого, однако, контролировало грузинское правительство. Безопасность в регионе были призваны поддерживать Смешанные силы по поддержанию мира, созданные в соответствии с Дагомысскими соглашениями 1992 г. между Россией и Грузией.
В августе 2008 года, после вооружённого конфликта с участием Грузии, России, Южной Осетии и Абхазии российское руководство объявило о признании государственной самостоятельности Республики Южная Осетия. Примеру России последовали Республика Никарагуа, Боливарианская Республика Венесуэла и Республика Науру, в дальнейшем также Тувалу…[3 - http://ru.wikipedia.org/wiki/Грузино-южноосетинский_конфликт]
… 15 февраля парламент Грузии принял постановление, в котором обвинил Россию в аннексии грузинской территории и поручил правительству пересмотреть Дагомысские соглашения 1992 года, предусматривающие создание Смешанной контрольной комиссии по урегулированию югоосетинского конфликта и ввод российских миротворцев в зону конфликта, передать в международные организации материалы, доказывающие невыполнение российскими миротворческими силами взятых на себя обязательств, и разработать новый мандат для замены российских военных миротворческим контингентом из других стран. За проект постановления проголосовали все 179 депутатов…[4 - http://ru.wikipedia.org/wiki/Грузино-южноосетинский_конфликт]
…Вооружённый конфликт в Южной Осетии, Пятидневная война – вооружённый конфликт, произошедший в августе 2008 года между Грузией, с одной стороны, и Южной Осетией и Абхазией, а также Россией, с другой…[5 - https://ru.wikipedia.org/wiki/%C2%EE%EE%F0%F3%E6%B8%ED%ED%FB%E9_%EA%EE%ED%F4%EB%E8%EA%F2_%E2_%DE%E6%ED%EE%E9_%CE%F1%E5%F2%E8%E8_(2008)]*
Период «до». Часть 3.
Я приняла душ, уложила волосы, закрепила челку голубой лентой, своей любимой. Надела также любимое мной голубое платье. Я тогда вообще очень любила этот небесный цвет. Хотя, что я говорю. Я и до сих пор его люблю, просто не ношу более одежду этого цвета. Исключила так сказать из своего гардероба, из своей комнаты, из своей жизни, но я до сих пор люблю смотреть на голубое небо.
Итак, нарядившись в свое любимое платье, я отправилась на прогулку по городу вместе со своим братом. Сестренку пришлось оставить дома.
– Женечка, ты же понимаешь, что это взрослая прогулка, ну что Машке там делать вместе с нами? Тем более ей скоро нужно ложиться спать.
– Ну, хорошо, ты меня уговорил, – я улыбалась.
Серега тоже переоделся. До центра города мы доехали на его машине, а потом отправились гулять по набережной.
– Так что ты там говорил про мужа? Я что-то не слишком хорошо тебя поняла на этот счет.
– А чего тут непонятного? – Серега остановился и присел на одну из лесенок у самой воды. – Познакомлю тебя с одним молодым парнем, понравится, сможешь, наконец, исполнить свою мечту о семье, а нет – будешь искать дальше свою судьбу.
– А кто он? Что за тип?
– Тип? Нет, он не тип. Он, что называется самый настоящий мужик. Смотри. – Серега стал загибать пальцы. – Заочно получает высшее образование, служит в армии, вместе со мной, высокий красавец, как раз по твоему вкусу. Из хорошей семьи, если тебя это интересует.
– Конечно, интересует, ты же знаешь.
– Так вот, его родители… Родители его военные, и как ты понимаешь, живут скромно, но достойно.
– Ну вот, а я-то мечтала о миллионере, – произнесла я не без некоторой иронии.
– Ой, ну хорош прикалываться. Зачем тебе миллионер? Наше финансовое положение таково, что ты смело можешь выходить замуж по любви, а не по расчету.
– Я знаю, и спасибо за это нашему деду и родителям, хоть не будут принуждать выйти замуж за старикана какого-нибудь, – мое лицо скисло на мгновение.
– Точно! – Серега рассмеялся. – Его зовут Алексей, фамилию сама спросишь.
– Никилин. Моя фамилия Никилин. Алексей Игоревич, – раздалось над нашими головами, и я подняла взгляд.
О, что это было за мгновение!
Всего взгляд, а у меня создалось впечатление, что время остановилось вместе с моим дыханием. Мне показалось, что прошла целая вечность, пока я смотрела в эти глаза, но как оказалось, прошла всего лишь секунда.
– А вот и ты Леха, здорово дружище. – Серега поднялся с лесенки и пожал руку этому молодому человеку.
Человек, который был или находится сейчас в двадцатилетнем возрасте, который никого и никогда еще не любил, по-настоящему, может понять охватившее меня тогда волнение. Лицо, коротко стриженые волосы, фигура, облаченная в такую же, как у моего брата футболку и серые брюки, ботинки на ногах, кожаные перчатки «без пальцев» на руках, очки, которые он держал в руках, и самое главное глаза. Черные, как бездонные глубины холодного моря, взгляд этих глаз просто пригвождал меня к месту. Все это казалось мне таким мужественным, я то и дело краснела, смущалась, говорила всякие глупости, мое сердце радостно колотилось в ожидании чего-то особенного, чудесного, волшебного. Мы гуляли так, втроем, до самого вечера. Когда пришла пора расставаться, Алексей сорвал с городской клумбы фиалку и протянул ее мне со словами:
– Возьмите ее на память, прекрасное Солнце, надеюсь еще раз встретить вас.
– Ну, ты и загнул Леха. – Серега улыбнулся и тут же покраснел, он понял, что не очень корректно выразился. Все-таки служба в армии портит лексикон, не вольно.
Алексей же в это время только улыбнулся, кинув на Серегу задорный взгляд.
– Ваш брат ханжа и солдафон, так что не обращайте внимания. Жду встречи, – он легко прикоснулся губами к моей руке, махнул на прощание Сереге и растворился в толпе спешащих с работы людей и в лучах заката.
– Эй, а мы что, его не подбросим? – я как будто очнулась ото сна, как только уселась в машину.
– Зачем? У него самого машина есть.
– Какая? БТР?
Серега рассмеялся.
– БТР! Ха-ха! Ну, надо же! Ха-ха! Повезло же мне, что у меня такая сестрица! – Серега искренне смеялся и веселился. Я же в это время чутко прижимала к сердцу фиалку, подаренную Алексеем.
– Ну, так вот. Я их познакомил, на свою беду. Она влюбилась в него как кошка.
– Ну, Серег, ты же понимаешь, что для ее тогдашнего возраста, это было нормально. Она мечтала об этом, она это получила.
– Да, но ведь не зря люди говорят, что нужно быть осторожней со своими желаниями. Они могут исполниться.
Да и сам Леха тоже, кажется, не на шутку увлекся моей сестрой. Они встречались, гуляли, ходили куда-то. А через пару недель таких встреч они объявили о своей помолвке. Леха познакомился с нашими родителями, она с его родителями, а в конце июля они подали заявление в ЗАГС.
– Экие они все скорые-то.
– Как мне сказала тогда Женя, заметь это ее слова, взрослым людям не нужно много времени, чтобы определиться, хотят они жить вместе всю оставшуюся жизнь или не хотят. Они захотели. Сговорились на том, что мы с ним съездим в нашу, уже последнюю командировку в Грузию, и после этого они поженятся. Так бы оно все и было, если бы не…
– Если бы не война, – печально заключил Лёва и замолчал, погрузившись в раздумья.