Влюбиться на скорости

— Не нравится? — Пауль пробегается по мне взглядом, отчего густо краснею.

— Честно?

Молчи, Ливи!

— Честность — одна из самых эротичных вещей на земле.

Моя краснота становится обжигающе яркой. Зачем здесь свет, когда я смогу подсветить и окрасить все в радиусе пяти километров?!

— По-моему, это дыра.

Опускаю глаза на свои «Маноло». Последний клуб, где выступал Макс, был намного лучше, или я не обращала внимания на стены. Тогда я была фанаткой неподражаемого Макса Пауля, а сейчас девушка, которую пригласили на свидание. В дыру. Увидь это мама, меня бы ждала лекция, какими должны быть поступки правильно подходящего мне парня.

— Прости, принцесса. Бывают и такие места, — он ведет плечами. Мои слова ничуть его не задели. — В следующий раз позову в «Арену». Осталось только подписать договор.

— “Арена”, которая в Риме?

— Именно, принцесса.

— Ну-у… Если мне понравится твое творчество, то я готова принять билеты в первый ряд как подарок на второе свидание.

Поджимаю губы, чтобы не завизжать от восторга.

“Арена” — одна из лучших концертных площадок, куда стремятся попасть все исполнители. Это статус, это признание, это почти двадцать тысяч человек и офигенный звук.

— Но прошу, перестань звать меня «принцессой».

— Почему?

Макс преграждает мне путь, но я все же врезаюсь в его плотную грудную клетку, пахнущую мужской туалетной водой. Как описать такое ощущение, что ты готова есть этот густой аромат ложкой, как пену?

— Это первое свидание. Я не знаю тебя, ты — меня. Принцесса — это что-то из разряда: «Мы встречаемся уже три месяца и едим из одной тарелки. Не хотим расставаться и строчим сообщения каждую свободную минуту. Я знаю, сколько родинок на твоем теле, а ты… зовешь меня своей принцессой».

На лице Макса застыла маска удивления. Наверное, я перегнула. Это не тема для свиданий, тем более первого. Ну я и дуреха.

— Честность… — ведет бровями и разворачивается. До двери осталось совсем чуть-чуть.

— Самая эротичная вещь на земле, — шепчу под нос. Макс тихо посмеивается.

— Я, кстати, не шутил по этому поводу. Для меня честность — основа всего. Жизни, творчества, отношений. Слишком много секретов, тайн и вранья было и есть в моей семье, чтобы я хотел вариться в этом супе до конца дней, — Макс говорит быстро, уверенным голосом, пока открывает дверь и пропускает меня вперед. Здесь он неожиданно стал джентльменом.

Теперь мои рдеющие щеки не что иное, как стыд. Начиная с нашей первой встречи, я безбожно вру. Всем.

Но это же Макс Пауль! Переживу, неоднократно договорившись с совестью.

— Парни, у нас сегодня важный гость!

Сердце начинает быстро-быстро стучать, когда Макс запускает меня в зал и представляет своей группе.

— Это Оливия, и она ни разу не слышала о нас.

Улыбка замораживается на моих губах. Глазами впитываю каждую деталь в комнате: то, как стоят инструменты, во что одеты парни, даже обеденный стол с объедками пиццы. Конечно, что же еще могут есть пятеро голодных рокеров?

Все пятеро вскакивают и отряхиваются от крошек. Следом приглаживают волосы, потому что на их головах разбились стога сена. Смешные они… Все!

— Бенни, Руди, Боб, Клиф и Тор.

— Тор? Как тот самый? — спрашиваю не без шутливого тона.

— Я лучше, принцесса.

— Ливи не хочет, чтобы ее звали принцессой. Ты особенно, Тор.

— Ну почему сразу я? — выглядит обиженно. Мне захотелось взять свои слова обратно. Что обидного в обращении «принцесса»? Ничего же! — Ты посмотри, как она выглядит!

— Вижу, — наши взгляды с Максом пересекаются.

Его голос, легкая хрипотца и короткая, без наглости, ухмылка растворяют все мысли в моей голове. Я почти теряю сознание, в такого Макса можно влюбиться. Скорость моих чувств измеряется микросекундами в час. И я уже не про солиста группы «Silberpfeile». А про того, кто чуть не сбил меня на развалюхе, почти проспал свидание и забыл выкинуть пустые банки из-под пива.

— Я бы предложил тебе пива, но налью лишь бокал вина. Ты же принцесса, так? — Макс подталкивает меня к единственному чистому креслу. Его ладони на моей талии прекращают дыхание. Кровь бурлит, пульс срывается с петель. Это точно все происходит со мной?

— Может, и принцесса, — соглашаюсь на данное прозвище.

— Хорошо, что я тебя не задавил, — протянув бокал с ледяным белым вином, громким шепотом касается ушной раковины. Губами царапает красные от смущения щеки.

— Ты ее хотел задавить? — возмущенные трели ребят вызывают смех.

Классные они.

— Ну ты и дурак, Макс.

— Полный.

— Он ослеп от ее красоты!

Дружный хохот расслабляет, а постоянные переглядывания с Максом повышают температуру до озноба. Становится неважным, что наше первое свидание бьет все странности и правила.

— Где предпочитаешь быть во время концерта: за кулисами или в первом ряду? Если выбираешь зал, знай, у нас бешеные и отбитые на всю голову фанатки. Все дело в его красоте и харизме, — Тор улыбается по-мальчишечьи очаровательно. А у меня в груди оседает пепел от моего вранья и неприятный привкус на языке. Я — отбитая на всю голову фанатка. Была?...

Но Макс и правда концентрация мужской красоты и чертовской харизмы.

— За кулисами, — отвечаю.

Глава 11. Макс

Мои мысли должны кружиться вокруг предстоящего концерта. Это не бог весть какое место, но люди заплатили деньги, кто-то и вовсе последние, а у нас не отработана программа и расстроена бас-гитара. И это за полчаса-то до выхода.

Всему виной она…

Принцесса покорила моих гномов.

Сижу на подлокотнике кресла и рассматриваю свой трофей. Длинные, аккуратные ножки, неширокие, но соблазнительные бедра, тонкая талия, очень тонкая. Я в силах обхватить ее ладонями. Грудь… почти крошечная. Странно, но меня совсем не отталкивает. Даже вставляет. И, главное, острый язычок.

Помимо честности, а я не врал, когда говорил про то, что она — самая сексуальная для меня вещь на земле, обожаю еще и острых на язык девчонок.

Ну и личико… Как куколка. Папина дочка. Сокровище. Невинный цветок, который жуть как хочется сорвать и испортить.

Ох, Пауль, ни хрена ты не джентльмен!

— Я влюбился, — Тор закатывает глаза, и из них сейчас точно посыпется водопад сердечек.

Подхожу к Оливии и смело кладу руки на ее талию. Девчонка краснеет, ее взгляд бегает. Вдыхаю ее чистый запах, и меня раскручивает как на волчке. Быстро-быстро, до тошнотворного головокружения.

Убираю прилипшую к ее лбу прядь, замечаю, как шея Оливии стала влажной, а грудь покрылась тонким слоем пота. В каморке и правда температура пустыни.

И мне хочется целоваться. Невозможно объяснить, как хочется. Желание обжигает губы, стирает остальные мысли, подкручивает все процессы под кожей к одному единственному — к ней.

Щелк где-то под коркой, и…

… Я наклоняюсь. Чувствую едва уловимый запах женских духов. Цветочный, нежный, он очень подходит Оливии.

— Прости, — девчонка отталкивает и отходит.

Остаюсь стоять с дырой в груди. Ее отказ… больно ударил по моему самолюбию, моим чувствам. Да я ощутил себя каким-то идиотом! По-детски хочется объясниться, типа: «у тебя вообще-то соринка». Или пойти от обратного: «Ты думала, я поцеловать тебя хочу?»

Боже, Пауль, ты такой дебил!

На сцену мы выходим, опоздав на целых сорок минут. Между песнями переговариваемся о следующей композиции. Я несколько раз фальшивлю.

Никогда еще концерт не проходил под таким напряжением в моем теле. Обычно моя музыка, несмотря на драйв и громкость, расслабляет. Отдаюсь весь без остатка каждой ноте, каждому написанному мной слову. Но… не сегодня.

Все сглаживает, когда я вижу за кулисами танцующую Оливию. Зависаю даже. Она поет, двигается в такт, а когда наши взгляды встречаются, подмигивает. Не могу не засмеяться. И теперь я полон решимости во что бы то ни стало поцеловать эту строптивую принцессу.

— Тебе понравилось? — спрашиваю, когда мы оказываемся вместе в каморке за сценой.

— Допустим.

Ее щеки цвета вишневого варенья. И мне хочется их сожрать.

Встряхиваю головой, прогоняя навязчивые картинки.

— Ты первый раз на концерте?

Оливия останавливается, и ее спина напрягается. Я могу сосчитать позвонки под ее платьем.

— На таком — да.

Подхожу со спины и кладу руки на ее живот. Голова Ливи откидывается на мое плечо, ее волосы щекочут ноздри, как и запах и дыхание.

Веду ладонью к груди и застываю под косточками лифчика. Пульс подскакивает, пах нагревается. Чувствую себя несколько обезумевшим, когда разум твердит — она как все, она обычная. Сиськи, ляжки, киска, текущая от имени Макса Пауля.

— Чтобы ты был в курсе: кнопка «SOS» на моем телефоне по-прежнему включена, — говорят прямо в мои губы, опаляя их вкусом клубничной жвачки.

— Это значит «нет»?

— Определенно «нет», Макс Пауль, — и обворожительно хохочет.

Мое имя она произносит с придыханием и обожанием. Широко улыбаюсь, подавляя разыгравшуюся тахикардию.

— Это мой первый отказ, представляешь?

Отходить от девчонки не спешу. Я благородно положил руки по обе стороны от ее манящего тела. Она же не может мне запретить дышать ей и любоваться?

— Скажу так: тебе будет полезно.

И незаметно проскальзывает под моей рукой, оказываясь на свободе. Шумно выдыхаю. Я всегда славился своей орлиной реакцией, но этот вечер точно не мой, раз не мог поймать Оливию, убегающую прямо под моим носом.

— Помнится, ты говорил что-то про бар, — прикусывает нижнюю губу.

— Если здесь есть что-то приличное, — добавляю.

— Самое время найти, Макс Пауль.

Глава 12. Оливия

Бар, куда меня привел Пауль, ужасный. Я не рассчитывала на что-то люксовое, но это…

Липкие от пролитого алкоголя столики, такие же стулья. В углу ютятся девушки легкого поведения. Они размалеванные и почти раздетые. Бармен, познавший виды старичок, облизывается при взгляде на тех дам.

— Что будешь? — А Макса ничего не смущает. Его рука уже какую минуту покоится на моей пояснице. Мне тепло, спокойно. Внушаю себе, что так Пауль выражает обеспокоенность за меня, а не потому, что хочет полапать.

— Воды. Из закрытой бутылки, — добавляю тише, практически уткнувшись в его шею, от которой пахнет вкусным мужским парфюмом. — А ты что будешь?

— И я тогда воды, — наши взгляды встречаются. Он улыбается одними глазами, на губах расползается тонкая ухмылка.

— Макс…

Хочу сказать, что он не обязан свои желания подстраивать под мои. Сегодня был его концерт, и, думаю, ему со своей группой хочется отметить. Я со своей водой выгляжу явно как чернильное пятно на гладкой белой бумаге.

Не успеваю оформить мысли в слова, как до моих губ дотрагиваются теплые, мягкие губы Макса. Одно касание, невинное, по-детски скромное, а я улетаю на седьмое небо, промычав что-то несуразное через закрытый рот.

Глаза нараспашку. Я вижу все, что происходит за спиной Макса, пока он притягивает меня к себе ближе и теснее. Его твердое, накачанное тело плотно прижимается к моему, заставляя сердце слететь с катушек. Оно бьется точно в каменную грудь Пауля, и он не может не чувствовать мой сбившийся пульс.

Это мой первый поцелуй…

Черт. Не так я себе его представляла.

— Прости. Не удержался, — говорит без капли сожаления. — Кнопка «Sos» будет применена в действие?

Закатываю глаза и легонько бью по плечам Макса. Он смеется, не отпуская меня из своих рук. А я пытаюсь устаканить в своей голове, что мой первый поцелуй произошел в старом, ужасном баре на глазах у проституток и извращенца бармена, но… со своим кумиром и мечтой тысячи девчонок. Так что плевать на обстановку.

Открываю бутылку трясущимися руками и выпиваю добрую половину. Внутри пожар. Щеки пылают и окрашиваются в классический красный.

— Весь вечер смотрел на них, — второе признание выбивает почву из-под ног. — Наверное, стоит извиниться еще раз?

— Это всего лишь поцелуй, — пробую отмахнуться. Но только слепой не увидит моего волнения. — Самый обычный.

— Обычный, говоришь? — Его хриплый смех заставляет дрожать. В его же руках.

Мамочки…

— Самый обычный, — шевелю губами, не выдавая и звука.

В глазах Макса мелькает что-то знакомо-опасное. Чувствую себя в западне, откуда не выбраться. И в висках запульсировало от ожидания чего-то более горячего и запрещенного.

— Звучит как вызов, — без шуток отвечает. Его тон серьезный, пробирает до мурашек.

— Я не…

Пробую отвернуться. Ладонь Макса опускается на мой подбородок и фиксирует. Сглатываю, предчувствую, что последует дальше. От этого разрывает на части. Хочу? Не хочу? Это же Макс Пауль! Любая отдала бы полжизни, чтобы оказаться на моем месте. Но мне хочется чего-то особенного.

Губы обжигает, когда Макс целует меня. Его язык раздвигает сомкнутые в бантик губы и врывается в рот, дотрагиваясь до моего языка. Вновь позорно мычу.

Он целует по-мужски уверенно. Знает, что делает, когда я нахожусь в полном шоке и прострации. Отвечаю, глупо даю себя целовать, как какая-то малолетка.

— А теперь? — спрашивает.

— Теперь ты вероломно разрушил правило первого свидания.

Во рту крутится наш общий вкус, моей клубничной жвачки и его мятной. Мне вкусно, и от этой мысли кровь стремительно приливает к щекам.

— Значит, ты одна из тех, кто придерживается правила никаких поцелуев на первом свидании? Эх, если бы я знал.

— Не полез бы целоваться?

— Конечно бы полез, — поддевает кончиком носа мой. — Сказал же, мечтал об этом весь вечер.

— А ты наглый, — кое-как отодвинув от себя Макса, скрещиваю руки. Мне нужно хоть капельку воздуха.

— Наглый, — повторяет.

— Совсем не джентльмен.

— Далеко не джентльмен.

— Нахальный.

— Обожаю эту черту характера.

Я резко выдыхаю от столь хамоватой манеры общения. Это бесит и вызывает любопытство. Макс Пауль на сцене не тот же Макс, что сейчас стоит передо мной. И уж точно не тот, кого я рисовала в своих мечтах, слушая его песни и фанатично рассматривая на концертах.

— Ты грубый, — провожу указательным пальцем по губам. Они болят.

Макс выбрасывает руки в стороны. Ему ничуть не стыдно. Ему забавно.

— Бессовестный, бесцеремонный, циничный… хам, — не успокаиваюсь.

— Что ж…

Макс убирает руки в карманы и отходит от меня на шаг. Тут же температура воздуха вокруг меня снижается на добрые двадцать градусов, кожа покрывается тонким слоем льда.

— Ты высокомерная, эгоистичная, бездумная принцесса. Тоже, кстати, любительница похамить. Да-да, я запомнил твои слова про мою «развалюху», — намекает на свою машину. — Ей было очень обидно.

— Жалеешь, что не задавил, Макс Пауль? — Прищуриваюсь и приближаюсь.

Между нами заискрило. Я дышу поверхностно, часто.

Он не отвечает и вместо этого кладет руку на мой затылок, притягивая меня к себе. Упирается лбом в мой лоб, чуть нагнувшись. Прикрываю веки, потому что близость его тела, запаха, губ… Как что-то запретно-манящее. Влюбиться в такого, как Макс, воспрещается. От такого, как он, нужно держаться подальше. Но я… бездумная принцесса.

И сердце рядом с этим рокером срывается с петель и долбится по всей грудной клетке, выбивая одно единственное слово изнутри: «Поцелуй».

— Мы можем уехать отсюда, — низко произносит.

— Ты прав. Отвези меня… домой. Это был прекрасный вечер, который подошел к концу.

— Что?

Поджимаю губы, скрывая улыбку.

— Ты обещал меня отвезти обратно, Макс. И я говорю тебе: «Пора».

— …Ладно. Принцесса.

Пока Макс везет меня в нашу деревню, мы не роняем и слова. Макс выглядит задумчивым, часто бросая на меня загадочные взгляды.

Он останавливается у магазина, где была назначена встреча, и заглушает мотор.

— Спасибо за вечер, — прощаться тяжело.

— Тебе спасибо. Ты точно его скрасила.

Поворачиваем головы друг к другу. Опускаю взгляд на его губы, вспоминая тот поцелуй.

— Я могу рассчитывать на… — он замолкает и, прикрыв глаза, откидывается на подголовник.

Отвожу свой взгляд в сторону и натыкаюсь на парочку, идущую по дороге. Они обнимаются, о чем-то весело разговаривают. И все бы ничего, если бы…

— Вот подстава! — ругаюсь и опускаюсь к Максу на бедра. На пах.

— Черт тебя дери, Ливи! — выкрикивает.

Ох ты! Я сглатываю, чувствую, как этот самый пах напрягается, твердеет. Жутко краснею, и у меня першит в горле.

Повисает тишина, разрушаемая лишь протяжными вздохами и моим скулежом.

— Они прошли? Та парочка?

— Давно.

Поднимаюсь вся красная, боясь посмотреть в глаза Максу.

— После такого я рассчитываю на второе свидание, Оливия Эдер.

— Извращенец! — раскрываю дверь и выбегаю.

Господи, какой же стыд! И какая я принцесса?...

_______________

За анонсами, визуалами и обсуждениями можно переходит ко мне в тгк

daria_belova_avtor

https://t.me/daria_belova_avtor

Глава 13. Оливия

— И как твое свидание? — Мелани откусывает большой кусок торта и запивает из большой чашки капучино.

На мне огромные солнечные очки из-за покрасневших белков и синяков под глазами. Я не сомкнула глаз этой ночью. Все думала о первом свидании с Максом, поцелуе и моем позоре. Щека до сих пор чувствовала твердость его паха.

— Ты хоть скажи, кто он. Я твоя лучшая подруга, а такое утаиваешь.

Я устало вздыхаю. Или рычу.

— У него есть друг? Симпатичный? Я тоже хочу на свидание.

Отворачиваюсь. На ум приходит только Тор. Это вызывает смех, и я впервые за утро улыбаюсь. Тор и Мелани. Вот это парочка.

— Ливи, умоляю не молчи. Мне же так любопытно!

— Вчера я целовалась, — начинаю с такого откровения.

Телефон в кармане приятно вибрирует, оповещая о входящем сообщении. Почему-то сковывает волнением.

— С языком?

Краснею, благо очки скрывают половину лица.

— С ним, с ним.

Открываю сообщение, уставившись сначала на имя отправителя. Нерешительно пробегаюсь по тексту и тут же блокирую.

«Привет».

Банальное, обезличенное «привет».

— И как? Тебе понравилось?

Закусываю губу, оборачиваясь на колокольчик в кафе. Он звонит, впуская посетителей. Марат и Алекс. Только их сейчас мне и не хватало.

Они переглядываются и улыбаясь идут к нашему столику. Очки скрывают, как я закатываю глаза.

«Как насчет второй встречи?» — появляется второе сообщение на экране.

Щека вспыхивает. Именно та, что ласкала твердый пах.

— А Ливи вчера целовалась. И я так понимаю, ни с одним из вас, — Мелани сдает меня.

— Что? — парни шокировано переглядываются. На меня смотрят с нескрываемой ненавистью. Господи, ну с чего они решили, что я должна обязательно выбрать только кого-то из них?

Телефон загорается именем отправителя сообщения. «М. П.» Все сидящие за столом видят заставку с Максом, а в половине заведения раздается совсем другая мелодия, не последний хит Макса.

— Обернись, — отвечаю и слышу такой знакомый голос, по которому успела соскучиться.

У магазина остановилась машина Пауля. Сам он за рулем с телефоном у уха.

— Ныряй, — говорит.

И как только узнал, что я здесь?

Быстро оглядываю друзей. Мелани сидит выпучив глаза, парни сцепили челюсти и ждут моих объяснений. Я даю себе обещание строго с ними поговорить. Пусть уже переключаются на кого-то другого. Вокруг них кто только не вьется: и модели, и блогеры. И все мечтают пройтись с ними за руку. Я уж не говорю о большем. Вон какие красавцы.

Сгребаю клатч и вылетаю из кафе. Распахиваю дверь развалюхи и громко ею хлопаю, усевшись.

— Аккуратней, Ливи! — грозно шипит.

Под глазами Макса тоже тени. Не спал? Под моими ногами пустая банка энергетика. Я бросаю гневный взгляд на этого рокера.

— Поехали, принцесса, — подмигивает.

А я откидываюсь на сиденье и прикрываю глаза.

Не думала, что второе свидание случится так скоро и что я вообще на него соглашусь. Не принцесса… Дура дурой. Влюбилась, кажется.

— Есть пожелания?

Веду плечом. Соединив ноги вместе, качаю их из стороны в сторону. Пауль пялится, а меня это забавляет.

— Отвези меня в свое любимое место.

— Пристегнись тогда, принцесса.

Глава 14. Оливия

Мы останавливаемся у какого-то закрытого заведения через пару часов. Город небольшой, на берегу моря. В это время почти все сидят дома. Сиеста. Одни мы с Максом выходим из его развалюхи и идем к этому зданию с надписью “Tequila bar ”.

— Я не уверена, что оно открыто.

Наши руки сплетены. Мы как пара. И от этой мысли становится намного душнее, чем было. Хоть иди окунайся в море.

— Если что, я договорюсь.

Макс и правда, пообщавшись с дядечкой на входе, пропускает меня внутрь. Это небольшой бар со сценой. Стулья перевернуты и стоят на столах. Здесь никого нет, свет потушен.

— Это не совсем мое любимое место. Но одно из. Там, где я впервые вышел выступать на публику. Сначала это были заведения в Австрии и Германии, потом вот здесь. Поэтому такие бары всегда будут моими любимыми местами. Они напоминают мне, с чего все начиналось.

Макс запрыгивает на сцену и касается инструментов. Клавиши, ударные. Останавливается перед стойкой микрофона.

Я нагло усаживаюсь на стол.

— Ты всегда мечтал выступать на сцене?

— Наверное. Мои родители… Отец был уверен, что я пойду по его стопам. Финансы, банки и все такое. А я мечтал о гитаре.

— Мечта исполнилась?

— Конечно. Я купил ее на первые заработанные деньги. Мы пели на рождественских ярмарках, на площадях.

— Хотела бы я на тебя посмотреть.

— Будешь что? — кивает на бар.

Разговор выходит довольно откровенный. Я вижу, как ненадолго смутился Макс.

— Кофе. Здесь же есть кофемашина?

Пауль спрыгивает со сцены и медленными, но очень громкими шагами идет на меня. Хочется вжаться в стол и просто исчезнуть. Взгляд направлен на меня, и я под ним покрываюсь испариной. В груди барахлит сердце.

Я вижу не того Макса, к которому бежала на концерт. Теперь это точно. Передо мной — просто классный парень, с которым у меня второе, но очень странное и внезапное свидание.

Ах да, еще мы целовались с языком.

— Что насчет тебя, Оливия Эдер? Твоя мечта?

Макс обходит меня, так и не докоснувшись. А я, черт возьми, ждала. За баром находит кофемашину и насыпает зерна. Ведет себя как хозяин. Сколько же денег он дал тому мужичку на входе?

— Моя мечта…

Моя мечта была встретить Макса Пауля. Взять автограф, потанцевать с ним. Чтобы он влюбился в меня без памяти! Но озвучить это я не могу. По-детски как-то, да и выдам себя с потрохами.

— Если честно, я никогда не задумывалась. У меня всегда и все было. О чем бы ни замышляла, папа исполнял, — говорю тихо, и неуютно становится вдвойне.

Между нами будто пропасть.

— Папина принцесса…

— Да, она.

— Твой кофе, — протягивает миниатюрную чашку с эспрессо.

Сказать, что терпеть его не могу, не поворачивается язык. Принцессы же не пьют горький кофе. Мы предпочитаем что-то ванильно-сладкое с горой взбитых сливок.

— То есть ты совсем ни о чем не мечтала? Никогда-никогда? Даже, например, прокатиться на луне? Скупить весь молл с модной одеждой? Стать известной топ-моделью.

Хихикаю.

— Моя мама топ-модель.

— Тогда понятно.

— Что именно?

— Почему ты такая красивая.

Густо краснею.

— Я мечтала об одном парне.

— Принце?

— Он совсем не принц, — свожу брови вместе и все-таки отпиваю ужасный кофе. Будто горячий жидкий песок касается моего языка и неба.

— Хорошая девочка и плохой мальчик?

— Что-то вроде того.

Он ведет себя иногда как хам, ворует без спроса поцелуи и оставляет пустые банки на сиденье, куда позвал красивую девушку, с его слов.

— И что дальше? — Макс делает себе свой кофе и, не поморщившись, выпивает залпом.

— Дальше… Я мечтала о нем. Чтобы, ты знаешь, как в сказке. Он меня заметил, влюбился без памяти и увез.

— Я подумал, — забрав у меня чашку и помыв обе под краном, обходит барную стойку, чтобы оказаться рядом. — Я же тоже плохой мальчик. И увез тебя…

— Как в сказке?

— Как в песне.

Его губы вновь касаются моих. Пространство вокруг начинает кружиться. Ноги отрываются от земли, но это Макс подхватил меня, чтобы усадить на барную стойку. Сейчас плевать, что это какой-то задрипанный бар, плохой парень напротив уже третий раз ворует мои поцелуи, когда у нас только второе свидание!

Мы целуемся жадно. Я сминаю его плечи, пальцами зарываюсь в волосы. Его губы прокладывают дорожку от моих губ к щекам и подбородку. Веки закрываются, я подставляю шею под грубые касания Пауля.

Все очень остро, пылко. Теряюсь во времени и не узнаю себя. Ощущения заглатывают с головой. Все происходит быстро, чувственно. Еще вчера днем я собиралась на первое свидание, а сегодня Макс стоит между моих ног и шепчет пошлости на ухо.