banner banner banner
Музыка и зло в городе ураганов
Музыка и зло в городе ураганов
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Музыка и зло в городе ураганов

скачать книгу бесплатно


Джуд очнулась на сухой рассыпчатой земле под одним из древних плакучих деревьев, усеивающих кладбище. Батон-Нуар предпочитал хоронить своих мертвецов над землей, поэтому кладбище усеивали каменные склепы и мраморные гробницы. Воздух под сенью ветвей оставался прохладным, и дышать стало намного легче. Растянувшись на земле, Джуд осознала, что втягивает в себя воздух большими глотками.

– Правильно, – произнес Шарки, стоя рядом на коленях. – Дыши глубже.

Шарки помог Джуд сесть, и она ощутила за спиной крепкий и надежный ствол дерева.

– Что случилось? – спросила Джуд. – Где все остальные?

– Ты рухнула, вот что случилось, – ответил Шарки. – А что касается остальных, они кладут мадам в склеп, пока она не вылезла из гроба и не начала всех проклинать. Вот, возьми.

Шарки передал Джуд свою флягу, полную сладкого холодного чая. С чувством благодарности девушка сделала глоток, ощутив в горле прохладную, приторную жидкость.

– Кукла действительно кричала? – уточнила Джуд, опустив флягу. – Или мне это приснилось?

– Тебе не приснилось, – ответил Шарки. – Это самое жуткое зрелище, что я когда-либо видел.

– Что все это значит? – удивилась Джуд.

Шарки отмахнулся от вопроса.

– Понятия не имею. Да кого это волнует? В данный момент меня больше беспокоит твое состояние. Тебе лучше?

Джуд кивнула. Ей и вправду стало лучше. Тенистая прохлада, сладкий чай и покой сняли напряжение, хотя до сих пор оставалось ощущение, схожее с восстановлением после простуды.

– Вчера достал тебе сюрприз, – вспомнил Шарки.

Вытащив из кармана маленький мешочек, он вручил его Джуд.

– Надеюсь, это не то, о чем я подумала, – буркнула девушка, с отвращением глядя на подарок друга.

Шарки промолчал, и тогда Джуд развязала веревочки и вытряхнула на ладонь маленький предмет. Им оказался тонкий серебряный браслет с подвеской-талисманом в форме снежинки.

– Это амулет хладнокровия, – упрямо заявил Шарки. – Он предназначен для таких людей, как ты. Для горячих голов, кто не в силах контролировать свой гнев.

– Я знаю, что это. – Джуд закатила глаза и бросила браслет Шарки. – Ты прекрасно знаешь, что я не ношу талисманы каджу.

На самом деле Джуд оставалась единственным музыкантом в оркестре, у кого не имелось ни одного амулета. Время от времени она слышала, как другие шептались, что она разыгрывает спектакль, и амулеты вшиты в подкладку пиджака, убраны в карманы или спрятаны в нижнем белье. Но Джуд не волновало, что о ней думали. Она знала, что музыкальные способности – это ее личная заслуга, а не магия талисманов, и для нее этого было достаточно.

– Ты сама себе злейший враг, – припечатал Шарки.

– Несомненно.

– Я же не идиот, – продолжил он. – Я понимаю, что маленького амулета вряд ли достаточно. Но ведь он и не навредит?

Джуд ничего не ответила. Кипящий гнев, который она носила в себе последние восемь лет, постепенно становился все сильнее и сильнее. Любая обида сразу вызывала вспышку ярости, и девушка оказалась не в силах с этим справляться. Джуд вступала в драки, которые заведомо не могла выиграть. Ее избивали, она истекала кровью, но ей было все равно.

Шарки заглянул в глаза подруги.

– Я мог бы просто убить Лироя Ламара.

– Не нужно, – устало ответила Джуд. – Я злилась еще до того, как он появился. Лирой не виноват.

«И он не такой уж плохой, – хотела добавить некая крошечная и коварная ее сторона. – Однажды он помог мне почувствовать себя особенной».

А что самое отвратительное – она до сих пор испытывала к Лирою противоречивое чувство симпатии, смешанное с тупой болью от всех его унижений. Даже сейчас ей было трудно принять тот факт, что она настолько ошиблась на его счет.

– Но он и не помог, – проворчал Шарки. – Как можно быть таким ничтожеством?

«Этот парень разобьет тебе сердце», – предупреждал он с самого начала.

И оказался прав.

– Давай я куплю проклятый шар и подброшу ему во двор, – предложил Шарки.

– Нет, – возразила Джуд с легкой улыбкой. – Никаких проклятых шаров.

Шарки улыбнулся в ответ и положил руку ей на плечо.

– Нужно что-то менять, красавица. Тебя тянет ко дну. Пора прекратить борьбу и погасить ненависть к миру.

– Я знаю, – согласилась Джуд. – Я хочу измениться. Просто это сложнее… намного сложнее, чем я думала.

Она взглянула на себя глазами Шарки, и этого хватило, чтобы почувствовать себя измученной и оплеванной. Ей стало трудно смотреть ему в глаза, но друг мягко взял ее за подбородок и не позволил отвести взгляд.

– Не нужно стыдиться, дорогая, – тихо произнес он. – Не со мной. Я ведь тоже умею быть упрямцем. И я не позволю тебе упасть, слышишь? Только не я.

– Я пытаюсь, – прошептала Джуд. – София показывает мне некоторые упражнения…

– И это здорово, – перебил Шарки. – Но этого недостаточно, и ты сама это знаешь. Джуд Ломакс, тебе пригодится любая помощь, так что, черт возьми, позволь мне помочь, чем могу.

Шарки снова вложил амулет в виде снежинки в дрожащую ладонь подруги.

– Посмотри на меня, – попросил он, глядя на девушку темно-карими глазами. – Я умоляю, носи его. Сделай это ради меня, раз не хочешь ради себя.

Джуд осознала, что взяла талисман, – по-настоящему приняла его, хотя никогда даже не подозревала, что способна на это. Впрочем, сейчас многое шло не по плану.

– Я подумаю, – пообещала Джуд, убирая браслет в карман.

Шарки кивнул.

– Полагаю, что на данный момент этого вполне достаточно.

На другой стороне кладбища что-то замелькало. Подняв глаза, они увидели, что скорбящие расходятся – похороны закончились. Шарки сбегал к Бенни, чтобы получить жалованье, а затем вернулся к Джуд. Несмотря на боль от побоев и паршивое самочувствие, Джуд снова поднялась на ноги. Начало положено.

– Как насчет позднего обеда? – предложил ей Шарки, кивнув в сторону «Дохлого дела», кафе через дорогу.

Вновь проходя через ворота, Джуд поискала глазами куклу каджу, но та исчезла. Джуд поинтересовалась у Шарки, куда марионетка подевалась, но он лишь пожал плечами.

– Наверное, стащил кладбищенский вор, – предположил он. – Или кто-то из семьи, чтобы поставить на каминную полку в память об Айвори.

Джуд мало что знала о Королеве каджу. Девушке лишь было известно, что у той осталась дочь, которая отвергла каджу и покинула Батон-Нуар. Однако внучка Айвори, Черити Монетт, до сих пор жила здесь.

Друзья дошли до «Дохлого дела», заняли столик у окна и заказали кофе и оладьи.

– Похоже, тебя хорошо потрепали, – глядя на нее через стол, заметил Шарки.

Джуд пожала плечами и надавила языком на зуб, надеясь, что он волшебным образом укоренится. К сожалению, он так и шатался, вызывая сильную жалящую боль.

– Не хуже, чем раньше, – отметила она.

– Твой арендодатель – настоящий кусок дерьма, – ругнулся Шарки.

– Согласна.

– Разве вчера вечером ты не играла для Монстра из Лунного Света?

Джуд закатила глаза.

– Ты мог бы его так не называть?

– А что, я не прав?

Поместье Лунный Свет имело ужасную репутацию в Батон-Нуаре. Всем было известно, что семейство Майстро, владельцы дома, поголовно сумасшедшие. По их венам текла кровь холодного духа, и не просто духа, а самого Крэга.

Сказать, что теплые духи-легба несут добро, а холодные – зло, было бы слишком упрощенно, однако это оставалось наиболее понятным объяснением для новичков в Батон-Нуаре. Одни люди верили, что легба – это духи каджу, в то время как другие утверждали, что до исчезновения богов теплые легба представляли собой ангелов, а холодные легба – демонов.

Крэг правил злыми духами, и люди боялись его потомков из-за грозного пророчества. Предсказание гласило, что наступит день, когда один из Потомков освободит коней Апокалипсиса, в результате чего наступит конец света.

В безумстве и жестокости семейства Майстро никто не сомневался. Пятьдесят лет назад полиция обнаружила на их чердаке кошмарное зрелище – до безобразия изуродованных людей, ставших жертвами омерзительных экспериментов. Некоторые из них все еще дышали, несмотря на оторванные конечности или пришитые лишние руки и ноги. За эти преступления жители тогда линчевали Виолетту Майстро, но в доме жили и другие ее родственники, и теперь трудно сказать, остался ли кто-то из них в живых, поскольку старение у Потомков проходило весьма странным образом.

Дело не только в продолжительности жизни, но и в том, что процесс их взросления иногда замирал. Это могло случиться и в пять лет, и в девяносто и длиться очень долго. Поэтому узнать наверняка возраст Потомка не всегда представлялось возможным.

Судя по всему, в доме остался лишь Андре Майстро, также известный как Призрак Лунного Света. Говорили, что лицо его обезображено и он редко появлялся на публике. Отсюда и прозвище. Даже Джуд никогда его не видела, хотя работала в поместье уже целый месяц.

Когда ей пришло приглашение, папа впал в ярость.

– Не смей даже думать, чтобы пойти в это кошмарное место, – твердил он. – Это слуги дьявола! Ему от тебя что-то нужно. Как он вообще узнал, где ты живешь?

– Он говорит, что слышал наш оркестр и попросил у Бенни мой адрес, – объяснила Джуд.

– Ты не пойдешь туда, Джуд, – запрещал отец. – Пока ты живешь под этой крышей, даже не смей!

Джуд смиренно согласилась, а потом, соврав, что получила работу в другом месте, прямиком отправилась в Лунный Свет. За всю свою жизнь она совершала много ошибок, но нужно быть полной дурочкой, чтобы отказываться от оплачиваемой работы.

– Теперь у нас есть деньги, чтобы продержаться какое-то время, – обрадовалась Джуд, вытаскивая из кармана конверт с жалованьем.

Мысленно она уже подсчитывала, сколько нужно денег, чтобы дожить до Ночи каджу, которая наступит через несколько дней. Джуд знала, что у нее, как и у любого музыканта в городе, в этот период появится работа.

– Ну, и сколько платят за повышенную опасность? – спросила она, заметив, что конверт толще обычного.

– Почти в полтора раза больше, – ответил Шарки.

Он достал из кармана пилочку и принялся обрабатывать свои и без того идеальные ногти.

– Еще при жизни Айвори Монетт просила, чтобы на ее похоронах играл именно наш оркестр.

– Правда?

Джуд крайне удивилась его словам. Да, играли они прилично, но все же не могли конкурировать с «Рубиново-красным духовым оркестром», маршевым оркестром «Дело в шляпе» и «Пьяным Дьяволом».

– Может, она решила, что ребята занервничают? Испугаются проклятия. Бедные музыканты вероятнее клюнут на плату за опасную работу, – предположил Шарки.

– Наверное, так и есть.

Джуд посмотрела на конверт в руке. После того как она увидела ожившую куклу каджу, она пожалела, что насмехалась над проклятиями с того света.

– Я сразу поеду к Сидни и заплачу за аренду, – сказала Джуд, убрав конверт в карман. – В противном случае он потребует проценты.

– Я поеду с тобой, – заявил Шарки, поднимаясь со стула.

– Не нужно, – уверила Джуд.

– У меня все равно на сегодня нет больше дел. Я пойду с тобой, – настоял на своем Шарки.

Вскоре они добрались до района Фонтанов, где рядком выстроились изысканные дома с белыми колоннами и ухоженными садами. Пока Джуд отдавала деньги неприветливому дворецкому, Шарки ждал ее на тротуаре, спрятав руки в карманы.

Джуд присоединилась к другу и тотчас заметила неподалеку мужчину. Он стоял в нескольких ярдах, опираясь на фонарный столб. Несмотря на дневное время, незнакомец был облачен в черную вечернюю одежду и шелковый цилиндр. На носу у него сидели очки из дымчатого стекла, а из кармана свисала цепочка для часов. В одной руке мужчина держал трость, а в другой – сигарету. Хотя через темные очки было плохо видно, Джуд показалось, что он смотрит прямо на них сквозь пелену сигаретного дыма. Стоило ей вглядеться в его лицо, как рот его тут же расплылся в ленивой улыбке.

Джуд ощутила, как кожа на затылке покрылась мурашками.

– Как долго он там стоит? – обратилась она к Шарки.

– Кто? – удивился тот.

– Вот этот мужчина, одетый как…

Джуд замолчала. Внезапно незнакомец исчез, оставив за собой лишь сигаретный дым.

– О… Он ушел. – Джуд огляделась, но его и след простыл. – Там стоял мужчина, одетый как Барон Лука.

Лицо Шарки скривилось.

– Зачем кому-то переодеваться в Барона Луку?

Пожалуй, Барон Лука являлся самым знаменитым холодным духом из всех – духом смерти. Его всегда изображали в вечернем наряде, с цилиндром и в очках из дымчатого стекла. Он любил сигареты и торфяной виски, а еще всегда носил с собой карманные часы, чтобы отслеживать время, когда людям пора будет отправляться в мир иной.

С тех пор, как ушел Великий Змей, миром правили братья-близнецы, Оллин и Крэг. Оллин был принцем теплых легба и контролировал духов дня, в то время как Крэг повелевал холодными легба – духами ночи. Он был также известен как зловещий хозяин перекрестков и отвечал за пересечение всех невезений, несчастий, разрушений, несправедливости и страданий в мире.

Братьев всегда изображали в виде двух чернокожих стариков, лениво покуривающих трубки и одетых в потрепанные костюмы и широкополые соломенные шляпы. На всех картинках они всегда стояли по разные стороны духовного перекрестка.