скачать книгу бесплатно
– Надо вернуть рабов, – ответил Ацро-Шану. – Надо объявить им помилование и поставить на работы.
– Никогда! – гневно воскликнул царь. – Помиловать бунтовщиков? Цареубийц? Никогда! Мы привлечем к работам воинов!
– У воинов будет достаточно своей работы! – осмелился возразить Кетцаль-Коотль. – И потом… Мои воины? Какие же они столяры и плотники? Воины умеют только владеть мечом! Их пришлось бы еще долго учить новому ремеслу.
– Сейчас не время для мести… – сказал Ацро-Шану. – У нас нет выбора: или помиловать рабов, или погибнуть вместе с ними.
– Лучше погибнуть, чем помиловать! – упрямо ответил царь.
– Ну что ж? Твоя воля священна. Будем готовиться к гибели, – сказал Ацро-Шану, лукаво взглянув на царя из-под нависших бровей.
– Но… я успею спастись! – смущенно произнес царь, помолчав.
– Да, ты можешь успеть. Но что будет с тобой, если при тебе не будет армии, жрецов, оружия, всяческих запасов и золота? Ты будешь как тростник, ветром колеблемый.
Царь колебался.
– Вот что… – продолжал Ацро-Шану с той же скрытой улыбкой. – Ты жаждешь мести. Она не минует рабов. Мы можем пообещать им помилование. Но ничто не помешает нам взять лишь столько рабов, сколько нам нужно для путешествия и устройства на новом месте. Остальных мы оставим, в последний момент пообещав вернуться за ними. Поверь, что гнев богов настигнет их здесь вернее, чем меч Кетцаль-Коотля. Ни один не уцелеет… А когда обживешься на новом месте и обзаведешься новыми рабами, можно будет покончить с мятежниками, вывезенными из Атлантиды. Не так ли?..
Царь нахмурился и процедил сквозь зубы:
– Согласен!.. Кетцаль-Коотль! Разошли вестников по всем лесам. Объяви им от моего имени о царской милости.
XVI. Крылатый змей
Во все города и селения Атлантиды были разосланы гонцы. На площади у храмов звучали бронзовые трубы этих вестников несчастья. Глашатаи кричали перед испуганной толпой:
– Гнев богов обрек Атлантиду на гибель!.. Все население волей царя призывается на общественные работы… Мы должны спешно готовиться к бегству!..
Посейдонис походил на встревоженный муравейник. Люди бегали по улицам испуганные, бледные, как во время пожара. Общее несчастье сблизило людей и нарушило кастовые преграды. Незнакомые люди различных каст окликали друг друга:
– Слыхали?
– Да. Ужасно!.. – и разбегались в разные стороны.
Казалось, вся Атлантида потеряла голову. Люди перебирали свои вещи, отбрасывая ценное, складывая ненужное, суетились без толку, забывая о сне и еде. Некоторые впадали в странное оцепенение: сидели молча, ничего не слыша, как статуи. Женщины плакали, прижимая детей к груди.
Так длилось несколько дней, пока Священный Холм не организовал правильных работ.
Хмурые, плохо верящие в «царскую милость», возвращались рабы из лесов. Другого выхода им не оставалось. Все же часть рабов не вернулась в Черный город. Одни из них не верили в неизбежную гибель Атлантиды, другие предпочитали лучше умереть свободными, чем вернуться к рабству.
Близкая опасность, казалось, удесятеряла силы людей. Работы шли днем и ночью с короткими перерывами на сон и обед.
По горным дорогам из лесов тянулись беспрерывной лентой обозы, снабжавшие доки и верфи строительными материалами. Люди и животные падали замертво на дороге, их оттаскивали в сторону, очищали путь, и работа продолжалась с тою же лихорадочной поспешностью.
Готовые корабли нагружались оружием, домашним скарбом, животными, не только домашними, но и дикими: атланты хотели сохранить по возможности все, что напоминало бы им на новых местах их солнечную родину. Каждому свободному гражданину разрешалось взять по семи пар домашних животных и птиц и по две пары диких.
Новые верфи покрывались тысячами строящихся судов; на судах были сооружены крытые палубы на случай бурь и ливней.
При всей напряженности и лихорадочности работ скоро выяснилось, что с первыми отходящими кораблями можно будет вывезти лишь ничтожную долю накопленных тысячелетиями богатств Атлантиды. Царские и жреческие сокровища казались неисчерпаемыми. Решено было взять в первую очередь самое ценное и менее громоздкое. Если катастрофа замедлится, оставшееся имущество можно будет вывезти постепенно. Однако на это было мало надежды. Чтобы вывезти в первую очередь хотя бы часть несметных богатств правящих каст, нужно было сознательно бросить почти на верную гибель не только рабов, но и часть свободного населения Атлантиды. Однако, чтобы избежать паники и восстаний, Священный Холм заверял население, что все оно, до последнего раба, будет увезено до наступления катастрофы.
Наконец сборы царствующего дома были окончены. Все члены царской семьи собрались во дворце царя перед тем, как отправиться на корабли. Не было только Сель, находившейся еще в Соколином Гнезде. Послали за нею. Но посланный вернулся в смущении: Сель не было в Соколином Гнезде.
Ее жених, царь Ашура, был огорчен этим известием, а Гуан-Атагуераган разгневан. Он возлагал большие надежды на брак царя Ашура со своей дочерью. Теперь царь Атлантиды особенно нуждался в дружбе и помощи могучего подвластного царя! Увы! Останется ли он подвластным? Удастся ли сохранить хотя бы дружбу его?..
Царь потребовал немедленно привести для допроса няньку Сель, старуху Гу-Шур-Ца.
Она явилась пред грозные очи царя, низко кланяясь, всхлипывая и утирая слезы краем плаща.
– Где Сель? – спросил сурово царь.
– Трижды великий!.. – и Ца упала на колени. – Не гневись на рабу твою… Я не виновата… Я хранила ее как зеницу ока, но в прошлую ночь крылатый змей спустился с горы… Крылья его были как у летучей мыши, а ноги как у льва… Из ноздрей его шел дым, и огнем дышала пасть его… Сель сидела на балконе и отдыхала в ночной прохладе. Вдруг змей схватил ее в свои когти и взвился с ней на воздух… Я успела уцепиться за плащ Сель… Змей и меня приподнял на воздух… Но плащ упал с плеча Сель, а вместе с ним упала и я… Вот все, что осталось от Сель… – И Ца бросила к ногам царя голубой шелковый плащ Сель, расшитый серебряными лилиями.
Все были поражены рассказом. Но царь подозрительно посмотрел на жрецов.
– Что ты скажешь, Кунтинашар?
– Трижды великий… Я не знаю, что сказать. Бежать Сель не могла… Может быть, ее похитили…
Царь глубоко задумался. Одно несчастье преследует его за другим… Неужели боги наказывают его за ссору с жрецами?.. Гордость и страх боролись в его душе. Страх победил.
– Да будет воля богов!.. – И, обратившись к жрецам, он сказал: – Молитесь богам, чтобы не до конца преследовал нас гнев их… А я… я сделаю все, что могу… Я восстанавливаю ваши права!.. Корабли ждут нас. Но пусть продолжаются поиски Сель после нашего отъезда. Может быть, нам удастся спасти ее…
И, тяжело вздохнув, он обратился к рабам:
– Носилки!..
Последний царь Атлантиды, мерно колыхаясь на золотых носилках, спускался со Священного Холма, чтобы никогда сюда не возвращаться…
XVII. «Золотой век»
Акса-Гуам поправлялся медленно. Он долго бредил восстанием.
Наконец лихорадка оставила его.
– Ну что, сынок, ожил? – ласково спросил его дедушка Гуамф.
Акса-Гуам посмотрел вокруг. Он лежал в старой шахте. Слабый свет виднелся со стороны входа.
– Три недели я тебя берег в этой мышиной норе от ваших ищеек. Первое время очень опасно было. Ну, теперь у них столько забот, что не до тебя. Адиширна был. Тайком пробрался. Зовет в лес. Говорит, хорошо у них там!..
Акса-Гуам ушел к Адиширне, как только позволили силы. Гуамф проводил его. Ночью, тайными тропами пробирались они среди гигантских стволов, поднимавшихся ввысь, как колонны храма. Когда-то в старину эти стволы и брали для колонн. Теперь они шли на постройку кораблей.
– Ну и проказник внук мой! Такую штуку выкинул, что… Да вот сам увидишь! – болтал дедушка Гуамф и смеялся беззубым ртом.
Среди стволов, у пещеры, показалось пламя костра. Когда путники подошли ближе, они увидели Адиширну, который жарил на вертеле горную серну.
– О-го-го! – закричал дедушка Гуамф.
Адиширна вскочил и схватился за меч. Но, узнав Акса-Гуама и деда, он бросился к ним навстречу.
Акса-Гуам дружески поздоровался с ним.
Вдруг, привлеченная их голосами, из пещеры вышла женщина.
Акса-Гуам взглянул на нее и отшатнулся, пораженный неожиданностью.
– Царевна!.. Сель!..
– Да, это она, – сказал Адиширна… – Моя жена!.. – прибавил он с радостным смущением.
– Но почему ты здесь, Сель?..
Все расположились около костра, и Адиширна рассказал Акса-Гуаму историю похищения Сель «крылатым драконом». Этим «драконом» был сам Адиширна. Он решил во что бы то ни стало похитить Сель. Проникнуть через дворец ему не удалось. Тогда он рискнул на последнее средство. Достал канат, укрепил его на вершине горы, над Соколиным Гнездом, и спустился по канату к балкону Сель. Канат оказался коротким: до балкона не хватало всего каких-нибудь два локтя. Адиширна поднялся по канату, привязал конец его у ступни ноги и бросился вниз головой. Протянутые руки достали до рук Сель. Привыкшая к физическим упражнениям, сильная и ловкая, Сель сама поднялась по канату, а вслед за ней и Адиширна. Чтобы избавить няньку от царского гнева, Адиширна успел крикнуть ей о «крылатом драконе», который похитил царевну.
– Так удалось мне сорвать недоступную розу Золотых Садов, – закончил он рассказ, весело взглянув на Сель.
Акса-Гуам не понял этих слов, но Сель ласково улыбнулась Адиширне в ответ.
Дедушка Гуамф зашевелился.
– Ну, дети, мне пора… Цальна, наверно, давно уже ворчит. Навещайте старика! А когда отчалят все корабли, спускайтесь с ваших гор. Здесь хорошо, да больно холодно… Жрецы говорят, что Атлантида погибнет в огне. А я так не очень им верю! Ну, погремит, потрясет, тем дело и кончится. Мало я на своем веку этих подземных толчков пережил! Земля прочно построена. Поверьте мне, старику!.. Да хранят вас боги!..
И он скрылся во мраке леса.
Акса-Гуам поселился в соседней пещере.
Но ему не легко было смотреть на счастливую пару. При виде Адиширны и Сель его рана – потеря Аты – болела сильней.
И он старался забыться в движении, пропадая целыми днями на охоте. Адиширна и Сель с эгоизмом влюбленных были очень довольны этим увлечением Акса-Гуама охотой. Акса-Гуам обеспечивал их провизией, и они все время могли проводить вместе. Они переживали «золотой век». Поглощенные своею любовью, они не думали о катастрофе. Кругом был простор не тронутой человеком природы. Далеко внизу, как игрушечный, виднелся великий Посейдонис; еще дальше – голубая пелена океана. Чистый горный воздух был наполнен ароматами горьких трав и хвои, близость пояса вечных снегов умеряла зной.
Особенно радостны были восходы солнца. Разноголосый хор птиц, румянец зари и разливающаяся по океану золотая река солнечных лучей приводили их в такой восторг, что они падали на колени перед восходящим светилом, воздевали руки и начинали петь гимн солнцу. Это было не религиозное обожествление солнца, но чистый восторг перед великолепием мира…
Потом приходил Акса-Гуам, уставший, часто окровавленный, и приносил на плече свежую дичь, горных коз, меха убитых зверей.
Пока аппетитно дымилось поджариваемое мясо, Акса-Гуам рассказывал о своих охотничьих приключениях…
И дни проходили незаметно.
Казалось, их «золотой век» никогда не кончится. Но катастрофа сама напомнила о себе.
Еще накануне извержения вулкана в жизни леса стало твориться что-то неладное. Птицы срывались со своих гнезд и с беспокойными криками целыми стаями тянулись к океану. Из земли вылезали змеи и большие ящерицы; змеи с шипеньем целыми клубками скатывались вниз. Среди деревьев мелькали горные козы, лисицы и крупные звери. Блеяли козы, звери рычали и бежали все в одном направлении – вниз. Ломая деревья и громко трубя, промчался слон-отшельник. В воздухе стояла необычайная тишина и то особенное напряжение, которое испытывают нервные люди перед грозой. Но земля была неподвижна. Уже несколько дней не чувствовалось ни малейшего колебания почвы. Однако непонятное беспокойство овладело обитателями лесов[10 - Не только животные и птицы, но и некоторые люди инстинктивно чувствуют приближение вулканических катастроф. – Ларисон.].
Адиширна и Сель уговаривали Акса-Гуама не идти на охоту.
– Пустяки! – ответил Акса-Гуам. – Сегодня-то и охотиться! Смотрите, козы бегут целыми стадами. Прощайте! Я скоро вернусь! – И он бодро зашагал в чащу.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: