скачать книгу бесплатно
«Да, чуть позже».
Как она может работать с людьми в таком виде? Мишель снова посмотрела на себя в зеркало – синяки на шее можно скрыть воротом свитера, но лицо не спасет никакой тональник.
«Привет, можешь приехать сегодня?» – напечатала Микки знакомой косметологу. – «Моей коже нужна неотложная помощь».
Массаж, увлажняющая маска, лед, что там еще применяют в таких случаях, а пока стоило хотя бы умыться и одеться. Но сначала отпроситься с работы. Мишель набрала еще одно сообщение начальнице, попросила отгул и пообещала все объяснить позже.
Прежде чем пойти в ванную, Микки проверила входную дверь и, на всякий случай, помимо защелки закрыла на ключ.
* * *
Здание, арендованное под частную клинику психологической и психиатрической помощи, выглядело неприлично величественно. В лучах утреннего света высокие, в два этажа, колонны на входе словно отливали золотом. Микки залюбовалась, пока ждала зеленый сигнал светофора на пешеходном переходе. Вместе с другими людьми она устремилась в высокие двери, в просторный лифт, на свой этаж в отделение семейной психотерапии.
– Тебе идет бирюзовый, так выгодно оттеняет цвет глаз, – поддержала вежливую необязательную беседу коллега с другого направления.
– Правда? Не замечала, спасибо, – шире улыбнулась ей Мишель.
После общения с приятными собеседниками настроение поднималось само собой, пусть такие комплименты и считались всего лишь хорошим тоном. Никто из персонала не был Микки конкурентом или другом, они просто работали на одной территории, так почему бы не поддержать общий настрой. К счастью, коллега не знала, что скрывал бирюзовый свитер.
К комнате отдыха ординаторов Мишель шла, поправляя ворот кофточки. С Сидни они были не только коллегами, но и приятельницами, и Сид обязательно задаст неудобные вопросы.
– Бога ради, Мишель, что вчера случилось?! – зашептала подруга, как только Микки приблизилась.
– Внутри поговорим!
По коридору уже ходили другие работники и пациенты, поэтому Мишель поспешила утянуть приятельницу прочь от посторонних ушей и глаз. Подробностей о своих отношениях Микки не рассказывали, но Сидни примерно знала, что происходило.
– И что, ты теперь свободная птичка? – улыбалась подруга.
– Получается, да, – подмигнула ей Мишель.
– Все будет хорошо, – заверила Сид, застегивая пуговицы форменной сорочки. – Тебя наверняка ждет миссис Рид.
Неумолимо начинался рабочий день. Прежде чем выйти из комнаты отдыха, Мишель проверила мобильный – Дин не звонил и не писал. Микки из любопытства залезла в единственную его соцсть, которую знала: заходил три дня назад. Девушка отложила телефон. Что она вообще знала о своем «парне»? Ни друзей, ни родителей, даже о его работе толком не знала, удовлетворившись отговоркой «бизнесмен». Впрочем, теперь все это было не важно.
В дверь постучали, и девушка подпрыгнула от неожиданности.
– Мишель, я могу войти? – начальница ждала ответа.
– Да, – Микки спрятала мобильный в сумочку, а сумочку в шкафчик. – Я уже переоделась.
Миссис Джулия Рид, как всегда, выглядела превосходно. Она была из тех женщин, которые хороши в любом возрасте, и немалую часть образа составляло ее всегда тактичное поведение.
– Что с тобой вчера случилось? – Джулия подошла ближе к Мишель и внимательно заглянула в глаза.
– Просто приболела, ничего страшного, – Микки не любила врать, но вывалить всю правду просто не могла. – Наверное, простыла под дождем. Уже все хорошо, – она улыбнулась.
– Мишель, – начальница чуть наклонила голову вбок. – Ты работаешь с психологами, тут все друг друга анализируют.
Конечно, она была права. В университете Микки лелеяла мечту о том, как станет востребованным психотерапевтом, арендует себе офис в небоскребе и будет помогать людям днями напролет за умеренное вознаграждение. В реальности все оказалось немного сложнее: и медицинское образование, и практика, и получение лицензии; но атмосфера в клинике Мишель нравилась. За два года Микки сильно выросла, как в профессиональном, так и в ментальном плане. Студентов обязали проходить групповые терапии, где за короткое время получаешь четкую обратную связь и учишься видеть людей насквозь.
– Мой парень, уже бывший, – все же призналась Мишель.
– Это он оставил тебе синяки?
Девушка резко одернула вверх ворот свитера, на котором уже, наверняка, остались следы тонального крема.
– Тут нечего стыдиться, – Джулия тепло улыбнулась. – Ты не виновата в поступках другого. Если хочешь, можем поговорить об этом после работы.
– Спасибо, – Микки тоже улыбнулась.
Она понимала, что стоит согласиться, но не так просто признаваться в своей некомпетентности.
– Почему ты выбрала направление психологии? – вдруг перевела тему миссис Рид.
– Я хотела помогать людям с душевными ранами, – не задумываясь ответила Мишель. – Это не менее важно.
Джулия кивнула и едва ощутимо погладила девушку выше локтя.
– Мы – врачи – такие же люди, как и все остальные. Хирург тоже может оступиться и сломать ногу, понимаешь? Зайди ко мне в кабинет после смены.
И Микки кивнула. Уже не в первый раз она благодарила Судьбу за то, что по случайности попала именно в эту клинику: миссис Рид – прекрасная начальница, Сидни – хорошая подруга. Правда, Дина девушка тоже встретила здесь.
Джулия еще раз улыбнулась подчиненной и вышла из комнаты. Мишель невольно посмотрела на шкафчик, куда убрала телефон. Может, Дин все же объявится? Микки прекрасно понимала, что отыгрывает роль жертвы, но сознание с самого утра постоянно подбрасывало светлые воспоминания.
Не все время отношений он был козлом. В начале знакомства все было так волшебно, что Мишель буквально потеряла голову: постоянно улыбалась, чувствовала себя вдохновленной, тратила энергию на других людей и готова была свернуть горы.
– Так и работает абьюз, – одернула Микки сама себя. – Все кончено.
И пора работать. Ее ждали три групповых терапии подряд, завал документации и личная консультация с миссис Рид, что, впрочем, тоже отличный опыт. Посмотреть, как работает профессионал всегда полезно.
До самого вечера Мишель не вспоминала о личной жизни. В клинике постоянно что-то происходило, даже в отделении рядовой терапии. Насколько Микки знала, в частных заведениях спокойнее, чем в государственных, но скандалы супругов, детские слезы и неожиданные истерики от приличных с виду людей – обычное дело. У всех есть эмоции.
Иногда Мишель просто смотрела на других и представляла, какие миры в них скрыты. Жизнь каждого – уникальная история, которую человек рассказывает, которую она – Микки – может собрать по кусочкам и сложить в единую картину. Может помочь самому человеку увидеть картину совсем иначе или под другим углом и найти решение. Провести кого-то через лабиринт его собственных терзаний и сожалений. Вот почему Мишель выбрала именно направление исцеления души.
– Значит, вы расстались? – задала начальница первый вопрос.
Правда, пока что это миссис Рид помогала ей – Микки – собрать кусочки пазла и расставить их по местам.
– Да. Я его выгнала, сделала вид, что вызвала полицию, и он ушел.
– Что ты чувствуешь по этому поводу? – Джулия не вела запись приема, просто сидела в своем кресла, положив ладони на подлокотники.
Мишель не успела разобрать, что чувствовала. Отношения начались стремительно и также стремительно закончились. Подумать только, они с Дином встречались всего три месяца, два из которых почти жили вместе. Он приходил, когда хотел, исчезал без предупреждения; вел себя, то как лучший в мире мужчина, то как эталонный злодей из фильмов. Микки не знала почти ничего о его жизни, о его чувствах. Дин говорил, какая она красивая, но не произносил «люблю», не признавался в симпатии; он хвалил или ругал. И обещал, очень много обещал.
– Мне стыдно, – призналась Мишель. – Стыдно, что я понимала происходящее, но продолжала. Я влюбилась в абьюзера, понимая, кто он.
– Ты поняла это сразу?
Когда? В первую ссору? Нет, намного позже. Сначала Микки оправдывала поведение Дина плохим настроением, винила себя или обстоятельства. Виноват был всегда кто-то другой.
– Нет, – она покачала головой. – На третье или четвертое повторение. Через полтора месяца.
– А когда ты в него влюбилась? – наводила на мысль Джулия.
С первого взгляда, с первого слова. Мишель почти представила, как в ее глазах загорелись сердечки, когда Дин, проходя мимо, ей улыбнулся, а потом спросил, где регистрационная. Это было так глупо и так… стыдно! Она вела себя в тот день, как полная идиотка. Видимо, поэтому он и обратил на нее внимание – хищник всегда вычисляет жертву, Дин знал, с кем сможет быть тираном.
– Сразу, – тяжело было рассказывать. – У меня внутри словно фейерверки взорвались и фестиваль любви начался. Он казался самым красивым мужчиной на свете.
– А сейчас?
– Я все еще считаю его красивым, – Микки улыбнулась. – И, наверное, все еще могу почувствовать фейерверки.
– Вероятно, ведь твои эмоции искренни, – миссис Рид кивнула. – Любовь или влюбленность не проходят моментально, это комплекс процессов, которые происходят в организме. Определенная реакция на определенного человека.
Мишель только согласно кивнула. С Дином она впервые ощутила «химическую любовь», про такую говорят: идеальная физическая совместимость. Микки постоянно хотела прикасаться к нему, быть как можно ближе, чувствовать запах. Ее тело было влюблено в его тело, все еще было влюблено.
– Почему ты приняла решение о разрыве этих отношений? – продолжила Джулия.
– Поняла, что они деструктивные, что все больше и больше принимаю позицию жертвы, – Мишель поерзала. – Он меня подавлял, подчинял, как будто лишал собственного «я». И в тот момент, в тот вечер, я просто осознала, что могу исчезнуть.
– Это тебя напугало?
– Да, и отрезвило. Сначала было очень страшно, я ощущала себя такой беспомощной и одинокой. Как будто он – единственный мужчина в моей жизни и другого не будет, как будто можно и потерпеть его жестокость, – Микки стало горько от воспоминаний.
– Такие сильные эмоции действительно могут не повториться в здоровых отношениях, – после короткой паузы резюмировала миссис Рид.
Она говорила правду, прописную истину. На одной чаше весов – одурманивающее, всепоглощающее счастье; на другой – спокойствие и стабильность. Мишель отвела взгляд, посмотрела за окно. На город медленно опускались сумерки, крыши соседних домов подсвечивало заходящее солнце. Хотела бы она жить «на грани» постоянно? Не знать, как любимый человек поведет себя через час, строить с таким человеком семью?
– Зато в здоровых отношениях я буду точно знать, что дома меня любят, – Микки снова посмотрела на руководительницу и немного грустно улыбнулась.
– Очень правильное утверждение, – Джулия улыбнулась ей в ответ. – Желаю тебе найти эту гармонию, Мишель. Если вдруг возникнут трудности, ты всегда можешь со мной поговорить.
– Спасибо вам.
Миссис Рид покачала головой, обозначая, что рада помочь. Микки верила в добрые и бескорыстные намерения начальницы. В любом случае, после бесед с ней становилось легче.
Мишель вернулась в ординаторскую, сняла форму и уверенным движением пальца разблокировала телефон. Ни сообщений, ни звонков. Какой-то частью своего сердца Микки огорчилась, но здравомыслие быстро взяло верх. Она все сделала правильно. Стоило разорвать отношения раньше, но получилось так, как получилось. Главное, что теперь Мишель на собственной шее – как иронично – поняла, каких людей стоило опасаться. Если Дин все же позвонит или напишет – лучше его проигнорировать, чтобы не попасться на крючок манипуляций, и у Микки были силы противостоять своим инстинктам.
С улыбкой попрощавшись с коллегами, Мишель забежала в лифт и вздохнула, представляя, как зайдет в любимое кафе по пути домой, поужинает ароматной пастой с томатами и выпьет бокал прохладного вина.
Золото вечера еще не осыпалось, пробивающиеся в щели между зданиями лучи закатного солнца отражались от окон и прятались в кронах деревьев. В витринах магазина напротив загорелись желтоватые лампочки, на улице пахло свежестью и немного пылью – типичная атмосфера большого города. Микки ненадолго задержалась на ступеньках, чтобы полюбоваться пейзажем, и в еще лучшем настроении направилась к пешеходному переходу.
– Мисс Батлер, здравствуйте!
Ее окликнули со стороны стоянки для персонала. Мишель остановилась, как вкопанная. Раньше, чем мозг успел обработать информацию, отреагировало тело: в груди у Микки взорвались фейерверки, а пальцы мелко задрожали.
– Мисс Батлер, – голос прозвучал ближе. – Прошу вас, задержитесь на пару минут.
По спине пробежали мурашки; Мишель не могла заставить себя проигнорировать зовущего и идти дальше. Делать вид, что не расслышала обращения, было уже слишком поздно. Микки зажмурилась на мгновение, стараясь собраться с мыслями, а потом обернулась.
Глава 3
На тротуаре, залитом светом закатного солнца, стоял Дин, смотрел на Мишель и неловко улыбался. Девушку словно кипятком ошпарило, колени ослабли и бежать бы уже точно не получилось. Он выглядел как герой ретро фильма, в костюме тройке и с забранной набок челкой. Микки отшатнулась, споткнулась о собственную ногу и чуть позорно не повалилась задом на плитку.
– Мисс Батлер, вы в порядке? – он сделал шаг вперед, в его взгляде отразилась обеспокоенность.
Открыв было рот, Мишель не нашлась, что сказать, она просто пялилась, надеясь что подойдет охранник или полицейский. Зачем Дин устроил этот маскарад? Почему так выглядит? Чертов парик, и у него что, линзы на глазах? Микки закрыла рот и сглотнула. Уж глаза своего мучителя она бы узнала из тысячи – светло голубые, почти прозрачные, а у этого – карие, цвета крепкого черного чая. На светлой радужке темная линза не может выглядеть так натурально. Дин тряхнул головой, пытаясь поправить упавшую на лоб челку, в янтаре его глаз отразился солнечный блик, и Мишель беспомощно вскрикнула. Фейерверки в ее груди распустились какими-то совершенно новыми узорами.
– Позвольте помочь? – не сдавался ретро Дин. – Вы побледнели, давайте присядем.
Его образ, костюм – не самое странное, больше всего Микки поразил взгляд: живой, меняющийся, отражающий каждую мысль, каждую эмоцию. Она могла бы понять его без слов.
– Отойди! – неуверенно отмахнулась словами девушка.
Могла бы, но в какой-нибудь другой, параллельной жизни. В этой – никаких больше Динов, чем бы он сейчас не попытался оправдаться.
– Убирайся, я вчера все сказала, – ровнее и жестче бросила Мишель. – Между нами все кончено.
– О… – и Дин отступил.
Он замешкался! Микки читала это во взгляде. Он подбирал слова и все еще обеспокоенно на нее поглядывал. Неуверенность мучителя придала Мишель сил, она расправила плечи, твердо встала на ноги, но все же не ушла. Ей стало интересно, что он скажет.
– Я не знал, что вы еще были вместе, – словно извиняясь выдал мужчина. – Простите, тогда, наверное, стоит поговорить позже. Не хотел вас пугать, приношу свои извинения.
На этот раз Микки потеряла дар речи от удивления. Она как будто уснула на работе или в кабинете у миссис Рид и видела странный, деформированный больной фантазией образ. Психика превратила страшного мучителя в галантного джентльмена, а чтобы избежать неприятных ассоциаций поправила и внешность.
– Что? – Мишель незаметно ущипнула себя за бедро и моргнула, видение не исчезло.
– Вы приняли меня за Дина, верно? – Дин улыбнулся. – Но я – не он, я – его старший брат, Коул Спаркс.
Мир сместился в сторону и поплыл, Микки готова была поклясться, что почти упала в обморок. Брат? Брат близнец что ли? Серьезно?! Почему проблема раздвоилась, почему второй из них от нее тоже чего-то хотел. Все стало слишком сложным, и Мишель зацепилась за то, что осознать было проще всего.
– Спаркс? Что за шутки, Дин? Ты говорил, что твоя фамилия Осборн, и тот юрист из «Осборн энд Ко»… кто ты вообще?! – она больше не могла сдерживаться и повысила тон.
– Я Коул, – повторил мужчина. – У Дина другая фамилия, но все равно не Осборн. Мисс Батлер, вы, наверное, в шоке. Прошу, присядьте, я покажу документы, – он не стал приближаться, только осторожно кивнул в сторону скамейки.
Мишель стало противно из-за того, что придется послушаться этого человека. Зачем Дин с ней так? Что за игру он затеял? Ноги совсем не держали, и Микки все же пришлось опуститься на обозначенную скамейку. Голова кружилась, тянуло с силой ткнуть себя в синяк на шее, чтобы боль разбудила или отрезвила, и девушка подняла руку к вороту.
– Это он сделал? – мужчина успел отойти к машине и вернуться, а теперь уставился на шею мисс Батлер.
– Это ты сделал, нравится? – с нажимом на местоимение спросила Мишель.
В ней вдруг поднялась такая жгучая ненависть, такая горькая обида, что захотелось размозжить это красивое лицо тирана пряжкой сумочки. Ударить так сильно, как только получится. И Микки уже подняла на него взгляд, намереваясь влепить хотя бы пощечину – он заслужил! – когда наткнулась на полный сочувствия ответный взгляд. Мужчина смотрел с сожалением, досадой и немного зло. Тогда до Мишель наконец-то дошло. Взгляд Дина, настоящего Дина, всегда был направлен не на нее, он всегда смотрел вглубь себя, и для собеседника показывал только то, что хотел. В его глазах никогда не отражались чужие эмоции.
– Мне так жаль, простите… – близнец мучителя не знал, что делать.
Он протянул к девушке руку, тут же одернул себя и не стал приближаться, а потом присел на корточки и заглянул Микки прямо в душу.