Журнал «Рассказы». Цвета невидимки

Репка встал, чувствуя, как дрожат колени, повернулся. Незнакомец, похоже, был головы на две выше его, он с любопытством заглядывал в сарай через широкую щель между досками, глаза его были желтые, как будто кто-то взял пригоршню сухих осенних листьев всех цветов да перетолок их в одной ступке. Нет, людские глаза в темноте такими не бывали. Неужели это вернулся сам Хранитель Мудрости? Но голос был как будто не тот, что доносился от края поля: такой же веселый и живой, но лишенный благородного гортанного отзвука.

– Что ты! Можешь не благодарить меня. Не надо.

Репка встрепенулся, торопливо поклонился, чувствуя вину и за заминку, и за злословье, которым не так давно про себя потчевал гостя.

– Простите! И пожалуйста, примите мою благодарность. Я Репка. А вы Хранитель Мудрости? Я не узнаю вас, вы… ну…

Желтые глаза стали двумя тонкими черточками.

– Все мы немного Хранители Мудрости. Иногда даже я. – Голос незнакомца делался то по-старчески важным, то вновь сбрасывал лишние десятилетия, молодел, да таким и остался. – Мудрец мне как брат, думаю, он простит эту маленькую шутку. А своих прозвищ у меня тысячи, всех не вспомнить, но самое любимое, пожалуй, Куваш. Так и величай, человечек.