Купить нельзя родить

– Андрюша, да ты осунулся. Ешь, как следует. Раньше ты вовремя приходил.

– День сегодня такой. Мотаюсь по участку, как проклятый, – признался участковый, накладывая салат оливье.

– Что может случиться на твоем тихом участке?

– Женщина педиатр пропала. По квартирам ходила и сгинула. За тебя мама! – Шевчук выпил рюмку водки, набил рот салатом и выдавил: – И ребенок умер. Грудничок.

Марина охнула:

– Так это о нем в интернете пишут?

– Что пишут?

– Мальчик без имени, без родителей на странной квартире. Там еще малыши.

– Корреспондентка приезжала, – подтвердил Андрей.

Катя и Марина уткнулись в телефоны. Светлана Алексеевна заботилась о сыне, накладывая ему мясо:

– Горячее ешь. Уже остыло, но я могу подогреть.

Шевчук мотнул головой, выпил рюмку и вооружился ножом и вилкой. Прожевал кусок мяса и посмотрел на сестру:

– Катя, ты же в клинике «Заветный шанс» работаешь?

– На полставки. И что?

– Слышал, что они причастны.

– Я работаю не на квартире, а в нормальной больнице! – оправдывалась сестра.

– Обвинение в торговле детьми – это серьезно. Будут проблемы, – категорично сказал брат.

Екатерина отложила телефон, выпила вина. Да, на злополучной квартире мог быть младенец, которому она помогла появиться на свет. И что? Она тоже виновата? Это ее работа! В частной клинике «Заветный шанс» ей платят больше, чем в районной поликлинике. Эти деньги от торговли детьми? Не может быть!