Земля Ханаанская. Родина иудаизма и христианства

Вторжение

Торговля, казалось бы, мирное занятие, выгодное каждому. Так оно и есть, если каждый довольствуется своей честно заработанной долей. Но каждого ли удовлетворяет доля, полученная по справедливости? Да и вообще, что это такое – получать по справедливости? Торгующий город покупает и продает. Покупает как можно дешевле, а продает как можно дороже, поскольку разница и есть его доход. И город считает это справедливым, ведь он берет на себя ответственность за доставку грузов и риск потерь между покупкой и продажей.

Однако те, кто ведет дела с этим городом, могут почувствовать себя обманутыми. Им кажется, что они слишком мало получают за то, что производят, и платят слишком много за то, в чем нуждаются. И у стран, где живут производители, возникает соблазн захватить торговый город, чтобы самим заняться куплей-продажей и получать доход.

Около 2615 г. до н. э. Египет превратился в сильную державу, которую мы называем Древним царством. Помимо всего прочего, он обладал большой военной мощью. У него была хорошо экипированная армия, способная преодолеть расстояние между долиной Нила и ханаанскими городами.

По-видимому, Египет посылал свои войска на север, и во времена Древнего царства Ханаан находился под египетским влиянием. Это означало, что ханаанские города должны были платить дань Египту. Естественно, это возмущало ханаанские города. Как только они чувствовали себя сильными или считали, что Египет ослаб, то, видимо, отказывались платить дань. В таком случае Египет, наверное, пытался их наказать. Если ханаанская оценка ситуации оказывалась верна, на какое-то время города освобождались. Если же они ошибались, Египет мог напасть на них и увеличить размер дани. Первое известное нам упоминание о подобной ситуации относится примерно к 2300 г. до н. э., когда пик расцвета Древнего царства уже миновал и в Египте правил Пиопи .

В царствование Пиопи I против народа Ханаана (или обитателей песков, как называли их египтяне того времени, потому что те жили далеко от Нила) была послана экспедиция под командованием египетского военачальника У ни. На могиле Уни сохранилась надпись, которая рассказывает о великом ратном подвиге в его жизни. Часть египетской армии пришла в Ханаан по суше, другую доставили морем. Добиравшиеся морем, естественно, оказались там быстрее и высадились на мысе Нос Антилопы. Возможно, это было у горы Кармель, которая находится на берегу примерно в ста милях южнее Биб ла и выдается в море в форме, похожей на нос антилопы. Египетская армия разрушала все на своем пути и вернулась домой со всеми сокровищами, какие смогла только унести, и наверняка правители городов пообещали, что отныне безропотно будут платить дань.

Но ханаанским городам приходилось беспокоиться не только из-за нашествий египтян. Были еще и дикие племена за пределами Плодородного полумесяца. Они всегда представляли опасность, потому что в городах имелось много того, что они с радостью бы забрали себе.

Плодородный полумесяц как бы окаймляет громадный Аравийский полуостров. За исключением некоторых прибрежных районов, это в основном засушливый, пустынный регион, неспособный обеспечить средства к существованию многочисленного населения. Когда его население увеличивается, кому-то приходится голодать или покидать родные места.

Так, примерно в 4000 г. до н. э. с юга в Ханаан пришли гассулианцы. Затем около 3000 г. до н. э. другой народ, который позднее греки назвали финикийцами, захватил прибрежные города Ханаана. Несколько больше мы знаем о более позднем вторжении. Незадолго до 2000 г. до н. э. с Аравийского полуострова хлынула еще одна группа племен, эти племена шли к отрогам Плодородного полумесяца с запада и с востока. Видимо, это было самое массовое переселение народов из всех, что происходили до того. Для жителей долины Тигра – Евфрата эти дикие завоеватели шли с запада, их называли амурру – «люди с запада». Нам привычнее их библейское название – амореи.

Амореи постепенно захватили большую часть Плодородного полумесяца. На востоке они положили конец шумерской культуре, на западе захватили Ханаан. Когда в древних библейских книгах говорится о жителях земли Ханаанской, то имеются в виду эти самые амореи.

Люди из Аравии говорили на языках, близких к той языковой группе, которую мы называем семитской[3]. Народы, говорящие на семитских языках, иногда для краткости называют семитами. Амореи были семитами, и язык, на котором они говорили, был древней формой языка, известного нам как древнееврейский.

К тому времени Древнее царство в Египте прекратило свое существование, и страна распалась на враждующие части. Египет не мог защитить Ханаан от вторжения амореев, и там наступил мрачный период, в течение которого были разграблены и разрушены многие города.

Однако в итоге амореи осели на захваченных землях (что обычно для диких завоевателей) и поняли, что, дав центрам цивилизации возможность нормально существовать и взимая с них дань в разумных пределах, можно иметь гораздо больше, чем просто грабить их и оставлять за собой руины, где ничего не будет производиться и нечем будет торговать.

Города Ханаана медленно оживали, но теперь они находились под властью амореев, поскольку имена царей, которые встречаются в уцелевших документах после 2000 г. до н. э., явно семитские.

Глава 2

После Авраама

Авраам

Народ, который около восьми столетий после вторжения амореев доминировал в Ханаане, сохранил легенды о своих предках, пришедших в Ханаан в те времена. В них говорилось о прародителе по имени Аврам (позднее Авраам), родившемся в шумерском городе Ур и странствовавшем по всему Плодородному полумесяцу, пока он не пришел в Ханаан. В Ханаане он заключил завет (то есть договор, имевший силу закона) с Богом, по которому в обмен на поклонение ему Бог даровал весь Ханаан потомкам Авраама. Эта история записана в Библии, в главах 12–15 Книги Бытия.

Те, кто считал себя потомками Авраама, верили этому и рассматривали этот рассказ как дарующий им законные права на Ханаан.

В накопленных позднее рассказах и легендах про Авраама и его прямых потомков Исаака и Иакова упоминались несколько древних ханаанских городов. Это были, если перечислять с севера на юг: Сихем, Вефиль, Салем, Хеврон и Беер-Шева.

Сихем находится в тридцати милях к северо-западу от Иерихона в долине шириной не более ста ярдов между двумя горами. Через него проходят дороги от реки Иордан к морю и из Южного Ханаана на север. Это обеспечивало Сихему преимущества в торговле и процветание. Даже после политического и экономического упадка он остался важным религиозным центром.

Из пяти упомянутых городов Салем, видимо, был наименее важным. Он находился в тридцати милях южнее Сихема и заметен был тем, что, подобно Иерихону (который находился в пятнадцати милях восточнее), стоял на холме с неиссякаемыми запасами воды. Поэтому защищать его было легко, и придет время, когда, изменив свое название на Иерусалим, он станет самым важным городом в регионе и в конце концов одним из самых знаменитых в мире.

Библейская повесть о странствиях Авраама рассказывает, как во время голода в Ханаане он пришел в Египет. Его пребывание в Египте в целом не было приятным, чего, наверное, и следовало ожидать, поскольку вряд ли египтяне питали особо дружеские чувства к аморейским захватчикам, покончившим с выгодной для Египта оккупацией Ханаана.

Однако Египет, в который пришел Авраам (видимо, около 1900 г. до н. э.), был мирным и процветающим, так как смута, последовавшая за упадком Древнего царства, закончилась. Под властью новых правителей Египет снова объединился в государство, его принято называть Средним царством. Это произошло где-то в 1990 г. до н. э., вскоре после того как амореи вторглись на Плодородный полумесяц.

Странно, что, захватив Плодородный полумесяц, они не напали на Египет. Может быть, они собирались это сделать и их передовые отряды даже дошли до дельты Нила. (История Авраамова похода в Египет могла сложиться из смутных воспоминаниий об этих событиях.) Удержать передовые отряды от вторжения могло только одно – образовавшиеся на территории Плодородного полумесяца аморейские царства воевали друг с другом.

Междуречье Тигра и Евфрата было местом возникновения великих империй, и величайшая из них была создана около 2300 г. до н. э. Саргоном Аккадским, царем семитского народа, поселившегося в Шумерии за несколько столетий до вторжения амореев. Поздние предания утверждали, что его царство простиралось за северную дугу Плодородного полумесяца и достигало Средиземного моря.

Однако после аморейского вторжения область Тигра и Евфрата распалась на отдельные независимые районы, воевавшие друг с другом и, как правило, не представлявшие опасности ни для кого за пределами Междуречья. Правда, время от времени некоторые из них объединялись, чтобы совершить какой-нибудь выгодный набег.

В четырнадцатой главе Книги Бытия есть рассказ о таком набеге, происшедшем, видимо, около 1900 г. до н. э. Участники этого набега вихрем пронеслись по территории Плодородного полумесяца и устремились на юг восточнее реки Иордан, чтобы захватить наиболее слабые и незащищенные аморейские царства, сформировавшиеся на территории Ханаана. На востоке перед захватчиками лежали пять «городов равнины», и самыми крупными были Содом и Гоморра. Очевидно, эти города занимали обширный регион вокруг южной оконечности Мертвого моря.

Мертвое море, в которое впадает Иордан, имеет около 47 миль в длину и не более 10 миль в ширину. Его площадь составляет 370 квадратных миль, то есть чуть больше площади всех пяти районов Нью-Йорка. Поверхность воды находится на 1286 футов ниже уровня моря, поэтому его берега являются самой низкой областью суши в мире. Несмотря на это, оно довольно глубоко, в некоторых местах до 1310 футов.

Мертвое море не сообщается с океаном, так что соли, приносимые в него Иорданом, не вымываются, а лишь накапливаются. Сейчас воды Мертвого моря содержат от 23 до 25% растворенных в них солей. В нем нет каких-либо форм жизни, и берега его необитаемы. Однако в бронзовом веке здешний климат мог быть лучше, чем сейчас, и в Библии явно высоко оценивается плодородие этих земель в древние времена.

Стоявшие на этой равнине города были захвачены и разграблены, и далее в Библии описано, каким образом Авраам спас своего племянника Лота, попавшего в плен к захватчикам. Города эти физически не сохранились, поскольку в главе девятнадцатой Книги Бытия рассказывается, как огонь с небес сошел и разрушил их. Возможно, землетрясение, или извержение вулкана, или даже крупный метеорит вызвали небольшое оседание почвы, и воды Мертвого моря хлынули на юг. (Южная часть Мертвого довольно мелкая по сравнению с северной.) Это могло вызвать также ухудшение климата в тех местах.

Обрушившиеся на Ханаан несчастья – набег с востока и природные катаклизмы, что бы это ни было, – позволили Египту вновь утвердить свое господство на этой территории после двухвекового перерыва, вызванного вторжением амореев.

Около 1850 г. до н. э. Среднее царство достигло своего расцвета, и египетский фараон Сенусерт III смог послать в Ханаан армию, которая дошла на севере до Сихема.

Колесница

К этому времени, однако, амореи все самое худшее уже совершили, и цивилизация воспряла. Один из аморейских правителей – Хаммурапи сделал своей столицей ничем до тех пор не примечательный город Вавилон и создал самую впечатляющую империю из всех, которые когда-либо видела Азия до того. В 1700 г. до н. э. вся область между Тигром и Евфратом оказалась под его властью и достигла нового пика культурного расцвета, а Вавилон стал мировой столицей, и это положение ему суждено было занимать в течение следующих четырнадцати столетий.

Но беда грозила из-за гор, окаймляющих Плодородный полумесяц с севера. Варварские племена Центральной Азии приручили лошадь и к 1800 г. до н. э. придумали, как запрячь это животное в легкую двухколесную повозку, достаточно прочную, чтобы выдержать человека. Так что опасность представляли лошадь и колесница.

Воины на колесницах передвигались по суше гораздо быстрее, чем пешая армия. Кроме того, в атаке лошади легко могли прорвать строй пехотинцев. Жители Плодородного полумесяца пришли в ужас, оказавшись лицом к лицу с неодолимым врагом.

Первые всадники были из группы племен, которых мы называем хурритами. Они пришли к северной дуге Плодородного полумесяца от подножия Кавказского горного хребта, то есть с севера, сразу после смерти Хаммурапи. Лошади и колесницы обрушились на западную оконечность Плодородного полумесяца, ворвались в Ханаан и с грохотом пронеслись по его земле. Аморейские правители, ошеломленные внезапным нападением, не смогли оказать сопротивления. Некоторые из них присоединились к захватчикам и пошли с ними за пределы Ханаана на запад – через Синайский полуостров в Египет.

Впервые в истории Египта ему пришлось встретиться с врагом, пришедшим из-за Синая. Умения противостоять колесницам и лошадям у египтян было ничуть не больше, чем у хананеев. Египетским войскам пришлось все бросить и бежать, и примерно в 1680 г. до н. э. хуррито-аморейские захватчики заняли самую северную часть долины Нила, причем без всяких сражений. Среднее царство было разрушено и прекратило существовать.

В течение столетия в дельте Нила правили не египтяне. Их религия и культура были не такими, как у коренных египтян, вследствие чего те их ненавидели. Египтяне называли захватчиков гиксосами («чужеземными царями»). Впоследствии египетские историки, которым было стыдно за поражение своей страны, старались рассказать об этом эпизоде как можно меньше и лишь поносили гиксосов, называя их нечестивыми и жестокими. По этой причине мы почти ничего не знаем о периоде правления гиксосов.

Но несомненно, в это столетие существовало централизованное государство, простиравшееся за пределы Северного Египта и включавшее в себя Ханаан со столицей в Танисе (Аварисе), городе, стоявшем на самом восточном рукаве Нила. В Библии этот город упоминается как Зоан.

Хотя столица и была в дельте Нила, чтобы правители-гиксосы могли находиться рядом с центром богатства и власти, сердцевиной их владений являлся Ханаан, там народ в большей степени мог отождествлять себя со своими правителями, чем в Египте, где население было настроено чрезвычайно враждебно. Впервые в истории государство, ядром которого был Ханаан, простирало свою власть на земли, лежавшие за пределами западной половины Плодородного полумесяца.

Одним из важных ханаанских центров во времена гиксосов был Хацор, расположенный примерно в 90 милях к северу от Иерусалима. Он был со всех сторон окружен большим со скошенными стенами крепостным валом, отстоявшим далеко от самого города, – метод фортификации, придуманный для сдерживания конницы. Остатки подобных сооружений можно найти на всем пути до Каркемиша, города в верховьях Евфрата, в 400 милях севернее Иерусалима.

Среди более поздних жителей Ханаана, считавших себя потомками Авраама, ходили легенды относительно проникновения их предков в Египет во времена завоевания его гиксосами. У Авраама был внук Иаков, а он, согласно рассказам, запечатленным в Библии, имел двенадцать сыновей. Один из них, Иосиф, завоевал расположение египетского царя (предположительно, одного из правителей-гиксосов) и служил ему в качестве, как мы сказали бы сегодня, премьер-министра. Потом Иосиф привез в Египет остальных членов своей семьи, и там число их преумножалось.

В век процветания царства гиксосов севернее и восточнее него завоеватели, обладавшие лошадьми и колесницами, основали другие царства. В верхнем течении Тигра и Евфрата, на развалинах империи Хаммурапи, племена хурритов объединились в государство Митанни. Тем временем в Малой Азии племена, известные как хетты (они же – библейские хеттеи), образовали еще одно сильное царство.

Хурриты говорили на языке, у которого не было отчетливых связей с другими языками, но хеттский язык имел тип грамматической структуры, ассоциирующийся почти со всеми языками современной Европы и части современной Азии, вплоть до Индии. Вся эта языковая семья в целом считается ныне индоевропейской.

Другие племена двигались на восток от Черного моря и пересекли холмистую территорию, которая вошла в состав современного Ирана. Они называли себя ариями, что значит «благородные», а мы зовем их арийцами. (Слово «Иран» является формой слова «Ариан», то есть «арийский».) В конце концов они заселили и Индию.

Но и Египет нельзя было сбрасывать со счетов. Полностью он никогда не был завоеван. Южная часть долины Нила оставалась в руках ее коренного населения. Появилась новая и сильная группа правителей, тяготевшая к южному городу Фивы.

Научившись обращаться с лошадьми и колесницами, южные египтяне под предводительством царя Амоса ринулись на север. Около 1570 г. до н. э. успокоившихся к тому времени правителей-гиксосов выгнали из дельты Нила, и Египет восстановил свою целостность. Теперь это было Новое царство, и наступил период величайшего могущества Египта, когда его цари получили титул фараонов («фараон» значит «огромный дом» или «дворец», то есть место, в котором они жили) и были самыми сильными монархами в мире.

Новое царство не удовольствовалось восстановлением власти над всем Египтом. Унижение, испытанное от вторжения гиксосов, не забылось. Надо было любой ценой обезопасить северо-восточную границу, чтобы племена из Азии никогда больше не смогли осквернить долину Нила. Поэтому фараоны стремились занять Ханаан – не просто ради экономической выгоды, а для того, чтобы использовать его как аванпост для охраны своего отечества, аванпост, где будет стоять мощный гарнизон.

Но именно этого не желали новые государства, расположенные севернее Ханаана. Митанни, в то время самое могущественное царство на севере, было полно решимости подчинить Ханаан своему влиянию, чтобы отразить возродившуюся египетскую мощь.

Земля Ханаана лежала между этими двумя сильными государствами. Поражение гиксосов в Египте нарушило единство Ханаана, и он снова представлял собой скопление городов-государств. Останься он в одиночестве, ему ни в коем случае нельзя воевать с Египтом и Митанни или даже с кем-то из них по отдельности. Надо было выбирать кого-то одного в качестве друга и союзника, и в итоге ханаанские города выбрали Митанни. Во-первых, по своим традициям и культуре это государство было им ближе, чем Египет. Во-вторых, оно было гораздо слабее Египта, а в союзниках лучше иметь кого-то слабее, чем сильнее себя. (Сильный союзник легко может проглотить тех, кому помогает.)

Пика своего развития Новое царство достигло, когда Тутмос III стал в 1469 г. до н. э. единовластним правителем Египта. Фактически первым его самостоятельным поступком явилось решение уладить дела в Ханаане. Ему противостояла лига ханаанских городов-государств во главе с Кадешем, городом, расположенным примерно в 325 милях к северу от Иерусалима. Он представлял собой, видимо, последний оплот былой мощи гиксосов и потому больше всех опасался мести Египта. Кроме того, Кадеш находился достаточно близко от Мигании, так что в случае чего мог положиться на его военную помощь в дополнение к финансовой и материальной, которую, несомненно, получал.

Чтобы достичь Кадеша, Тутмосу III пришлось взять город Мегиддо, расположенный на 160 миль юго-западнее. Сам по себе Мегиддо не был ни крупным, ни важным городом, но он стоял на возвышенности, господствовавшей над самым удобным проходом из Южного Ханаана в Северный. Если бы Тутмос III не прорвался со своей армией через этот проход, Кадеш пребывал бы в безопасности еще долгое время. Прекрасно понимая все это, Кадеш превратил Мегиддо в мощное укрепление. Теперь ему оставалось только ждать.

Но ему надо было угадать, каким путем Тутмос подойдет к Мегиддо, поскольку у него не было сил охранять все возможные подступы к этому городу. Кадеш не угадал, и его колесницы стояли в ленивом ожидании, а Тутмос тем временем обошел их с другой стороны. Битва вблизи Мегиддо началась в 1468 г. до н. э. без ханаанских боевых колесниц. К тому времени, когда они подоспели на поле боя, было уже слишком поздно – Тутмос III одержал полную победу. Затем он оставил часть своей армии в тылу, чтобы держать Мегиддо в осаде. Через семь месяцев город капитулировал.

Год за годом Тутмос III возобновлял свою ханаанскую кампанию и к 1462 г. до н. э. дошел до Кадеша и разрушил его. Затем он переправился через Евфрат в Митанни, поскольку полагал, что ханаанская лига никогда не смогла бы противостоять ему так долго без поддержки этого государства. Посему он опустошил сельские районы Митанни, дабы научить его благоразумию. Но после этого набега он не оставил своих войск за Евфратом. Невозможно было успешно снабжать войско в такой дали от дома. Он и так завладел всем Ханааном от Синайского полуострова до Евфрата, и эти земли вместе с долиной Нила составили Египетскую империю. То была вершина египетского могущества.

Алфавит

Около столетия Ханаан оставался под жестким контролем Египта. Митанни делало все возможное, чтобы вызвать беспорядки, но не отваживалось заходить слишком далеко, и египетской армии достаточно было время от времени совершать поход на север, подавлять бунты и заставлять Митанни отступить, хотя враждебность между ними сохранялась.

Для Ханаана это был еще один период процветания. Часто бывает, что иностранная оккупация, даже если поначалу вызвала негодование, приносит мир на землю, где в противном случае разгорелись бы междоусобицы. Именно в то время Ханаан внес еще один гигантский вклад в мировую культуру вдобавок к строительству городов, изобретению керамики и мореплаванию. Это была письменность.

Сначала письменность состояла из картинок, каждая изображала то, к чему относилась. Со временем рисовать узнаваемые картинки стало утомительным, и люди стали использовать сокращенные символы. Необязательно было рисовать целого быка, если треугольная голова с двумя рогами (как перевернутое А) могла легко передать то же самое. Через какое-то время каракули, принятые для обозначения определенного объекта, пришлось заучивать специально, поскольку они стали слишком схематичными, чтобы их мог распознать любой человек, которому не рассказали, что они изображали изначально.

В долине Тигра и Евфрата, где общепринятым материалом для письма служила мягкая глина, знаки выдавливали в глине при помощи специальной палочки, оставлявшей маленькие клиновидные (имеющие v-образную форму) следы. В Египте с его папирусом знаки надо было рисовать кистью, они выглядели намного изящнее.

Шло время; письменность распространялась все шире, а предметы, о которых надо было писать, делались все более сложными и абстрактными. В результате и значки становились все более замысловатыми и трудными для понимания. Символ для обозначения лошади мог означать и «скорость»; значок «рот» мог также передавать понятие «голодный». Два символа вместе могли обозначать что-то такое, что в действительности не имело ничего общего ни с одним из них, кроме сходного звучания.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

В Библии рассказывается история о том, как мать Моисея ухитрилась спрятать своего ребенка от возможных убийц: «…взяла корзину из тростника, и осмолила ее асфальтом и смолою; и, положивши в нее младенца, поставила в тростнике у берега реки». (Исход, 2: 3.)

2

Б и б л (Библос) – название, под которым этот город был известен гораздо позднее раннего периода бронзового века. Так называли его греки. Большинство знакомых вариантов древних названий являются греческими. Египтяне называли его, кажется, Кубна, а самаритяне – Губла. В Библии он называется Гебал, и, возможно, это ближе к тому, как называли его сами жители этого города. Ныне это небольшой городок на территории современного Ливана, он называется Джубейль. В этой книге я буду использовать наиболее распространенные названия, как они даются в Библии или в греческой истории, не задумываясь о том, использовали ли в действительности эти названия сами жители или какое у них современное название. Произношение этих названий не всегда соответствует языку оригинала. (Автор приводит в скобках английские транскрипции имен и географических названий. – Примеч. пер.)

3

У нас закрепилось это название, потому что Библия описывает этих людей как потомков сына Ноя Шема, или Сима.