Попаданка на контракте

Она не закончила. В стене, прямо перед её лицом, появилось свечение. Оно было слабым, зеленоватым, и оно исходило из-за камней, словно кто-то с той стороны зажёг магический фонарь. Алиса отступила на шаг, но свечение не исчезло. Наоборот, оно становилось ярче, и в его свете она увидела, как камни начинают… шевелиться.

Они не падали, не сдвигались с места. Они становились прозрачными. Сквозь них проступал силуэт – сначала размытый, потом всё более чёткий. Человеческий силуэт, но какой-то неправильный: сквозь него просвечивала стена с другой стороны.

– Не может быть, – прошептала Алиса, чувствуя, как сердце уходит в пятки.

Силуэт обрёл форму. Это был мужчина – высокий, худой, в длинной мантии, которая была вся в заплатках. Его лицо было бледным, почти прозрачным, с глубокими глазницами и тонкими губами, которые постоянно шевелились, словно он что-то бормотал. Волосы, жидкие и бесцветные, свисали до плеч. И он был… прозрачным. Сквозь него Алиса видела каменную стену.

Призрак.

Алиса открыла рот, чтобы закричать, но крик застрял в горле. Она смотрела на призрака, а призрак смотрел на неё, и в его глазах, которые были похожи на два мутных стеклянных шарика, горело такое отчаяние, такая тоска, что Алиса забыла о страхе.

– Ты… – начала она, но призрак перебил её.

– Тише! – прошептал он, и его голос был похож на шелест сухих листьев. – Тише, ради всего святого! Если он услышит…

– Кто? – Алиса тоже перешла на шёпот.

– Он. Тень. Лорд Эдвард. Владыка замка. Упырь, кровосос, тьфу на него, – призрак сплюнул, но плевок прошёл сквозь пол и исчез. – Если он узнает, что я здесь, он меня… – он замолчал и задумался. – А что он может мне сделать? Я уже мёртв. Триста лет как мёртв. Он может меня… развоплотить? Или приковать к сортиру? Он угрожал, что прикуёт меня к сортиру, если я ещё раз появлюсь в его спальне. Но я же не специально! Я заблудился! В этом замке сто сорок семь коридоров, и все они выглядят одинаково!

Алиса моргнула. Она сидела в подземелье готического замка, рядом с ней только что прошла крыса с рогом, а теперь перед ней материализовался призрак, который боится, что его прикуют к сортиру.

– Вы… – она сглотнула. – Вы кто?

– Морт, – призрак поклонился, и его тело сложилось под неестественным углом. – Мортимер, Архимаг Ордена Спящих, Хранитель Библиотеки Тысячи Свитков, Искатель Истины, Повелитель…

– Морт, – перебила Алиса, чувствуя, как у неё начинает кружиться голова. – Морт, давайте без титулов. Я Алиса. Алиса Соболева, юрист. И я хочу знать, что здесь происходит.

Призрак замер. Его прозрачное лицо исказилось, и Алиса поняла, что он пытается изобразить удивление.

– Юрист? – переспросил он. – Ты сказала – юрист? Не воин? Не маг? Не жрец?

– Юрист, – подтвердила Алиса. – Ведущий специалист по слияниям и поглощениям. И если вы сейчас скажете, что это неправильная профессия для этого мира, я вас… я вас засужу.

Морт заморгал. Его глаза, и без того мутные, стали похожи на два омута.

– Сто лет, – прошептал он. – Сто лет я ждал, что Контракт призовёт кого-то, кто сможет… а они призвали юриста. – Он схватился за голову и начал раскачиваться. – Всё пропало! Пропало! Я так надеялся! Думал, может, воина, чтобы он победил Тень, или мага, чтобы снял проклятие, или хотя бы жреца, чтобы упокоил меня! А они прислали юриста! Что ты можешь сделать? Написать ему претензию? Подать на него в суд? В этом мире нет судов! Есть только сила и Контракт!

– Прекратите истерику, – твёрдо сказала Алиса. – Я, конечно, понимаю, что вы мертвы и вам уже всё равно, но я ещё жива и не собираюсь становиться частью стены или меню. Так что давайте по порядку. Вы сказали – Контракт. Какой контракт? Где он? И как я могу его использовать, чтобы вернуться домой?

Морт перестал раскачиваться и посмотрел на неё с новым интересом. В его глазах, помимо отчаяния, появилось что-то ещё – надежда.

– Ты не боишься? – спросил он. – Обычно все, кого сюда призывают, либо плачут, либо пытаются бежать, либо теряют рассудок. А ты…

– Я юрист, – повторила Алиса. – Мы не теряем рассудок. Мы его консервируем в спирте и храним в сейфе на случай судебных разбирательств. А теперь говорите. Что это за Контракт?

Морт глубоко вздохнул, хотя, будучи призраком, в дыхании не нуждался. Он сделал это для драматического эффекта, и Алиса оценила.

– Древний Контракт, – начал он, и его голос приобрёл торжественную, даже немного пафосную интонацию. – Он был заключён в незапамятные времена, когда боги ещё ходили по земле, а люди не боялись темноты, потому что темнота боялась их. Контракт связывает этот замок, эти земли, всех его обитателей и самого Лорда Тени. Пока Контракт действует, замок стоит, земли существуют, а Лорд не может покинуть свои владения.

– А если Контракт нарушить? – спросила Алиса.

– Если Контракт нарушить, – Морт понизил голос до шёпота, – замок рухнет, земли уйдут под землю, а Лорд… Лорд станет свободным. Он сможет уйти. Но он этого не хочет.

– Не хочет? – удивилась Алиса. – Почему?

– Потому что за этими землями – только Пустошь. Там нет крови, нет людей, нет жизни. А здесь, в замке, он – король. Здесь его кормят, здесь его боятся, здесь он нужен. Если Контракт исчезнет, он останется один. А быть одному две тысячи лет… – Морт поёжился. – Я триста лет как мёртв, и мне уже тошно. А ему – две тысячи. И он жив. Понимаешь?

Алиса кивнула. Она начинала понимать, хотя картина всё ещё была смутной.

– Вы сказали, что Контракт призывает людей, – сказала она. – Каких людей? И что с ними происходит?

Морт помрачнел. Его прозрачное лицо стало ещё более тусклым, словно кто-то выключил внутреннюю подсветку.

– Контракт требует жертв, – сказал он. – Раз в несколько десятилетий он призывает душу из другого мира. Эту душу называют «контрактной». Она должна… питать Контракт. Своей жизнью, своей кровью, своей сутью. Предыдущие… – он замолчал, словно подбирая слова. – Предыдущие заканчивали плохо. Одного воина скормили стенам, когда они начали осыпаться. Его кровь до сих пор сочится из камней. Видишь красные подтёки? Это он.

Алиса вспомнила коридоры с сочащейся влагой. Её передёрнуло.

– А другие? – спросила она.

– Мага превратили в факел. Видишь фиолетовые огни? Это его магия. Он был сильным, но Тень сломал его. Жреца… – Морт запнулся. – Жреца скормили пауку-библиотекарю. Тот был очень недоволен – жрец оказался несъедобным. Говорят, у него была слишком постная душа.

Алиса почувствовала, как к горлу подступает тошнота. Она сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони, и заставила себя дышать ровно.

– А я? – спросила она. – Что будет со мной?

Морт посмотрел на неё с жалостью.

– Ты – контрактная душа. Твоя судьба – стать частью этого замка. Твоя кровь, твоя сила, твоя суть – всё пойдёт на поддержание Контракта. Если повезёт, ты станешь частью стены или мебели. Если не повезёт… – он не договорил.

– Меню, – закончила Алиса. – Да, я уже слышала.

Она отошла от стены и села на солому, чувствуя, как ноги подкашиваются. Всё, что она узнала, было хуже, чем она могла себе представить. Она не просто пленница. Она – расходный материал. Топливо для древнего механизма, который держит этот мир в равновесии.

– Но есть лазейка, – вдруг сказал Морт, и его голос изменился. В нём появилась надежда. – Контракт составлен так, что он требует двух подписей. Подпись Лорда Тени и подпись Хранителя. Без двух подписей Контракт не имеет полной силы. Он работает, но он… нестабилен. И если найти Хранителя и получить его подпись, Контракт можно переписать. Или даже разорвать.

– Хранителя? – Алиса подняла голову. – Кто это?

– Хранитель – это последний из слуг падших богов. Он спит на Стеклянной Пустоши уже пятьсот лет. Никто не может его разбудить. Но если бы кто-то смог… – Морт замолчал, глядя на Алису с непонятным выражением. – Если бы кто-то смог, он мог бы стать Голосом Контракта. Изменить его условия. Освободить всех.

– Освободить всех? – переспросила Алиса. – Включая меня?

– Включая тебя. И меня. И, возможно, даже Тень.

Алиса встала. Её ноги всё ещё дрожали, но в груди зажёгся маленький огонёк. Не надежда – расчёт. Она была юристом. Она знала, что в любом договоре есть лазейка. И если этот Контракт – всего лишь документ, пусть даже древний и магический, она найдёт способ его переписать.

– Где этот Контракт? – спросила она. – Мне нужно его увидеть. Прочитать. Найти ошибки.

Морт колебался. Он посмотрел на дверь, потом на стены, потом снова на Алису.

– В библиотеке, – сказал он. – В самом сердце замка. Но туда опасно ходить. Там паук. Огромный паук. Он ест тех, кто нарушает тишину.

– Паук? – Алиса почувствовала, как холодок пробежал по спине. – Какой паук?

– Библиотекарь, – Морт понизил голос. – Его зовут… ну, никто не знает его имени. Он просто Библиотекарь. Он размером с лошадь, у него восемь глаз и лапы, которыми он может переплести книгу за секунду. Он очень умный. И очень голодный.

– И вы хотите, чтобы я пошла туда? – спросила Алиса.

– Я хочу, чтобы ты спасла нас всех, – ответил Морт. – Или хотя бы попыталась. Если ты останешься здесь, Тень скормит тебя стенам или пауку. Если ты пойдёшь в библиотеку, у тебя будет шанс.

Алиса посмотрела на свои руки. Они дрожали. Она сжала их в кулаки, потом разжала.

– Ведите, – сказала она.

Морт кивнул и двинулся к стене. Алиса ожидала, что он пройдёт сквозь неё, но вместо этого призрак коснулся камня, и в стене открылась узкая щель. Тёмная, холодная, пахнущая сырой землёй и чем-то ещё – гнилью? или, может, древней магией?

– Тайный ход, – объяснил Морт. – Его построили триста лет назад, когда замок ещё не был таким… кровожадным. Им пользовались слуги, чтобы не попадаться на глаза хозяевам. Теперь о нём никто не помнит, кроме меня.

– И паука? – уточнила Алиса.

– И паука, – согласился Морт. – Но паук в библиотеке, а это – другой конец замка. У нас есть время.

Алиса сделала глубокий вдох и шагнула в щель.

Тайный ход был узким – настолько, что её плечи касались стен с обеих сторон. Стены были влажными, и по ним стекала вода, смешанная с чем-то склизким. Воздух был тяжёлым, спёртым, и пахло в нём не только сыростью, но и чем-то сладковатым, что Алиса предпочла не идентифицировать.

– Не бойся, – сказал Морт, паря впереди. Его прозрачное тело светилось слабым зеленоватым светом, освещая путь. – Здесь нет ловушек. По крайней мере, не было, когда я был жив.

– Вы были живы триста лет назад, – напомнила Алиса, пробираясь вперёд. – За это время многое могло измениться.

– Да, но я регулярно проверяю этот ход, – ответил Морт. – Раз в несколько десятилетий. Ничего не изменилось. Те же камни, та же грязь, те же корни.

– Корни?

Алиса остановилась. Прямо перед ней, из стены, торчали корни. Они были толстыми, извилистыми, и они светились. Не тусклым зелёным, как Морт, а мягким, золотистым светом, похожим на свет свечи. Корни пульсировали, словно в них текла кровь.

– Древо замка, – объяснил Морт. – Это корни всего Костистого Предела. Они питаются магией, которая течёт под землёй. Говорят, если срубить это дерево, замок рухнет. Но никто не знает, где оно растёт. Корни пронизывают всё.

Алиса осторожно обошла корни, стараясь к ним не прикасаться. Но в узком проходе это было трудно. Её плечо задело один из корней, и она почувствовала тепло. Живое, пульсирующее тепло. И на секунду ей показалось, что она слышит голоса. Много голосов, они шептали что-то на незнакомом языке, и в этом шёпоте было столько боли, что у Алисы защемило сердце.

– Не слушай их, – сказал Морт. – Это души тех, кто стал частью замка. Они пытаются говорить с живыми, но живые редко понимают.

– А вы понимаете? – спросила Алиса, отстраняясь от корня.

– Я мёртв, – просто ответил Морт. – Я часть этого мира. И я их не понимаю. Они говорят на языке, который умер вместе с ними.

Они шли дальше. Ход петлял, иногда поднимался вверх, иногда уходил вниз, и Алиса уже потеряла счёт времени. Ноги болели, пижама промокла насквозь, а единороги на груди смотрели на неё укоризненно, словно спрашивали: «И ради чего ты нас сюда притащила?»

Наконец, впереди показался свет. Не зелёный, не золотистый, а настоящий, тёплый, жёлтый – свет свечей. Морт остановился и повернулся к Алисе.

– Мы пришли, – сказал он. – Это библиотека. Но будь осторожна. Паук…

– Я помню, – Алиса поправила пижаму, стряхнула с волос солому и сделала шаг вперёд.

Библиотека была огромной. Алиса, которая видела много библиотек – от университетской до «Ленинки», – никогда не видела ничего подобного. Зал уходил вверх на несколько этажей, и на каждом этаже были полки, полные книг. Книги были разного размера, от маленьких томиков до огромных фолиантов, которые, казалось, весили больше неё. И многие из них… парили. Да, книги летали по залу, словно птицы, перелетая с полки на полку, кружась в медленном танце, и Алиса замерла, глядя на это.

– Красиво, правда? – прошептал Морт. – Это магия библиотеки. Книги здесь живые. Они сами выбирают, где им быть.

– А паук? – спросила Алиса, оглядываясь.

– В центре, – ответил Морт. – Он любит тишину. Не шуми.

Алиса посмотрела в центр зала. Там, под огромным куполом, через который пробивался тусклый лунный свет, стоял стол. Огромный стол из тёмного дерева, на котором лежали раскрытые книги, свитки, чернильницы. И за столом… за столом сидел паук.

Он был чёрным, мохнатым, размером с небольшой автомобиль. Восемь лап, покрытых щетинками, лежали на столе, перебирая страницы. Восемь глаз – два больших и шесть маленьких – смотрели на книгу, которую он держал перед собой. И он был в очках. Маленьких круглых очках на длинном носу, которые сидели на его голове чуть криво.

Алиса замерла. Паук поднял голову и посмотрел на неё. Все восемь глаз уставились на неё одновременно, и Алиса почувствовала, как её охватывает первобытный ужас. Ей хотелось закричать, бежать, но она не могла пошевелиться.

– Тихо, – прошептал Морт. – Не двигайся. Он…

– Кто здесь? – раздался голос. Голос был низким, рокочущим, но в нём не было угрозы. Скорее, любопытство. – Кто нарушает тишину моей библиотеки?

Паук отложил книгу и повернулся к ним. Его лапы заскрежетали по столу, и Алиса инстинктивно сделала шаг назад.

– Это я, Морт, – быстро сказал призрак, выступая вперёд. – Я привёл… гостью. Ей нужно посмотреть Контракт.

– Контракт? – паук склонил голову, и его глаза сверкнули. – Зачем смертной Контракт?

– Я… – Алиса сглотнула, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Я хочу его прочитать. У меня есть на это право. Я – сторона Контракта. Подписавшая сторона. И я требую ознакомиться с документом.

Паук посмотрел на неё. Один из его глаз моргнул, потом другой. Потом он издал звук, похожий на фырканье, и Алиса поняла, что это смех.

– Требует, – повторил он. – Смертная в пижаме с единорогами требует. Забавно. Но, – он поднял одну лапу, и на её кончике показался коготь, длинный и острый, – в моей библиотеке правила устанавливаю я. А правило здесь одно: тишина. Ты умеешь молчать, смертная?

– Я умею говорить шёпотом, – ответила Алиса. – Это почти то же самое.

Паук издал ещё один фыркающий звук и махнул лапой в сторону одной из полок.

– Контракт на нижнем ярусе. Третий свиток справа. Не шуми, не топай, не трогай другие книги. Если что-то сломаешь… – он показал когти. – Я сделаю из тебя книжную закладку. Вечную.

– Договорились, – прошептала Алиса и пошла к полке, стараясь ступать как можно тише. Морт плыл за ней, бормоча что-то себе под нос.

Полка, на которую указал паук, была в дальнем конце зала. Она была сделана из тёмного дерева, инкрустированного серебром, и на ней лежали свитки – длинные, свёрнутые в трубки, перевязанные чёрными лентами. Третий справа был самым большим. Он был почти в её руку толщиной, и когда Алиса взяла его, он оказался тяжёлым, словно свинцовым.

– Сюда, – сказал Морт, указывая на стол в углу. – Там есть свечи. И… очки. Для чтения. Прошлый читатель их забыл.

Алиса подошла к столу. На нём, рядом с подсвечником, лежали очки. Круглые, с толстыми линзами и тонкой металлической оправой. Она надела их, и мир обрёл чёткость. Стол, свечи, свиток – всё стало ясным. Очки были почти её диоптриями.

– Спасибо, – прошептала она, разворачивая свиток.

Пергамент был чёрным. Чёрным, как смола, но буквы на нём горели золотом – так же, как во сне. Алиса провела пальцами по тексту, и буквы засветились ярче, словно узнавая её.

– Ну, давай, – сказала она. – Посмотрим, что ты за зверь.

Она начала читать. Первые строки были написаны высокопарным, древним языком, но она понимала их так же легко, как русский. Видимо, магия Контракта включала в себя и перевод.

«Древний Контракт, заключённый между Павшими Богами и Лордом Эдвардом Ашвортом, именуемым в дальнейшем Хранителем Теней, в присутствии Хранителя Изначального, дабы земли Костистого Предела стояли вечно, а кровь текла по жилам замка, как по жилам богов…»

– Это какая-то пафосная чушь, – прошептала Алиса, пробегая глазами дальше. – Никакой конкретики. Предмет договора не определён. Сроки не указаны. Ответственность сторон размыта. Кто составлял этот документ? Стажёр?

– Там дальше есть пункты, – подсказал Морт. – Смотри внизу.

Алиса перевела взгляд ниже. Там, где начинались основные положения, её глаза загорелись. Она увидела то, что искала.

Пункт 12.7 гласил: «Контрактная Душа обязуется отдать свою жизненную силу на поддержание замка, включая, но не ограничиваясь: кровь, плоть, память, душу, а также иные составляющие, которые Хранитель Теней сочтёт необходимыми».

– Это не договор, – прошептала Алиса. – Это инструкция по каннибализму. Тут даже нет определения термина «Контрактная Душа»! Как можно заключать договор, не определив предмет?

Она перелистнула на следующую страницу. Там были сноски, примечания, дополнения – и всё это было составлено с чудовищными юридическими ошибками. Ссылки на несуществующие пункты, противоречия, неясные формулировки. Алиса чувствовала, как в ней просыпается азарт. Тот самый, который она испытывала, когда находила дыру в договоре на миллиард рублей.

– Смотри, – сказала она Морту, тыча пальцем в строку. – Здесь написано: «Права Контрактной Души определяются в соответствии с приложением № 7». А приложения № 7 нет! Я проверила – свиток заканчивается на приложении № 3. Это значит, что мои права не определены. А если права не определены, то и обязанности не могут быть исполнены. Это основание для признания договора недействительным!

– Правда? – Морт подплыл ближе, глядя на свиток с благоговением. – Ты можешь это сделать?

– Могу попробовать, – Алиса пробежала глазами дальше. – Но тут есть ещё кое-что. Вторая подпись. Где она? Договор двусторонний, а подпись только одна.

– Подпись Хранителя, – кивнул Морт. – Она выцвела. Хранитель спит уже пятьсот лет, и его подпись исчезает. Если ты найдёшь Хранителя и получишь его подпись, Контракт можно переписать. Или разорвать.

– А где искать этого Хранителя? – спросила Алиса, не отрываясь от текста.

– На Стеклянной Пустоши, – ответил Морт. – Это далеко отсюда. Дорога опасна. Но… – он замялся. – Тень знает, где он. Тень может тебя отвести.

– Тень, который хочет меня сожрать, – уточнила Алиса. – Отличный гид.

Она перевернула последнюю страницу и посмотрела на подписи. Первая была разборчивой – витиеватая вязь, в которой угадывалось имя Эдварда Ашворта. Вторая была почти невидимой – бледный след, похожий на отпечаток пальца на запотевшем стекле.

– Я их всех засужу, – прошептала Алиса, и в её голосе не было страха. Был азарт. – Вот увидите.

Она подняла глаза от свитка и вдруг заметила, что свечи в библиотеке начали гаснуть. Одна за другой, словно невидимая рука задувала их. Морт побледнел ещё сильнее, а паук-библиотекарь издал тревожный скрежет.

– Он идёт, – прошептал Морт. – Тень. Он почувствовал, что Контракт трогали.

Алиса схватила свиток, свернула его и прижала к груди. В темноте, сгущавшейся вокруг, она услышала шаги. Мягкие, почти бесшумные, но они отдавались в камнях, в книгах, в её собственных костях.

– Алиса, – раздался голос. Тот самый, низкий, бархатистый, с лёгким шипением. – Ты играешь с огнём, смертная.

И в тот же миг все свечи погасли. Остался только слабый свет, который исходил от Морта и от паучьих глаз. А в центре зала, у стола, стояла фигура в чёрном плаще. Глаза её горели алым, и в этом свете Алиса увидела улыбку. Холодную, хищную, и от этой улыбки у неё замерло сердце.

– Играешь с огнём, – повторил Тень, делая шаг вперёд. – И, кажется, собираешься сжечь не только себя.

Алиса сжала свиток в руках и, стараясь не показать страха, ответила:

– Я не играю, милорд. Я работаю. И если вы не против, я хотела бы ознакомиться с условиями контракта, который вынуждена исполнять. Это моё законное право.

Тень усмехнулся. Клыки блеснули в темноте.

– Твоё право, – сказал он, – заканчивается там, где начинается моя власть.

– Согласно статье 421 Гражданского кодекса, – ответила Алиса, – свобода договора ограничивается правами сторон. Я сторона. У меня есть права. И я намерена их отстаивать.

В библиотеке стало совсем тихо. Паук замер, даже книги перестали летать. Тень смотрел на Алису, и в его глазах, помимо ярости, было что-то ещё. Любопытство. И, возможно, уважение.

– Посмотрим, – сказал он, – как долго ты сможешь отстаивать свои права, когда голод, холод и страх сделают своё дело.

Он развернулся и вышел из библиотеки, растворившись в темноте коридора. Свечи зажглись снова, но их свет казался тусклым и неуверенным.

Алиса выдохнула, прислонилась к стене и почувствовала, как ноги подкашиваются. Морт подлетел к ней.

– Ты… ты это слышала? – прошептал он. – Он сказал «посмотрим». Он не убил тебя. Он никогда не говорит «посмотрим» тем, кого собирается убить.

– Это обнадёживает, – выдохнула Алиса, прижимая свиток к груди. – А теперь, Морт, мне нужно в тихое место, где я смогу изучить этот Контракт. Сделать выписки. Найти все ошибки. И подготовить… юридическое заключение.

– Юридическое заключение? – Морт выглядел озадаченным. – Для вампира?

– Для суда, – ответила Алиса, и в её глазах загорелся тот самый огонёк, который Морт видел у воинов перед битвой. – Если у вас тут нет судов, мы их создадим. А пока… покажите мне, где тут можно спокойно поработать.

Паук-библиотекарь, который всё это время молча наблюдал, вдруг издал низкий, рокочущий звук. Алиса подняла голову и увидела, как он протягивает ей одну из своих лап. На конце лапы висела связка ключей.

– Третья башня, – сказал паук. – Там есть комната. Там тихо. И там не ходят. Никто. – Он посмотрел на дверь, куда ушёл Тень. – Почти никто.

Алиса взяла ключи. Они были тёплыми, словно их только что держали в руке.

– Спасибо, – сказала она. – Я… я верну их.

– Вернёшь, – кивнул паук и снова уткнулся в книгу.

Морт повёл её к выходу из библиотеки. На прощание он обернулся и прошептал:

– Ты знаешь, ты первая, кто ему перечил и остался жив. Может быть… может быть, ты действительно сможешь.

– Я смогу, – ответила Алиса, сжимая в руках свиток. – Я их всех засужу. Вот увидите.

Они вышли в коридор, и тяжёлая дверь библиотеки закрылась за ними с тихим стуком. Алиса прижалась спиной к стене и закрыла глаза.

– Третья башня, – сказала она. – Там, где никто не ходит. Звучит как начало отличного плана.

И, открыв глаза, она увидела, что в её руках свиток светится. Золотые буквы пульсировали в такт её сердцу, и в этом свете она прочитала название, которое раньше не замечала:

«Древний Контракт. Версия 1.0. Требует актуализации».

Алиса усмехнулась.

– Версия 1.0, – прошептала она. – Сейчас мы сделаем версию 2.0. С учётом всех изменений и дополнений. И с моей подписью в качестве главного редактора.

И, прижимая свиток к груди, она пошла за Мортом в темноту коридора, не зная ещё, что ждёт её впереди, но чувствуя, как в ней просыпается нечто большее, чем страх. В ней просыпалась надежда. И азарт. И уверенность, что даже в этом безумном мире закон остаётся законом, а правду можно найти даже в самом тёмном контракте.

Глава 3

Библиотека жила своей жизнью. Алиса успела заметить это за несколько часов, которые провела в кресле у окна, разбирая свиток. Книги перелетали с полки на полку, словно стайки причудливых птиц, иногда замирая в воздухе, чтобы перешепнуться друг с другом шуршанием страниц. Паук-библиотекарь, которого она мысленно окрестила «восьминогим хранителем тишины», время от времени поднимал голову от фолианта, сверял стопки и снова погружался в чтение. Морт давно уже растворился в тенях, пообещав вернуться к утру, и теперь Алиса осталась одна.

Свиток лежал перед ней на столе, раскинувшись почти на метр. Золотые буквы мерцали в свете свечей, и чем дольше она вглядывалась в них, тем яснее понимала: этот документ составлял не юрист. Его писал либо поэт, страдающий манией величия, либо бог, который считал, что законы нужны только для тех, кто слабее его.