Обь-бездна

— Почему коровы? — возмутилась стройная Уля.

— Хорошо. Три овцы, если больше нравится.

— Стоп, — Карина ловко влезла между спорщиками. Это было почти привычно: Илья с Олегом любили сцепиться на пустом месте, и хоть до драки никогда не доходило, приходилось разводить, пока учителя не сбежались. — Саш, это того не стоит. По крайней мере, подождите еще одну пару и идите за гаражи.

— Да буду я связываться, — фыркнула Саша. — Дойдет до тренировок, тогда посмотрим.

Парень многообещающе ощерился, но отвечать не стал и наконец-то пошел дальше.

***

После пар девчонки надолго зависли с Софией Алексеевной, действительно оказавшейся выпускницей этого года, которую тут же взяли в оборот за недостатком преподавательского состава. Она рассказала, что не многие дипломированные маги соглашаются остаться в институте несмотря на неплохую зарплату и разлетаются, кто куда. Она тоже метила к конкурентам в адвокатуру, но обязательная стажировка там не оплачивалась, и молодежь бросать не хотелось.

Карину на разговоры не тянуло, и она спустилась в холл первого этажа. Студенты разбежались, и компанию ей составили разве что безмолвствующий кофеаппарат и зазвонивший телефон.

— Извини, не смогу за тобой заехать, — покаянно сказал Илья с тяжелым вздохом. — Препод заловил и требует сегодня явиться на пересдачу.

— Ты же все экзамены сдал.

— Вообще-то нет, на один не явился, — помявшись, признался он. — Ну, помнишь, мы всю ночь по набережной шарахались, а потом ты у меня отрубилась?

— И ты из-за меня не пошел на экзамен? — расстроилась Карина. Она этого не знала. — Надо было сразу сказать и отправить домой.

— Я что, похож на козла, который бросает друзей в тяжелых ситуациях? — намек был прозрачнее стекла. — Ты была в неадеквате. Забей, я сказал преподу, что у меня имелась уважительная причина, и он пообещал накинуть балл, если я приду прямо сегодня.

— Иди, конечно, и больше не подставляйся из-за меня.

— Ага, обязательно, — пообещал Илья и отключился.

Карина прислонилась к стене и шумно выдохнула. Вот же повезло, что вокруг одни упрямые идиоты.

К автомату подошел сосед по парте и, не обращая на нее внимания, начал тыкать в кнопки. Странный он какой-то, дикий, как будто недавно вышел из леса, еще и заросший. Волосы торчали во все стороны, а щетина на подбородке росла какими-то проплешинами — то ли сама по себе, то ли брился неудачно. И болезненно осунувшийся, а глаза красные, как от аллергии или недосыпа.

Одним словом, красавец, пример здорового образа жизни и девичья мечта, даром что все девчонки шарахались. Хотя парни из группы вроде бы нашли с ним общий язык, и сцепился он с одной Сашей.

— Эй, — окликнула его Карина и сама не поняла, зачем. Возникло неясное беспокойство.

— Чего тебе? — он забрал стаканчик и мрачно уставился на нее, не отводя взгляд. Глаза у него оказались красивые, карие, и как будто знакомые, хотя вид в целом… — Ты же с этими… овцами на выпасе? Вот и шла бы к ним.

— Зачем обзывать их овцами?

— На свой счет не принимаешь, да? — сощурился парень и с демонстративно мерзким звуком отхлебнул из стаканчика. — Зачем лезть к человеку, который очевидно не хочет общаться? Твоя подружка явно хотела подраться, вот пусть она голову и лечит.

На лестнице показались довольные Уля с Сашей, проходя к двери, окликнули ее по имени, и Карина хотела присоединиться к ним, но парень неожиданно вцепился ей в запястье.

— Ни на что не намекаю, но мне больно, — сказала она, когда пауза затянулась. — Ты мне руку собрался вывернуть?

А он смотрел во все глаза, как на призрака. Примерно как медсестра в приемном покое, куда ее привезла Яна Денисовна, только та для полноты образа еще твердила, что Карина не должна была выжить.

— Кар-Кар? — где-то на грани слышимости спросил он и выпустил руку.

Честное слово, лучше бы палкой по башке вмазал. Эффект был бы тот же.

— Олег? — Карина подошла ближе и старательно пригладила его волосы, стараясь разглядеть друга, почти не проглядывающего в этом уставшем, потерянном человеке. — Ты?

Олег попятился, виновато отводя взгляд. Стаканчик с кофе упал на пол и опрокинулся, выливаясь на кроссовки, для которых еще одно коричневое пятно уже ничего не меняло.

— Ты что, собрался сбежать? — разозлилась она, подняла стаканчик и швырнула в него. Больше под рукой ничего подходящего не нашлось, а новую сумку было жалко, пришлось в неожиданно костлявое плечо ударить кулаком. — Два месяца где-то бегал! Не отвечал на телефон! Натравил на меня свою чокнутую мать!

— Никого я не натравливал. Что она?..

— Приходила говорить, какая я дрянь и сломала жизнь ее мальчику, — злости хватило ненадолго, и Карина разрыдалась, уткнувшись ему в тощую грудь. Как только довел себя до такого состояния? Еще три месяца назад был нормальный крепкий парень…

— Если кто кому и сломал, то я тебе, — пробормотал Олег и как-то нерешительно погладил ее по спине, хотя раньше никогда не стеснялся. — Я же был за рулем, а ты пострадала на пустом месте… А с мамой я два месяца не общался, телефон разбился, потом я в Иркутск улетел… И честно думал, что ты меня ненавидишь.

— Я и ненавижу, — всхлипнула Карина. — Я страдала! А ты!..

***

— Прикинь, прихожу в себя в скорой, сверху сирена воет, надо мной врач нависает, или кто там. А вид у нее — как в фильмах про зомби апокалипсис, когда мертвяки начинают вставать. А я вообще ничего не понимаю, еще и все болит, — рассказывал Олег, пока они поднимались на восьмой этаж в жилом доме. — Денек полежал в реанимации, потом неделю в палате. Говорят, всего переломало, хотя я переломов не помню. Вот до костей отощал — это да. Сейчас еще ничего, отожрался в тайге, но тогда знатный был скелет.

Отдельного здания под общагу у института не было, и руководство просто выкупило этаж с крохотными однушками в одной из девятиэтажек в получасе на трамвае и засунуло в единственную комнату по три кровати. Судя по длинному коридору, в который выходили все двери, как общежитие это когда-то и задумывалось, а потом переделали в отдельные квартиры. Тесно, зато в каждой собственная ванная и намек на полноценную кухню с большим холодильником.

С Олегом жили двое второкурсников, один еще не вернулся, другой валялся на кровати с книжкой и очень оживился, увидев гостью.

— Ты бы хоть предупредил, что придешь с девчонкой, — упрекнул он, спешно натягивая джинсы, накидывая на кровать покрывало и многозначительно подмигивая. — Я бы свалил.

— Вот и вали, — дружески предложил Олег. — Уже в штанах.

Второкурсник поднял руки, совсем уж похабно ухмыляясь, накинул куртку и, пожелав приятного отдыха, испарился за дверь.

— Ты раньше был… дружелюбнее, — Карина попыталась его привычно приобнять, но Олег ненавязчиво увернулся. Она не стала настаивать, хотя проскальзывающая холодность задевала. Может, еще просто не оправился до конца?

— Раньше меня не разматывало по трассе. И проблем столько не было, — он сел на кровать, оттянул прядь волос и с отвращением на нее посмотрел. — У тебя тоже открылись невероятные способности?

— Да. Папа, оказывается, был в курсе, — Карина села рядом, но даже прикоснуться не решилась, как будто налетев на стену.

Еще в мае, когда они валялись на молодой траве и строили планы вместе поступить в НГУ и снимать квартиру в Академе, ей казалось: одиннадцать лет дружбы вот-вот перерастут во что-то большее, что уже никогда не разрушить.

Глупые романтические фантазии не пережили аварии и двух ужасных месяцев лета.

— А у меня, блин, мать ничего не знает, батя в командировках. Из вещей только то, что взял с собой, когда Матвей Борисович потащил для восстановления под Иркутск, хотя это был тот еще отдых. Домой не хочу ехать, а батя денег вчера скинул, только телефон и успел купить.

— Может, я возьму что-то домой, постираю? — предложила Карина. — Ты откуда такой грязный?

— Мы вечером прилетели из Иркутска, в общагу заселили только сегодня с утра. До этого торчал в тайге, перед самолетом некогда было переодеться, а сегодня ночью перекантовался в каком-то парке.

— Значит, снимай и дай какой-нибудь пакет, в понедельник верну, — велела Карина и, поймав смущенный взгляд, со вздохом отвернулась.

Физически Олег, может, каким-то чудом и восстановился, но точно ударился на всю голову. И с этим, похоже, оставалось только смириться и постараться привыкнуть — или разорвать любые отношения, но на это Карина была не согласна.

— А что с твоими волосами? Тебе так шло, зря обрезала, — от души прошелся по больному Олег, копаясь за ее спиной в сумке.

— Кровь запеклась и не давала распутать, — ответила она, поджав губы.

Судя по звукам, он замер. Отчетливо скрипнул зубами.

— Прости, — и прозвучавшая в его голосе вина придавила не хуже могильной плиты. Не то, чтобы Карина испытывала на себя, как давят могильные плиты, но представляла именно так.

Невидимая стена между ними покрылась еще и инеем.

***

В пятницу занятия отменили, сославшись на технические причины, и встретились они только в понедельник. Карина честно притащила пакет с постиранной и поглаженной одеждой, на который Саша с Улей косились с большим интересом.

С еще большим интересом они уставились на залетевший на парковку и эффектно затормозивший черный мотоцикл. Водитель спешился, снял шлем и подошел к их компании, раздражающе улыбаясь во весь рот.

— Девушки, — поприветствовал он, сам приобнял Карину и чмокнул в висок.

Захотелось отобрать шлем и врезать им по зубам.

За выходные Олег купил одежду, подстригся, побрился и за вычетом нездоровой худобы напоминал себя прежнего — конкурента Ильи за звание главной звезды школы. Держался уже не волком, а гордо расправив плечи, и на Сашу с Улей смотрел дружелюбно, даже с интересом.

— Байк откуда? — спросила Карина, ткнув его локтем в бок.

— Друг отдал, у него девушка против.

— Покатаешь?

— А тебе не… э-э… страшно? — замялся Олег, отстраняясь.

— Нет, с чего бы?

— Да в общем-то… Слушай, я еще второй шлем не купил, — съехал он с темы и дезертировал в институт.

Новосибирск, 2025 год, май

Понедельник выдался суматошным, дергали по мелким вызовам, и до расшифровки сигнатуры с датчика Карина добралась только под вечер и билась над ней пол ночи, но так ни к чему и не пришла. Ни в основных базах, ни в расширенных, которыми заведовал Питер, такой не обнаружилось.

Пришлось закинуть два запроса: один знакомому питерцу из тамошнего управления, занимавшегося подобными вопросами и настройкой оборудования, второй — Резнову на двухдневную командировку. Можно было ограничиться и отправкой туда датчика, чтобы Стасик проверил на наличие сбоев и остаточных следов, но в аккуратность курьерских служб она не верила. Разобьют еще или повезут через Москву, такое тоже бывало, а там все настройки точно сбойнут.

А студентов, если что, подхватит Олег. Она же с его парами мучилась.

Поэтому во вторник Карина собиралась с чистой совестью отоспаться за испорченное воскресенье, но счастье продлилось недолго: часов в восемь утра какой-то придурок решил последовать советам плюшевого медведя и заявиться в гости. Еще и на звонок давил от души, не спасало даже натянутое на голову одеяло.

Открывать пошла завтракавшая Аня, еще не успевшая уехать в институт, и какофония на пять минут смолкла. Через пять минут в закрытую дверь большой комнаты поскреблась стажерка.

— Карина Евгеньевна, это к вам.

Она зарычала и вышла в прихожую, как спала — в трусах и не слишком длинной футболке. Кому не нравится, тот сам виноват.

— Доброе утро, — Олег изящным жестом голливудского актера снял солнцезащитные очки, осиял обеих улыбкой и протянул подставку с двумя стаканчиками. — Не знаю, что любит Анна, но латте обычно устраивает всех. А вам, Карина Евгеньевна, прекрасное свежее какао.

За понедельник он выспался, сходил к знакомому барберу с волшебными руками, быстро делающему из лешего представительного мужика, достал из шкафа специально купленное дорогое светлое поло и такие же брюки и теперь благоухал парфюмом на весь подъезд.

— Позер, — прошипела Карина, с мерзким звуком втягивая какао. Оно оказалось действительно неплохим.

— Мне, конечно, нравятся твои трусы, но, может, я войду, чтобы не радовать ими соседей? — улыбнулся он, подпихивая ее в сторону.

— Чего приперся? — не смягчилась она, хотя от такой его улыбки, отработанной на студентках, девицы обычно плыли. Вон, на Аню тоже подействовало.

— Ты не рада любимому напарнику? А меня ведь месяц не было…

— Я рада только тому, кто даст выспаться. Короче. Что надо?

— У Руслана что-то случилось, и он просит приехать к ним на дачу.

Карина застонала, вручила Олегу полупустой стакан, не беспокоясь, что брызги попали на поло — не маленький, сотрет заклинанием — и пошла в душ. С Бессмертным-младшим было также бесполезно спорить, как с его отцом.

Через пятнадцать минут она застала на кухне великолепную сцену: Олег проводил мастер-класс для молодежи.

— …раз Резнов решил осчастливить тебя нами, запоминай, можешь записать на диктофон. Лучший способ задобрить Карину Евгеньевну после ранней и резкой пробудки, — он перевернул в сковородке жарившийся на масле кусок хлеба и разбил рядом два яйца, а сверху кинул щедрый кусок сыра. — Это жирный и вредный завтрак. Главное, желток должен быть обязательно прожарен.

Аня разве что и правда не тянулась за блокнотом.

— Думаешь, сработает? — скептически хмыкнула Карина, садясь за стол и не собираясь признаваться, что смешавшиеся запахи жареного хлеба и свежего кофе из машины смогли перевесить даже недосып.

— Конечно, — пообещал Олег, ставя перед ней тарелку. Не стесняясь, пожарил еще две яичницы, себе и стажерке. — Приятного аппетита. А потом все-таки собирайтесь, Руслана проигнорировать не можем.

Ворчать на него уже не хотелось, а мысли возвращались в деловое русло.

— Что у него случилось-то?

— Без понятия, не стал объяснять по телефону. Он вообще еще вчера звонил, но я сказал, что сможем не раньше утра.

— А почему тебе?

— Подумал, что ты захочешь отдохнуть после устранения погрома в их офисе.

— Хоть не обвиняет, что это я его устроила, — Карина отодвинула пустую тарелку, понадеявшись, что Олег снизойдет и до того, чтобы помыть посуду или хотя бы закинуть в посудомойку. Сама она первое терпеть не могла, на второе обычно ленилась, пока раковина не забивалась тарелками.

Надежда оказалась напрасной, и он пошел в комнату почти следом, разве что дождался, пока Аня закроет свою дверь, чтобы переодеться.

— А что в офисе случилось? — Олег упал в компьютерное кресло, придвинулся вместе с ним к дивану и закинул ноги на подлокотник.

— Ты хоть сделай вид, что отвернулся, — Карина развернула его к компьютеру и рассказала про носящийся по коридору рой с неизвестной сигнатурой. — Чтобы не скучать, посмотри анализ сам.

— О, тебе Питер ответил. У них же там рань дикая.

— У нас тоже, — буркнула она, снимая футболку. — Стасик обычно по ночам работает.

— Еще бы. Даже для питерского обывателя чересчур его прогулки по воде Карповки в задумчивости. Ночью Стасяна хоть не видно, хотя в июне, конечно, так не погуляешь, — хмыкнул Олег, щелкая мышкой. — У тебя синяк на пол спины. У Бессмертного так приложило, или еще куда-то лазила без меня?

— Ты же не смотришь.

— Я чувствую сердцем, когда ты получаешь травмы.

В него полетела скомканная футболка с пожеланием занять себя чем-нибудь.

Хуже всего, что в каждой шутке, как известно, лишь доля шутки. Карина тоже всегда знала, чем он ударился и где получил очередную ссадину, стоило им оказаться рядом, хоть и не спешила признаваться, надеясь, что Олег все-таки не в курсе, и это работает не в обе стороны. Спасибо, он уже как-то высказался о ее панических приступах вроде того, который случился на днях, что надо быть проще и не переживать о его бесценной тушке. Хватило.

Карина подкралась к нему ближе и мстительно подула в голову феном на самом горячем режиме. Не обожжется, конечно, но Олег терпеть не мог сушить волосы.

— Ты уже готова? — спросил он, сползая ниже и прячась за спинкой.

— Так и сиди. Блузку только поглажу.