Повесть не временных лет

– Я Ирма, дочь ярла Сигурда Крепкая рука.– Не сказать, чтобы меня так сильно это удивило, все-таки у меня промелькнула такая мысль. И наверно именно поэтому на мое лицо наползла идиотская улыбка, которая заставила нахмурить брови Ирмы.

– Я Арт.– Поспешив придать лицу, серьезный вид представился я.– Рад приветствовать вас на своей земле, а также благодарю за помощь, которую вы оказали. Надеюсь, наши будущие отношения останутся дружескими, и нам не придется обнажать клинки.

– Я и мои люди тоже хотели бы того же. Мы не промышляем грабежом. Скорее наоборот. Мы готовы предоставить свои мечи, для защиты людей от набегов разбойников.

– Это радует. Хотя предупрежу сразу. Нам не нужны наемники.– Мои слова задели Ирму. Быть может, ей очень не понравилось слово наемники, или она правильно поняла мой намек на то, что им тут не очень рады. Я это понял, по едва промелькнувшему проблеску глаз. И чтобы хоть как-то смягчить обстановку, тут же добавил.

– Мы не большое поселение, и содержать даже небольшую дружину, нам не по силам. У нас просто нет на это денег.– Развел я в стороны руки, и пожал плечами.

Ирма повернула голову в сторону своих воинов, как бы спрашивая у них совета, как поступить дальше. В этот момент к нам подошел Гердень. Вот ведь неуемный старикан, вечно ему нужно всунуть свой нос, куда не просят. Он остановился возле меня, и стал пристально разглядывать Ирму. От его взгляда Ирма передернула плечами.

– Чего уставился? – Ее брови грозно сошлись возле переносицы. Я ее прекрасно понимал, мало, кому доставит удовольствие, когда тебя вот так вот рассматривают. Гердень пропустил ее вопрос мимо ушей, и, повернувшись ко мне спросил.

– Ты видел Валькирий?

– Ты что Гердень, белены объелся? Какие Валькирии? Откуда им здесь взяться? Они живут, в этой, как ее, Вальхалле.

– Верно.– Кивнул головой Гердень.– Они живут в «Чертогах убитых», но всегда появляются там, где гибнут варяги, для того, чтобы отобрать достойнейших. Ведь Валькирия означает «выбирающая убитых». – Он развел руки в стороны.– Здесь сегодня погибло много воинов. Поэтому и спрашиваю. Ты видел Валькирий?

– Ты меня пугаешь.– Сказал я Герденю, и протянул к его лбу руку. Мало ли, вдруг у него горячка. Гердень зло отмахнулся от моей руки.

– Перестань говорить загадками, и нести разный бред. Я никогда не видел Валькирий, ни сегодня, ни раньше.– Поведение Герденя разозлило меня не на шутку. Нашел время шутки шутить, пердун старый. В этот момент, глаза Герденя закатились, волосы и борода стали дыбом, и от него ощутимо разошлись волны страха. Варяги сбились в кучу, в одно мгновение, ощетинившись клинками. Ирма надела на себя шлем, и достав свой меч, уперлась ногами в землю, как будто ее пытался сдуть с места сильный ветер.

– Тебя только не хватало.

– Помолчи.– Бросил в мою сторону Гердень голосом Велеса, и повернулся в сторону Ирмы.

– Что привело тебя в наши земли?

– Случай, или судьба. Я не знаю.– Голос, доносящийся из-под шлема, был глухим. Поэтому пришлось прислушиваться, чтобы понять, что она говорит.

– Перестань пугать девчонку.– Попробовал я заступиться за Ирму.

– Не суй свой нос, не в свои дела.– Повернулся ко мне Гердень, или точнее Велес.

Тут я почувствовал, как меня накрывает волной злости.

– Я буду совать свой нос туда, куда захочу, и ты мне не указ, нравится тебе это или нет.

– Разве ты не понимаешь, чем это может грозить? – Удивился Велес.– Нам абсолютно ни к чему, любые трения с Одином. Мы не намерены подвергать это шаткое равновесие испытаниям.

Мне бы подумать, но я уже закусил удила.

– Плевать мне на ваше равновесие. Если возникнут вопросы, я сам на них отвечу, хоть Одину, хоть кому угодно другому.

Первым от нашей перебранки опомнился Велес. Посмотрев на застывших, с широко раскрытыми ртами варягов. Он буркнул.– Потом поговорим.– И Гердень мешком осел на землю. Меня еще трясло от переизбытка чувств, и, не зная как успокоится, я вызверился на варягов.

– Чего стали тут, рты пораззявили. Представление окончено. Так что валите отсюда по добру по здорову.– И зыркнув злым взглядом, подхватив под мышки Герденя, пошел в сторону детинца, ни на кого не обращая внимания.

– Подожди.– Хриплым голосом крикнула мне в спину Ирма.

– Нечего тут годить. Да и некогда мне, делов по горло.– Не оборачиваясь, и не останавливаясь, бросил я через плечо.

– Пожалуйста, выслушай.– Она обогнала меня и стала передо мной.

Я остановился, окинул ее недовольным взглядом. Вообще-то, мне было неудобно вот так вот стоять, с обвисшим на руках Герденем. И тем более, что то слушать.

– Я тебе уже сказал, нам наемники не нужны. Что тебе еще надо?

– Защиты.– Ответила Ирма.

От неожиданности, я упустил из рук Герденя, шмякнувшегося нам под ноги.

– Чего?

– Я понимаю, что не имею права тебя об этом просить. Но только не отвечай сразу, а хотя бы выслушай.– Попросила меня Ирма. Но прежде чем она еще что-то успела сказать, до нас донесся хриплый голос.

– Сволочь. Какая же все-таки сволочь.

Я посмотрел себе под ноги. Там сидел Гердень, держась обоими руками за голову и слегка раскачиваясь.

– Просто гадина. Безмозглая, тупая гадина.

– Эй, Гердень, ты чего? Нельзя так отзываться о богах. Я понимаю, что тебе сейчас больно, но все-таки лучше наверно потерпеть, чем бросаться такими оскорблениями. Ты бы это, не гневил богов. Кто его знает, чем это обернуться может.

– При чем здесь боги? Ты сволочь, ты безмозглая гадина.– Задыхаясь от гнева, глядя мне в глаза прохрипел Гердень.

– Я то здесь при чем? – Искренне удивился я.

– При чем? – Задохнулся от злости Гердень.– У тебя что, совсем мозгов нет? Неужели ты не понимаешь, что натворил? Никто не встает на защиту изгоев. Особенно, если они отмечены местью богов.

Ответить я не успел. Внезапно налетевший ветер ударил мне в спину, я еле-еле устоял на ногах. Следом донесся раскат грома, и вдалеке засверкали молнии, с каждым мгновением все ближе придвигаясь к нам. С удивившим меня спокойствием, я повернулся в их сторону и подождал, пока молнии не придвинулись ближе. Потом просто вскинул руку.

– Остановись.– Молнии, и неведомая сила словно наткнулась на стену, в бессильной ярости эта сила стала ломать деревья, словно это были сухие ветви. Кто то могущественный, выплескивал свою бессильную ярость, на ни в чем неповинный лес. Перед нами бушевал ураган, который был словно запечатан в невидимом сосуде.

– Я не ищу ссоры, но если вы бросаете мне вызов, я его приму.– Сказал я в сторону урагана.

Молнии все еще сверкали, и ветер не унимался, но он только раскачивал деревья, а не вырывал их с корнем. Через несколько ударов сердца, я почувствовал на себе оценивающий взгляд. Подняв глаза, я увидел немолодое лицо. Оно рассматривало меня своим одним глазом, второй был прикрыт куском кожи, плотно прикрывавшим глазницу. Наши взгляды на мгновение встретились, по его лицу пробежала тень изумления, и в тоже мгновение все кончилось. О недавнем буйстве стихии, напоминал только небольшой участок, поваленных и разбросанных деревьев, посреди леса.

– Хи-хи.– Услышал я смешок снизу. Я опустил глаза, и встретился с закатившим глаза взглядом Герденя.– Вот так вот просто. Если честно, я поражён. Ты полон сюрпризов.– Гердень прикрыл веки, встряхнул головой, и посмотрел на меня уже своими глазами.– Чего уставился? Лучше бы помог подняться.– Недовольный моей непонятливостью, ворчливо пробурчал он себе под нос. Я наклонился, подхватил его под мышки, и легко поставил на ноги. Потом еще зачем-то отряхнул с его коленей песок.

– Это правильно.– Пробурчал он.– Старость нужно уважать.

– Ой, да брось ты.– Отмахнулся я рукой.– Ты еще всех нас переживешь.– И мы засмеялись, сбрасывая с себя напряжение пережитого. Отсмеявшись, я посмотрел на Ирму, тихо стоявшую рядом с нами. Было такое ощущение, что она даже дышала через раз.

– Ну.– Посмотрел я на нее.– Чего стоим? Кого ждем? Пойдем, расскажешь нам свою историю.– Я повернулся в сторону, сбившихся в кучку, как отара перепуганных овец, варяг.– И смотрите у меня, чтобы без баловства. Я этого не люблю.

Дальше, был вечер, наполненный печальным рассказом Ирмы, истории любви Валькирии, к живому смертному, и о том какую цену им пришлось заплатить за свою любовь. О ее рождении, и коротком счастливом промежутке жизни рядом с родителями. О гибели отца, и неизвестной судьбы матери. О бегстве, из родных мест тех, кому удалось уцелеть, и полное страданий, и лишений скитание изгоев, преследуемых по пятам своими врагами.

ГЛ 4

Искатель правды,

Порождает ложь…

Обед прошел, в теплой, дружеской обстановке. То есть молча. Не сказать, чтобы это было редкость, скорее норма. Но обычно, Андрей с Кащеем успевали перед едой поцапаться, а Глафира за столом, устраивала разбор полетов, пытаясь сгладить острые углы. В принципе, они неплохо ладили, но какие-то старые обиды, время от времени вылазили наружу. К тому же Андрей, все время, пытался шутить по поводу того, что Кащей постоянно сидит в своем компьютере, следя за прибавлением своих барышей. На это Кащей всегда отвечает одной фразой, что только дурню ничего не надо. Сегодня все было по- другому. Андрей не обращая внимания на Кащея, лениво ковырял вилкой в своей тарелке, напряженно о чем то думая. Кащей, вообще практически ничего не ел, и отчаянно создавал видимость, что его очень интересуют цифры и графики на экране компа. Да и у самой Глафиры, слегка пропал аппетит. Она пыталась понять, откуда вдруг взялась горячность, с которой она встала на защиту Кащея. Скорее всего, злую шутку, сыграло время. Попробуйте провести, почти три недели, в обществе двух парней, домовые не в счет, к тому же они муж и жена. Волей неволей начнешь кому-то отдавать предпочтение. От размышлений, Глафиру оторвало робкое подергивание за локоть.

– Чего тебе.– Чуть наклонившись, спросила Глафира, у стоявшей рядом с ней домовихи Феофанны.

– Неужели все так плохо приготовлено, что вы ничего не едите? – В ее глазах, был явно заметен испуг.

– Да нет, что ты, блюда как всегда обалденные.– Успокоила ее Глафира.

– А чего тогда? Аль поругались шибко? – Сразу успокоившись, зашептала Феофанна.

– Тебе заняться больше нечем? – Не дав Глафире ответить на вопрос, прикрикнул на Феофанну Кащей. Феофанна испуганно подскочила на месте, и, кланяясь как китайский болванчик, задом попятилась за барную стойку.

– Зачем ты так, Эдуард? – В голосе Глафиры прозвучал упрек.

– Ты их не знаешь так, как знаю я. Им только дай волю, враз на шею сядут. Мелкие паршивцы с маленькими загребущими руками, все под себя гребут.

– Да неужели. – Хихикнул Андрей.– И в кого они только такие?

Кащей не стал отвечать Андрею, просто скривился как от зубной боли, и демонстративно уткнулся носом в комп, показывая всем своим видом, что не намерен продолжать разговор. Конечно, в чем-то Кащей был прав. Все домовые, без исключения, страшные собственники. Глафира многое о них узнала, за то время, как их привел в дом Кащей. По своей сути, они невидимки, в них на генетическом уровне заложено умение отводить глаза. Поэтому люди практически не знают, как они выглядят на самом деле. То, что их видит Глафира, это заслуга Кащея. Как он этого добился, известно только ему одному, во всяком случае, он этим секретом не делился. Да его никто и не спрашивал по большому счету. Домовые не обладают большим ростом, и практически лишены каких-либо магических способностей, но в доме обладают неимоверной силой. К примеру, в дом, где живет домовой, никогда не сможет проникнуть нечисть, ни под каким видом. Домовых мало интересует, какие хозяева живут в доме, главное для них сам дом. Но если хозяева, по их мнению, плохо смотрят за своим жилищем, то могут устроить им, если можно так выразиться, развеселую жизнь. К примеру, человек будет постоянно спотыкаться, ударяться об углы и косяки, терять нужные ему вещи. Короче говоря, по мелким пакостям им нет равных. Раньше к домовым относились с глубоким уважением. Дом без домового, мертвый дом. В обязательном порядке им оставляли на столах угощения. Таким образом, показывая свое уважение. До сих пор неизвестно, как они расселяются. Домовые не живут вне дома. И живут они столько, сколько стоит дом. Если дом разрушается, то вместе с ним, гибнет и домовой. А еще, они практически не готовят еду. Тем более удивителен тот факт, что Феофан выполняет функции слуги, а Феофанна готовит завтраки, обеды, и ужины. И нужно отдать ей должное, ее еда просто объедение. На простой Глафирин вопрос «почему», она получила такой же простой ответ, « попробуй, откажись». Не нужно быть всевидящим, чтобы увидеть, что домовые боятся Кащея, до икоты, до дрожжи в коленках, до самой последней молекулы их организма, а еще они боятся, что Кащей отправит их обратно в свое жилище, лишив возможности жить в таком замечательном доме. От этих мыслей Глафира вдруг вспомнила, что уже давно не была у себя дома. Да и вообще, уехала, никому ничего не сказав, никого не предупредив. Это только, кажется, что предупреждать некого. Глафира живо представила, как видно волнуются ее родители. Конечно они разговаривали не каждый день, но на неделе, как минимум несколько раз. Нужно срочно как то выбраться домой, хотя-бы сообщить родителям, что я в порядке, и им не о чем волноваться. Просто я устроилась на работу, которая требует от меня постоянных разъездов.

– Ребята, мне срочно нужно попасть домой.

– Зачем? – Практически в один голос спросили Кащей с Андреем.

– Как это зачем? – Удивилась Глафира.– Вы представляете, какой у меня дома беспорядок образовался за это время?

– Нет.– Синхронно кивнули головой парни.

– Если в этом проблема.– Сказал Кащей.– То давай просто пошлем к тебе домой какого-нибудь из этих мелких паршивцев. Ничего с ними не сделается, если присмотрят за твоей конурой, пока тебя нет.

– Если можно то отправьте Главу.– Робко, из-за барной стойки попросила Феофанна. -Он уже взрослый мальчик, ему давно уже пора обзавестись своим домом.

– Мелким слово не давали.– Грозно сдвинул брови Кащей, и Феофанна мгновенно исчезла из поля зрения. Из-за барной стойки донеслось злое шипение. Видно Феофан делал выговор своей жене.

– Не только в этом дело.– Не обращая внимание, на шипение из-за барной стойки, покивала головой Глафира, и, покраснев, добавила.– Я с родителями давно не говорила, они наверно очень сильно волнуются. К тому же, сколько еще времени мы здесь пробудем? Да и потом все как-то туманно.

– А чего раньше-то не сказала? – Спросил Андрей.

– Потому-что мне было так хорошо, что я вообще обо всем забыла.

– А сейчас плохо стало, что вспомнила? – И он грустно улыбнулся.

– Нет, конечно.– Удивилась его выводу Глафира.– Глупость какая. Я бы может никуда и не поехала-бы, если-бы у меня была возможность общаться с родителями.

– Не вижу никаких препятствий.– Вступил в разговор Кащей.– Сейчас все устроим. Феофан.– Позвал Кащей. Из-за барной стойки показалась бородатая голова Феофана.– Ты не против, если я твоего сына отправлю. Правда должен предупредить, там немного не такой дом как у меня, или здесь. Как думаешь, твой сын справится?

– Он парень обстоятельный, не подведет. – Не веря своему счастью, заверил Кащея Феофан.

– Так тому и быть. Ты предупреди, чтобы подготовился.– И повернувшись к Глафире, махнул ей рукой, засовывая свою руку в карман.– Иди сюда, сейчас будем связь налаживать.

Глафира подошла к Кащею, уставившись на вынутую им из кармана тарелку, и небольшое яблоко.

– Ты и это себе прикарманил. -Искренне изумился Андрей.– От пройдоха.

– Что значит прикарманил? – Сделал грозный вид Кащей.– Не прикарманил, а сберег. Я его в хламе нашел, повезло, что не разбили. Совсем люди с ценными предметами обращаться не умеют.

– И много у тебя таких ценных экспонатов? – Поинтересовался Андрей.

– Хватает.– Все еще хмурясь, ответил Кащей.– И относятся с должным уважением, не так как некоторые.

– Ладно, ладно.– Поднял руки в примирительном жесте Андрей.

– Как связываться будем? – Повернулся к Глафире Кащей.

– А как можно? – Спросила у него Глафира.

– Да как хочешь.

– А может лучше по скайпу, через твой компьютер? – Предложила Глафира.

– Не выйдет.– Покачал головой Кащей.– Он для этого не приспособлен.

– Ладно, показывай тогда, как этим пользоваться.– Кивнула головой на тарелку Глафира.

– Посмотри в середину, и подумай, кого бы ты хотела увидеть.– С самым серьезным видом сказал ей Кащей.

– Маму.– Ответила ему Глафира.– Но ты же знаешь она в Черногории.

– Смотри в середину, говорю, и не отвлекайся.

Глафира уставилась в середину тарелки, и представила себе маму. Кащей тем временем, с ловкостью крупье, запустил по краю тарелки яблоко. Через пару мгновений середина тарелки покрылась рябью, а потом, как бы фокусируясь, выдало изображение женщины, сидящей за столом, и неотрывно смотрящей на монитор.

– Мама.– Вскрикнула Глафира. Женщина оторвалась от монитора и стала оглядываться по сторонам.

– Подожди немного, сейчас настрою.– Проговорил Кащей.

– Кто здесь? – Глаза женщины расширились от испуга.

– Все, готово.– Удовлетворённо выдохнул Кащей.

– Мама, я здесь.– Помахала рукой Глафира, увидев свое отображение на мониторе.

– Глафира? – Женщина потерла свои глаза, не веря, что видит свою дочь на экране.

– А кто же еще.– Радостно улыбнулась Глафира.

– Ты где была? – Начала выговаривать ей мать.– Знаешь, как мы тут все переволновались. Отец поехал билеты покупать.

– Зачем? – Удивилась Глафира.

– Как зачем? Тебя искать. Соседи сказали, что ты уехала с какими-то бандитами, и уже три недели от тебя ни слуху, ни духу.

– Какие бандиты, мама, о чем ты? Просто я устроилась на работу. И в этой связи мне срочно нужно было уехать в командировку.

– Что это за работа такая? – Нахмурилась женщина.

– Да нормальная работа. Не переживай. Если мне не веришь, то вот рядом со мной, мой начальник стоит, он тебе подтвердить может.– И Глафира повернула зеркало в сторону Кащея. Тот энергично махал головой, явно показывая, что у него нет никакого желания общаться с ее родителями, но Глафира не обращала на его протесты ровно никакого внимания. Поняв, что ему не отвертеться, Кащей натянул улыбку до ушей, и вежливо поздоровался.

– Добрый день. Глафира действительно сейчас находиться в командировке вместе со мной. Вам не стоит переживать, здесь замечательная охрана и обслуживание.

– Охрана? – Переполошилась женщина.– Значит там опасно? Где вы находитесь?

– Мама, какое опасно. Просто Эдуарду Эдуардовичу, по статусу полагается охрана, вот он ее и упомянул, а заодно, чтобы тебя успокоить. Чего ты так переполошилась?

– А чем он занимается, что ему охрана нужна? – С подозрением спросила женщина.

– Он бизнесмен.– Тут же ответила Глафира, то, что пришло ей в голову.

– Понятно. -Снова нахмурилась женщина.– А ты кем у него работаешь?

– Советником по экономическим вопросам.– Ляпнул через плечо Кащей.

– Советником значит.– Кивнула головой женщина, и этот кивок сказал больше чем слова.

– Мама, я скоро приеду и мы поговорим.– Сразу заторопилась Глафира.– А теперь нас ждут на конференции. Все пока.– И прежде чем женщина успела что то ответить, Глафира зашипела на Кащея.– Как это отключается?

Кащей тут же смахнул яблоко с тарелки, изображение дернулось, и погасло.

– Фу-у.– Вытер ладонью вспотевший лоб Кащей.– Давно я такого напряжения не испытывал.

– Это еще что.– Хихикнул со своего места Андрей.– Толи дело будет, когда ты еще с папой познакомишься.

– Тьфу, на тебя.– Перекрестился Кащей.– Изыди нечистая сила.

– Не поняла.– Уткнула руки в бока Глафира.

– А мы что? Мы ничего.– Виновато развели руками Кащей с Андреем, и переглянувшись ломанулись наперегонки к входной двери.

гл5

Кто слышал голос долга?

Отзовись…

– О своем долге подумай, когда будешь принимать решение. Все-таки…

– Что? – Повернулся Арт к Велесу, оторвавшись от наковальни.– Каму это я что задолжал?

– Но как же.– Поднял руку и стал загибать пальцы Велес.– Во первых, это твоя родина, во вторых…

– Велес. Если ты не хочешь чтобы я стал ругаться, то, пожалуйста, перестань нести чушь. Я никому ничего не должен. Все эти россказни о долгах, оставь тем, кто в них верит.

– Зря ты так.– Покачал головой Велес.– Чувство долга придает ответственности, твердости, и решимости.

– Ага, и загоняет в долговую яму.– Буркнул Арт.– Спасибо, я уж как-нибудь без красивых слов обойдусь. Надоели уже все со своими долгами. Жила, с долгом повышения благосостояния, Гердень с долгом перед богами, Ирма со своим долгом мести. Да кого ни возьми, все про какие-то долги говорят, а я ни хочу никому, ничего быть должен. Я хочу просто жить, и делать то, что хочу. Без всяких долгов.– Арт отвернулся от Велеса, и взялся за кузнечные щипцы, но отворачиваясь, он заметил, что Велес улыбается. «Наверно опять он меня перехитрил, и добился именно того чего хотел.»

Я вытащил щипцами заготовку меча из горна, и стал стучать по ней молотом, больше для того чтобы легче думалось. Сам меч меня сейчас не интересовал, но стуча по нему молотом, и делая вид, что очень занят работой, я мог спокойно осмыслить мой разговор с Велесом. Из последней своей торговой поездки, Жила привез не только новые байки, но и весть о том, что Святослав собирает дружинников со всех княжеств. Не ополчение, а именно дружинников, или людей имеющих представление о ратном деле. Как таковых, дружинников не очень много. Люди больше предпочитают заниматься ремеслами, или возделывать землю, чем всю жизнь махать мечом. Представляю, какую головоломку он подкинул князьям. При этом не требует, а просит не мешать тем, кто согласен к нему присоединиться добровольно. Цели тоже не скрывает, поход на Хазар. Все-таки интересно, какой будет сделан выбор. Жить, как и прежде, выплачивая дань и терпя унижения, или все-таки схлестнутся, с самым сильным врагом на востоке. Да что на востоке, на данный момент в мире есть две могучие силы. Византия и Каганат. Бросить вызов, какой-либо из этих империй, нужно обладать храбростью, и уверенностью в своих силах, или отсутствием мозгов. В случае поражения страшно даже представить, что будет. Велес меня отговаривает, чтобы я не совал туда свой нос. Да и взять с собой по сути некого. Жила отказался на отрез, мол, кто за хозяйством присмотрит. Ирма готовится нанести визит на север. Я уж ее и так и этак отговаривал, но попробуйте переубедить женщину, если она вбила себе что-нибудь в голову. Она уйдет, а здесь останется четыре десятка женщин и детей, что она привела с собой по осени. Теперь у них есть дома и живность. Немало приобретению всего этого поспособствовало то, что досталось нам от варяг, что на нас напали. Да и люди теперь это наши, а значит, их защита ложится грузом на мои плечи. Вот все против того, чтобы я куда-то уходил. Нет, сдаваться я не буду. Хотя бы в Новгород схожу, Вадима повидаю, да и лучше самому узнать, что в мире делается, а то засиделся я что-то тут. Так и одичать недолго. Все, решено, иду в Новгород, а там видно будет. Я сунул заготовку в горн.

– Думай что хочешь, но я иду в Новгород.– Глядя в глаза, твердо сказал я Велесу.

– А почему не в Полоцк? Он же ближе? – Поняв, что отговаривать, бесполезно задал вопрос Велес.

– В Новгород.– Тряхнул я головой.

– Ну, в Новгород, так Новгород.– Подозрительно быстро согласился Велес.– А когда собираешься.

Я посмотрел на горн, где лежала заготовка. Очень хотелось доделать себе меч под левую руку. Не знаю даже как получилось, но свой Талвар, я переделал. Теперь он не отличался ни чем от обычных мечей. Конечно, он и раньше мне неплохо подходил, но все-таки привлекал не нужное внимание.

– Завтра и поеду, чего откладывать.– Почему-то злясь на самого себя, ответил я Велесу, и сунул заготовку в кадку с песком.

– Чего уж прям так и завтра? К чему такая спешка? Ты же вон, вроде меч себе вначале выковать собирался? Если на то пошло, то я и помочь могу.

– С чего бы это вдруг? Ты же сам говорил, что не дело это, артефакты пускать погулять по свету. Да и не любо тебе оружие мастерить.

– Я и не отказываюсь. Не хочу я свои руки к орудию смерти прикладывать. Даже из благородных побуждений. Как ни крути, а любое оружие смерть несет. Правое это дело, или левое без разницы. А что касается артефакта, так от твоего меча и так силой несет, что мое присутствие даже и не заметят.

Я посмотрел на Велеса. Он был очень серьезен, и от его обычной веселости не было и следа.

– Спасибо тебе за предложение, но знаешь, я все же лучше завтра уйду, а меч, его я доделаю, когда вернусь, не такое уж это дело первостепенной важности.

– Хозяин барин. Тогда мне вроде здесь делать больше нечего, а тебе еще в дорогу собираться, да и у меня самого дел по горло, так что прощевай пока. Придет время, свидимся.