Читать книгу Прятки 2: Самый лучший враг (Артемий Алексеевич Кяшкин) онлайн бесплатно на Bookz
Прятки 2: Самый лучший враг
Прятки 2: Самый лучший враг
Оценить:

5

Полная версия:

Прятки 2: Самый лучший враг

Артемий Кяшкин

Прятки 2: Самый лучший враг

Пролог

Ночь не желала уступать. Многоэтажки понемногу окутывались неяркой дымкой восходящего солнца, но утренний туман всё ещё бродил по окрестностям, словно разведчик, не спешащий докладывать о находках. Город тянулся во все стороны бесконечной чередой серых громад: башни с выбитыми глазницами окон, обрушенные балконы, повисшие на арматуре, будто сломанные рёбра, улицы, засыпанные битым стеклом и бетонной крошкой. Там, где туман расступался, проступали чёрные силуэты антенн и ржавые стрелы подъёмных кранов, а над всем этим стояла тишина, в которой любой звук казался кощунством.

Электрод едва дышал, но всё ещё держался на ногах. Эту ночь он запомнит на всю жизнь — если, конечно, доживёт до того времени, когда сможет что-либо вспоминать. Сколько прошло с тех пор, как он останавливался в последний раз? Несколько часов, наверное. А может, целая вечность. Мужчина смахнул со лба прилипшие волосы. Голова по-прежнему кружилась, а в боку не утихала пульсирующая боль. Электрод в очередной раз коснулся раны и скривился: кровь запеклась, но сквозь корку то и дело проступала алая влага.

Да, без укрытия ему не выжить. Суть игры в том, чтобы тебя не нашли, — разве не так? Когда-то давно в этом деле Электрод был одним из лучших. Теперь же… Вокруг были такие же, каким когда-то был он сам, но с одной существенной разницей. В руках у этих людей было оружие.

Короткими перебежками, внимательно изучая местность, Электрод двигался от стены к стене. Улицы оставались ему незнакомы — как, впрочем, и всё в этом месте. С тоской он вспоминал первую игру, в которую угодил по глупости. Тот город был ему близок, и в его устройстве чувствовалась закономерность. Москва, верно? Вернее, ее часть, в которой угадывалась эта закономерность. На сей раз всё было иначе, и иначе по-настоящему. Этот мегаполис был чужим, алчным и крайне опасным.

Новые руководители «Пряток» потрудились на славу, создав нечто уникальное. В другое время Электрод насладился бы здешними пейзажами. Но вот уже четыре дня он блуждал по этим улицам и мечтал лишь об одном: уцелеть и вернуться домой.

В небе мелькнули дроны. Эти «птички» были созданы для того, чтобы находить добычу, и, надо признать, справлялись с этим куда лучше, чем в прошлой игре. Электрод сбился со счёта, сколько участников уже «выбыло». Десять? Или больше? Где-то там, в пучине улиц, всё ещё блуждал Мухаммад. Ох, этот парень был бессмертным — иного объяснения у Электрода не находилось. И где-то там находился ещё один…

«Птички» с гулом просвистели мимо, и Электрод снова сменил маршрут. Он продолжал идти, стискивая зубы от боли. Мог ли он умереть от потери крови? Наверное, да, но это была бы самая лёгкая из возможных смертей. Если же его найдут ведущие, дело обернётся куда хуже.

Впереди замаячило колесо обозрения. К нему, разумеется, идти не стоило: слишком хороший обзор местности. С высокой долей вероятности, оттуда на него могли быть направлены «окуляры» снайперов. Да, с прошлой игры всё слишком сильно изменилось.

Он продолжил перебежки и краем глаза заметил тело. Электрод тут же вздрогнул и затаился, но тело оказалось мёртвым. Кажется, Карабок, верно? Да, так и есть. На земле лежал подкаченный мужчина с кучерявыми рыжими волосами. Невидящий взгляд был устремлён на крыши, откуда его и настигла смерть. Электрод лишь вздохнул. Он давно перестал удивляться смерти — она витала здесь повсюду. И как же сильно менялся человек, оказавшись под такой угрозой! В прошлый раз Электрод боялся любого шороха, и душа у него была совсем иной. Теперь же он и сам нет-нет да становился маньяком. Ох, как же болит бок!

Солнце поднималось всё выше, но с трудом пробивалось сквозь дымку. Наверное, это было к лучшему: будь освещение ярче, ведущие видели бы дальше. Пока что всё происходящее играло на руку Электроду — и тем, кто ещё успел дожить до этой минуты.

Он споткнулся о лежащий на дороге камень и в очередной раз скривился. Любое изменение положения тела отзывалось в ране. Впрочем, эта боль прочищала разум и каким-то образом давала дополнительный импульс к движению. Электрод выругался про себя, выпрямился и снова сделал несколько шагов в сторону укрытия.

И снова «птички» — на сей раз целый рой. Электрод прижался к стене и слегка пригнулся. Маленькие жужжащие ублюдки просвистели в нескольких десятках метров над его головой. Не заметили.

Конечно, приходилось ещё и уворачиваться от камер, которые могли стать серьёзной проблемой. Впрочем, с прошлого раза Электрод оброс опытом и был куда лучше подготовлен.

Итак, куда же он направлялся? Под понтонный мост, разумеется. Там должны быть трубы, ведущие в канализацию. Вполне вероятно, что в них Электрод сумел бы затеряться, а возможно, и зализать раны. Ну а потом останется выдержать всего-то три дня, чтобы…

Синяя вспышка. Электрод замер лишь на миг, а затем сорвался с места. Заряд ударил в стену там, где он стоял секунду назад, и по улице раскатился сухой треск. Бетон брызнул мелкой крошкой, и в лицо ему полетели горячие осколки. А ведь Электрод был уверен, что рана в боку не позволит ему так двигаться! Он нёсся с такой скоростью, на какую не был способен даже в добром здравии. Тело мобилизовалось в одно мгновение, превратившись в настоящее орудие, и боль отступила куда-то на задний план, словно испугавшись погони.

Он не побежал по прямой: прямая означала смерть. Электрод свернул в узкий проход между двумя домами, где ширина едва позволяла развести локти, и, не сбавляя шага, перемахнул через опрокинутую тележку, на которой когда-то, судя по всему, возили товары. Ржавые колёса заскрежетали позади, и этот звук показался ему оглушительным. Дальше открылся внутренний двор с мёртвыми качелями и вросшей в землю песочницей. Электрод пересёк его наискось, взрывая ногами сухую траву, нырнул под обвалившуюся арку и вылетел на соседнюю улицу, уже скрытую от крыш чужими стенами.

Над головой снова загудели «птички». Он рухнул на колено у кромки тротуара, вжался в тень от нависшего козырька и пережил несколько долгих ударов сердца, пока гул не сместился в сторону. Затем поднялся и побежал вдоль стены, пригнувшись, ставя ногу с носка, чтобы не хрустело стекло. Улицы сменялись одна за другой: перекрёсток с погасшим светофором, склонившимся, как цветок на сломанном стебле, разбитая витрина, в которой отражалось только дымное небо, лестница, ведущая в никуда, — и всё это неслось мимо смазанными пятнами. Чем ближе подступала набережная, тем резче пахло речной сыростью и тиной, и этот запах Электрод впервые за ночь воспринял как обещание. Где-то там, внизу, под понтонным мостом, его ждали трубы и темнота.

Он уже видел впереди тусклую полосу воды, до которой оставался последний квартал. Электрод не умрёт вот так! Он должен спастись, он должен…

Из-за угла очередного здания вышел человек. Мир замер.

Электрод смотрел на него — не с испугом, нет. Времена, когда он боялся, миновали. Теперь всё было иначе.

На крышах со всех сторон показались ведущие. Их было человек семь, но Электрод знал: скоро появятся и другие. Все синие ружья были направлены на него, и искры поднимались над стволами, уносясь в дымку. Жилеты и плащи скрывали кожу, а лица — маски и приборы ночного видения. Судя по всему, игра была окончена. Но тот человек…

Мужчина с длинными волосами приближался к Электроду — медленно, вальяжно. В руках он сжимал длинную трость, от которой вверх тянулись молнии. Шрам на лице бросался в глаза, но не отталкивал. Этот мужчина, несомненно, пользовался бы успехом у женщин — если бы не изъяны характера, которыми его щедро наделила природа.

— О, Сережа, — его голос полоснул по слуху. — Кажется, игра принимает серьёзный оборот, не находишь?

Электрод медленно кивнул. Страх? Нет, лишь усталость. Впрочем, умирать в такой момент совершенно не хотелось.

Ведущие продолжали целиться, но не стреляли. Судя по всему, хозяева ещё не дали отмашку на ликвидацию. В этот раз «Прятки» отличались от прежних: теперь это было просто шоу, и ничего более. Но существовали и куда более серьёзные различия.

— Что будем делать? — снова подал голос Сармад. — Держу пари, ведущие скоро начнут палить из своих штук. Ох, добраться бы до одной из них… Хотел бы это сделать, а, Сережа?

— Я Электрод, не забывай. И я не знаю.

— О, — он усмехнулся, — для меня ты всегда будешь просто Сережей. Хотя кличку тебе подобрали под стать, согласен.

Сколько тянулась эта пауза? Электрод обвёл взглядом улицу. Ведущие стояли на всех крышах со всех сторон, и бежать было некуда. Сорваться с места означало погибнуть в одно мгновение: пуля всегда быстрее человека. А Сармад… От него можно было ожидать чего угодно.

Ох, как же сейчас хотелось увидеть жену! Мыслями Электрод вернулся к Ирине. Ей нужна поддержка — ей и их ребёнку… Что будет, если Электрод сейчас умрёт? Выплатят ли им те деньги, что были обещаны?

Сармад перевёл взгляд на одну из крыш и усмехнулся.

— Вон там стоит Нэйлин. Ублюдок похлеще меня. Знаешь, почему я знаю? У него правая нога протез. Знаешь, где он её потерял? Ха. Я снёс, прикольно, да? А вон на той крыше стоит Касл. Пусть и в маске, но я его узнаю по подёргиванию плеча. Я ему его вправлял. Хотя, до этого я и вынес. Ха!

Да, Сармад был безумен. Ненормальный, неадекватный маньяк, который забавлялся даже в такой момент.

Время продолжало тянуться, слишком медленно. Сколько ударов сердца прошло с тех пор, как всё оборвалось? Электрод лихорадочно искал выход. Бежать? Сражаться? Как совладать с таким количеством людей?

— Да, да, я знаю твои мысли, Сережа, — Сармад приблизился вплотную. — Ты хочешь биться не на жизнь, а на смерть! Я ведь такой же, ты не забывай. Думаешь, почему тогда, в детстве, мы так дружно игрались? Потому что мы одинаковые, как две стороны одной медали.

— Мы разные, Макс, — собственный голос полоснул по разуму. — Я просто хочу спасти своего сына и жену.

— О, думаешь, всё так просто? Ты правда такой дурак? Они не отпустят тебя, даже когда эта игра закончится. Выживешь сегодня? Окей. Но они не выпускают никого с арены! Ха. Посмотри на меня. Думаешь, я тут по доброй воле?

— Уверен.

Сармад какое-то мгновение смотрел на него, а затем снова расплылся в улыбке. Они встали спина к спине, и взгляды обоих обратились к крышам.

— Ты сильно ошибаешься, мой лучший друг, — Электрод больше не видел его лица, но слышал голос. — И мы вместе попробуем выбраться из этого дерьма.

Друг? Нет, не друг. Но сейчас они были по одну сторону. И Сармад был для него не другом, а лучшим из врагов.

Игра началась.


Глава 1

За неделю до…

Город просыпался медленно, но в то же время вынуждал весь мир очнуться рывком. Ещё мгновение назад улицы стояли пустыми, а в следующее уже наполнились людьми, каждый из которых держал курс по своим делам. По большей части это был офисный планктон, направлявшийся на свою горячо любимую работу.

Сергей шёл среди них. В руке он держал только что купленный горячий кофе, который должен был согреть изнутри. Осень выдалась неласковой: колючей и в то же время золотой. Как говорится, глаз радуется, но не душа, требующая чего-то горячего.

Он свернул с Чистых прудов на Мясницкую, и улица понесла его мимо прилавков и витрин. У входа в метро торговали горячими пирожками, и запах жареного теста смешивался с запахом мокрых листьев, прилипших к асфальту рыжими лоскутами. Чуть дальше цветочница в вязаной жилетке расставляла в вёдрах хризантемы, и жёлтые головки покачивались, будто кивали прохожим. За ней потянулись вывески: «Кофе с собой», «Ремонт обуви за 15 минут», аптека с зелёным крестом, ювелирный ломбард, где в окне тускло блестели чужие обручальные кольца. Над дверью очередного магазина висел баннер «СКИДКИ ДО 70%». Сергей, как юрист, привычно скользнул взглядом по крошечной сноске внизу, набранной таким мелким шрифтом, что для прочтения требовалась лупа. Профессиональная деформация: он не мог пройти мимо ни одной вывески, не отыскав в ней подвоха. Рядом висела табличка нотариальной конторы, и он вдруг поймал себя на мысли, что завидует людям, которые просто сидят за столом и ставят печати. Без собеседований, без «но» и без лиц на экране.

Вскоре впереди замаячил его офис. Да-да, столь ненавистный, но такой необходимый.

«Как же хочется домой, чёрт», — Сергей приветливо кивнул охранникам, входя в здание. Те и бровью не повели, просто выполняли свою функцию и ничего более.

Лифты стояли в плотном кольце ожидающих: человек десять, не меньше, каждый уткнулся в телефон. Сергей посмотрел на них, на светящиеся над дверями цифры и свернул к лестнице. Девятый этаж. Много? Конечно. Но в тесной кабине, прижатый плечом к чужому пальто, ему пришлось бы поддерживать разговор, а на разговоры сил с утра не было. К тому же ступеньки помогали собраться с мыслями. Ноги работали, голова остывала.

На третьем этаже ему навстречу попалась Лариса из бухгалтерии. Она спускалась с телефоном у уха и обсуждала чью-то зарплату с таким упоением, словно речь шла о судьбах государства. Сергей давно знал, что за его спиной она обсуждает точно так же и его самого. Он улыбнулся ей — тёплой, почти искренней улыбкой — и услышал в ответ сладкое: «Доброе утро, Сергей Аркадьевич». На пятом этаже у окна стоял начальник отдела продаж, обладатель дорогих часов и привычки хлопать людей по плечу так, чтобы те чувствовали себя должниками. «О, юрист! Как оно?» — Сергей снова улыбнулся, подставил плечо и стерпел. На седьмом из приоткрытой двери выглянула сотрудница отдела кадров, чей взгляд всегда напоминал холодный компресс. Он кивнул и ей. Улыбаться неприятным людям — тоже навык, и за три года Сергей отточил его до совершенства.

Вот и, наконец, родной офис компании «Мерилэн». И этот день был весьма важен.

Сергей тут же направился в свой кабинет — небольшой, не такой, как хотелось бы, но весьма уютный. Единственное окно выходило во внутренний двор, где в сером колодце бетонных стен росла одинокая липа, к октябрю уже почти голая. На подоконнике стоял фикус, который Сергей поливал реже, чем следовало, и который, вопреки всему, упрямо жил. Вдоль стены тянулся шкаф с папками, подписанными ровным почерком: «Договоры 2025», «Арбитраж», «Претензии». Стол был завален бумагами, но в этом хаосе существовал свой порядок, понятный только хозяину. Рядом с монитором стояла фотография в простой деревянной рамке: Ирина и Вадим на фоне моря, оба щурятся от солнца и смеются. Каждое утро Сергей смотрел на этот снимок первым делом, а потом принимался за работу.

Он рухнул на своё место и включил компьютер. Тот не завис, что было очень важно: предстоял серьёзный разговор по сети. Разговор, который многое должен был прояснить.

Сколько времени прошло? Примерно час, прежде чем настал момент «икс». Сергей включил камеру и подключился к разговору.

На него тут же устремились несколько лиц, таких горячо ненавистных.

— Добрый день, Сергей Анатольевич Хайров. Вы готовы?

— Я… Сергей Аркадьевич, — он облизнул губы, затем выдавил из себя улыбку. — Конечно, я подготовил своё резюме.

То, что его отчество постоянно путали, уже ничего не значило. Кто Сергей такой, чтобы его инициалы вгрызались в память таким большим шишкам? В этот день он должен был пойти на повышение. Вот уже три долгих года он работал юристом компании, которая под его пристальным руководством процветала. Долгое время Сергей искал клиентов, проводил консультации, выжимал из себя все соки, только чтобы заслужить милость. И вот наконец этот момент настал! Сергея позвали на собеседование, которое сулило ему и его семье переезд в Питер. Разве не об этом мог мечтать любой здравомыслящий человек?

— Да, да, Сергей Аркадьевич, конечно. — По ту сторону экрана на него смотрел директор одной весьма известной фирмы. Широкое лицо, очки на переносице, минимум щетины. Этот человек выглядел так, словно владел всем миром. В руках он держал лист бумаги, который несколько недель назад Сергей собственноручно отправил в Санкт-Петербург. Лист не двигался, пока серьёзный человек изучал его содержимое.

— 30 лет, женат, есть сын. Стаж работы три года, — хозяин мира перечислял всё то, что Сергей и так знал лучше. — Выиграл арбитражный спор с поставщиком на сорок миллионов рублей, когда все были уверены, что дело проиграно. Переписал договорную базу компании, сократив число штрафов по контрактам почти на треть. Выстроил защиту от недобросовестных подрядчиков, после чего количество претензий упало втрое. Провёл реструктуризацию долгов дочерней фирмы без единого суда. Вы смотрите на меня так, будто я зачитываю чужое резюме. Но это ваши подвиги, Сергей Аркадьевич.

Всё это он знал и так. Но услышать собственные достижения из чужих уст было странно: они звучали словно эпитафия.

— Всё верно, — Сергей медленно кивнул, — я готов приступить к работе хоть завтра. Моя семья готова к переезду.

Нагло? Конечно же, да. Но Сергей давно понял, что в этой жизни нюням не место. Необходимо было сразу показать, кто он и с чем его едят. Эти люди сомневаются? Надо показать, что у них нет выбора.

Мужчина в очках перевёл взгляд на камеру и облизнул губы. Кажется, хозяину мира понравилось такое поведение.

— А вы не промах, Сергей Александрович. Но знаете…

— Я Сергей Аркадьевич, — наверное, перебивать не стоило, но он хотел продолжать быть тем, кем является. — Я…

— Ох, да, простите меня, — эта игра стала затягиваться. — Мы внимательно изучили ваше резюме с коллегами. Знаете, Сергей, вы великолепный специалист и однозначно станете усилением для любой компании. Но есть одно «но»…

«Но»? Что это значит? Сергей не подал виду, лишь сжал кулаки под столом. С этого «но» уже всё было понятно. Удивлён ли он? Конечно, нет. Этот мир… Ох, этот чёртов мир…

— Да? Я вас слушаю.

— Но, — хозяин мира почесал подбородок, — на эту должность уже был найден более достойный кандидат. Нам очень жаль, что потревожили. Пока что мы не можем предложить вам переезд. Возможно, на следующий год…

Следующий год? Разумеется, это был блеф. Сергея только что послали, и сделали это максимально небрежно. Словно он ничего не значил. Словно он был никем… Но это не так!

— Могу ли я узнать, что это за большая шишка? — Сергей натянул на лицо доброжелательную улыбку. — Должен же я знать, кто меня обошёл.

— Это необязательно, Сергей Александрович, — толстый ублюдок дотронулся до носа, затем поправил очки. — Как только вы понадобитесь, мы с вами обязательно свяжемся.

После этого камера погасла.

— В смысле не взяли? — Ирина смотрела на него с таким взглядом, который Сергей хотел бы никогда не видеть. — Я уже нашла замечательную няню, недалеко от Невского! Вадиму она понравилась!

Ну, конечно. Сергей посмотрел в зеркало заднего вида на сынишку. Тот сидел в своём кресле и мирно спал. Мальчишка был вылитым Сергеем в детстве: с такими же вечно взъерошенными волосами и вздёрнутым носом. Вадим заслужил большего, но мог ли Сергей это дать? Нет. Во всяком случае, сейчас.

Они выехали с Тверской и потянулись по Ленинградскому проспекту. Дворники лениво размазывали по стеклу редкие капли, а за окном плыли фасады сталинских домов, кирпичные, тяжёлые, с узкими балконами и облупившимися гербами над подъездами. Огни фонарей уже зажглись, хотя вечер ещё не наступил: осенний день в Москве угасал рано. Потом дома стали ниже, появились стеклянные коробки торговых центров и рекламные щиты, а впереди, за мостом, открылась лента шоссе.

Сергей ненавидел эти минуты, когда на его разум усиленно капала жена. Ирина могла делать это бесконечно.

— Сергей, ну почему? — не унималась она. — Ты говорил, что всё схвачено, что за тебя поручился Кирилл…

— Ага, поручился. Видимо, кто-то оказался крупнее Кирилла. Держу пари, моё место занял кто-то, кто куда более «выпирающий», нежели я. Неужели ты не понимаешь, где живёшь?

— Ну уж нет, ты несёшь какой-то бред, — Ирина покосилась на сына, затем вернулась к прежнему. — Скорее всего, ты сделал что-то не так. Ух, уж твой характер! По-любому ты подколол их, или перебил, или…

— Да ничего я не делал, успокойся уже! Я не шёл на конфликты, зачем мне это. Просто всё было решено ещё до звонка.

Как же ему не хотелось продолжать этот разговор. Эта нервотрёпка ни к чему не приведёт, кроме очередного скандала. А ведь раньше всё было иначе. Тогда, когда они с Ириной только делали первые шаги…

Игра. «Прятки». Боль. Страх. Всё разом обрушилось на Сергея, и он сглотнул. Эта дрянь возвращалась к нему снова и снова. В кошмарах, иногда наяву. Он не мог забыть, просто не сможет. Уже три года, уже… Нет!

Сергей повернул руль, выезжая на трассу. Здесь не было пробок, а значит, можно было разогнаться чуть быстрее, чем положено.

— Я не хочу продолжать этот разговор, Ир, — он постарался сменить тему, — просто уже устал. Всё наладится, мы обязательно выберемся, всё станет куда лучше.

Хотя куда уж лучше? У них была квартира в центре Москвы, крутая машина. Всё обустроено по последнему слову моды. Увы, за яркую жизнь приходилось платить. Как оказалось, полученных три года назад средств надолго не хватило. И мысли, такие колючие и убийственные, раз за разом возвращали Сергея туда, куда он мечтал не возвращаться. Нет!

— Ох, — Ирина махнула рукой, уставившись в окно, — ты постоянно мне это говоришь. Чёрт, сколько же раз я уже слышала об этом! Всё наладится, изменится. Ну я же знаю, что этого не будет!

Ирина всю жизнь мечтала переехать в Питер. Это была её цель. Цель, в которую каким-то образом угодил и Сергей. Но чего хотел он сам? Уже длительное время просто покоя. Просто быть тем, кто он есть.

Встречка текла рекой, а по стороне Сергея не было никого. Он был погружён в собственные мысли, уже почти не обращая внимания на дорогу. Он привык действовать по наитию, чисто на рефлексах. Уж они-то его не подводили с самого детства. Они были…

Всего лишь миг. Фары встречной машины ослепили его, а затем яркая вспышка ударила по глазам. Он вздрогнул, инстинктивно вывернул руль в сторону, чтобы избежать столкновения. Машина на полной скорости ударилась в бордюр, а затем крутанулась.

— Ааа! — это кричала Ирина. На заднем сиденье проснулся Вадим. Мир завертелся, а затем всё погрузилось во тьму.

— Ау, жив?

Сергей нехотя открыл глаза и увидел перед собой высокого человека в халате. Врач? Да, это был он. Мужчина возвышался над ним с какой-то штукой в руках. Это… дефибриллятор, что ли? Ничего себе. Сергей попытался сесть, но голова ужасно кружилась. Ног он почти не чувствовал, хотя… нет, всё хорошо. Пальцы двигаются. Но где его семья?

— Где Ирина с Вадимом? — голос показался таким далёким и хриплым. — Что с ними?

Врач снова попытался удержать Сергея от резких движений.

— Успокойтесь, с ними всё хорошо. Их уже увезли в больницу. Ваша жена в порядке.

Жена в порядке? Что это значит? Что…

— Что с сыном?

В ответ было молчание. Сергей снова стал вырываться, дёргаться. На его руке почему-то была кровь, но боли мужчина не ощущал. Что-то острое укололо в плечо. Чёрт, укол! Эти ублюдки хотели его вывести… Вывести… Мир снова погрузился в темноту. На этот раз куда дольше.


Глава 2

За пять дней до…

Бег. Сергей смотрел на себя со стороны, словно через мутное, кривое стекло. Его собственное тело механично отсекало пространство знакомого, но пугающе далекого города. Оно пряталось. Пыталось спасти свою шкуру. Затем снова рывок, снова бег, и так по замкнутому кругу. Сколько времени это продолжалось? Сергей не знал. Мир мелькал перед глазами серыми и черными вспышками, пока…

— Нет! — хрипло выкрикнул он, рывком садясь на кровати.

Сердце колотилось о ребра, словно пытаясь их сломать. Потребовалось несколько секунд, чтобы пелена перед глазами рассеялась и Сергей осознал, где находится. Мысли разбегались, и чтобы собрать их в кучу, потребовалось еще немного времени.

Авария. Они с семьей возвращались домой по трассе, когда на встречную полосу, ослепив фарами, вылетел этот чертов грузовик. Они чудом уцелели и… Черт.

Сергей выпучил глаза, и лишь сейчас до него дошел весь ужас произошедшего. Ирина и Вадим! Что с ними? Тот врач сказал, что все в порядке, или это была лишь галлюцинация, порожденная болью и страхом? Он лихорадочно огляделся, изучая больничную палату. Обшарпанные стены, покрытые сетью трещин, расколотая напольная плитка. Ни тумбочки, ни шкафа. Но самым обескураживающим было другое — Сергей не сумел найти окно. Эта проклятая палата была со всех четырех сторон одинаковой, замкнутой в себе, если не считать дурацкую белую дверь.

— Эй, кто-нибудь! — собственный голос на мгновение дрогнул, едва не сорвавшись в хрип. — Помогите!

Ответа не последовало. Сергей попытался встать, но ноги предательски подкосились, и колени с глухим стуком ударились о холодный кафель. Что за слабость? Сколько времени он провел в отключке? Где его семья?

bannerbanner