Восстану для тебя из пепла

Елена Архипова

Восстану для тебя из пепла

Глава 1

— Анжела, что? — Виктор подорвался со стула, на котором сидел последние два часа.

— Мы справились, Вить. Дайна твоя справилась, — Анжела устало улыбнулась и протянула оперативнику пулю, которую она вытащила из груди его верной собаки, — держи на память.

— Можно мне к ней?

— Вить, она спит сейчас, — но, увидев вымученный вид матерого оперативника, сжалилась, — пошли.

— Анжел, — окликнула её Наденька, что дежурила сегодня за стойкой регистрации, и как-то странно посмотрела на опера, — там твой телефон не замолкал последние часа полтора.

— Муж звонил? — выдохнула ветврач.

— Да, он, — последовал ответ и опять странный взгляд на Виктора.

Анжела сделала глубокий вдох, шрамы на спине заныли. Оказалось, не зря. Мужчина, что стоял рядом, наконец произнес:

— Я после пятнадцатого объяснения Надежды, что ты подойти не можешь, потому что на операции, психанул.

— Что ты сделал? — у Анжелы всё внутри похолодело от нехорошего предчувствия. Она, боясь поверить в собственную догадку, выдохнула: — Ты говорил с Андреем?

— Анжел, он у тебя дебил? Не знает, что такое временной промежуток в один час? Или не понимает, что такое операция? — оперативник тут же ощетинился оправданием. — Ему же Надежда уже раз десять сказала, что ты оперируешь, а он через пять минут перезванивает и требует позвать тебя!

Анжела устало прикрыла глаза и медленно выдохнула, шрамы на спине заныли сильнее. Мелькнула спасительная мысль: “Хорошо, что завтра у меня выходной!”

И в этот момент телефон у Наденьки вновь разразился трелью звонка.

Анжела резко проснулась, телефон, лежащий рядом с кроватью, разрывался входящим звонком.

Сон! Всего лишь сон! Но такой четкий и красочный, что шрамы на спине заныли. Телефон звонил, но не во сне, а в реальности.

— Хрен тебе, Быков, а не я! — выдохнула она в пустоту квартиры и резко села на кровати, приходя в себя. — Сидишь там, в своих европах, вот и сиди!

Телефон продолжал разрываться входящим звонком. Анжела дотянулась до аппарата — звонили из ветклиники.

— Умеют вовремя позвонить, — улыбнулась и приняла вызов.

— Анжела Александровна, извините, что беспокою в Ваш выходной, но у нас тут Ваш пациент бузит. Никого к себе не подпускает! — на заднем фоне говорившей слышался лай собаки. — Сергей к нему не может подойти.

— Кто именно? — спросила, уже вставая с кровати.

— Рэй. Опять с болью в ушах приехали.

— Настюш, скажи Сергею, что я буду через полчаса. Пусть не подходит к Рэю. И да! Хозяину тоже скажите, что я сейчас подъеду, пусть успокоит своего красавца.

— Сделаем, Анжела Александровна! — выдохнула радостно девушка и положила трубку. Она точно знала, если хозяйка сказала, что будет через полчаса, значит, так и будет — это все знали.

Анжела наскоро собралась, умылась и вышла из квартиры. Кофе она и на работе выпьет. Там её ждет пациент, который доверяет только ей.

Рэй — это немецкая овчарка семи лет. Интеллигентный, умный, выдрессированный. Команды исполняет по одному жесту своего хозяина, но вот до жути боится врачей. Чтобы этот красавец, с родословной почти такой же как у английской королевы, не боялся, ему надо было давать держать в зубах медицинскую перчатку. Новую, просто держать и все.

Эту особенность пса сама Анжела когда-то случайно обнаружила. С тех пор прошло шесть с половиной лет, вот так теперь и лечат бедолагу, когда случается ему заболеть.

Анжела открыла входную дверь из квартиры и вышла. И первое, что она увидела, была огромная корзина кремовых роз, стоящая на коврике перед дверью. Ей не надо было смотреть на карточку, которая торчала в букете, она и так знала, от кого эти цветы.

— Вот же твердолобый и непробиваемый какой, а! — ругнулась, подхватывая тяжеленную корзину.

Вышла из подъезда, огляделась и увидела черный внедорожник, за рулем которого сидел молодой парень. Она уже знала, что это человек Слободского. Точнее, конечно, Киборга, но по факту, да, Валерия Слободского.

Решительно подошла к машине, поставила на асфальт корзину с цветами и направилась к своему автомобилю. Мельком увидела ошарашенное выражение на лице соседки с первого этажа, кивнула ей, здороваясь, и села за руль.

— Ну вот как еще мужику объяснить, что у нас с ним ничего не получится, а? — бубнила, заводя двигатель.

Бросила в сердцах, имея в виду именно Слободского:

— Баран самоуверенный! Сегодня же еще раз проговорю, раз с первых четырех… а, нет, теперь уже пяти раз не понимает человек!

К тому моменту, когда Анжела подъехала к зданию своей ветклиники, в приемной наступила тишина.

— Всем привет! — Анжи вошла в фойе и первым делом подошла к мужчине с немецкой овчаркой, обратилась не к человеку, как того следовало ожидать, а к его псу: — Рэй, не стыдно тебе, а? Ты почему не подпускаешь к себе врача? Сергей профессионал своего дела. Нехорошо, некрасиво так, понимаешь?

Пес, увидев Анжелу, радостно вильнул хвостом и жалобно заскулил, преданно глядя ей в глаза.

— Анжела Александровна, простите! — вмешался в диалог между врачом и своей собакой владелец. — Наотрез отказался подпускать вашего специалиста! Наотрез!

— Все нормально, Иван Михайлович. Не переживайте, — Анжела улыбнулась, — дайте мне пять минут. Сейчас полечим Вашего красавца.

Того, о чем сейчас говорил парень из охраны со Слободским, Анжела, понятное дело, не слышала.

— Взяла цветы? — Валерий приготовился улыбаться, но неожиданно услышал:

— Нет, не взяла. Вынесла их на улицу и поставила передо мной.

— А ты?

— А я закинул их по-быстрому в багажник и поехал за ней.

Парень слышал, как шеф выматерился сквозь зубы и лишь потом спросил:

— Куда поехали?

— На работу.

— Сегодня? Она же выходная… — начал говорить, но оборвал сам себя Валерий. — Ладно, забей. На работу, так на работу. Всё. До связи!

Слободский оборвал звонок и уже потом выругался еще раз.

— Характер свой показываешь, да? Ладно! Уважаю! Значит, зайдем с другой стороны, — с этими словами он нашел в контактах номер телефона владельца самого популярного в городе ресторана и набрал его:

— Петрович, здоров! Столик на двоих у тебя на сегодня нужен. Сделаешь?

— Здоров, Валер. Сделаем.

— Отлично. Я твой должник!

— Замётано!

Глава 2

Анжела вышла из клиники лишь ближе к вечеру.

Да, в свой выходной. Да, она не должна была брать кого-то еще, но как отказать, когда животные ждут твоей помощи?

Кошки, собаки и даже был один енот.

Вышла на улицу, вдохнула полной грудью, и тут её взгляд упал на роскошный автомобиль небесно-голубого цвета, только что въехавший на их парковку.

Сергей, чья сегодня по графику была рабочая смена, вышел вместе с ней. Они стояли, молчали и смотрели на роскошный продукт британского автомобилестроения.

— Хрена себе! — присвистнул парень. — Как думаешь, кого привезли?

— Одного барана. Род твердолобый, семейство самоуверенный. Слышал о таких? Нет? Ну так познакомься! — прозвучал довольно резкий ответ.

Парень перевел удивленный взгляд на начальницу и усмехнулся:

— А, ну ясно! Помощь моя нужна?

— Нет, Сереж, спасибо. Сами разберемся!

Подчиненный хмыкнул и, увидев выходящего из машины крупного мужчину, который к тому же еще и не сам был за рулем, предпочел скрыться внутри помещения.

— Анжела, добрый вечер.

— Был, ровно до того момента, пока ты не появился, — не стала церемониться. — Слободский, вот что непонятного было в моих словах, когда я говорила, что между нами ничего не может быть?

— Я тебя услышал. Но на ужин-то ты можешь со мной съездить? — не стал тянуть кота за все подробности Валерий. — Сомневаюсь, что ты сегодня успела нормально поесть. Я, кстати, тоже еще не ужинал, вот и предлагаю всего лишь сделать это вместе.

— Не успела, — не стала Анжи отрицать тот факт, что голодна, — но, боюсь, что и в твоей компании, Слободский, у меня это не получится.

— А ты не бойся, — мужчина улыбнулся улыбкой голливудской звезды, — соглашайся. Потом ведь, как говорится, не попробуешь, не узнаешь, верно? Анжела, ты же даже не знаешь, от чего отказываешься!

— А от чего, кстати? — зачем-то всё-таки спросила.

— От ужина в ресторане “Классика вкуса”.

Анжела, услышав название заведения, задумалась. О том, что туда просто так, без заблаговременной, желательно за месяц, брони столика было не попасть, она знала. Как знала и о том, что гостей в джинсах запросто могли и не впустить. В нынешний век повсеместной ориентированности под клиента звучит странно, но да, этот ресторан мог себе позволить предупреждать гостей о дресс- коде.

Анжи, как и подавляющее большинство женщин, любила джинсы и с удовольствием их носила. Тем более, как сегодня, на работу.

Слободский не мог не знать о дресс-коде, сам он был одет в костюм и видел, что Анжела сейчас была в джинсах. План у неё созрел мгновенно.

— А поехали, Валер! Вот прям сразу! Отсюда. Или сейчас, или больше никогда!

Мужчина расплылся в широкой, во все тридцать два зуба, улыбке и сделал приглашающий жест в сторону своего авто. Анжела мысленно чертыхнулась — её коварный замысел разгадали, но похоже, что Слободского не смущала её неподходящая для похода в ресторан одежда.

“Даже ведь оценивающим взглядом не окинул, паразит, сразу пригласил ехать! Да, мать, похоже ты сама себя перехитрила!” — констатировала мысленно и шагнула к шикарной машине. Однако в душе еще теплилась надежда, что их не пустят в ресторан.

А потом, пока они стояли в пробке, Анжела вспомнила про маленький и уютный ресторанчик, принадлежащий одному из своих знакомых.

Кормили там по-домашнему вкусно, а место было мало кому известно по той причине, что не захаживали в него такие вот как Слободский. Не по статусу им было в таких местах бывать!

А что, если…

— Слободский, а что, если я предложу посетить другое место?

— Что за место?

— Тебе его название ничего не скажет. Но кормят там вкусно. Валер, слабо поужинать не на золоте и хрустале, а на обычных тарелках?

— Куда ехать?

— Там камин с живым огнем. Не боишься, что твой костюм костром провоняет? — предприняла последнюю попытку.

— Куда ехать? — повторил с нажимом.

— Окей! — Анжи достала телефон, нашла адрес и продиктовала его водителю. Тот перевел вопросительный взгляд на шефа, получил согласный кивок и на следующем перекрестке свернул.

До ресторанчика они доехали за десять минут.

— Анжела Александровна! — хозяин, увидев вошедших, расплылся в счастливой улыбке. — Наконец-то!

— Саш, посоветуй, что сегодня твоему шеф-повару особо удалось?

— Анжела, для тебя всё, что угодно! Мясо или рыбу предпочитаете?

— Стейк! — произнесли оба не сговариваясь.

— Будет сделано, — расплылся в улыбке хозяин. — Вина или чего покрепче?

— Мне вина.

— Мне тоже, — вновь поддержал Валерий.

— Под вино, пока готовится мясо, предлагаю сырную и овощную тарелки.

— Неси! Саш, целый день сегодня ничего не ела.

Хозяин убежал на кухню, и Слободский с интересом огляделся. Судя по его довольной улыбке, ему здесь явно нравилось.

“Да что ж ты будешь делать-то!” — в сердцах бросила Анжела мысленно.

— Валер, скажи честно, только я тебя очень прошу, давай без пошлых признаний в любви с первого взгляда, — начала Анжи после того, как им принесли вино и сырную нарезку, — вот чего ты ко мне привязался, а?

— Извини, но без признаний у меня не получится! — он усмехнулся. — Нравишься ты мне, Анжел. Очень. Я таких, как ты, еще не встречал.

Анжи, услышав его слова, тяжело вздохнула — непробиваем, а мужчина продолжил:

— Слушай, ну что мне сделать, чтобы ты поверила, а? Дай хотя бы шанс доказать, что я не шучу.

Анжела отхлебнула глоток вина, отщипнула кусочек мягкого сыра, прожевала и, глядя мужчине в глаза, спросила:

— Валер, скажи, а если мы с тобой переспим, ты от меня отстанешь?

Мужчина, услышав её слова, очень аккуратно поставил свой бокал с вином на стол и, глядя ей в глаза потяжелевшим вдруг взглядом, спокойно и уверенно произнес:

— Нет.

Анжела обреченно вздохнула:

— Слободский, вот что с тобой не так, а? Тебе баб, что ли, мало? Только помани, и любая побежит, а ты ко мне привязался. Ведь знаешь же, сколько мне лет. Зачем тебе женщина уже не первой свежести?

— Ты не осетрина, чтоб меня интересовала твоя свежесть! — рыкнул так, что Анжела невольно почувствовала себя нашкодившим ребенком, а Валерий продолжил: — Молодые дуры меня не интересуют. С ними не о чем трахаться, уж извини за прямоту. Так понятнее?

— Более чем! — Анжела хмыкнула, а мужчина продолжил:

— Только уж и ты, будь добра, скажи, что я делаю не так? Чем именно я тебя не устраиваю?

От такого прямого вопроса Анжела даже растерялась. Ответ на этот вопрос у неё имелся, только вот озвучивать его сидящему напротив мужчине она не собиралась. А её спутник тем временем продолжал:

— Анжел, я человек простой и как всякий нормальный мужик люблю конкретику. Зачем напускать туману там, где можно обойтись без него? — увидев, что Анжи сжала губы в узкую полоску, пояснил: — Я сейчас не о наших с тобой прошлых браках и половых контактах. Это меня меньше всего интересует.

— Даже та-а-ак? — протянула удивленно.

— Да. Так. И вот как раз потому, что мы с тобой оба уже “не первой свежести”, меня это и не интересует. Понятно, что мы оба имеем опыт прошлых отношений. Но как это должно влиять на наше с тобой будущее?

“Знал бы ты, какэто влияет!” — с тоской подумала она, но вслух спросила:

— Тогда что именно тебя интересует? Разве ты еще не всё обо мне знаешь?

— Какие цветы любишь? Какие подарки предпочитаешь получать? Как любишь, чтобы тебя ласкали?

Услышав последний вопрос, Анжела поперхнулась.

Слободский среагировал мгновенно — встал, дотянулся до неё через стол и легонько похлопал по спине, между лопаток. От этого жеста мужчины Анжи непроизвольно сжалась — бадлон, который был сегодня на ней, тонкий, а это значит, что Валерий наверняка почувствовал рубцы на её спине. Не мог не почувствовать!

Слободский же вновь её удивил: едва только убедился, что она перестала кашлять, вернулся на свое место. И как она ни пыталась рассмотреть хоть какой-то вопрос на его лице, не смогла этого сделать. Либо он не почувствовал шрамов, либо слишком хорошо умеет держать лицо.

“Скорей всего, второе”, — решила Анжи, а мужчина продолжил говорить:

— Не люблю я все эти шарады, Анжел. Вырос я уже из того возраста, когда надо стоять сначала в ювелирном, гадая, золото какого цвета предпочитает твоя женщина. А потом точно так же стоять в цветочном, мучаясь вопросом: какие же цветы любит моя женщина? Розы? Лилии? Тюльпаны? А сколько штук? Тридцать пять или семь?

— Пионы. Розовые. Максимум три ветки, — ответила, удивив сама себя. — Ювелирку не люблю. Того, что у меня есть, мне достаточно. Подарки предпочитаю принимать в качестве пожертвований приюту для брошенных животных.

Слободский коротко кивнул, давая понять, что услышал.

— И еще одно, раз уж у нас с тобой такой откровенный разговор. Слободский, зачем ты за мной следишь?

— Я не слежу. Я оберегаю.

— От кого? — внутри у неё всё похолодело только от одной мысли о том, от кого её действительно надо оберегать. Неужели вернулся в страну? Вопрос о том человеке даже едва не сорвался с её губ, но она сдержалась.

— От посторонних и их ненужного тебе интереса! — последовал резкий ответ.

— Валер, нет никаких посторонних и нет никакого интереса!

— Это ты так думаешь, поверь.

— Значит, не уберешь своего человека? — уточнила, хотя и так уже знала, что ответит.

— Нет, не уберу, — сказано это было вроде бы и спокойно, но мелькнувшая в голосе сталь сказала больше.

А потом, дома, лежа в своей постели, она вспоминала их ужин и более чем странный разговор. Анжеле не спалось, Слободский неожиданно разбередил в её душе то, о чем сама она уже даже и не мечтала. Запретила себе об этом мечтать.

Встала, прошла на кухню, чтобы выпить кофе, и пока в турке закипала вода, Анжела подошла к окну, выглянула и не увидела на парковке черного джипа. Прижалась лбом к прохладному стеклу и выдохнула:

— Нет, Валерий Антонович, не нужны тебе еще и мои проблемы с заморочками. Не нужны… Не имею я права еще и твою жизнь разрушить…

Глава 3

Открыв утром дверь своей квартиры, Анжела не обнаружила букета на пороге. Улыбнулась, обращаясь к Валерию, хоть он её и не слышал сейчас:

— Неужели услышал меня вчера?

Вышла на улицу, огляделась. Черного джипа тоже нигде не было видно.

— Да ла-а-адно! Слободский, а с тобой, оказывается, приятно иметь дело. Ты, оказывается, умеешь слушать и слышать. Уважаю. Мужик.

Села за руль, завела двигатель и еще раз огляделась — нет, того, кто мог быть к ней приставлен, не было видно. Улыбнулась и наконец выехала со двора.

Настроение было странным. С одной стороны, она сама же просила убрать охрану, а с другой — стало как-то печально, что ли, оттого что Слободский так быстро отступился.

— Нет, Анжел, нет! Не имеешь ты права портить жизнь такому мужику как Валерий. К тому же у него сын. Мальчишка и так знает любовь только одного из родителей — своего отца. Матери на сына плевать, так ты хотя бы о нем подумай, да? А что с мальчиком будет, если его отец пострадает из-за тебя?

Споря сама с собой и следя лишь за движением на дороге, она не обратила внимания на то, что стоило ей выехать со двора, как за ней пристроилась серенькая легковушка и проводила почти до самой работы. Машина Анжелы завернула к ветклинике, а легковушка припарковалась на обочине.

Мужчина, сидящий за рулем, хмыкнул:

— Вот ты и попалась, грязная шлюха… Теперь ты от меня не уйдешь!

С этими словами он разблокировал свой гаджет, нашел в интернете номер телефона ветклиники и тут же набрал его:

— Ветклиника “ЗооДоктор”, здравствуйте! — послышалось в трубке после второго сигнала.

— Девушка, подскажите, а сегодня доктор Анжела работает? — спросил максимально тревожно, изображая озабоченного здоровьем своего питомца хозяина.

— Да, работает. Что у Вас случилось?

— А до скольки? — продолжил, игнорируя вопрос администратора.

— Сегодня у неё прием до шести вечера, — ответили и опять повторили: — Так что у Вас случилось? Вас записать?

— Нет, мы с Жучей так приедем, в порядке живой очереди.

— Тогда, боюсь, вам придется долго сидеть. У Анжелы Александровны все плотно расписано. К тому же до двенадцати у неё будут идти операции.

— Ничего, мы посидим, — и странный пациент, не дождавшись ответа, оборвал звонок.

Мужчина сбросил вызов и уже в тишину салона проговорил, обращаясь к самому себе:

— Что ж, до шести, значит. Отлично, надо успеть подготовить для нас любовное гнездышко… В подвале, всё, как я люблю. Кричать ты сегодня будешь долго… — с этими словами он, мысленно представляя предстоящий вечер и ночь, влился в поток движения и поехал в одному ему известном направлении.

И уже он, предвкушая в красках сегодняшнее развлечение, не обратил внимания на то, что за ним точно так же двинулась старенькая и замызганная “Лада”. Парень, сидящий за рулем, набрал номер и без долгого предисловия вывалил всю информацию ответившему:

— Шеф, тут какой-то хрен с бугра нарисовался. Вел Анжелу от самого дома и до её клиники. Потом, увидев, что она свернула к работе, остановился на обочине и кому-то звонил. Пробить бы номер его драндулета. "Опель-Вектра", серый. Косит под старьё, но бегает резво. Очень смахивает на переделку.

— Диктуй номер, — Киборг мгновенно подобрался. — Сам сейчас где?

— За ним еду.

— Лады. Не заметил он тебя?

— Да вроде нет. Не петляет, оторваться не пытается. Движемся на выезд из города по трассе А-17.

— Понял тебя, Коль. Пробьем, что за хрен.

А спустя минут десять Николай снова набрал шефа. Матерясь через слово, напрочь забыв о субординации, парень сообщил о том, что потерял объект наблюдения. И потерял он его не по собственной вине. Надо ж было так совпасть, что он на своей старой “Ладе” стал объектом для дорожных подставщиков.

— Ладно, не ори! — оборвал Киборг подчиненного. — Откуда этим разводилам было знать, кто ты.

Парень опять выматерился, но на этот раз тут же извинился, а Тихон продолжил:

— Коль, ты давай там, разбирайся со своими подставщиками. Только не покалечь идиотов. Не вздумай присесть из-за них на пятнадцать суток. Ты мне на воле нужен. Прикинься там валенком, контакты их возьми, пообещай, что заплатишь. Да сам же всё знаешь, чего я тебя учу. Потом разберемся с уродами.

— Понял, шеф. А что с "опелем"-то? Кто такой вообще?

— Хреново все с "опелем". Зарегистрирован на деда восьмидесяти пяти лет. Правда, одно радует, дед этот тоже живет за городом и как раз в том же направлении, в котором вы и двигались.

— Там же дачи вроде, да? — уточнил парень.

— Да, именно, они самые. Ладно, Коля, работаем. Там сейчас Анжелу Толик караулит, а ты давай там заканчивай с уродами и дуй на базу. Не нравится мне этот хрен на "опеле".

— Скоро буду, шеф! — парень сбросил вызов и еще раз от души матюгнулся, выпуская пары. Киборг был прав, присесть из-за уродов подставщиков совсем не хотелось, хотя набить им морду ну прям руки чесались.

Глава 4

Анжела, не подозревая о том, какие страсти кипят за её спиной, отработала полный день. На удивление, сегодня даже получилось уехать почти сразу после того, как приняла последнего посетителя.

Вышла на свежий воздух, улыбаясь, и вдохнула полной грудью — сегодня у неё был определенно хороший день. Все её прооперированные пациенты проснулись и послушно лежали под капельницами. Значит, завтра-послезавтра их можно будет выписывать.

Она сделала пару шагов к своей машине, и тут её взгляд зацепился за знакомый черный джип.

— Да твою ж мать, Слободский! — выдохнула себе под нос недовольно. — Ну чего опять-то? Ладно, парни, вы сами напросились! — бубнила, заводя двигатель. — Не понимаете по-хорошему? Ну не хочу я, чтоб вы за мной таскались! Не хочу! Имею я право скрывать, куда я сейчас поеду? Имею!

С этими словами Анжела выехала с парковки. Черный джип ожидаемо последовал за ней. Она, делая вид, что не замечает охрану, вела свой автомобиль спокойно. А потом на одном из светофоров, увидев только что загоревшийся желтый, втопила педаль газа в пол и выскочила на перекресток на уже загоревшийся красный, но, хвала небесам, успела его проскочить.

Да, нарушила. Она это понимала, но зато охрана, отставшая от неё перед этим перекрестком на одну машину, не успела — хлынул поток автомобилей по дороге, пересекающей проспект.

Убедившись, что черный джип остался стоять на перекрестке, Анжела свернула в первый же переулок. Спокойно проехала какой-то двор насквозь и выехала на соседнюю улицу. Ломая логику, свернула в обратном направлении и опять нырнула в переулок, намереваясь проехать и его насквозь, но резко затормозила.

Тут, в темноте арки, осветив её фарами своего автомобиля, она увидела, как двое пацанов пинают ногами третьего, лежащего на асфальте. Мальчишка пытался сгруппироваться, закрывая лицо руками. Его ярко-желтый пуховик уже весь был вымазан в грязи. Школьный рюкзак, сверкая светоотражателями, валялся чуть поодаль.

— Вот же мелкие гаденыши! — ругнулась на дерущихся.

На вид пацанам было лет по семь-восемь.

Анжи выскочила из машины, сложила средний и большой пальцы в кольцо, сунула их в рот и резко свистнула. Раздавшийся громкий свист застал пинающих врасплох. Они резко замерли, увидели женщину, бегущую в их сторону, и рванули от нее в противоположную сторону.

— Трусы! Двое на одного — это не по-пацански! — крикнула она им вслед и остановилась у мальчишки, лежащего на земле.

Мальчик завозился, медленно и очень аккуратно сел. Анжи присела перед ним на корточки:

— Ты как? Цел? Встать можешь? Не надо на стылой земле сидеть, — лица ребенка она не видела, так как он сидел спиной к свету фар.

Мальчик кивнул и начал медленно, охая и кряхтя, держась за бок, вставать с земли. Анжела встала на ноги и протянула мальчику руку, но тот упрямо мотнул головой. Выпрямился в полный рост и вдруг произнес:

— Тётя Анжела?

Анжи, всмотревшись в лицо мальчишки, ахнула:

— Мишка, ты?

— Я.

— Подожди, рюкзак твой принесу, — она сделала пару шагов к стене арки, подхватила довольно тяжелый рюкзак мальчика и, вернувшись к нему, спросила:

— Миш, ты как тут оказался? И почему один? Где охрана?