(Не) Идеальная семья

— В школе и садике, как обычно.

— Аня, я знаю, что ты задумала. Но если ты подашь на развод — пожалеешь. Очень пожалеешь.

— Сережа…

— Я заберу детей. Ты понимаешь? Думаешь, суд поверит истеричке, которая бросила семью ради любовника? Ты же понимаешь…

Я отключилась и осталась стоять посреди площади, чувствуя, как подступает тошнота. Меня последнее время часто тошнило. Может это потому, что я почти ничего не ела — просто не чувствовала голода. «Обязательно нужно есть, Аня», — сказал мне вчера Олег, когда узнал, что я за весь день выпила только кофе с одним печеньем. Чтобы сбить неприятные ощущения от разговора с будущим бывшим мужем, я решила отправиться в какое-нибудь приятное заведение и заставить себя поесть.

Зайдя в первое попавшееся кафе, я заказала куриный суп и чай с лимоном. Я заставляла себя проглатывать ложку за ложкой, думая о том, что сказал Олег: «Ты должна быть сильной ради детей». Но как быть сильной, когда ты в таком уязвимом положении?

Не доев свой и без того скудный обед, я расплатилась и вышла на улицу. До школы еще полчаса — можно прогуляться, подышать воздухом. А заодно и проверить, не караулит ли кто детей возле учебных заведений.

Первой я, как всегда, забирала Вику. Подходя к школе, я издалека увидела знакомую фигуру возле входа. Лидия Петровна стояла в своем любимом бордовом пальто и разговаривала с Марией Павловной. Классный руководитель кивала, что-то записывала в ежедневник.

Тут Вика выбежала из школы и заметила бабушку.

— Бабуля! — радостно закричала она и бросилась обниматься.

Лидия Петровна расцвела.

— Викулечка, красавица моя! Как же я соскучилась!

Я подошла ближе. Классный руководитель выглядела смущенной, избегала моего взгляда. «Что же она наговорила учителю?» — задумалась я.

— Ах, Анечка! — Свекровь повернулась ко мне с натянутой улыбкой. — Вот и встретились! Я как раз узнавала, как внучка учится.

Мария Павловна неловко улыбнулась мне и потрясла ежедневником.

— Викочка. — Лидия Петровна присела перед внучкой. — Скучаешь по дому? По своей комнате? По папочке?

Вика растерянно посмотрела на меня, потом на бабушку.

— Я… немножко.

— Конечно скучаешь! А где ты сейчас спишь?

— На большой кровати. С Артемом, — честно ответила дочка.

— На одной кровати? — Свекровь театрально всплеснула руками. — Боже мой… Мария Павловна, вы слышите? Дети ютятся в чужом доме…

Несколько мам, забирающих детей, притормозили, прислушиваясь к разговору.

— Лидия Петровна, не устраивайте спектаклей, — твердо сказала я. — Мария Павловна, оставьте нас, пожалуйста.

Учительница неловко переступила с ноги на ногу и открыла было рот, чтобы что-то сказать, но развернулась и пошла на школьный двор.

— Какие спектакли? Я за детей переживаю! — нарочито громко сказала свекровь.

— Мам, пойдем, — тихо попросила Вика, дергая меня за куртку.

— Подожди, солнышко. Викулечка. — Свекровь взяла внучку за руки. —— Папа очень скучает. Он каждый день спрашивает про тебя.

— Лидия Петровна, хватит! — резко сказала я. — Дочь, идем.

Мы ушли под многозначительными взглядами других родителей. Вика почему-то не задала мне ни единого вопроса по дороге в сад. Мне ей тоже нечего было сказать, кроме как: «На ужин у нас пюре с котлетами».

Когда мы уже втроем оказались дома, я отправила детей в комнату, а сама принялась готовить. Олег привез наши вещи четыре дня назад, и с тех пор мы понемногу обживались. Детские книжки встали на полку рядом с техническими справочниками, игрушки Артема заняли угол в гостиной, а в шкафу появилось женское и детское белье.

Я чистила картошку, когда на кухню забежал Артем, размахивая листом бумаги.

— Мам, смотри, что я нарисовал!

На рисунке были изображены клетки с животными, а рядом две фигурки — большая и маленькая, держащиеся за руки.

— Это мы с папой в зоопарке, — гордо объяснил сын. — Он сказал, что в выходные поедем!

Я чуть не выронила нож из рук.

— Родной, а когда тебе папа это сказал? — стараясь сохранять спокойствие, спросила я.

— Сегодня на прогулке, — беззаботно рассказал Артем. — Спрашивал, как дела, а потом сказал, что в зоопарк поедем.

Я опустилась на колени и крепко обняла сына, прижав его к себе так сильно, словно кто-то пытался его у меня отобрать здесь и сейчас.

— Мам, ты чего? — удивился он, пытаясь высвободиться.

Но я не могла его отпустить. В голове мелькнула ужасающая картина: Сергей приходит в сад, зовет сына, а потом… а потом просто берет его за руку и уводит. Навсегда. И я даже не узнаю об этом, пока по привычке не приду за ним в шестнадцать тридцать.

— Мама, мне больно, — захныкал Артем.

— Хорошо-хорошо, извини. — Я разжала руки и отпустила его. — Нарисуй что-нибудь другое, пожалуйста.

За ужином Артем продолжил увлеченно рассказывать о зоопарке.

— А там есть слоны! — кричал Артем, жуя котлету. — И жирафы высокие-высокие! И обезьянки смешные! И динозавры!

— В зоопарке нет динозавров! — сказала Вика.

Артем показал ей язык, и мне пришлось одернуть его.

— А почему папа меня не позвал? — спросила дочь. — Я с вами поеду.

— Нет! — категорично заявил Артем. — Папа сказал, что это наш с ним секретный поход! Только мы вдвоем.

— Ничего себе секрет! — резко сказала Вика. — Ты все разболтал.

Артем снова показал ей язык. Вика в ответ надулась, лицо ее покраснело, а руки принялись мешать вилкой все содержимое тарелки в единое месиво. В этот момент в дверях появился Олег с сумкой в руках.

— Всем привет! — устало поздоровался он. — Как дела?

— Дядя Олег! — обрадовался Артем. — А папа сказал…

— Артем, — быстро перебила я, — доедай котлету.

Олег удивленно посмотрел на меня, но промолчал. Сел за стол, и я молча подогрела ему ужин. Мне удалось успокоить дочь обещаниями похода в музей на выходных.

После ужина, когда Олег мыл посуду, а я за столом жевала какие-то конфеты, завибрировал мой телефон.

— Это Галина Ивановна, — сказала я Олегу, который выключил воду и настороженно взглянул на меня.

— Анечка, прости, что поздно…

— Ничего, — перебила я, чтобы поскорее узнать причину звонка.

— Сегодня было совещание с Департаментом культуры. В общем, они планируют провести сокращения из-за реорганизации.

— И что это значит?

— Когда ты придешь в понедельник… — старший библиотекарь помедлила. — В общем, заведующая думает сократить тебя.

Сердце ухнуло вниз.

— Тебя могут попросить написать по собственному, а ты не пиши! — заботливо продолжала Галина Ивановна. — Иначе выходное пособие будет маленькое.

Я слушала и чувствовала, как земля уходит из-под ног. Остаться без работы, с двумя детьми, в разгар бракоразводного процесса.

— Спасибо, — выдавила я и положила трубку.

— Что случилось? — спросил Олег.

— Похоже, меня сокращают, — тихо ответила я и опустила голову на руки.

Олег присел рядом на корточки и положил руки мне на плечи.

— На что мне детей содержать без работы? — Слезы лились по моим щекам.

—