Истинная для оборотней-близнецов

Арина Роз

Истинная для оборотней-близнецов

Глава 1. Пророчество

Лукас

Полная луна висит над нашим особняком как серебряный глаз древнего божества, и я чувствую, как ее энергия пронизывает каменные стены, заставляя магию в моих жилах пульсировать в унисон с ее светом.

Сегодня вечер пятницы, и отец собрал всю стаю в главном зале – такого не случалось уже несколько лет. Массивные дубовые балки потолка отбрасывают длинные тени на собравшихся внизу, а огонь в камине играет золотыми бликами на древних гобеленах, изображающих охоты наших предков.

Я стою у высоких окон, наблюдая, как члены нашей стаи занимают свои места на скамьях, расставленных полукругом перед отцовским креслом. В воздухе витает напряжение ожидания, смешанное с ароматом сандала из курильниц и едва уловимым запахом дикого леса, который всегда сопровождает нас, оборотней.

Рядом со мной Феликс переминается с ноги на ногу – мой брат-близнец никогда не умел скрывать нервозность, в отличие от меня. Его золотистые глаза, точная копия моих, мечутся по залу, а пальцы барабанят по подоконнику в характерном для него ритме.

Максимус Сильвермонт, наш отец и нынешний альфа, поднимается со своего резного кресла, и разговоры мгновенно стихают. Даже сейчас, в свои пятьдесят два года, он излучает ту первобытную силу, которая заставляет волчью часть моей души автоматически склонить голову в знак уважения. Но, кроме внешней мощи, я вижу то, чего не замечают другие: усталость в глубинах его глаз, едва заметную сутулость плеч, которые слишком долго несли груз ответственности.

– Братья и сестры нашей стаи, – начинает он, и его голос разносится по залу без усилий, наполненный той властью, которой я восхищаюсь с детства. – Двадцать пять лет назад вы доверили мне честь быть вашим альфой. Четверть века я вел вас через испытания, и наша стая стала сильнее, чем когда-либо. – Он делает паузу, и я чувствую, как мое сердце учащает ритм в предчувствии важных слов. – Но время неумолимо, и сегодня, под светом полной луны, я объявляю о своем решении передать власть достойному преемнику.

Воздух в зале словно застывает. Я ощущаю на себе взгляды десятков пар глаз. Внутри меня что-то холодеет и одновременно загорается: этот момент я ждал всю свою жизнь, готовился к нему каждый день, изучая дела семейного бизнеса, совершенствуя дипломатические навыки, укрепляя связи со всеми влиятельными членами стаи. Я готов принять эту ответственность, но понимаю, что рядом со мной стоит мой брат, который желает того же самого.

Поворачиваю голову и встречаюсь взглядом с Феликсом. Мы не просто братья, теперь мы соперники. На секунду мне хочется вернуться в детство, когда мы с Феликсом были против всего мира, а не друг против друга, но я заставляю себя сосредоточиться на настоящем. В конце концов, соревнование только сделает нас сильнее, а стая получит лучшего лидера.

– По залу проходит недовольный ропот – многие помнят этот закон, но надеялись, что в современном мире им можно пренебречь. Я и сам знал об этом требовании, но всегда считал его устаревшей формальностью. – Поэтому я попросил Кассандру изучить древние тексты и выяснить, можем ли мы обойти это условие.

Из тени колонны выступает Кассандра Нокс, наш эмиссар. В руках у нее свиток из пожелтевшего пергамента, перевязанный серебряной лентой, которая мерцает в свете луны словно живая. Кассандра всегда выглядела моложе своих сорока восьми лет благодаря магии, и этот торжественный момент добавляет ее облику особое величие.

– Это пророчество было записано триста лет назад нашими предками, – произносит она, разворачивая свиток с церемониальной медлительностью. – «Когда время перемен настанет, два сердца в одной душе найдут ту, чья кровь хранит лунный дар. Девушка с серебряными волосами исцелит раненых прикосновением и объединит силу двух в одну. Только через нее альфа обретет истинную власть». – Ее голос звенит в тишине зала, и я чувствую, как по спине пробегают мурашки от силы древних слов.

Я пытаюсь проанализировать каждую фразу пророчества, разложить ее по полочкам в своей голове. Наши предки верили, что когда луна закрывает солнце, границы между мирами истончаются, а магия обретает невиданную силу. Если они правы, то следующее затмение должно произойти совсем скоро, и именно тогда лунный дар девушки проявится в полную силу.

– Пророчество говорит о близнецах, – продолжает Кассандра, устремив на нас с Феликсом проницательный взгляд. – Один из вас должен найти девушку и завоевать ее сердце. Тот, кто сумеет это сделать, и станет ее избранником, а значит – новым альфой стаи. – Я краем глаза замечаю, как Феликс выпрямляется, его челюсти сжимаются. – Но помните, – добавляет она загадочно, – древняя магия редко бывает простой. Возможно, судьба приготовила для вас сюрпризы.

Я начинаю складываться варианты развития событий, стратегии поиска этой загадочной девушки.

– Вам предстоит найти ее прежде, чем наступит следующее полнолуние. – Кассандра сворачивает пергамент и пристально смотрит на нас.

Месяц. У нас есть всего месяц, чтобы найти девушку из древнего пророчества где-то в огромном мире. Задача кажется невыполнимой, но я не привык отступать перед трудностями.

Более того, я уже начинаю составлять план: нужно изучить все записи о семьях с магической кровью в округе, проверить ветеринарные клиники и приюты для животных, расспросить всех знакомых о необычных случаях исцеления.

Глава 2. Поиски избранной

Феликс

Солнце едва коснулось горизонта, а я уже полчаса колочу по боксерской груше в нашем домашнем спортзале. Футболка прилипла к телу, руки ноют от ударов, но мозг никак не хочет отключиться. Всю ночь я ворочался в постели, прокручивая слова пророчества.

Где, черт возьми, искать такую девушку в нашем огромном мире? И как это сделать быстрее Лукаса?

Я не могу просто сидеть и ждать, пока судьба подбросит мне ответы. Особенно когда знаю, что Лукас, вероятно, уже составил какой-то детальный план со схемами и таблицами.

– Ты разнесешь дом, если будешь так колотить с утра пораньше.

Оборачиваюсь и вижу Лукаса в дверном проеме.

– Дай угадаю, – бормочу я, стягивая перчатки. – Небось уже составил план поисков от А до Я?

Лукас усмехается и плавно входит в зал.

– А разве это плохо? – Он садится на скамью для жима и внимательно смотрит на меня. – У нас есть месяц, Феликс. Всего месяц, чтобы найти девушку, которая может быть где угодно. Логичнее действовать системно, чем носиться как…

– Как сумасшедший? – перебиваю я, чувствуя, как раздражение поднимается волной.

– Я хочу сказать, что эмоции – плохие советчики в таком важном деле, – спокойно отвечает брат, что злит меня еще больше. – Подумай здраво: если девушка умеет исцелять прикосновением, логично искать ее среди медработников. Больницы, клиники, медицинские колледжи…

– А если она даже не подозревает о своих способностях? – Я бросаю перчатки в угол и поворачиваюсь к брату. – Что если она живет обычной жизнью и понятия не имеет о лунной крови? Твои больницы нам не помогут.

Лукас задумчиво проводит рукой по подбородку.

– Тогда нужно искать следы ее магии. Необъяснимые исцеления, чудесные выздоровления… – Он встает и начинает медленно ходить по залу.

– А я пойду туда, куда поведет меня интуиция, – отрезаю я. – Волчья часть души чует добычу лучше любой логики.

Между нами повисает напряжение, густое как туман. Мы смотрим друг другу в глаза, и я понимаю – это больше не просто планирование поисков. Это первая схватка между нами за право стать альфой. За право на девушку, которую мы еще даже не встретили.

– Мальчики, если вы собираетесь драться, предупредите заранее, чтобы я убрала ценные вещи.

Голос Кассандры разрывает наше напряженное молчание. Она стоит в дверях с дымящейся кружкой в руках – наша эмиссар всегда появляется в нужный момент со своим кофе и мудрыми советами.

– Мы не дрались, – говорю я, но чувствую, как щеки горят от смущения.

– Пока не дрались, – поправляет Кассандра с улыбкой. – Но я чувствую вонь тестостерона даже из коридора. – Она входит в зал и садится на скамью, которую только что освободил Лукас. – Послушайте меня внимательно: ваше соперничество может стать силой, а может стать слабостью. Все зависит от того, как вы с ним поступите.

– Что ты имеешь в виду? – спрашивает Лукас.

– Древняя магия редко бывает прямолинейной, – Кассандра делает глоток кофе и задумчиво смотрит в окно. – Возможно, девушка должна найти вас обоих сама. Возможно, каждый из вас увидит в ней что-то свое. Не исключено, что пророчество вообще не про соперничество.

Я хмурюсь, пытаясь понять ее намек.

– Ты хочешь сказать, что мы должны искать вместе?

– Помните, вы, прежде всего, братья. Соревнуйтесь, но честно. – Она встает и направляется к выходу, но у двери оборачивается. – К тому же, многое будет зависеть от самой девушки. Заставить полюбить невозможно даже магией.

Когда ее шаги затихают в коридоре, мы с Лукасом снова остаемся наедине.

– Она права, – первым нарушает тишину Лукас.

– Честная игра? – Я протягиваю ему руку.

Лукас крепко пожимает мою ладонь, и на секунду мне кажется, что мы снова дети, которые заключают очередное шуточное пари.

– Честная игра, – подтверждает он. – Тогда давай решим, кто где ищет.

– Я возьму приюты для животных, ветеринарные службы, возможно, фермы, – говорю я, и сам удивляюсь, насколько логично это звучит.

Лукас кивает с одобрением.

– Хорошая мысль. Тогда я займусь медицинскими учреждениями, университетами, центрами альтернативной медицины.

– Идет.

Мы снова жмем друг другу руки, и я чувствую, как медленно успокаиваюсь. План есть, территории разделены, и я могу наконец направить свою энергию в конструктивное русло.

Но когда Лукас уходит, оставляя меня одного в спортзале, что-то странное происходит с моим восприятием. Волчья интуиция, дремавшая под слоем человеческих рассуждений, внезапно просыпается и посылает мне четкий сигнал: девушка близко. Намного ближе, чем мы думаем.

И я уже знаю – когда я ее найду, то ни за что не отпущу.

Глава 3. Девушка, которая лечит раны

Феликс

Мотоцикл ревет подо мной, когда я сворачиваю с шоссе на проселочную дорогу, ведущую к окраине города. Уже третий час объезжаю ветеринарные клиники, и пока что безрезультатно.

Но чем дальше я удаляюсь от центра, тем сильнее становится странное ощущение в груди – что-то тянет меня вперед, словно невидимая нить, протянутая между мной и неизвестной целью. Животная сущность напряженно принюхивается к ветру, чуя едва уловимые запахи магии, которые человеческое сознание еще не может распознать.

Впереди показывается деревянная табличка: «Приют для диких животных». Именно здесь мое нутро начинает практически вибрировать от возбуждения. Останавливаю мотоцикл у обочины и снимаю шлем, вглядываясь в территорию за невысоким забором. Несколько построек, вольеры, и главное – густой лес, который начинается буквально в ста метрах от приюта.

Рычание справа заставляет меня резко обернуться. Трое крупных мужчин выходят из-за деревьев, и по тому, как они движутся – слишком плавно, слишком грациозно для обычных людей – я понимаю, с кем имею дело. Оборотни. Причем чужие, потому что их запах незнаком, а в глазах читается откровенная агрессия.

– Что забыл на нашей территории, щенок? – Самый крупный из них, широкоплечий блондин с шрамом через левую бровь, делает шаг вперед.

Территория? Я усмехаюсь, чувствуя, как внутри просыпается боевой инстинкт.

– Насколько я знаю, эта земля принадлежит людям. А вы тут просто шастаете без разрешения.

– Мы заявили свои права, – рычит второй, коротко стриженный брюнет. – И не потерпим, чтобы ваша стая совала нос в наши дела.

Заявили права? На территории, которая граничит с нашими владениями? Отец об этом точно не знает, иначе уже давно разобрался бы с самозванцами.

– Тогда покажите документы на владение землей, – говорю я, медленно снимая кожаную куртку и вешаю ее на руль мотоцикла.

Блондин оскаливается, и его клыки удлиняются – верный признак того, что разговор окончен. Остальные двое начинают расходиться по сторонам, пытаясь взять меня в кольцо.

Я не жду, пока они закончат маневр.

Прыжок, и человеческое тело взрывается трансформацией прямо в воздухе – кости удлиняются и смещаются, мышцы наливаются нечеловеческой силой, а зубы превращаются в смертоносные клыки. Приземляюсь уже в волчьем обличье, крупного серого зверя с золотистыми глазами, и тут же бросаюсь на блондина.

Он еще не успел полностью трансформироваться, когда мои челюсти смыкаются на его плече. Вкус крови взрывается на языке, а его крик боли разносится по лесу. Но победное чувство длится недолго – второй противник, уже в полной волчьей форме, вгрызается мне в бок, а третий норовит перегрызть горло.

Драка превращается в кувырканье клыков и когтей по лесной подстилке. Я больше и опытнее каждого из них в отдельности, но против троих шансов немного. Когти рвут мою шкуру, оставляя глубокие борозды, а зубы пытаются найти важнейшие артерии.

Но ярость придает сил. Резко сбрасываю с себя двоих, хватаю третьего за заднюю лапу и с силой швыряю в ближайшее дерево. Хруст костей и жалобный вой – один противник временно выбыл из игры.

Оставшиеся двое действуют умнее, нападая одновременно с разных сторон. Уклоняюсь от одного, но второй успевает полоснуть когтями по морде, оставляя глубокий порез. Кровь заливает левый глаз, но я продолжаю сражаться.

Решающий момент наступает, когда блондин, вернувшийся в человеческую форму и прижимающий руку к растерзанному плечу, кричит своим подельникам:

– Пошли отсюда! Пусть подавится своей территорией!

Волки нехотя отходят, не сводя с меня настороженных взглядов. Я остаюсь в боевой стойке, пока они не скрываются в глубине леса, только тогда позволяю себе оценить ущерб.

Плохо. Очень плохо. Кровь сочится из множественных ран, левое ухо почти оторвано, а в боку зияет особенно глубокая рана от клыков. Человеческие лекари такие повреждения лечат неделями, но у меня нет времени на больницы и объяснения, откуда взялись раны, больше похожие на звериные укусы.

Инстинкт выживания гонит меня вперед, прочь от места драки. Лапы едва слушаются, но я упрямо иду в том направлении, куда меня тянуло с самого утра. К приюту для диких животных. Может быть, там найдется аптечка, может быть, удастся обработать раны самостоятельно…

Выхожу из леса как раз в тот момент, когда солнце скрывается за облаками, и в воздухе повисает предгрозовая тишина. Впереди, возле одного из вольеров, стоит девушка спиной ко мне, и мое сердце замирает.

Платиновые волосы, заплетенные в свободную косу, мерцают даже в пасмурном свете. Стройная фигура в простых джинсах и белой футболке, но главное – аура, которая окружает ее как невидимое свечение. Спокойствие и тепло, исходящие от нее, действуют на мои растрепанные нервы как бальзам.

Это она. Я чувствую это каждой клеточкой истерзанного тела, каждой каплей волчьей крови. Девушка из пророчества стоит в нескольких метрах от меня, даже не подозревая о моем присутствии.

Делаю неосторожный шаг и наступаю на сухую ветку. Хруст разносится по тишине, и девушка оборачивается.

Голубые глаза. Огромные, ясные, цвета летнего неба. Они расширяются от испуга при виде окровавленного волка, но вместо того чтобы закричать или убежать, она медленно поднимает руки в успокаивающем жесте.

– Тише, красавчик, – говорит она мягким голосом, и звук ее речи проникает прямо в душу. – Ты ранен, да? Не бойся, я не причиню вреда.

Не причинит вреда? Да я сам могу раскусить ее пополам одним движением челюстей! Но она уверенно движется ко мне.

– Боже мой, да ты весь изодран, – шепчет она, осторожно присаживаясь на корточки в метре от меня. – И почему все несчастные случаи происходят в последний день перед отпуском? – Она качает головой. – Что с тобой случилось, бедняжка?

Слабость подкашивает задние лапы, и я тяжело опускаюсь на землю. Потеря крови дает о себе знать, а адреналин окончательно выветривается из организма.

– Не дергайся, – шепчет она, протягивая руку к моей морде. – Сейчас посмотрю, что можно сделать.

Ее пальцы касаются рваной раны на голове, и мир взрывается ощущениями. Тепло. Не простое физическое тепло, а что-то гораздо более глубокое – энергия, которая проникает под кожу, в мышцы, достигает костей. Боль отступает, словно смываемая мягкой волной, а края раны начинают… затягиваться?

Я смотрю в ее лицо и вижу концентрацию, смешанную с удивлением. Она чувствует, что происходит что-то необычное, но пока не понимает что именно. Ее руки перемещаются к рваному уху, и снова эта волна исцеляющего тепла, снова чудо регенерации, которое противоречит всем законам природы.

Когда ее ладони ложатся на глубокий порез в боку, я не выдерживаю и закрываю глаза от наслаждения. Магия пульсирует между нами, создавая связь, которая кажется древнее времени. Я чувствую не только свое исцеление, но и ее – удивление, растущее изумление, и что-то еще… притяжение, которое она еще не осознает.

Она и есть наша избранная.

Исцеление заканчивается, и я открываю глаза, встречаясь с ее потрясенным взглядом. Она смотрит на свои руки, потом на меня, и я вижу в ее глазах что-то между страхом и восторгом. Несколько секунд мы просто смотрим друг на друга, и я борюсь с желанием трансформироваться обратно в человека прямо сейчас, взять ее лицо в ладони и…

Нет. Слишком рано. Слишком внезапно. Она еще не готова узнать правду.

Поднимаюсь на лапы, чувствуя, как новые силы наполняют мышцы. Рана зажили полностью, не оставив даже шрамов. Девушка тоже встает, не сводя с меня завороженного взгляда.

– Как такое возможно? – шепчет она.

Я делаю шаг к ней, и она не отступает. Еще один шаг, и теперь между нами всего несколько сантиметров. Осторожно тыкаюсь носом в ее ладонь в знак благодарности, и она улыбается – такой светлой улыбкой, что мое сердце готово выпрыгнуть из груди.

– Пожалуйста, – ласково говорит она. – Береги себя, красавчик.

Отступаю на несколько шагов, запоминаю каждую черточку ее лица, оттенок голубых глаз, а затем поворачиваюсь и исчезаю в лесу.

Но теперь я знаю, где ее найти. И очень скоро вернусь за ней.

Глава 4. Царство Морфея

Аврора

Просыпаюсь с ощущением, что мир за ночь изменился, хотя ничего конкретного назвать не могу. Солнечные лучи пробиваются сквозь занавески, обещая знойный летний день, но дело не в погоде. Что-то происходит со мной самой – в груди живет странное беспокойство.

Рассматриваю свои ладони при утреннем свете, вспоминая тот невероятный момент исцеления. Конечно, и раньше случалось что-то подобное – птенцы с поломанными крылышками выздоравливали быстрее обычного после моего ухода, бездомные коты с рваными ранами заживали удивительно быстро. Я всегда списывала это на хорошую ветеринарную подготовку и качественные лекарства, но вчера… Вчера было по-другому.

Как такое возможно? Неужели я всю жизнь носила в себе что-то подобное, даже не подозревая об этом?

Встаю с постели и подхожу к окну. Воздух уже дрожит от жары, хотя еще только утро, а термометр за окном показывает почти тридцать градусов. Такие дни обычно я провожу в приюте, где есть кондиционер, но сегодня не моя смена. Что-то тянет меня прочь из дома, зовет туда, где вчера произошла встреча с загадочным волком.

Лес. Именно туда мне нужно сейчас.

Надеваю легкое белое платье – единственную вещь, в которой можно хоть как-то пережить эту жару, беру с собой бутылку воды и выхожу из дома. Жаркий воздух обжигает кожу, но я иду вперед, словно ведомая невидимой силой. Каждый шаг приближает меня к границе леса, и странное беспокойство в груди постепенно трансформируется в предвкушение.

Деревья образуют прохладную тень, но даже под их кронами воздух остается душным и неподвижным. Иду по уже знакомой тропинке, и ноги сами несут меня дальше, все глубже в зеленую чащу. Высокие стволы становятся толще и древнее, а воздух наполняется удивительными ароматами – медом диких цветов, свежестью мха, чем-то сладковатым и манящим.

Лес ведет меня по извилистой тропинке, которую я не помню, хотя бывала здесь множество раз. Странно, но мне кажется, что деревья сами раздвигаются передо мной. Птицы поют особенно мелодично, а где-то вдалеке слышится журчание ручья – звуки складываются в удивительную симфонию, которая расслабляет и одновременно завораживает.

Впереди мелькает что-то светлое, и через несколько минут я выхожу на совершенно удивительную поляну. Дыхание замирает от красоты: круглая лужайка усыпана цветами, каких я никогда прежде не видела. Лепестки переливаются всеми оттенками белого, серебристого и нежно-голубого, а их аромат настолько сладок, что слегка кружится голова. По краям поляны растут древние дубы, их кроны смыкаются так плотно, что образуют естественный шатер, защищающий это место от палящего солнца.

Здесь прохладно и тихо. Я медленно иду к центру поляны, ощущая под босыми ногами мягкость травы, которая больше похожа на дорогой ковер. Каждый шаг отдается легкой вибрацией в земле, словно поляна реагирует на мое присутствие, приветствует меня.

Странное чувство знакомства окутывает сознание. Хотя я уверена, что никогда здесь не была, место кажется удивительно родным, словно из далекого детского сна или сказки, которую когда-то рассказывала бабушка. Я опускаюсь на траву среди цветов и закрываю глаза, позволяя себе раствориться в этой магической атмосфере.

Аромат цветов становится все интенсивнее, проникает в легкие, смешивается с кровью. Веки начинают тяжелеть против моей воли, а в голове появляется приятная легкость. Пытаюсь открыть глаза, но они словно налиты свинцом. Сознание медленно плывет, окутанное сладкой дремотой, которой невозможно сопротивляться.

Ложусь на спину, раскинув руки среди серебристых цветов, и позволяю волшебному сну поглотить меня. Последнее, что успеваю почувствовать – легкое дуновение ветерка, который ласкает лицо и шепчет что-то неразборчивое, но бесконечно важное.

А потом – темнота, полная удивительных снов.

Сквозь дремоту чувствую, как сильные руки осторожно поднимают меня с травы. Тепло мужского тела согревает кожу, а манящий терпкий запах проникает в сознание. Пытаюсь открыть глаза, но веки не слушаются.

Голос, низкий и бархатистый, произносит что-то на незнакомом языке – мелодичные слова, больше похожие на заклинание или молитву. От звука этого голоса что-то трепещет глубоко в груди, словно отвечая на зов, который я не могу понять, но чувствую каждой клеточкой тела.

Последняя мысль перед тем, как сон окончательно захватывает сознание: нужно проснуться, вырваться, бежать! Но тело не слушается, магическая дремота крепче любых оков, а незнакомый голос что-то шепчет, усыпляя последние попытки сопротивления.

Страх и беспомощность растворяются в непроглядной темноте.

Глава 5. Пробуждение

Аврора

Сознание возвращается ко мне медленно, словно я всплываю из глубокого озера на поверхность. Веки тяжелые, во рту странный сладковатый привкус, а в голове туман, который никак не хочет рассеиваться.

Открываю глаза и не вижу ничего. Кромешная тьма окружает меня со всех сторон. Нащупав рукой выключатель, я включаю настольную лампу и пытаюсь оглядеться. Высокий потолок с лепными карнизами, массивная люстра из хрусталя, которая мерцает под лучами света лампы.

Сердце начинает биться быстрее от растущей паники. Где я? Как сюда попала? Последнее, что помню – странная дремота на той волшебной поляне, против которой я не могла бороться. А потом… пустота.

Резко сажусь на кровати, и голова тут же начинает кружиться. Тело словно ватное, мышцы не слушаются, будто я проспала несколько дней подряд. С трудом спускаю ноги на пол – под босыми ступнями мягкий ковер.

Стук в дверь заставляет меня вздрогнуть.

– Можно войти? – Мужской голос, низкий и бархатистый, проникает сквозь дерево и отдается странной вибрацией в груди.

Я инстинктивно натягиваю на себя шелковое покрывало, прикрывая платье, и пытаюсь придать голосу твердость:

– Кто вы? Где я?

Дверь медленно приоткрывается, и в комнату заходит мужчина с подносом в руках. И в проеме я ясно вижу мужчину – рост, почти метр девяносто, широкие плечи под белой рубашкой, темные, небрежно уложенные волосы. Но когда он поднимает голову и смотрит на меня, дыхание замирает в горле.

У него золотистые глаза.

– Меня зовут Феликс, – говорит он, осторожно ставя поднос на прикроватный столик. – Простите, что потревожил, но подумал, вы проголодались. Вы спали почти двенадцать часов.