Порочный босс

— Отстань от нас! — рявкает Мари, оглянувшись через плечо.

— Она моя гостья! Ты ее выкрала у меня, мерзавка!

Меня опять пробивает на смех. Заливистый, игривый и с томным обещанием. Только я сама не знаю, что обещаю Евгению.

— Прекрати его дразнить!

Да как не дразнить голубоглазого демона, который в пьяном дурмане желает меня схватить и уволочь с собой? Бежим по мрачным закоулкам, выскакиваем к громкой толпе, протискиваемся через нее и опять оказываемся в подворотне, где молодой парень справляет на стену малую нужду.

— Отвратительно! — вопит Мари. — Туалеты для кого придумали? Никакой культуры!

Морщу нос от едкого запаха мочи, перегара и влажной плесени.

— Пошла в жопу, шлюха!

— Да так-то она права, ссыкун! — рычит в ответ Евгений, проносится мимо него и мимоходом отвешивает злую оплеуху.

— Охренел?!

— Не стоило! — кричит Мари. — Тоже мне джентльмен!

— Вот же сучка! — обиженно отзывается Евгений.

В благодарность за то, что он вступился за мою подругу, стягиваю с лица маску и кидаю ее за спину. Оставлю кружевную красоту ему на память о загадочной незнакомке.

— О, милая моя! Оглянись! Дай на тебя посмотреть!

А я смеюсь. Мне прежде так весело и волнительно не было. Вот что чувствовала Золушка, когда убегала от Принца. Сердце стучит, разгоряченная кровь приливает к лицу, и я чувствую себя восхитительно.

— Нас преследуют! — мы выскакивает из-за подворотни и бежим мимо охранников. — Мальчики! Чего стоите?!

Из-за угла выезжает желтая машина такси, и Мари яростно машет ей рукой. Она с визгом шин притормаживает, и перед тем как с хохотом нырнуть в салон, я посылаю воздушный поцелуй обескураженному и запыхавшемуся Евгению, который останавливается, стискивая в пальцах мою маску.

— Поехали! — Мари хлопает ладошкой по водительскому сидению. — Поехали!

Когда такси с шуршанием шин трогается с места, Мари с гоготом обнимает меня и утыкается в шею:

— Какая ты дурная, Алечка, и как же с тобой весело!

Кошу взгляд на окно. Евгений с дикой улыбкой провожает такси горящими глазами, и я в них вижу намерение отыскать Золушку в красной ночнушке.

— Хорошо повеселились? — по-доброму спрашивает таксист.

— Да! — с пьяным озорством восклицаю я, поглаживая ворсистую ткань сидения. — Мы сбежали от моего босса!

Затем я завороженно касаюсь пальцами велюрового потолка машины, и щупаю подголовник переднего сидения. Жаль, мне не удалось потрогать волосы той дамы в латексном костюме.

— А чего он хотел?

— А какая разница? — откидываюсь на мягкую спинку. — Главное не причина и даже не результат, а сам процесс! И, кстати, — обращаюсь к затихшей Мари, — босоножки очень удобные! Я в них как в кроссовках бежала!

Таксист как-то подозрительно хмыкает.

— Что?

— Да не дай бог увидеть такую бегунью на трезвую голову, — беззлобно усмехается Мари. — Ты была грациозна, как лошадь в коньках.

— Ты обманываешь, — фыркаю я. — Я была, как молодая лань убегающая от разъяренного тигра.

— Да только вот сам тигр едва стоял на ногах, — таксист хитро поглядывает в зеркало заднего вида, на котором висит бумажная елочка и игральные кости на цепочке.

— Вы все врете, — закрываю глаза на выдохе и зеваю. — Я была на высоте!

Глава 8

С головной болью, покряхтыванием и пересохшей глоткой ползу на кухню, придерживаясь о стену. Прошлая ночь расплывается мутными пятнами в памяти. Мы с Мари убегали от Евгения, с которым я уединилась в VIP-кабинке в клубе, где было полно развратников. И самое удивительное, что из всей этой чехарды, я хорошо и отчетливо помню только голого престарелого зайца с морщинистыми коленками.

— Проснулась? — Мари сидит за столом с кружкой чая и копается в телефоне.

Нечленораздельно мычу ей в ответ и присасываюсь к графиню с кипяченой водой. Через десять жадных глотков я оживаю, и меня накрывает паника. Со стуком ставлю графин и похрипываю:

— Скажи, что мне просто приснился кошмар.

— Нет, — беспечно отвечает Мари. — Ты вчера зажгла. У меня от этой беготни о твоего босса ноги болят.

— Мари… — сажусь напротив нее. — А если он меня узнал?

Она зевает, подпирает лицо кулачком и кладет смартфон на стол. Затем открывает ватсап и пролистывает список до контакта “Сладкий Пупсик”. Касается пальчиком аудиосообщения.

— Доброе утро, заенька, — хрипит приятный и низкий голос, — как тебе спалось, моя пироженка?

Я с сомнением смотрю на скучающую Мари, которая делает ленивый глоток чая.

— У нас тут переполох, — курлыкает Сладкий Пупсик, — один из важных клиентов запал на твою подругу.

Прижимаю ладонь ко рту и, в ужасе выпучив глаза, вздрагиваю от озноба.

— Требует ее на блюдечке и в бантике, — Сладкий Пупсик громко зевает и продолжает. — Говорит, ты помешала их близкому знакомству и общению. Ничего не знаю, чтобы в среду она была.

— Будет, — томно и игриво отвечает следующее сообщение голосом Мари. — И обязательно в бантике.

— Не буду! — взвизгиваю я и вскакиваю на ноги. — Никаких больше вечеринок с боссами, зайцами и мушкетерами!

— Тише, — Мари выключает телефон и поднимает взгляд. — Я ему Таньку скормлю. Он разницы не увидит. У вас один типаж. Подкрасить и как сестры будете.

Я почему-то оскорблена. Я не считаю себя уникальной снежинкой, но не верю, что можно спутать двух девушек.

— Слушай, он пьяный был в стельку, — Мари замечает мой обиженный взор.

— Ну не настолько же.

Вздыхает, опять лезет в смартфон и включает мне видеозапись с камеры наблюдения, на которой запечатлена дикая и безудержная погоня Евгения. И да. Это не тигр, а я не лань. Я пока бегу, несколько раз спотыкаюсь, падаю, а Мари меня поднимает и тащит прочь от вусмерть пьянющего босса. Он сшибает все углы, шатается на заплетающихся ногах и бежит зигзагами, если так можно назвать то, как он передвигает нижними коенчностями.

— Выключи! — рявкаю я и в стыде отворачиваюсь, прикрыв пунцовое лицо ладонями. — Господи! А мне казалось, что я летела. Любой калека бы нас догнал.

— Да ладно, я тоже пьяненькая была, — смеется Мари. — Так что, не парься. Танька отлично справится с ролью загадочной незнакомки.

Смотрю на колени в ссадинах, царапинах и синяках, и опускаюсь на стул.

— Мари, ты… — я пугливо смотрю в хорошенькое остроносое лицо, — ты…

— Я не проститутка, если ты об этом, — она широко улыбается, открыто глядя мне в глаза. — Я люблю хорошо проводить время и жалую секс без обязательств и прочего дерьма. И для гостей я создаю нужную атмосферу. Понимаешь?

— Нет.

— Часто новенькие теряются, боятся, а я беседами и хорошим настроением направляю их в нужное русло.

— Только беседами?

— Бывает не только беседами, — Мари проводит пальцами по своей щеке и шее, — в таких местах важен настрой, ведь за вход гости платят хорошие деньги, но красивых и эффектных девушек ждут в гости бесплатно, если, конечно, удастся пробить разрешение, как я для Таньки. А она взяла и заболела! Бессовестная!

— Я, мягко скажем, шокирована, — нервно стучу пальцами по столешнице.

Молчим минуты три. Я, если честно, не знаю, что и сказать. Я побывала на той стороне ночной жизни, которая совсем мне не близка. Почитать в интернете о секс-вечеринках, где царит свобода и беспорядочные половые связи, одно, а побывать на одной из них и чуть ли не отдаться боссу — совсем другое.

— Был у меня похожий на твоего Женечку, — Мари недобро щурится, — красивый, успешный, одинокий. Так вот, говна я с ним поела по самое не хочу. Вывернет наизнанку, плюнет и на прощание пнет.

— Ты сейчас про Д'Артаньяна? — осторожно и тихо уточняю я.

— Нет. Д'Артаньян меня и вытащил из депрессии, — Мари задумчиво макает чайный пакетик в остывший чай. — Женечка твой в оргиях не участвует, а выцепляет из толпы каждый раз новую дивчину, а те потом, не все, конечно, но многие ищут с ним встречи и навязываются, что против правил, а он их жестко отшивает, после чего они в черный список попадают.

— А он, что, вне правил?

— Получается, что так, — Мари переводит на меня угрюмый взгляд. — Как ты прошла в VIP-зону? Там же охранники и пускают только по личному приглашению.

— Не знаю. Помню толпу на втором ярусе. Кто-то из мужиков меня облапал, а потом выскочил жуткий заяц, — передергиваю плечами в очередной раз. — Его бы в ужастики!

— Либо охранники отвлеклись, либо ты перла танком, и никто не заподозрил в тебе лазутчицу, — Мари откидывается на спинку стула. — Даже я впечатлилась, когда ты из такси выплыла королевой. Кто бы мог подумать, что скромная секретарша…

— Прекрати. Если бы я знала, что ты потащишь меня на оргию, то я бы и слушать тебя не стала, — я понижаю голос до разъяренного шепота. — Как ты вообще до этого додумалась?

— Ради Таньки старалась, — Мари вытягивает руку и оглядывает ноготки. — Мы тебя в брендовые шмотки просто так одели? Я должна была привести подругу, и я ее привела, иначе ко мне не было больше доверия, а Таньку в черный список. Там все строго.

— Тогда зачем ты мне помогла сбежать?

— В голове щелкнуло, когда Женю твоего вблизи увидела, — Мари пустым взглядом смотрит в окно. — Триггер сработал по пьяне на расстегнутую рубашку и лицо в помаде.

Чувствую себя виноватой. Мари больно вспоминать бывшего, который, похоже, серьезно ее обидел и впился клещом в память.

— А член у него и правда большой, как говорят? — Мари неожиданно меняется в лице и хитро закусывает нижнюю губу.

— Без понятия, — встаю и плетусь в комнату. — Я его не щупала.

— А что ты там тогда с ним делала?

— Не помню, — без зазрения совести лгу я.

Запираюсь в комнате и ныряю под одеяло. Всё, никакой дружбы с Мари! Вот пусть Танька с ней и бегает на вечеринки, а я жалую по вечерам и ночам сериалы с чипсами со вкусом сыра.

Глава 9

Я надела брюки, чтобы скрыть разбитые колени. Да, я все-таки решила выйти на работу, пусть мне очень страшно и жутко неловко. И думается, что не явись я внезапно в офис без уважительной причины, то Евгений, который жаждет встречи с красоткой, что-нибудь да заподозрит. А еще мне очень любопытно: взыграет в нем чутье самца при взгляде на секретаршу?

Я сама удивлена. Я бы не назвала свое состояние азартом, но я точно взбудоражена игрой с Евгением. Он увлекся ночной незнакомкой, которая под маской скромницы поздоровается с ним и принесет чашку кофе, а он, если повезет, ничего не заподозрит. Вот откуда во мне проснулась эта стервозность, но я же ничего криминального не творю?

Он меняет женщин, разбивает им сердца и считает себя правым. Вряд ли я его проучу, ведь в среду вечером он получит свою добычу в бантике и будет доволен, но я-то буду знать, что его обманули, как глупого мальчишку.

В субботу Мари после нашего разговора сорвалась к Таньке, и не для того, чтобы накормить ее куриным супчиком или помочь больной подруге с уборкой. Все намного-намного серьезнее. Она ее вытащила на улицу и заставила несколько раз упасть коленками с разбега об асфальт. Жестоко, но будет очень подозрительно, если у подмены будут гладкие ножки без единой царапинки, а Евгений просмотрел видеозапись.

И меня мучит вопрос: а у Таньки откуда столько самоотверженности? Ну да, есть шанс на вечеринке подцепить богатенького буратино и закрутить с ним роман, но оно стоит разбитых коленей? Вот будет забавно, если Танька охомутает Евгения и выйдет за него замуж. А что? Такое развитие ситуации вполне реально.

И как только я подумала о возможной свадьбе Евгения, меня за загривок цапнула ревность. Я, значит, его впечатлила, но он достанется другой? Ну и ладно. Счастья им и детишек побольше. Больно нужен мне мужик, для которого все девушки на одно лицо.

— Аля, подготовь переговорную, — Вадим Алексеевич заходит в приемную и широко зевает, — и собери лунтиков.

Лунтики у нас — команда, которая работает над мобильной игрой для детей старше шести лет, и лунтиками их обозвал Евгений, потому что у тимлида на ключах висел брелок с персонажем из одноименного мультфильма. Брелок Гоша почти сразу снял, но это не помогло.

— Будет сделано.

В пустой переговорной проверяю подключение телевизора через блютус к телефону, планшету и ноутбуку. Дверь отворяется, и в переговорную вальяжным божеством вплывает Евгений. Я задерживаю дыхание, отхожу на негнущихся ногах в сторонку от стола и прячу трясущиеся руки за спину.

— Доброе утро… — Евгений задерживает на мне взгляд и сосредоточенно кривится, — ммм… Аля?

С хладнокровием, что дается мне с большим трудом, шагаю к окнам и закрываю жалюзи.

— Доброе, — коротко киваю.

— Не Аня?

— Аля.

— Точно, — он хмыкает и, одернув полы пиджака, падает в кресло во главе стола, — Аля. От Аллы? Или от Альбины?

— Алины, — тихо отвечаю я и вскипаю злостью, оглянувшись на Евгения.

Не узнал. В глазах ни проблеска, ни тени удивления.

— Алина, значит, — он откидывается на спинку кресла и лениво покачивается. — И как у тебя дела?

— Нормально.

— У меня тоже неплохо, — вытягивает ноги. — Слушай, пока наши лунтики в пути, развлеки меня историей, что ли?

— Мне нечего вам рассказать, — сдавленно отзываюсь я.

— Ну, хорошо. Как прошли твои выходные?

Напрягаюсь. С чего это вдруг он такой сегодня разговорчивый?

— Высыпалась, сериалы смотрела… — неуверенно перечисляю я.

— Расскажи, какой сериал смотрела? — выуживает ручку из нагрудного кармана и скучающе ее вертит в пальцах.

— Современную адаптацию сказки о Золушке.

Что я делаю? Зачем я ему намеки всякие кидаю? Да, я действительно вчера весь день потратила на просмотр истории об американской бедной старшекласснице, которая сбежала со школьного бала от дерзкого капитана футбольной команды, но я сама пережила “сказочное” преследование в пятницу.

— Так, Золушка… А сказка о чем?

— Вы не знаете сказку о Золушке? — недоверчиво спрашиваю я.

— А должен? — Евгений насмешливо смотрит на меня.

— Все знают сказку о Золушке, — я в изумлении поднимаю брови.

В переговорную заходит Вадим Алексеевич и торопливо проводит по волосам мелкой расческой, которую затем прячет в карман.

— Ты знаешь сказку о Золушке? — спрашивает его Евгений.

— Да, — Вадим Алексеевич присаживается по правую руку от него.

— И о чем она?

— Бедная сиротка, которую все кругом обижали, попала на бал и вышла замуж за принца.

Возмущенно хлопаю ресницами. Она же не просто вышла за него замуж, а сначала сбежала, хрустальную туфельку потеряла и только после долгих поисков принца случилась свадьба.

Я набираю полной грудью воздух, чтобы поведать Евгению весь сюжет Золушки, но в приемную вваливаются лунтики:

— Здравствуйте, Евгений.

— Доброе утро, Евгений.

— Как ваши дела, Евгений?

Рассаживаются за стол, и насколько прекрасен Евгений, настолько лунтики наши нелепые. Всклокоченные, бородатые, неуклюжие и смертельно уставшие. Подозреваю, они ночь не спали и выходные потратили на работу, чтобы на планерку явится во всеоружии.

— Прежде чем мы начнем, — Евгений царственно оглядывает присутствующих, — у меня есть вопрос.

Лунтики с ожиданием моргают и внимают молчанию босса.

— Кто из вас не знает сказки о Золушке?

Вадим Алексеевич недоуменно переглядывается со мной и чешет лоб. Только один из лунтиков, тощий парень с редкой порослью на лице поднимает руку:

— Сказку не знаю, но сама Золушка на слуху. Одна из диснеевских принцесс, да?

— Типа того, да, — Вадим Алексеевич кивает. — Блондинка в голубом платье. У меня старшая дочка в нее наряжалась на прошлый Новый год.

Мужчины! Это же история о любви, которая преодолевает все преграды, а для них Золушка — лишь блондинка в голубом платье. И смысл даже не в красивой свадьбе, а в триумфе любви вопреки сложным обстоятельствам.

— Ясно. Тогда начнем, — Евгений придвигается к столу и протягивает раскрытую ладонь к Гоше, который виновен в том, что его ребята стали лунтиками.

Он вкладывает в руку босса смартфон. Через минуту неторопливых манипуляций на экране телевизора выскакивает логотип игры — зеленый и глазастый дракончик с крохотными крылышками.

— Почему он такой лупоглазый? — Евгений исподлобья смотрит на Гошу.

— В прошлый раз вы сказали, что у него глаза маленькие.

— Где художник?

— Маша работает не в штате, — аккуратно встревает Вадим Алексеевич.

— Меня это должно волновать?

— Но она на Бали, — с глухой завистью шепчет Гоша.

— А я тут, — Евгений разводит руками в стороны. — Я бы тоже не отказался от Бали.

— Мы можем с ней связаться по видеосвязи, — тихо и несмело отзываюсь я.

— Господи, — Евгений вздыхает и милостиво кивает. — Звони. Не ответит, уволю.

Кидаюсь к ноутбуку. В скайпе ищу среди всех сотрудников Машу, у которой забавный никнейм — Strelo4ka. Отвечает не сразу. Сидит на веранде на фоне сочной зелени, в купальнике и с кокосом в руках. С головы до ног забита яркими татуировками, в бровях — пирсинг, а на макушке — короткий ежик.

— Оденься, — Евгений сердито хмурится.

— Один момент.

Натягивает футболку и присасывается к трубочке с кривой и вежливой улыбкой.

— Вам виден телевизор? — разворачиваю ноутбук так, чтобы захватить мрачного Евгения и экран на стене.

— Ага.

— Перерисовать это убожество, — Евгений указывает на дракончика. — У него будто Базедова болезнь. Мы детей радуем или пугаем?

— Радуем, — уныло отвечает Маша.

Евгений нажимает на кнопку “старт” и в молчании приступает к невероятным приключениям Дракоши, который должен спасти королевство и найти друзей. Через пять минут подсказок, несложных головоломок я теряю интерес к игре, а вот Евгений сосредоточенно собирает кубики одинакового цвета, проходит лабиринты, ловит яблоки и ищет потерянные предметы пещере. Он такой красивый. Готова вечность стоять и смотреть на него, восхищаясь его профилем и благородным прямым носом.

— А это, мать вашу, что такое?!

Мы все вздрагиваем от его рявка, а Маша на веранде по ту сторону ноутбука роняет кокос.

— Что?! — испуганно моргает Вадим Алексеевич.

— Вот это! — всплеснув рукой на экран телевизора, цедит Евгений.

А на нем мигает связка цветастых ракет и круглых бомбочек. Под ними надпись “не хочешь ускориться?” и две кнопки - “да, хочу” и “нет, использовать бонус позже”.

— Ну? — Евгений сурово оглядывает присутствующих. — Вы видите то же, что и я?

Вадим Алексеевич густо краснеет, а лунтики хлопают ресницами и с пунцовыми щеками тупят глазки.

— Это что еще за охапка цветных дилдо, Маша? — шипит Евгений в сторону ноутбука.

Недоверчиво склонив голову набок, присматриваюсь к ракетам, и да: макушки слишком закругленные, а бомбочки лежат у основания одной из них так, что их можно принять за стилизованные тестикулы с шипами.

— Маша, я тебя спрашиваю?! Дети, может, и не поймут, а вот их мамки очень даже!

— Фрейд бы на ваши претензии…

— Знаешь, что бы сказал Фрейд? — Евгений откладывает телефон и, сцепив руки на столе в замок, подается к ноутбуку. — У тебя проблемы в сексуальной жизни, которые ты отказываешься осознавать, ведь из-под твоей руки выходят не ракеты и петарды, а члены. Аля! Лист бумаги мне и ручку.

Выполняю приказ, и Евгений резкими линиями рисует петарду, в которой сразу угадывается ракета, что вот-вот рванет.

— Вот это ракета, Маша, — он поднимает лист к камере ноутбука. — Верхушка острая, Маша. Видишь?

— Угу.

— Нам нужны ракеты, Машенька, да? И дракон не с глазами больше его головы, ага?

— Поняла.

Евгений сердито захлопывает ноутбук, встает, с шуршанием смяв листок, и шагает к двери. И когда та за ним закрывается, Вадим Алексеевич сжимает кулаки:

— Вы куда смотрели?

Ракеты продолжают мигать на экране, и чем дольше я на них гляжу, тем больше в них сходства с фаллосами. С веселенькими такими и игривыми. И они нетерпеливо подрагивают в ожидании ответа.

— Аль, ему бы сейчас не помешала чашечка кофе.

Глава 10

Не узнал! Я жутко обижена на Евгения. В душе не чаю, как бы я отреагировала на то, если бы он подкатил ко мне со словами “О, моя прелестная незнакомка в красном, пошалим в переговорной?”, но я бы точно не была разочарована его мужской невнимательностью. Я бы, наверное, закричала, а он страстно зажал бы меня в углу и насильно поцеловал, игнорируя мои протесты, а потом бы нам помешали лунтики. Черт, эти лунтики испортили всю горячую фантазию.

С блюдцем и чашкой кофе выхожу из кухни в приемную и замираю у двери кабинета Евгения, чей приглушенный голос вибрирует праведным негодованием. Подслушивать — очень плохо, но девичье любопытство сильнее моего хорошего воспитания. Поэтому я закрываю глаза, чтобы сосредоточиться на чарующих и сердитых интонациях босса.

— Я хочу эту сучку сегодня, а не в среду. Что ты меня маринуешь, Ром? Организуй мне встречу сегодня! Нет, не нужны мне ее контакты. Сегодня!

Голос Евгения замолкает, и я скромненько трясущимся кулачком стучу по косяку. Какой он нетерпеливый. Его так завела охапка ракет? Или бикини Маши, которая рисует лупоглазых дракончиков и развратные петарды? Меня вот ее грудь в чернильных узорах очень смутила.

— Входи.

Иду с чашкой чая и боюсь от робости и смятения споткнуться и упасть. Раньше я спокойно входила в кабинет Евгения без подобного живого трепета перед его спесивым достоинством. Он был для меня недоступным красивым мужчиной, с которым мне ни при каких обстоятельствах не светит, но в пятницу я его переиграла.

Копается в ноутбуке, чей экран чуть толще листа бумаги и зевает в кулак. Ну же, посмотри на меня да повнимательнее. Я сейчас, конечно, не шатаюсь из стороны в сторону и ноги у меня не заплетаются, но это меня ты целовал и дразнил кубиком льда.

— Мне нужен весь список тех, кто работает у нас на удаленке, — Евгений переводит взгляд с экрана на меня. — Через десять минут.

— Хорошо, — придвигаю к нему чашку на блюдце. — Что-нибудь еще?

Последние слова были сказаны слишком провокационно и с томными нотками ожидания. Поджимаю губы, распрямляю плечи, прячу руки за спину и незаметно щипаю за запястье. Приди в себя.

Вздрагиваю, когда в кармане вибрирует телефон. Я подозреваю, кто мне звонит в истерике и панике, но отвечать не спешу.

— Что-нибудь еще?

— Может, ответишь? — Евгений откидывается назад и подносит чашку к губам.

— Отвечу, но потом.

— Ты меня стесняешься? Не стоит. Я придерживаюсь мнения, что между начальником и подчиненными не должно быть секретов.

— А я думаю иначе.

Телефон в кармане продолжает яростно вибрировать, и торопливо его достаю, чтобы сбросить звонок Мари и натянуто улыбнуться Евгению:

— Опять мошенники.

— И как часто они тебе звонят? — он делает небольшой глоток

— Каждый день. Вчера напугали, что кто-то взял на меня кредит, — лгу и не краснею.

— Помешали сериал о Золушке смотреть? — насмешливо вскидывает правую бровь.

— Да.

— Негодяи, — возмущенно и наигранно цокает Евгений.

Телефон в руке опять вибрирует, и я вновь скидываю Мари. Сучка настырная.

— Я могу идти?

— Иди.

Делаю несколько шагов к двери, и тишину вновь нарушает вибрация.

— Какие надоедливые, — небрежно хмыкает Евгений.

В испуге оглядываюсь на него, и он отставляет чашку с кофе:

— Бессовестные. Кто-то слил твой телефон, Аля. По-хорошему, надо заявить в полицию со всеми номерами, которые тебе звонят.

— Я этим займусь, — стискиваю вибрирующий телефон до побелевших костяшек, — а то житья никакого нет.

— Хочешь отпроситься с работы?

— Зачем?

— Тебе же в полицию надо.

— На обеде схожу.

От звонка Мари воздух искрит напряжением, и я не чувствую тела от спокойного взгляда голубых глаз. Лишь сердце так громко и гулко бьется, что заглушает вибрацию.

— И потребуй талон-уведомление, а то они часто в сговоре с мошенниками и не регистрируют заявления.

— Хорошо, — жалобно попискиваю я. — Потребую.

— А знаешь, — Евгений покачивается в кресле и закидывает ногу на ногу, — я с тобой съезжу.

— Зачем?

— Не люблю мошенников и если с тобой буду я, заявление точно примут.

— Спасибо, Евгений, — севшим голосом отзываюсь я, — но не стоит.

— На обеде, значит?

Молча вылетаю из кабинета, скрываюсь в уборной и отвечаю на звонок, глухо и в ярости прохрипев в трубку:

— Мари! Ты не вовремя!

— Катастрофа, Алечка, катастрофа! — верещит она на другой стороне.

— Это у меня тут катастрофа! Меня босс в полицию тащит! — я слабо бьюсь лбом о стену.

— Что?!

— Мне срочно нужен список номеров, с которых звонят мошенники, — в отчаянии всхлипываю я.

— А мне сегодня нужна ты! Не мне, а твоему боссу! Танька сопливая еще! Она же твоего Женечку всего обчихает! Ты только представь это рандеву! Аль, придется тебе…