Черные приливы Сисайда

– Ну что ж, теперь у вас есть целых... – он преувеличенно посмотрел на часы, – ...три минуты, чтобы наверстать пятнадцать лет. Я же пойду к нашим фанаткам. Сегодня я должен уйти с одной из них. Не хочешь пойти со мной?

Его взгляд скользнул по моей шее, затем медленно поднялся к губам. Я почувствовала, как кровь приливает к лицу.

– Дориан, – резко сказал Люк, – она не одна из твоих фанаток.

Дориан повернулся к нему с демонической улыбкой:

– О, я это понимаю. Фанатки хотя бы знают, чего хотят, – он сделал паузу, – а мисс Лорин? Ты вообще знаешь, чего хочешь?

Его вопрос повис в воздухе, тяжелый и двусмысленный.

Люк шагнул вперед, но Дориан лишь поднял бровь:

– Осторожнее, maestro. Скрипки легко ломаются.

В этот момент Рокси втиснулась между ними с бутылкой виски:

– Боже, хватит меряться... эээ... талантами. Пейте!

Дориан взял бутылку, его глаза не отпускали меня.

– За сюрпризы! И за то, что наши учительницы оказались куда веселее, чем мы думали.

В его глазах читалась опасная смесь азарта и любопытства, когда он поднял бутылку в мою сторону:

– Особенно одна.

Глава 2

ГЛАВА 2

Утро началось с того, что Зои Ридж ворвалась в класс, размахивая пластиковым тираннозавром с розовым бантиком прямо у меня перед носом. Детская непосредственность всегда прекрасна в любом проявлении.

— Мисс Лорин! — её голос звенел, как тревожный школьный звонок. — Я прочитала, что галлимим был похож на страуса! Это значит, они вообще не страшные, а просто... большие птицы!

Я едва успела открыть рот, как Хэнк Стоун, возвышаясь над остальными, как живая баскетбольная стойка, фыркнул:

— Ну да, особенно когда эти «птицы» тебя едят.

— Хэнк! — я сделала предупреждающий взгляд, но тут же заметила, как Миа Брукс, моя тихоня-художница, украдкой рисует что-то в углу листа. Приглядевшись, я разглядела динозавра... в розовых роликах.

Я всегда удивлялась воображению детей: могут придумать красивый волшебный мир, нарисовать картинки к своей выдуманной сказке. А выдуманные монстры – это вообще фантастика. Меня завораживают диалоги с детьми о мечтах, так у них еще больше просыпается воображение. Каждый раз, кажется, как будто они не представляют, а видят наяву.

— Миа, это шедевр, — шепнула я ей. Она покраснела и тут же прикрыла рисунок ладошкой.

Дэнни Блюм, мой аллергик с вечным браслетом «ОСТОРОЖНО: АРАХИС», тем временем копошился у своей парты, проверяя, нет ли в воздухе следов смертоносного арахисового масла.

— Всё чисто, — торжественно объявил он, будто обезвредил бомбу.

Я только собралась начать утренний ритуал, как Скарлетт Вэй, моя рыжая «королева кроликов», влетела в класс, запыхавшись.

— Простите, я опоздала! — её голос дрожал, а на коленках краснели свежие царапины.

Я нахмурилась, решив пока не задавать вопросов. Но обратила внимание не только на ее большой синяк на руке. Сегодня точно нужно подойти после уроков к мистеру Холлоуэй и захватить с собой Джулиана (школьного психолога), который почему-то не занимается с моей рыжей малышкой. Я столько раз объявляла тревожный звоночек, но бесчеловечное отношение к ребенку, который, скорее всего, подвергается домашнему насилию, меня уже сильно выводит из себя. Зачем тогда работать в школе специалистом, если никак не хочешь помогать? Ладно, эти размышления оставим на потом.

Хлопаю в ладоши, чтобы привлечь внимание детей, и начинаю урок:

— Так, команда, сегодня у нас особенная книга, — я подняла потрёпанный экземпляр «Там, где живут чудовища».

— О! Это про то, как мальчик убежал от мамы и стал королём!

— Ну... не совсем, — я улыбнулась. — Это про то, что даже когда мы злимся, нас всё равно любят.

— Даже если я разбила вазу? — прошептала Миа, неожиданно включившись в разговор.

— Даже тогда.

— А если я назвал сестру идиоткой? — пробормотал Хэнк, сжимая мяч.

— Да.

— А если... — Скарлетт замолчала, её глаза стали мутными.

Я присела рядом:

— Да. Всегда. Кто хочет почитать в слух?

И тут большая половина класса подняла руки.

— Раз у нас так много желающих, предлагаю читать по рядам. Каждый человек читает по 3 предложения. Начинаем с Эмили.

Светловолосая малышка кивнула, а я проверяю, как все следят за текстом.

Тишину прервал вибрация телефона в моём кармане.

Неизвестный номер: «Ваша подруга Рокси оставила кое-что в баре. Синяя «Тойота» у парковки. 5 минут. - Д»

Я нахмурилась. Откуда у него мой номер? И что могла забыть Рокси?

Подойдя к окну, я увидела машину — новенькую «Тойоту» с тонированными стеклами.

— Мисс Лорин? Всё в порядке? — спросил Дэнни, заметив моё беспокойство.

— Да, просто...Увидела ворону, очень их боюсь.

Мальчик немного усмехнулся:

— Мисс Лорин, не беспокойтесь, я взял меч и защищу вас от беды!

Я говорила, что люблю свою работу? Да, точно. И неоднократно.

— Спасибо, Дэнни, рядом с тобой чувствую под защитой, — и обняла милого мальчугана. — Ребята, а сейчас я предлагаю нарисовать своего чудовища и придумать его происхождение.

Ученики достали листочки и принялись рисовать.

Смотрю в окно. Дориан уже вышел из машины и показывает мне на металлические часы. Но зачем он мне написал, если Рокси что-то оставила? Оставил бы Сайласу. Или на крайний случай передал бы сам Роксане ее вещь.

М: «У меня урок, мистер Блэквуд. Напишите Роксане, чтобы спустилась»

Отправляю сообщение. Мой кабинет расположен на первом этаже школы, поэтому могу с легкостью рассмотреть гитариста. У парня белая рубашка, закатанная по мускулистым предплечьям, подчеркивала его спортивное телосложение. Пара верхних пуговиц расстёгнута — достаточно, чтобы заметить цепочку на шее и намек на рельеф грудных мышц. Темные волосы, коротко стриженные по бокам, слегка взъерошились на ветру, а глаза прищурились от солнца.

Когда Дориан переложил телефон в другую руку, я заметила серебряное кольцо с черным камнем. Оно странно контрастировало с его современным, почти брутальным образом.

Дориан не просто стоял — он будто занимал все пространство вокруг себя. Даже через окно класса я почувствовала, как от него исходит спокойная уверенность хищника, знающего свою силу. Пока разглядывала Блэквуда, получила смс.

Д: «Как педантично, мисс Лорин. Роксана передала, что предпочитает не появляться в стенах учебного заведения после... вчерашнего инцидента с администрацией. Что касается забытой вещи — речь идёт не о безделушке, а о её блокноте с весьма откровенными записями. Вы ведь знаете, как она любит фиксировать каждую неосторожную фразу коллег? Я мог бы оставить его у охраны, но, полагаю, вам будет спокойнее, если личные заметки вашей подруги не попадут в чужие руки. Вам решать.»

М: «Я выйду через 20 минут с детьми, отдам их родителям и подойду к вашему автомобилю. Такой вариант подходит?»

Я отправила сообщение и положила телефон на стол, но ответа не последовало. Экран оставался чёрным и безмолвным.

Я не могла оторвать взгляд от парня — Дориан стоял рядом со своей синей «Тойотой», облокотившись на ее передний бампер. Солнечный свет падал на его резкие черты: высокие скулы, слегка заострённый подбородок, густые тёмные брови, которые сейчас были чуть нахмурены, будто он о чём-то размышлял.

Вдруг он повернул голову и поймал мой взгляд.

Я резко отвела глаза, но было поздно — Дориан ухмыльнулся, поднял руку и лениво помахал мне, будто мы старые друзья. Мои щёки вспыхнули, и быстро отвернулась к детям, делая вид, что проверяю их рисунки.

— Мисс Лорин, посмотрите на моего монстра! — Скарлетт подняла вверх лист.

На рисунке было существо с множеством глаз и ртов, но вместо когтей — длинные, тонкие пальцы, как у её отца.

— Он... грустный, — прошептала она. — Потому что его никто не понимает.

Я осторожно положила руку ей на плечо.

— Но он сильный, да?

Она кивнула, и в её глазах мелькнуло что-то твёрдое.

— Мой монстр живёт в пещере! — Белла Фрост, моя мечтательница с коллекцией камней, показала рисунок. Существо было покрыто кристаллами, будто выращенное из земли. — Он спит на аметистах и ест изумруды!

— А мой... — Ноа Джеймс, спокойный лидер класса, нарисовал огромное крылатое создание. — Он не злой. Просто охраняет тех, кто слабее.

Я улыбнулась.

— Значит, у всех чудовищ есть своя история.

Когда прозвенел звонок, я вывела детей к выходу.

— Мама! — Миа бросилась к высокой женщине в очках.

— Пап, смотри, что я нарисовал! — Хэнк показал отцу-баскетболисту своё чудовище с мячом вместо головы.

Я попрощалась с каждым, убедившись, что все нашли своих взрослых. Скарлетт ушла с матерью, которая крепко сжала её руку.

А потом я глубоко вдохнула и повернулась к парковке.

Синяя «Тойота» всё ещё ждала.

Стучу в окно автомобиля. Стекло опустилось беззвучно, и я сразу же уловила терпкий аромат дорогого парфюма с нотками чего-то горького — кофе, дыма, может быть, виски. Дориан сидел, откинувшись на кожаном сиденье, его пальцы всё так же лениво барабанили по рулю.

— Добрый день, мисс Лорин. Рекомендую присесть в машину.

Он кивнул на пассажирское место, и его губы скривились в той самой ухмылке — самоуверенной, нагловатой, будто он уже знал, что я откажусь

— Добрый. Нет, спасибо, у меня есть еще дела, не хочу тратить время. Просто отдайте блокнот, Дориан.

Я протягиваю руку, держа свои эмоции под контролем. Не понимаю, чего он пытается добиться?

Дориан медленно потянулся к бардачку, достал тонкий черный блокнот и протянул его мне.

— Как скажете.

Раскрываю, а в блокноте пустые страницы. Совершенно чистые, как будто его только что купили.

— Серьезно? Это шутка такая, да?

— Зависит от чувства юмора.

Я сжимаю чертов блокнот в руках, чувствуя, как мое тело закипает от раздражения.

— Вы приехали сюда, чтобы отдать мне пустую тетрадь?

— Нет

Гитарист наклонился ближе, и я вдруг отчетливо разглядела его глаза. Зеленые. Не кричаще-изумрудные, а скорее цвета мутной морской воды у пирса — с желтоватыми прожилками, как водоросли. На солнце в них проступали медовые крапинки, а когда он повернул голову, радужка на мгновение стала похожей на старое бутылочное стекло.

Я моргнула, и магия рассеялась — просто глаза, немного необычного оттенка, не более.

— Я приехал познакомиться.

— Мы уже знакомы. Разве нет?

— Официально — нет.

Дориан улыбнулся, и в этот момент солнце, пробившись сквозь стекло, осветило его лицо. Я заметила лёгкую тень щетины на его подбородке, тонкий шрам над бровью — почти незаметный, если не присматриваться.

— Вы знаете, что это странно, да? — я скрестила руки. — Приезжать к школе, слать загадочные сообщения, врать про забытые вещи...

— А вы знаете, что слишком подозрительны?

— Я учитель. Подозрительность — часть профессии.

Он рассмеялся — низко, глухо, будто мой ответ его искренне позабавил.

— Ладно, мисс Лорин. Раз уж вы так торопитесь...

Он достал из кармана пиджака визитку и протянул мне. На чёрном матовом картоне золотом было вытеснено всего три строчки: «Дориан Блэквуд «Пустые Гавани», - и номер телефона.

— На случай, если передумаете насчёт траты времени. А, я еще взял вам латте, — и протягивает мне стакан. Я удивлена таким жестом. — Не знаю, какой напиток вы предпочитаете, поэтому взял на свой выбор. И чиабатта с индейкой идет к нему в придачу.

Вот это жест: приехать познакомиться и накормить. Я действительно пребываю в легком диссонансе.

— Спасибо за заботу, Дориан. Это мило с вашей стороны, но не стоило. — беру все, что протягивает гитарист, и рассматриваю визитку. — Зачем вам это?

Дориан включил двигатель, и внезапная тишина между нами стала почти осязаемой.

— Видите ли, мисс Лорин, после концерта я наблюдал одну любопытную сцену, — его пальцы продолжали водить по рулю, будто повторяя какой-то ритм. — Вы стояли у стены с той самой надписью... и провели пальцами по буквам. Совершенно машинально.

Я замерла. Я и сама не помнила этого жеста.

— Это ничего не значит, — ответила я чуть резче, чем планировала.

— Возможно. — Он наклонился ближе, и в его зеленых глазах отразилось солнце. — Но люди редко трогают то, что для них неважно. Особенно учителя — вы же знаете, как дети всегда тянутся к значимым для них предметам.

— И что это вам дало?

— Понимание, что вы не просто случайная зрительница. Вы знали это место раньше. — Он откинулся на сиденье. — А я всегда интересуюсь историями людей, которые встречаются в моей жизни.

Я перевела взгляд на школьный двор, где дети садятся в школьный автобус. Окно начало медленно подниматься.

— До скорого, мисс Лорин. Надеюсь, когда-нибудь вы расскажете мне свою историю, которая связана с этим местом.

Когда машина тронулась, я разжала ладонь и посмотрела на визитку с обратной стороны. Внизу мелким шрифтом: «Репетиционная студия в 14:00 по субботам».

Это намек на встречу? Может, стоит приехать? Нужно посовещаться с девочками, но позже – руки заняты.

Я поставила пакет с кофе и сэндвичем на стол и принялась наводить порядок в кабинете. Я собирала разбросанные карандаши со столов, машинально сортируя их по цвету. На полу валялся чей-то забытый рисунок — Скарлетт изобразила трехглавое чудовище с грустными глазами с пальцами, как у отца.

«Вы не просто случайная зрительница»

Эти слова засели в голове, как заноза. Я швырнула карандаши в стакан, и они звякнули, будто упрекая меня в раздражительности.

На столе стоял тот самый латте — уже остывший. И чиабатта с индейкой, аккуратно завернутая в бумагу. Я ткнула в нее пальцем. Все еще теплая.

«Какой нормальный человек так поступает?»

Я подошла к окну, за которым еще час назад стояла его синяя «Тойота». Пустой блокнот лежал на моем столе, как немой укор.

— Может, у него просто слишком много свободного времени, — пробормотала я, протирая доску.

Но люди с «лишним временем» не запоминают случайные жесты незнакомцев. И не привозят завтраки учителям, которых видят впервые.

Я резко смахнула ладонью мел с доски.

«Люди редко трогают то, что для них неважно»

Черт.

Я бросила тряпку в ведро и потянулась за сумкой. Осталось совсем чуть-чуть и надо будет пойти домой. Принять душ. Выпить вина. Забыть этот странный день.

Я застегивала молнию на учительской сумке, когда услышала легкий стук в дверь. Визитная карточка Вивиан Кроуфорд, секретаря директора.

— Войдите.

Дверь открылась беззвучно, и в проеме появилась Вивиан. Ее строгий серый костюм идеально сидел на худощавой фигуре, а рыжие волосы были собраны в тугой пучок, не оставлявший ни единого непослушного локона.

— Мисс Лорин, — ее голос звучал как всегда размеренно и чуть свысока, — мистер Холлоуэй просит вас подняться в его кабинет. По поводу Скарлетт Вэй. Джулиан Квентин уже там ждет.

Мои пальцы непроизвольно сжали ремень сумки.

— Можем идти.

Мы шли по коридору, и я слышала, как каблуки Вивиан размеренно постукивают по линолеуму. Этот звук почему-то раздражал меня сегодня сильнее обычного.

— Вы в курсе, о чем конкретно пойдет речь? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Директор получил ваше электронное письмо, — ответила Вивиан, не поворачивая головы.

Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Значит, он все-таки прочел мое сообщение, отправленное еще в понедельник.

Кабинет директора встретил нас запахом дорогой древесины и крепкого кофе. Мистер Холлоуэй сидел за массивным дубовым столом, его пальцы нервно перебирали края папки с надписью «Вэй, Скарлетт». В углу, развалившись в кожаном кресле, сидел Джулиан Квентин — наш «звездный» школьный психолог. Его бородатая физиономия выражала привычную снисходительную скуку, а взгляд блуждал где-то за окном.

— Садитесь, Мейв, — директор жестом указал на стул напротив.

Я опустилась на край сиденья, сжав колени.

— Спасибо, что нашли время, — начала я, стараясь контролировать дрожь в голосе. — Но, если честно, я ожидала этой встречи еще неделю назад.

Мой взгляд скользнул в сторону Квентина.

— Скарлетт нуждается в помощи сейчас, а не когда у кого-то появится «окно» в графике.

Джулиан медленно перевел на меня взгляд, подняв одну густую бровь:

— В нашей школе много детей, нуждающихся в психологической поддержке.

— Но не у всех, — я вцепилась пальцами в край стола, — отцы, которые...

Я закусила губу, подбирая слова.

— Которые что, Мейв? — Холлоуэй наклонился вперед, сложив руки перед собой.

Которые бросаются на людей в баре, когда напиваются. Рокси видела его вчера вечером — он был пьян в стельку, орал на бармена и чуть не подрался с каким-то посетителем.

Я сделала глубокий вдох.

— А сегодня у Скарлетт свежий синяк на левой руке — четкий, как от пальцев. И содранные колени.

— Дети часто падают, — пожал плечами Квентин, будто говорил что-то очевидное.

Я резко встала, отчего стул скрипнул по полу.

— Каждый день? Каждый чертов день она приходит с новыми синяками?

Мои пальцы дрожали, когда я достала из папки несколько рисунков Скарлетт.

— Посмотрите на это! — я швырнула листы на стол. — Она рисует чудовищ с огромными руками. Руками, как у ее отца!

В кабинете повисла тяжелая тишина. Холлоуэй медленно взял один из рисунков, его лицо стало каменным. Квентин наконец перестал выглядеть скучающим.

— Я поговорю с ней... завтра.

— Нет! — я ударила ладонью по столу, отчего все вздрогнули. — Сегодня. Пока ее отец еще не вернулся домой, у девочки есть хоть какая-то возможность сказать правду. Вот адрес. В понедельник жду отчет о проделанной работе в письменном виде.

Директор и Квентин переглянулись. В воздухе витало напряжение, которое можно было резать ножом. Наконец Холлоуэй тяжело вздохнул и кивнул.

— Хорошо. Но осторожно. Если отец узнает...

— Он не узнает, — я резко схватила сумку. — Потому что кто-то наконец-то сделает свою работу как следует.

Я вышла, хлопнув дверью. Сердце бешено колотилось в груди, а в ушах стоял звон.

Я опустилась в горячую воду, чувствуя, как усталость медленно растворяется вместе с пеной. Свечи, расставленные по краю ванны, мерцали, отражаясь в бокале белого вина. Сегодняшний день явно заслуживал хорошего Совиньон Блан.

«Мисс Лорин, смотрите!»

В голове всплыли мои первоклашки, орущие песенку Губки Боба во весь голос. Хэнк стучал кулаками по парте, изображая ударные, а Скарлетт, обычно такая тихая, крутила воображаемый микрофон. Даже Дэнни забыл про свою аллергию и подпрыгивал на месте.

Я сделала глоток вина, позволяя кислинке разбудить вкусовые рецепторы.

А потом был разговор с Холлоуэем. Его усталый взгляд, когда я швырнула на стол рисунки Скарлетт. Эти огромные чудовищные руки на каждом листе...

Вода вдруг показалась мне недостаточно горячей. Я добавила больше кипятка, пока кожа не покраснела.

И конечно же... этот визит.

Дориан Блэквуд в своей синей «Тойоте». Кофе, который я не просила. Эта его манера смотреть — будто видит тебя насквозь, но делает вид, что просто разглядывает интересный экспонат.

Я провела мокрой рукой по лицу.

Что вообще ему было нужно?

Познакомиться? Пожалуйста — вот моё имя, вот моя школа, вот мои первоклашки, поющие про квадратные штаны. Никакой загадки.

Визитка в кармане джинсов ждала своего часа. «Репетиционная студия». По субботам.

Я потянулась за бокалом, но вдруг застыла. А если... Нет. Я резко встряхнула головой, расплескав воду. Слишком много «если» в последнее время. Слишком много странных поступков от людей, которых я едва знаю.

Дориан привез кофе. Потом уехал.

Конец истории.

Я допила вино и закрыла глаза, представляя, как все сегодняшние события — песня первоклашек, разговор о Скарлетт, эта дурацкая визитка — медленно тонут в мыльной воде вместе с пеной. Завтра будет новый день.

Я вытерла мокрые руки о полотенце и потянулась за телефоном. Экран замигал - 20:37. Идеальное время, чтобы собрать девочек. Мои пальцы быстро вывели сообщение в нашем общем чате:

«Эй, девчонки. Срочный сбор у меня. Важно.»

Три точки заморгали почти мгновенно.

Р: «Через 15 мин буду. Везу алкоголь и стейк из бара»

Л: «У меня как раз свежий яблочный пирог! Еду!»

З: «Заказывать еду или сама справишься?»

Я улыбнулась их реакциям и ответила:

«Уже заказала 4 пиццы (да, Зара, одну с ананасами, не ворчи). И да, Рокс, твою вегетарианскую не забыла.»

Пока ждала ответа, открыла холодильник. Пусто, кроме вчерашнего салата и бутылки белого вина. Достала оливки, сыр и виноград - хоть какая-то закуска до приезда пиццы.

Телефон завибрировал в кармане.

З: «Ненавижу тебя за эти ананасы. Буду через 20.»

Л: «Муж плачет, но пирог забираю. Еду!»

Р: «Ты беременна? Умираешь? Влюбилась? Уже бегу!»

Я рассмеялась и ответила:

«Спокойно. Все подробности узнаете, когда приедете ко мне. Целую»

Я положила телефон на стол и принялась нарезать сыр. Вода в чайнике уже закипала — чай для Лили, которая не пила алкоголь. Из шкафа достала любимые кружки — ту самую с кошками для Зары, с кактусом для Рокси.

Звонок в дверь — пицца приехала раньше, чем я ожидала. Пока расплачивалась, услышала, как на улице резко затормозила знакомая машина. Рокси всегда парковалась так, будто за ней гналась полиция.

Я расставила коробки с пиццей на столе, когда в дверь уже стучали три разных ритма — это были они. Мои бестии.

Мы устроились в гостиной — я в своем любимом углу дивана, укутавшись в плед с оленями, который купила на распродаже после Нового года. Лили аккуратно разложила на кофейном столике еще теплый яблочный пирог, а Зара, как всегда, заняла самое удобное кресло, поджав под себя ноги. Рокси разливала вино, причём мне налила на палец больше, чем остальным — её фирменный знак внимания.

В колонках тихо играла какая-то джазовая мелодия — что-то ненавязчивое, с плавным саксофоном.

— Так, — Рокси плюхнулась на пуф перед камином (который не работал с прошлой зимы, но мы все равно любили вокруг него собираться). — Объясните мне еще раз, почему я сегодня не на работе?

Лили, сидевшая справа от меня, аккуратно положила вилку на край тарелки. На ней остались крошки от ее знаменитого яблочного пирога, который пах корицей и ванилью.

— Сайлас сказал, что тебе нужен отдых, — прошептала она, поправляя скользящую заколку в своих светлых волосах.

Рокси закатила глаза так, что стали видны ее синие стрелки, слегка размазавшиеся за день.

— Он сказал: «Рокси, если ты сегодня появишься в школе, я сам отведу тебя домой». Как будто я какая-то хрупкая фарфоровая кукла.

Я потянулась за бокалом, чувствуя, как прохладное стекло касается кончиков пальцев.

— Он прав. Ты вчера чуть не перевернула стол на педсовете.

— Ой, да ладно, — она махнула рукой, и серебряные браслеты на ее запястье зазвенели. — Холлоуэй сам виноват.

Зара, удобно устроившаяся в кресле-мешке (ее любимом месте), подняла бровь. На ней были те самые розовые пижамные шорты с единорогами, которые мы подарили ей на девичник.

— Значит, между вами все серьезно?

Рокси покраснела до корней своих фиолетовых прядей и резко перевела взгляд на меня:

— Ладно, хватит про меня. Мейв, ты обещала рассказать про своего таинственного гитариста.

— Он просто подъехал к школе. В синей «Тойоте».

Лили прикрыла рот ладонью:

— Ох...

— Да, — я провела пальцем по золотым буквам. — Тот самый Дориан Блэквуд.

— Так, — говорит Рокси. — Давай по порядку. Он просто подъехал к школе? Без предупреждения?

Я кивнула, ощущая, как визитка в кармане джинсов слегка царапает бедро:

— Да. я сегодня отправила ему сообщение, что не буду садиться в его машину. А он...

— Подожди, подожди! — Лили перебила, поставив чашку с чаем на деревянную подставку. — Ты ему сначала написала?

— Нет! То есть... — я провела рукой по лицу, чувствуя тепло щек. — Он первый написал. Про «забытый блокнот».

Зара, сидевшая в кресле-мешке, медленно подняла бровь. Ее пальцы постукивали по крышке ноутбука.

— И что именно было в сообщении? Дословно.

Я закрыла глаза, вспоминая:

— «Ваша подруга оставила кое-что в баре. Синяя «Тойота» у парковки. 5 минут. - Д.»

Рокси фыркнула, разбрызгивая крошки пиццы:

— Ох уж этот драматичный стиль. Прямо как в дешевом романе.

— Но ты же пошла, — заметила Лили, разламывая пирог на идеально ровные кусочки.

— Я думала, это важный предмет Рокси!

Зара склонила голову, и ее каштановые волны упали на плечи:

— А вместо этого?

Я достала визитку, ощущая ее шершавую поверхность:

— Вместо этого он дал мне вот это. А еще привез латте и чиабатту. И сказал...