Сборник повестей для детей

– Что же нам делать? – растерялась умная Анфиса.

Умная девочка умела читать по слогам. Легко разгадывала загадки. С удовольствием чертила ребусы. В её памяти хранились такие длинные стишки, что дедушка, слушая их, засыпал. В деревне без труда могла отыскать дорогу на почту. И это не смотря на то, что изба с почтовым ящиком на стене находилась далеко от дома!

Как помочь мальчику, которого обижает мама, умная Анфиса не знала…

– Нужно обнять Джона, – предложила хорошая Анфиса. – Ещё долго-долго ему придётся жить с плохой мамой.

Когда-то Джон превратится в Похитителя конфеток… А пока…

Выронив книгу, ребёнок уснул. Под его голову девочки подложили тёплые руки. Лишь только хозяйка дома вошла в комнату, девочки покинули дом.

Звёзды осветили крышу, траву под ногами и пыльную дорогу. Куда шагать? Вперёд или назад?

– Вернёмся к реке, – предложила умная девочка.

Так они и поступили.

***

Вода бурно клокотала. А днём река вела себя тихо. У реки изменилось настроение, и теперь она брызгалась волнами. У воды девочки нашли лодку с веслами.

– Ничейная лодка? – удивились девочки.

– Моя, – сказал человек в плаще, внезапно появившийся у лодки. Он стоял по пояс в воде. Не промокнуть ему помогали высокие сапоги и плотные водоотталкивающие штаны. Такую одежду надевают обычно рыбаки, отправляясь на промысел. В руке человек держал керосиновый фонарь. Поднимал его как можно выше. Человек хотел видеть берег и девочек.

– Вы рыбак? – Поинтересовалась Анфиса.

– Ловлю, – кивнул тот. – А вы кто? Откуда здесь взялись?

– Мы пришли из другого мира. – Признались путешественницы. – Вы нас видите?

– Те, которые оказываются в тумане, охотно разговаривают со мной, – загадочно ответил человек.

Налево и направо от фонаря была глубокая тьма. Из этой темноты никто не показался. Кто же вёл беседы с рыбаком?

– Вам нужно пройти в лодку, дети. – Потребовал человек и стал её отвязывать. Он подвинул лодку так, чтобы она ткнулась носом в песок. Теперь в неё можно было забраться, не промочив сандалики. – Новое королевство на другом берегу. Вам – туда.

– Откуда вы знаете, что мы идём в Новое королевство?

Осведомлённость чужого человека озадачила Анфису.

– Все, кто подходят к реке, стремятся попасть в сказочную страну. – Ничуть не смущаясь, ответил человек. – Сам я не из тех краёв. В Новом королевстве никогда не бывал, но, доплывая до середины реки, при хорошей погоде, если солнце светит ярко, вижу замок. Шпили замка горят ярко.

– Где же вы жили раньше? – Анфиса пристала к незнакомцу. – Почему стали рыбаком? Откуда у вас лодка?

Если честно, Анфиса любила надоедать взрослым. Особенно хорошо у неё получалось докучать им, собирая информацию. «Что случилось между мамой и папой?»; «По какой причине папа не забрал свой велосипед?»; «Значит ли это, что папа скоро вернётся домой?» Бабушка не знала, что отвечать. Бабушка была очень старенькая. «Одной ногой в могиле». Посмеиваясь, говорила она. Её жизнь прошла в тяжёлые времена: война, голод, разруха. В трудные годы она всегда надеялась на мужа. И тот ни разу не подвёл…

– Прежде у меня был дом. – Подняв фонарь повыше, человек указал в сторону пригорка, где притаилась хижина – та самая, которую только что покинули девочки. – Рыбаком был всегда. Мой отец занимался рыболовством. И дед промышлял рыбной ловлей. Теперь у меня нет дома. Лишь только эта лодка.

Легко было догадаться, что человек, повстречавшийся у реки, – отец Джона. Других детей в округе не было.

– Зачем вы бросили сына? – строго спросила Анфиса.

– Я сложил для них новую печь. Поставил надёжные ставни. – Стал оправдываться человек.

– Вам нужно вернуться домой! – потребовала Анфиса. – Вы нужны своему сыну!

Человек быстро запрыгнул в лодку.

– Если вы сейчас же не пройдете в лодку, останетесь здесь навсегда. – Хмуро предупредил рыбак.

Долго уговаривать путешественниц не пришлось. Не желая задерживаться в странном месте, где звёзды то прятались, то появлялись, девочки поспешно залезли в судёнышко.

– Куда плывём? – поинтересовались Анфиса.

– К красивому дому, – рыбак налёг на вёсла.

–А где рыба, которую вы поймали?

В лодке не было ни одной рыбины. Лишь удочки лежали на днище.

– Улов у меня забирают хозяйки красивого дома. Скоро я доставлю вас к ним. – Пояснил лодочник. – Леди хорошо встречают гостей, и с вами будут любезны. Предложат ужин. Уложат спать.

– Нам нельзя спать. Мы спешим в Новое королевство! – воспротивились дети.

– Уставших с дороги путников туда не пускают.

Лодочник хотел ещё что-то сказать, нечто важно для смелых путешественниц, но тут посреди реки на мосту, сияя, возник дом.

– Дом на мосту? – удивилась Анфиса.

Никакому страннику жилище было не обойти. Попасть с берега на берег можно было только преодолев заграждение – ослепительный дом.

– Прибыли, – сообщил лодочник. – До Нового королевства – рукой подать. К обеду следующего дня доберётесь.

За мостом, куда указал человек, было черным – черно.

Лодка причалила к железным ступенькам с поручнями. Держась за поручни, девочки без труда взобрались по ступенькам.

Мост был сложен из больших серых камней. Бравые строители, наделённые силой и отвагой, не одно столетие возводили надёжное сооружение.

На середине моста стоял дом. Фасад его был украшен сказочными картинами: огнедышащие драконы широкими крыльями рассекали звёздное небо; рыжеволосые русалки золотыми гребешками расчёсывали длинные волосы.

Тихо скрипнула дверь. Мост залило жёлтым светом. На пороге появились три прекрасные женщины.

– Девочки! – Обрадовались хозяйки сказочного дома. – Какие вы разные! – Женщины весело рассмеялись. – И все Анфисы?!

– А вы кто, уважаемые? – вежливо поинтересовалась Анфиса. – Как вас зовут?

– Моё имя – Пушинка. – Любезно представилась первая. Её платье было сшито из перьев. Женщина в сером платье закружилась. Платье на ней распушилось. Вот-вот женщина взлетит, чтобы, облетев дом, приземлиться на мосту.

– Меня зовут Сахарок, – представилась другая. На ней был ослепительно белоснежный наряд из тонких кружев. Шлейф платья «рос» на глазах, словно кто-то постоянно плёл кружево.

– Моё имя – Медок. – Гордо представилась третья. Платье на ней из нежнейшего шёлка раздулось жёлтым парусом. При желании, держась за «парус», женщина по имени Медок могла бы отправиться вниз по реке в далекое путешествие за новыми впечатлениями. Только она не хотела.

Хозяйки сказочного дома стали обнимать малышек. Но Анфисе было не до нежностей, и она объявила:

– Мы торопимся в Новое королевство. Нам нужно пройти через ваш дом.

– Придётся вам переночевать у нас, дети. Утром продолжите путь, – сказала Сахарок.

– Уставших путников в Новое королевство не пускают, – объяснила Пушинка.

– Встретив у воды, их разворачивают прочь, – Медок широко улыбнулась.

Женщины весьма были довольны появлением девочек. Будет с кем поиграть им тёплым вечером.

Уставшие девочки охотно поверили красивым женщинам. Ночью в Новое королевство их не пропустят. Тем более, что человек в плаще говорил о том же.

Человек в плаще, высадив девочек, скрылся в тумане. Усердно гребя, лодочник отправился в свой затон. Там, прячась от ветра и волн, он дождётся новых пассажиров. Время от времени кто-то спускался к реке.

Три женщины провели детей в комнату. Таинственно сверкали стены. Загадочно мерцал потолок.

Стены были натёрты блестящей алмазной крошкой. Потолок разрисован колдовскими красками. Тонкие мазки, нанесенные мастером, приводили в движение птиц.

Прежде Анфиса посещала разные дома. Когда соседи зазывали её в гости, никогда не отказывалась. Снимая обувь у порога, всегда осматривала обстановку.

В чудном доме кругом горели свечи. Пылал огонь в камине. Ничего не укрылось от глаз Анфисы! Только дверь спряталась.

Интерьер дома и вовсе был причудливый. Посреди комнаты расположилась огромная калоша. Такие, только нормальных размеров, горожане обували во время и после дождя. Кто-то натягивал их на туфли и ботинки, чтобы месить грязь по дороге от дома к дому. Мама обувала калоши, направляясь в магазин, на работу или детский сад, чтобы забрать Анфису домой. А у маленькой Анфисы были цветные калоши. В них можно было забираться в огород. В туфлях же скакать между грядками возбранялось.

Большую деревянную калошу расписали цветами – лилиями и орхидеями. Что за талантливый художник потрудился на славу? Из каких далёких краёв он прибыл в дом на мосту? Для создания фантастических цветов, художнику нужно было родиться на жарком юге. Видеть цветение вишни. Наблюдать за полётом пчелы. Стоя на зелёном холме, провожать багровое солнце. Волноваться вместе с природой, вернётся ли божественное светило утром, чтобы своим присутствием возродить жизнь.

– Пора за стол! – пригласила Сахарок.

– Смелей! Не стесняйтесь! – ободрила Медок.

– Стоит подкрепиться! – посоветовала Пушинка.

– А где же стол? – удивилась Анфиса. В комнате стола не было.

Хозяйки дома уверенно забрались в расписную калошу и жестом пригласили девочек. Вот оно что! Чтобы оказаться за столом, нужно было пройти внутрь стола.

К бокам калоши красивые женщины прислонили мягкие подушки. В руках у них появились стаканы с молоком.

Сидеть в калоше было удобно, нисколько не хуже, чем на старом диване.

Зелёный диван числился в семье заядлым путешественником. Когда-то он стоял в доме, где проживали мама, папа и Анфиса. Потом диван решил перебраться в деревню, к бабушке и дедушке. Родители поставили его в большой комнате, где была печь. Уютно сиделось дедушке и бабушке напротив печки на старом диване. Через год диван перетащили на кухню. Там он задержался ненадолго. Дедушка постоянно что-то проливал на него. Потом кочевник-диван перебрался на веранду. Наконец-то он «пришёлся ко двору»! В хорошую погоду дед любил спать на нём. А Анфиса любила деда в любую погоду. Вечерами, когда к окну веранды прилипали то снежинки, то сухие листья, дед и Анфиса под теплым пледом вслух читали сказки.

Три красивые женщины передали детям молоко. Три стакана с молоком достались Анфисе, хорошей Анфисе и смелой Анфисе. Умной Анфисе порции не хватило, и она осталась ни с чем. «Ой-ой! – заволновались женщины, – Молока на всех не хватило!»

– Не переживайте, пожалуйста. – Попросила умная Анфиса. – Я не люблю молоко.

– Мы угостим тебя вкусным печеньем! – нашлись хозяйки.

Тут же появилось ароматное печенье с шоколадной начинкой. Ещё миг назад выпечка была на противне. Печенье хранило жар печи.

Дети приступили к поеданию печенья. Крошки от печенья падали на дно калоши. Хозяйки не сердились. Приветливо улыбаясь, они подбирали за гостями крупинки. Собирая их, складывали на праздничные салфетки.

– Вы такие неряшливые, – сказала Сахарок. – Мы не сердимся на вас.

– Мы любим маленьких девочек, – заметила Медок.

– Мы восхищаемся отважными путешественницами, – подтвердила Пушинка. – Пред ними открываются разные дороги. Ничего не страшась, они выбирают сложный путь. Следуя за мечтой, набивают шишки. Охотясь за птицей счастья, попадают в силки. Нет такой силы, которая могла бы их остановить. Лишь время. С приходом в их жизни осени, когда от стужи сводит руки, ломит ноги и не гнётся поясница, они усаживаются в плетёное кресло, укутываются мягким пледом и рассказывают детям сказки, истории из своей жизни.

Три красивые женщины с умилением смотрели на трёх счастливых девочек. Те же, поедая аппетитные печенья, запивали их сладким молоком. Только умная Анфиса была предоставлена сама себе. Рассматривая обстановку дома, она недоумевала. Чёрные квадраты находились на белой стене. Вначале Анфиса решила, что квадраты – это картины.

Соседка – бабушка Света, её дом стоял за общим забором (когда-то были два забора, потом решили один снести, чтобы лишний забор не мешал свободному проходу), увлекалась живописью. По её утверждению, все картины должны были иметь рамы: тяжёлые, резные, позолоченные, деревянные. Ежели какой-то растяпа забывал, как правильно обращаться с картинами, и не заточал их в роскошные багеты, изображения сердились. Как любой художник бабушка Света была противоречивой особой. В доме у неё оставалось много безрамных и недовольных картин. Пейзажи, хмурясь, показывали всем язык. «Это не язык. Трава колосится на ветру». Отвечала бабушка Света на вопрос девочки Анфисы. На чём бы бабушка ни настаивала, Анфиса оставалась при своём мнении.

– Почему в вашем доме чёрные окна? – спросила умная Анфиса.

Белыми были лишь оконные ручки, прикрученные к рамам. Подоконники вовсе отсутствовали.

– Ночь ведь. – Ответила Медок. – Когда тьма поглощает свет, окна становятся чёрными.

– Ночью окна спят, – пояснила Пушинка. – Чёрным окнам снятся цветные сны. На рассвете окна просыпаются. Отдохнувшие окна вновь становятся белыми.

– А куда делась дверь? – Не отстала Анфиса. – С вашим домом что-то не так.

– Входная дверь отправилась на сеновал, – ничуть не смущаясь, ответила Пушинка. – За долгий день дверь устала. Трудно верно сторожить дом. – Вздохнула она. – Не только хорошие девочки стучатся в дверь.

– Кто же барабанит в ваш дом? – четыре девочки уставились на трёх женщин.

      – Мы их никогда не видели. Мы только слышали их гулкие шаги. – Сказала Медок и изменила голос. Её голос сделался страшным. Грубым голосом она поведала:

– Великаны носят тяжёлые башмаки. Великаны топают так сильно, что раскачивают мост.

– Ой! – Испугалась Анфиса.

– Когда грохочут их башмаки, со стен осыпается штукатурка. – Пожаловалась Сахарок. Прикрыв ладошкой рот, женщина слегка покашляла.

Умная Анфиса хорошо знала, что врушки часто кашляют. Произнесут что-то лживое и сразу «кхекают».

– Вы нам правду говорите? – Умная Анфиса пристально уставилась на неё. Несмотря на то, что Сахарок не отвела взгляд, подвох явно был. Умная Анфиса насторожилась.

– Ты съела своё печенье? – Поинтересовалась Сахарок. Её глаза сузились. Рот искривился. – Нельзя жить с пустым животиком, деточка.

Голос был добрым, а лицо сделалось злым.

«В этом доме всё неспроста». Утвердилась в подозрениях умная Анфиса.

– В пустое пространство может забраться плохое настроение. – Продолжала увещевать Сахарок.. – С испорченным настроением до беды недалеко.

Женщина обворожительно улыбнулась.

«Какие у неё красивые зубы!» Подумала умная Анфиса. «Таких даже не бывает».

Однажды, то ли летом, то ли весной, но точно, что в тёплую субботу, Анфису нарядили в лёгкое платье, кажется, платье было шёлковое. Анфису совершенно не с кем было оставить дома, и мама взяла дочку с собой к стоматологу. В кабинете, где пахло гвоздичным маслом и хлоркой, на стене висел большой глянцевый плакат. Ослепительной внешности модель улыбалась во весь рот. Нарисованные зубы сверкали.

Мама сидела в кресле. Анфиса крутилась на стуле. Стоматолог прятался за «маской».

«Что-то случится». – Подумала тогда Анфиса – и не ошиблась. Леча один зуб, маме повредили соседний. Пришлось сбежать от врача.

В сказочном доме задребезжали стеклянные подвески свечей. Пламя свечей стало принимать разные формы. На пол закапал воск.

Крыльями вспорхнули мифические птицы. Слетев с потолка, отправились в далёкую страну, чтобы свить там гнёзда. Спрятавшись в густой траве, птицы станут высиживать яйца. Придёт срок – из колдовских яиц вылупятся птенцы. Когда птицы с детьми вернутся в дом на мосту, они вновь украсят собой потолок.

На том чудеса не закончились. Исчезла крыша. Открылось небо. Показались звезды. В руках у женщин появились удочки.

– Тайный переход между прошлым и будущим возникает ненадолго. – Громко провозгласила Сахарок.

– Таймер запущен, – сказала Пушинка. – Вместилище звёзд – чистое пространство. – Пушинка склонилась над детьми.

– Делайте, как мы, дети! – Пушинка вручила детям удочки.

– Ну, же! – Приказала Медок.

Хозяйки дома забросили удочки первыми. Поймав звезды, стали тянуть их в калошу. Три девочки и три женщины весело снимали с неба звёздочки. Звезды упирались. Звезды не хотели в конце жизненного пути оказаться на дне калоши. Звезды любили просторное небо.

– Зачем вам звёзды? – спросила умная Анфиса. Ей удочки не досталось.

– Звёзды нам очень нужны! – Признались красивые женщины.

– Чем больше звёзд в калоше, тем меньше добрых желаний у жителей Вселенной. – Сказала правду Сахарок.

– Хотим всем испортить сказочную жизнь. – Хитро молвила Медок.

«Эти женщины говорят правду, но подружки их не слышат. Только я». Думала умная Анфиса. «С этим домом большой непорядок. С неба одна за другой исчезают звёзды. Хозяйки дома срывают их, словно наливные яблоки». Умная Анфиса нахмурилась. И тут она вспомнила, как над их головами прятались звезды. «Звезды боятся!» Догадалась умная Анфиса.

В калоше скопилось столько звёзд, что черное дно калоши засверкало. Тогда крыша встала на прежнее место. Три красивые женщины, взяв на руки трёх девочек, принялись их баюкать. Про умную Анфису словно забыли!

Трещали дрова в камине. Красивыми голосами пели женщины. Широко зевая, засыпали девочки. Деревянные куклы с раскрашенными ртами, не мигая, следили за детьми. Предметы интерьера выглядели живыми. В углу зашевелился железный стул. Ему неудобно было стоять на трёх кованых ногах. Ваза для цветов, подбоченившись, переставила глиняные ручки с места на место. Хрустальная сова приоткрыла жёлтый клюв.

– Что это за дом такой подозрительный? – спросила умная Анфиса у совы. Птица не проронила ни слова. Девочке подумалось, что ей всё почудилось.

На каминной полке лежал старый альбом. Стоило раскрыть его! С жухлого снимка – по всему видать, фотографии было много лет, – смотрел клоун в цветных одеждах. Рядом с ним стояли три красивые женщины в чудесных платьях. Несмотря на то, что снимок оказался затёртым, без труда можно было узнать хозяек дома.

      «На память моим подружкам: Ложь, Хитрость и Лукавство. От Похитителя конфет». Был подписан снимок.

Под треск поленьев крепко спали три красивые женщины. Меж ними беспокойно ворочались три девочки. Прежде, чем уложить гостей на пол, красивые женщины раздали им пледы. Шерстяные пледы были большие, а девочки – маленькие. Если прилечь на одну часть ткани, другой стороной можно укрыться. Шерстяные пледы «кусались». Полночи девочки чесались. Под утро, освободившись от пледов, оказались на полу. Деревянные доски, натёртые льняным маслом, были такие чистые, что поблёскивали в темноте. Днем хозяйки дома ступали по ним босиком, свою нарядную обувь они оставляли за порогом.

Ночью на блестящем полу три девочки медленно уменьшались в росте.

Умная Анфиса склонилась над подружками: «Проснитесь! Мы должны покинуть этот страшный дом!»

Первой проснулась смелая Анфиса.

– С места не сдвинусь! Мне и тут хорошо. В доме безопасно. За стенами бродят великаны.

– Нас любят. Носят нас на ручках. Угощают молочком, – сказала хорошая Анфиса. – Я буду жить с красивыми женщинами.

– Навсегда останусь в чудесном доме! – заявила Анфиса. Она проснулась позже всех. – С красивыми женщинами можно ловить звёзды на удочку. Ничего интересней в жизни не делала!

– Хозяйки дома знают Похитителя конфет. – Сказала умная Анфиса.

Девочки ей не поверили. Ведь умной Анфисе не хватило вкусного молока.

Тут в разговор встряла Сова:

– Красивые женщины испортили мне судьбу. Теперь взялись за ваши жизни.

– Ты разговариваешь! – обрадовалась умная Анфиса. – Я сразу поняла, что ты живая! Но потом – засомневалась.

– Во мне сохранилось немного тепла, – вздохнула хрустальная Сова. – Раньше у меня были перья. Мягкие. Густые. Теперь мои перья принадлежат ей. – Сова указала на женщину в сером платье. – Зовут её на самом деле – Хитрость. – Из глаз хрустальной Совы полились настоящие слёзы. – Хитростью она выманила меня из любимого леса.

Тут женщина в жёлтом платье захрапела так, что задрожали стены.

– Лукавство. – Представила её Сова. – Большой коллекционер. Охотится только за чистыми душами.

– Зачем ей чистые души? – Спросила Анфиса.

– Они ей нужны, чтобы легко снимать звёзды. Звёзды верят тем, кто светел душой.

В красивом доме маленькие девочки встретились с опасными женщинами!

– Их сестрица – Ложь, – продолжила Сова и указала на женщину в белом платье.

Из изящных кружев стали выползать толстые гусеницы. Чтобы насекомые не забрались в носочки, смелая Анфиса погнала их обратно – в затейливые кружева.

– Страшно! – испугались дети.

– Жуткий дом, – подтвердила Сова. – Три женщины – плохие хозяйки. Всё у них подгорает. И каша, и блины. Они не любят наводить чистоту.

– Придираешься, Сова, – не согласилась Анфиса. – Печенье было вкусное. И в комнате – прибрано. Ни пылинки. Ни соринки.

– Всю работу по дому выполняют слуги.

– Где же они?

Анфиса огляделась. Слуг в доме не было.

– С заходом солнца хозяйки превращают их в предметы, чтобы не сбежали. Например, стул – повар, метла – горничная, лопатка для угля – садовник, перьевая ручка – художник. Бедный художник! Ему более всех не повезло. Его редко расколдовывают. Лишь в день художника он радуется жизни. Художнику возвращают его кисти и разрешают писать картины.

– Почему мы сразу ничего не поняли, не догадались!? – расстроились дети.

– Они прятали от вас свои глаза, – пояснила Сова. – Эти женщины могут одурачить кого угодно, а не только маленьких девочек.

– Они обманули отца Джона! – догадалась Анфиса.

– Да. – Согласилась Сова. – Потому он и оставил свою семью! Человеку кажется, что красивые женщины лучше, чем его злая жена. Теперь рыбак прислуживает хозяйкам дома. Рыбак ловит тех, кто идет в Новое королевство со стороны реки.

Сова много знала о доме. Она давно покинула лес. В красивом доме колдуньи занимались страшными делами. Ложью, хитростью и лукавством портили гостям хорошие намерения. С плохими мыслями легко угодить в армию Похитителя конфет.

Похититель конфет был непрост. Он не собирал конфеты в кулёк. Похититель конфет, подчиняя конфеты, создавал армию.

– Когда конфетное воинство станет большим, Похититель конфет отправится завоёвывать соседние страны, – сказала Сова.

– А что же королева? – спросила умная Анфиса. – Как она поживает?

Время от времени Сову отпускали полетать. Сова должна была знать, что происходит в Новом королевстве. Действительно, птица оказалась хорошо осведомлённой.

– Королеву держат в замке. Её караулят самые смелые солдаты. Лишь они отважились сторожить правительницу.

– Почему подданные боятся королеву? – Спросила Анфиса.

– У королевы новые глаза. – Ответила Сова.

– Что-то здесь не так, – задумчиво потянула Анфиса.

– Всё не так, – подтвердила хрустальная Сова. – Девочки, вам нужно бежать из опасного дома. Поторапливайтесь! Скоро рассвет. Вот-вот проснутся хозяйки. Они вас не отпустят. Вы навсегда останетесь с ними.

– Зачем мы им? – удивились девочки. – Мы же только дети. Мы не можем работать.

– Вы им понравились, – вздохнула Сова. – Колдуньи прежде не встречали таких хорошеньких девочек. А тут – вы сами пожаловали! Они будут рады с вами играть, заплетать вам косички. На ночь станут рассказывать сказки. У трёх колдуний нет своих дочерей. В колдовском доме вы навсегда останетесь маленькими. Уходите немедленно! – потребовала Сова.

– Ничего не получится, – засомневались дети. – Дверь спряталась.

– Можно пролезть через окна, – предложила Сова.

– Они чёрные! – возмутились девочки.

– Всё, что с одной стороны чёрное, с другой – белое. – Сова ловко подтолкнула девочек в сторону чёрных окон.

– Мы испачкаемся! – Воспротивились те.

– Поторапливайтесь, глупые! – прикрикнула Сова.

Пришлось гостям лезть через чёрные окна. Пролезая через них, дети испачкались с ног до головы. Не просто им будет смыть колдовскую краску!

– Уф-уф! – облегчённо выдохнула Сова. – С трудом выставила…

– Молодец, Сова! – Похвалили птицу хозяйки дома. Колдуньи специально претворялись спящими. На самом деле они следили за детьми.

– Скоро девчонки доберутся до замка, – сказала Ложь.

– В замке всё сделают за нас! – обрадовалась Хитрость.

– Когда трон освободится, мы займём его! – объявила Лукавство.

      «Оживите!»; «Отпустите!»; «Мы хотим домой!»

Наперебой заговорили стулья, статуэтки, куклы, вазы. Ложь, Хитрость и Лукавство зло шикнули на них, и голоса тотчас смолкли. А три женщины, предвкушая успех, заплясали. Дверь вернулась на место. Не сразу. Вначале набухла стена. Потом появились плинтусы. Под конец – сама дверь со щеколдой.