Мировая война: Россия и Зарубежье

Антон Иванович Деникин

Мировая война: Россия и Зарубежье

© ООО «Издательство «Вече», 2026

А.И. Деникин и его книга «Мировая война: Россия и Зарубежье»

Александр А. Строканов

Вермонтский государственный университет, Линдонвилл, Вермонт, США, Самаркандский государственный университет, Самарканд, Узбекистан.

Елена В. Строканова

Вермонтский государственный университет,

Линдонвилл, Вермонт, США.

Генерал-лейтенант Антон Иванович Деникин является одним из наиболее известных и подлинных патриотов России с удивительной судьбой. Родился он в 1872 г. в семье майора погранслужбы, бывшего крепостного крестьянина, отданного в рекруты его помещиком и дослужившегося до офицерского звания. А.И. Деникин – участник Русско-японской войны и один из наиболее талантливых генералов Русской императорской армии в период Первой мировой войны. Один из основных руководителей Белого движения в годы Гражданской войны, Главнокомандующий Вооружёнными силами Юга России (1919–1920). С апреля 1920 г. в эмиграции, сначала в Англии, потом в Бельгии, Венгрии и Франции, где жил с 1926 по 1945 г. В декабре 1945 г. переехал в США, где умер в 1947 г. В 2005 г. его прах, а также его жены Ксении Васильевны, был перевезён в Москву и захоронен в Донском монастыре. А.И. Деникин широко известен как публицист, писатель, мемуарист и военный документалист. Он оставил после себя значительное количество работ, первоначально опубликованных за рубежом, а после 1991 г. и в России. Появилось немало книг и о самом генерале Деникине [Лехович, 1992, 2004; Черкасов-Георгиевский, 1999; Козлов, 2000; Ипполитов, 2010].

Большая часть документов А.И. Деникина находится в США в Бахметевском архиве (Bakhmeteff Archive) русской и восточноевропейской истории и культуры Колумбийского университета, одном из основных архивов русской эмиграции. Он был создан в 1951 г. по инициативе русского и американского учёного, посла Российского Временного правительства в США Бориса Александровича Бахметева, собиравшего документы русской эмиграции в течение всей своей жизни. Позднее архив был назван его именем. В настоящее время в нем находятся около двух тысяч открытых для исследователей фондов, насчитывающих более двух миллионов единиц хранения. В Бахметевском архиве сохранены документы многих известных эмигрантов, в том числе российских военачальников, генералов А.П. Кутепова, А.А Брусилова и многих других. Там же находится и фонд генерала А.И. Деникина. Этот фонд был создан после передачи архиву материалов вдовой генерала, К.В. Деникиной (1892–1973). Фонд насчитывает более 20 тыс. единиц хранения. Больше узнать о Бахметевском архиве можно в многочисленных публикациях о нем [Будницкий 2001, Свойский 2012, Муромцева 2016].

Именно в этом фонде находилась ранее не издававшаяся рукопись книги А.И. Деникина, названная им «Мировая война: Россия и Зарубежье»[1]. Попытки найти в российской или зарубежной историографии анализ этого произведения не увенчались успехом, и даже ИИ (ChatGPT) оказался «не в курсе» этой работы.

Сначала несколько общих характеристик этого архивного документа. Он напечатан на пишущей машинке, и первые 160 страниц пронумерованы, но далее идут примерно ещё 60 страниц, начинающиеся снова с первой страницы, хотя они явно принадлежат этой же книге и являются ее седьмой и восьмой частями. На машинописных страницах много пометок, сделанных рукой А.И. Деникина, и две страницы представляют из себя его рукопись. В целом текст данного документа занимает более 220 страниц. В книге 8 частей и 27 глав, на которые подразделяются части. Страницы книги находятся в трех папках.

Часть первая (главы 1–3) посвящена видению автором книги причин Второй мировой войны. Он усматривает их не в противопоставлении демократии диктатурам, а в том, что произошло перед этим. Он пишет, что причинами войны были, во-первых, выпадение из нормального международного оборота великой Российской империи. Во-вторых, возрождение германской вооруженной силы, и, в-третьих, военная неготовность Англии и Франции. При этом генерал пеняет «западным демократиям» на то, что они не помогли Белому движению победить большевиков, «что если бы тогда они поняли и помогли нам восстановить Национальную Россию, разве возможна была бы нынешняя катастрофа с морем человеческой крови…» [2]Таким образом, ответственность за то, что случилась новая война, лежит и на западных странах. Такое видение причин этой войны известно и современным исследователям, которые полагают, что война не была бы возможна, если бы не большевистский переворот в октябре 1917 г.

Далее А.И. Деникин переходит к анализу российских эмигрантских политических течений, действовавших накануне и в период войны. Особое внимание уделяется автором военным организациям, наиболее многочисленным из которых был Русский Общевоинский Союз (РОВС). Автор книги так оценивает эту организацию: «Раздираемый внутренними междоусобиями… Союз перед войной был теоретически немецкофильским, практически – без определенного лица»[3]. В этой связи особый интерес представляет для историков переписка, приводимая в тексте книги между генералами и руководителями РОВС Алексеем фон Лампе[4], Павлом Кусонским[5] и Евгением Миллером[6] в 1935 г. В ней раскрываются детали взглядов русской военной эмиграции на складывающуюся перед войной ситуацию в Европе и попытки генерала фон Лампе отмежеваться от Деникина, с явным желанием выслужиться перед германским руководством. Представляет интерес и анализ автором книги позиции, занятой главой императорского дома Романовых, великим князем Владимиром Кирилловичем[7]. А.И. Деникин весьма скептически относится к данной персоне и явно не разделял монархических взглядов. Как становится ясно из этой части книги, генерал Деникин никогда не разделял и «немецкофильских» взглядов части русской эмиграции.

Говоря о пакте Молотова – Риббентропа, генерал Деникин считает его «взаимным обманом», анализирует реакцию на него в других странах. В частности, он приводит целый ряд оценочных высказываний французской печати: «Русская армия всегда стоила немногого. Ее били немцы, били японцы, били англо-франко-турко-пьемонтцы… Варвары с Востока… Сталин не изменил варварского характера России… Россия – это монструальный конгломерат территорий, позорящий нашу планету… Собственно, она не представляет из себя государства, так как степи плюс степи не образуют отечества»[8]. А.И. Деникин с негодованием отзывается о таких статьях, напоминая их авторам, что «бивали и Францию, но мы не злорадствовали, видя её несчастье… Что Пётр Великий бил шведов, генералы Апраксин и Салтыков били Фридриха Великого, фельдмаршал Суворов бил Моро, Макдональда и Жубера, Кутузов бил Наполеона…»[9]. Заметим, что тогда генерал со своей женой и дочерью уже длительное время проживали во Франции, и читать подобные высказывания французской печати ему было очень больно. Русофобия французской, и в целом западноевропейской, прессы явно претит генералу, любящему Россию и относящемуся с глубоким уважением к ее армии и русскому солдату.

Интересен и тот факт, что, как пишет А.И. Деникин, к концу 1939 г. европейские державы больше не стремились «предотвратить надвигающееся бедствие, а лишь судорожно искали благоприятных политических и военных комбинаций»[10]. Таким образом, ответственность за начало и непредотвращение Второй мировой войны, согласно генералу Деникину, лежит на всех европейских странах.

В начале второй части книги (главы 4–7) ее автор пишет об отношении эмиграции к вышеупомянутому пакту, войне с Финляндией и последующими за ними событиями. Хотя и не соглашаясь с тем, как это было сделано советским руководством, А.И. Деникин одобрительно заключает: «Без сражений, потерь и затрат Советы восстановили прежние государственные границы Российской империи… и присоединили исторические русские земли Восточной Галиции и Буковины»[11]. И хотя генерал критикует большевиков за причиненные бедствия присоединенным к СССР перед войной территориям, он заявляет: «Мы желали всегда воссоединения отторгнутых и отторгнувшихся от России областей, воссоединения ополячиваемых, обрумыниваемых, омадьяриваемых русских людей – называют ли их белорусами, украинцами, русинами… И не только для пользы и величия Российской империи, но и для блага ее народов. Ибо последние черные годы показали, что маленькие республики, выкроенные из российских губерний… были только игрушками в руках могущественных соседей»[12]. Параллели с сегодняшним днем и положением русских людей, оказавшихся после 1991 года за пределами Родины, будут весьма кстати, как и то, как используются некоторые бывшие союзные республики против России.

Говоря о последствиях заключенного большевиками в 1921 г. Рижского договора, генерал уделяет особое внимание гонениям в Польше на православную церковь. Он пишет о принудительной полонизации церковного богослужения, прямом закрытии и разрушении храмов: «В 1938 г. за один только месяц в Холмщине, Полесье и Подляшье было разрушено 114 церквей – с кощунственным поруганием святынь, с насилиями и арестами священников и верных прихожан»[13]. Читая эти строки, трудно отделаться от мыслей о том, что происходит сегодня на Украине и в некоторых прибалтийских республиках. Методы, как видим, и в XXI в. все те же, стремление к разрушению единства православных людей и их отрыву от духовных связей с Россией. Этому можно удивляться, но ничего нового в этом нет, и, как мы видим, А.И. Деникин писал об этом прямо в свое время.

На завершающих страницах этой части дается анализ военных действий Германии против ее западных соседей и формирования прогерманского альянса с вхождением в него Венгрии, Румынии и Болгарии. При этом не без укора генерал замечает, что последняя заключила пакт с Германией 1 марта, в годовщину своего освобождения от турецкого ига, когда повсеместно в стране служили панихиды по Царю-Освободителю и русским воинам, павшим за освобождение Болгарии. Предательство собственного народа стало характеристикой болгарской элиты. Так было во время Первой и Второй мировых войн, то же самое происходит с ней и сегодня, когда уничтожается сотрудничество с Россией, и руководство страны сильно больно русофобией, хотя всем прекрасно известно, что никакой угрозы Болгарии Россия никогда не несла и не несет сейчас.

Особое внимание в книге уделяется разгрому Франции, а также причинам столь слабого сопротивления, оказанного агрессору. А.И. Деникин восклицает эмоционально: «Битва Франции длилась всего 42 дня!»[14]

В книге детально описывается и реакция русской эмиграции на эти события, анализируются статьи в газете «Новое слово», претендовавшей на то, чтобы называться кафедрой русской эмиграции. Генерал очень критично оценивает эту претензию. Он беспощаден к философу Вл. Ильину, сравнившему в своей статье фашистскую Германию с побеждающей в битвах Военачальницей, Девой Богородительницей. Деникин негодует: «Так кощунственно покровом Богоматери осенял Ильин разгром Германией Польши, Франции, Бельгии, Голландии»[15].

Третья часть книги (главы 8—13), одна из самых объёмных, посвящена началу «германо-советской войны». Она начинается с объяснения целей войны для Германии и описания хода военных действий в 1941 и 1942 гг. А.И. Деникин еще раз подчеркивает, что это не идеологическая война, а война за ресурсы Востока, за уголь, железо, нефть. Генерал пишет: «22 июня германские армии вторглись в пределы России. К ним постепенно присоединились финны, итальянцы, венгры, румыны, словаки, хорваты. Если к этому добавить символические «легионы» добровольцев датских, голландских, бельгийских, французских и испанских, то получится поистине картина нашествия на Россию тевтонов и с ними двунадесяти языков»[16]. А.И. Деникин не стеснялся, как это было присуще советской историографии, обратить внимание читателя на то, что против СССР воевала практически вся Европа, включая и нейтральную Испанию или оккупированную Францию, пославших своих легионеров на Восточный фронт. И опять напрашиваются параллели с сегодняшним днем и попытками «объединенной Европы» нанести поражение России на поле боя на Украине. Здесь и поставки оружия, и «добровольцы-наемники», и разведданные.

С явными душевными страданиями описывает А.И. Деникин первые месяцы войны и вполне объективно перечисляет причины неудач Красной армии. Он называет недочеты самой армии, бесталанность некоторых полководцев, вроде Ворошилова и Будённого. Однако, как он отмечает, к концу 1941 г. в Красной армии произошел моральный перелом, сменилось руководство фронтов с приходом таких командующих, как маршалы Мерецков, Тимошенко и генерал Жуков. Особое значение автор книги придает сражению за Ржев. Он пишет, что это слово в течение многих месяцев звучало в мировой печати и по радио. Московское сражение было проиграно немцами, подытоживает автор. Далее он подробно описывает основные сражения весны и лета 1942 г. и делает заключение, что «народ русский не принял немецкого владычества, несомого под личиной «освобождения», и что Красная армия воспрянула духом»[17].

Описывая события на Тихом океане, А.И. Деникин заявляет: «Японское наступление произведено было с необыкновенной стремительностью и головокружительным успехом, выяснив лишний раз изумительную неподготовленность и военную слабость Англии и Америки, и порочность их военной системы мирного времени»[18]. Генерал пишет, что хотя Япония и не решилась напасть на СССР, тем не менее «нельзя забывать, что пан-азиатские съезды и мусульманские конгрессы, устраиваемые в Токио, неизменно требовали освобождения «угнетаемых Россией» народов Сибири, Поволжья и Среднеазиатских областей»[19]. Автор книги пишет и о военных действиях в Северной Африке. А затем переходит к взаимоотношениям СССР с Англией и США, формированию антигитлеровского союза и теме второго фронта.

Генерал весьма детально описывает систему управления странами гитлеровской «оси» на оккупированных ими территориях. Особое внимание он уделяет областям Украины и Белоруссии, отмечая, что политика расчленения велась и в области церковной, где «немцы оставили за собой руководство церковным управлением, образовав ряд автокефальных или автономных церквей: в Польше, в Прибалтике, в Белорусии, две на Украине… – 6 независимых друг от друга иерархий»[20]. Деникин описывает назначение епископов немецкими властями, а также по сути «полицейские обязанности» и «присягу», которую от них требовали. Он обращает внимание и на переименования городов и улиц. И опять это звучит как события из нашего времени как в отношении создания новых автокефальных церквей, так и с переименованием городов, площадей и улиц, «отменяя» все русское и давая им имена нацистских коллаборантов и преступников.

Пишет он и о немецких планах колонизации России с обещанием от 20 до 40 га земли, кредитов и бесплатного снабжения техникой сотням тысяч немецких крестьянских дворов, что должны были быть созданы в ближайшее время. А.И. Деникин анализирует систему денежного обращения на оккупированных территориях и отмечает: «Денежный печатный станок стал гигантским насосом, выкачивающим из нищей, голодной России последние её жизненные соки. Ибо для немцев все реквизиции, казенные и частные «покупки» становились совершенно бесплатными или, если хотите, обходились в заготовительную цену бумаги и краски для кредитных билетов»[21].

В книге содержится много интересного материала на тему о советских военнопленных. Он приводит слова русских переводчиков на германской службе, а также свидетельства французских военнопленных, сравнивающих свое содержание в плену с тем, в котором находились русские.

Генерал А.И. Деникин приходит к очень важному и сегодня выводу, что «это отнюдь не эпизоды, а система. Германский народ многими годами воспитывался в определенных взглядах на Россию, русское достояние, русский народ, русского солдата»[22]. Интересен тот факт, что А.И. Деникин пишет не о Гитлере и нацистах, а обо всем «германском народе». В подтверждение своих слов он приводит цитату немецкого доктора Фридриха, заявлявшего: «Подобно тому, как современная Америка является продуктом европейской колонизации, так же и территории, освобожденные от советского ига, призваны стать объектом европейской колонизации… Никогда еще со времен открытия Америки подобный шанс не был предоставлен Европе. Ее черед доказать, что она сохранила достаточно молодости, энергии и порыва, чтобы этим шансом воспользоваться»[23].

Четвертая часть книги (главы 14–16) полностью посвящена поведению русской эмиграции в годы войны. Она открывается рассказом о первой реакции эмигрантских военных организаций во Франции, возглавляемых генералами Гулевичем[24], Граббе[25], Эристовым[26] на начало германо-советской войны. Как пишет Деникин, «эти лица выражали «горячую радость» по поводу начатой «Великогерманией» войны для «уничтожения большевизма» и просили принять во внимание их полную готовность… содействовать скорейшей победе и восстановлению порядка и социальной справедливости на нашей Родине»[27]. Начальник РОВС Архангельский[28] написал записку германскому командованию «о готовности РОВС принять участие в борьбе с коммунизмом»[29]. Схожие заявления были сделаны генералами Абрамовым (в Болгарии)[30], Витковским (во Франции)[31]. Не стоял в стороне и великий князь Владимир Кириллович, заявивший в своем обращении 26 июня 1941 г.: «Обращаюсь ко всем… сынам нашей Родины с призывом: способствовать… свержению богоборческой большевистской власти и освобождению нашего отечества от страшного ига коммунизма»[32].

А.И. Деникин пишет об этом с раздражением, вызванным подобного рода заявлениями части русской эмиграции, ее военного крыла, которые он никогда не разделял. Пишет он и о реакции германского руководства на все эти обращения, которая была доведена до сведения эмигрантов начальником русского эмигрантского управления в Берлине генералом Бискупским[33]. «Вопрос о предоставлении права русской национальной эмиграции в целом принять участие в событиях, происходящих на нашей Родине, в настоящий момент не считается актуальным»[34], – отмечает он. А.И. Деникин упоминает о нескольких, в основном неудачных, попытках отдельных представителей эмиграции войти в состав разных воинских формирований, таких как Французский[35] и Валлонский легионы[36]. Он приводит слова главы РОВС: «Даже к участию в «голубой»[37] испанской дивизии не были допущены белые русские… Для нас это было и горько, и обидно»[38]. Однако, как отмечает автор книги, не все эмигрантское сообщество разделяло германофильские взгляды. Поэтому оккупационные власти вскоре после начала войны «реорганизовали» РОВС, отстранили его центральный орган и подчинили отделы организации в каждой стране специально учрежденным эмигрантским управлениям. По мнению А.И. Деникина, немцы так относились только именно к русской эмиграции.

Уделяет автор книги внимание и контролю немецкими властями над русской эмиграцией, и какую роль в этом сыграл «гауляйтер» Жеребков[39] во Франции. Не обходит автор стороной и вопросы контроля немцами над зарубежной Русской православной церковью, а также над издаваемой в Париже эмигрантской русскоязычной газетой «Парижский вестник». А.И. Деникин разоблачает софизмы, популярные в «Парижском вестнике», которыми пытались отравить русскую эмиграцию. В качестве примера он приводит следующие утверждения: «России нет! Есть только СССР. А потому никакого покушения на Россию нет и не может быть» (Стеблин-Каменский) … «Не завоевание России, а Советского Союза» (Жеребков) … «Где Россия? Нет России», – твердил многократно ген. Краснов»[40]. Стеблин-Каменский на страницах «Нового слова» пишет: «Если бы мы предложили… что владения бывшей нашей империи, находящейся во власти III Интернационала, будут после свержения большевиков полностью разделены между её соседями, то и такое решение вопроса нужно считать большим благом с точки зрения национальной»[41]. Договариваться до таких вещей, пишет А.И. Деникин, «мог человек или психически ненормальный, или запродавший свою совесть».[42]

Негодует автор книги и когда рассказывает о попытках продавшейся немцам эмиграции использовать в своей пропаганде русских святых, якобы вымоливших у Всевышнего эту войну, и необходимости кровопролития для нравственного очищения русского народа, повинного во зле. А.И. Деникин пишет: «Я видел фотографию ген. Краснова в немецкой форме… Но рядить в германскую форму российских войск Победоносца, генералиссимуса Суворова – это величайшая пошлость и кощунство»[43]. Вместе с тем А.И. Деникин был убежден в том, что «русская эмиграция в массе своей не потеряла подлинного национального самосознания… нутром своим умела отличать помощь от порабощения, освобождение от завоевания, и с немцами сама не пошла»[44]. Однако, утверждает автор книги, гораздо хуже обстояло дело в Югославии, где эмигрантское германофильское руководство подавляло несогласных со своей линией и смогло сформировать из русских эмигрантов Охранный корпус[45], который получил очень печальную известность в стране за свои преступления против народа Югославии.

Пятая часть книги (главы 17–18) начинается с анализа ситуации на фронте к осени 1942 г., а затем автор переходит к главному сражению на рубеже 1942 и 1943 гг. На протяжении всей книги А.И. Деникин часто упоминал город Царицын. Но в описании сражения на Волге он, пожалуй, впервые называет город Сталинградом. Вот цитата из книги: «3 февраля освобожден был Царицын. 250‐тысячная немецкая армия погибла или была пленена…«Сталинград» был первой русской победой столь крупных размеров; он стал поворотным пунктом военных операций на Востоке; он развеял легенду о непобедимости немцев… Увы, Сталинград, а не Царицын!»[46]. Вероятно, очень непросто дались ему последние слова, но он все-таки их написал, поскольку это было правдой. Это была именно Сталинградская битва, такой она и вошла в историю.

Далее автор книги описывает Курскую битву, форсирование Красной армией Днепра и освобождение Украины, снятие блокады с многострадального Петрограда – так он продолжает называть этот город. В ходе обсуждения боевых действий генерал А.И. Деникин дает характеристики советским военачальникам, часто упоминая генералов Ватутина, Конева, Малиновского, маршала Жукова и других. Удивляет только то, как он пишет о гибели генерала армии Н.Ф. Ватутина, погибшем после ранения, от боевиков УПА. Деникин же пишет о заболевшем Ватутине, умершем «под ножом хирурга»[47]. Остается непонятной такая неинформированность А.И. Деникина о настоящих причинах смерти Н.Ф. Ватутина и полученных им ранений от рук украинских националистов.

Особое внимание автор книги уделяет немецкой пропаганде, считая ее одной из причин, приведших к поражению Германии, и заявляя, что никогда еще, вероятно, это оружие борьбы не наносило такого вреда собственной стране. Среди ошибок немецкой пропаганды А.И. Деникин указывает на «высокомерие «высшей расы» по отношению ко всем иным, признание своего «первородства» … презрение к врагу и ложь – систематическая, рассчитанная … на круглых дураков»[48]. В книге приводится немало примеров такой пропаганды, и они будут очень интересны для читателя. Далее автор подводит итог: «Как бы то ни было, никакие ухищрения не могли умалить значения того факта, что Красная армия дерется с некоторых пор искусно, и русский солдат самоотверженно. Одним численным превосходством объяснить успехи Красной армии было нельзя»[49]. Здесь А.И. Деникин вступает в заочную полемику с теми западными историками, да и политиками, кто пытался объяснить победы Советского Союза просто численным превосходством населения страны над населением Германии. Не стоит забывать, что Гитлер имел мобилизационный ресурс больше советского, учитывая, что под его контролем была практически вся Европа.

Отмечает автор книги и смену риторики И.В. Сталина, который с 1942 г. «заговорил о священном долге защиты Родины»[50]. Генерал утверждает, что «под знаком интернационала прошли бесславная финляндская компания и разгром немцами Красной армии на путях к Москве; под лозунгом защиты Родины произошел разгром германской армии»[51].

В части шестой (главы 19–21) автор книги анализирует формирование немцами воинских частей из российских военнопленных, создание Русского освободительного движения (РОД) и Русской освободительной армии (РОА), а также казачьих подразделений и их вождей. А.И. Деникин пишет, что «российские формирования сводились в отряды не свыше батальона, иногда полка, и включались в состав немецких полков. В административном отношении ими ведал в каждой армии особый немецкий генерал, а общим «командиром Добровольческих войск» состоял ген. Кострин»[52]. А.И. Деникин подводит итог словами: «Так или иначе, но ген. Власов, «Русский Комитет» и «РОД», независимо от их воли и намерений, стали орудием немецкой пропаганды и идеологическим прикрытием для вербовки немцами русского «пушечного мяса»[53]. Автор книги критично оценивает и взгляды лидеров РОД и РОА. Он обвиняет их в непонимании Белого движения, продаже национальных интересов России немцам и т. д. Таким образом, А.И. Деникин высказывается против «деяний» Власова, Краснова и др. в их попытках использования советских военнопленных на стороне нацистской Германии. Вместе с тем он с сожалением пишет о тех солдатах, что «поверили» Власову и другим коллаборантам, объясняя их решение своеобразным тупиком, в который они попали, оказавшись военнопленными, особенно в первые два года войны.