В Академию – инкогнито

Все с нетерпением ждали обещанной Занозой помолвки. Вот только сама Заноза не смогла узнать своего «жениха», ха-ха-ха! Три молодых человека оказались одеты в похожие костюмы. Королева ливера была уверена, что её жених должен был одеть именно такой костюм. Но она не знала, к кому из них подходить. И смех, и грех!

В итоге она потанцевала с каждым из них. А что им было делать? Не отправлять же девушку гулять дальше по залу. Они вежливые молодые люди. Воспитанные. В отличие от самой девушки.

Когда Лили с Кэтрианой зашли в зал, они решили постоять возле фуршетных столов. Оборотница от волнения сильно проголодалась.

– Лияла, ты сильно хочешь танцевать? – спросила Кэтриан, голодным взглядом гипнотизируя столы, полные закусок.

– Нет, Кэт, – тихо ответила ей Лили. – только не называй имён громко, тут же маскарад. Зачем лишать остальных интриги, – она мягко улыбнулась.

Возле стола с лёгкими закусками Лили совсем не легко «подвинула» с дороги всё та же Заноза, Сансевьерия:

– Осторожнее нужно быть, – кинула она раздражённо, даже не подумав извиниться.

Лили чуть не упала на красавчика в мерцающей маске. Он вежливо подхватил её под локоть, не дав упасть. А потом взял за руку, помогая подняться:

– Как Вы себя чувствуете? – услышала Лили такой знакомый голос. – Может быть проводить Вас к диванчику?

Лили лишь покачала головой, осторожно высвобождая свою руку.

– О, дорогой! – раздался над её ухом радостный вопль Сансевьерии. – Ты решил одеться в другой костюм? А я тебя ищу по всему залу!

И она буквально повисла на шее незнакомца в маске.

– Леди, – попытался тот отцепить Занозу от себя. – Вы меня с кем-то перепутали. Я ни с кем не договаривался о встрече тут. Да меня пригласили буквально вчера. Так что мы не можем быть знакомы. И, извините, но знакомиться с Вами я не испытываю ни малейшего желания.

Ему всё же удалось отцепить от своей шеи эту липучку. Но Лили уже скрылась среди танцующих пар. И как бы демиург её не выискивал в толпе танцующих адептов, но так и не нашёл. А Лили мысленно поблагодарила свою Пра за предусмотрительность: её наряд был с секретом, при желании мог сменить цвет. И артефакт изменения внешности весьма помог, сменив цвет волос на другой оттенок.

Зато подруга сразу её узнала, по походке. Кариатандина подкралась сзади и тихо сказала над самым ухом:

– И от кого это мы прячемся?

– Уф, напугала, – прижала ладонь к сердцу Лили. – Нельзя так подкрадываться. Ер ещё не прибыл?

– Нет, он будет чуть позже, – ответила ей подруга. – Кстати, Кора тоже обещала быть.

– И как это её папочка отпустил? – смеясь, спросила Лили. – Он ведь над ней так трясётся.

– Да она ему такую истерику закатила, что устала уже изучать все эти рода эльфов, их этикет и прочее. Что она готова сбежать в любую академию, только чтобы от неё все отстали. Вот он и согласился с её участием в маскараде в нашей академии. Правда, под ответственность принцев нагов.

– Однако! – присвистнула Лили, что с ней происходило лишь в минуты наивысшего волнения. – А как мы её узнаем? Или она нас?

– Ну, об этом могла бы и не спрашивать, – рассмеялась Дина. – как я тебя всегда узнаю, а ты меня? Так и она нас узнает. Мы же ближе, чем сёстры. Роднее, чем родные. Кстати, а вот и Ермунганд пожаловал. Пора мне переодеваться, – с этими словами Кариатандина покинула подругу, оставив её одну.

– Разрешите пригласить Вас на танец? – услышала Лили рядом.

Отказываться от танца девушка не собиралась. Она получала истинное наслаждение от кружения на паркете. Танец сменялся танцем, кавалеры словно соревновались, кто раньше пригласит Лили на танец. Подошёл и Он. Демиург.

– Вы позволите пригласить Вас на следующий танец? – вопрос был с подвохом.

Следующим был танец, напоминающий земной венский вальс. Но в обществе было принято, что этот танец танцуют состоявшиеся пары, либо уже помолвленные, либо собирающиеся объявить о помолвке. И кавалеру было прекрасно известно об этом.

– Вы специально меня провоцируете? – спросила у него Лили.

– Можно сказать и так, – ответил Дэм. – С одной стороны, меня к Вам влечёт. С другой, я не желаю этот танец танцевать с той особой, что повисла на моей шее, когда я оказался в зале. А она следит за мной горящим взором. Соглашайтесь, Вас это ни к чему не обяжет. А меня Вы спасёте, буду должен желание. Так как?

Лили глянула в сторону, куда панически косил глазом демиург. Королева ливера решительно направлялась к ним. Почему-то девушке стало жаль несчастного, она подала ему руку и направилась к танцующим парам. Среди пар она увидела и Ера с Диной, и Альберихта с его невестой, и даже Кору с каким-то эльфом. Эльф, конечно, был под чарами, скрывающими его внешность, и выглядел человеком. Но Лили видела сквозь эти чары, благодаря своему артефакту.

Танцевать с Дэмом было так естественно, словно они всегда танцевали только вдвоём и ни с кем больше. Вновь появилось ощущение близости, какого-то родства. Такие же ощущения девушка испытывала при танце на балу в своём замке, когда незваный гость закружил её в танце. Вот только в тот раз он сразу после танца сбежал, а в этот раз в роли Золушки будет Лили.

– Простите, мне нужно срочно выйти, – пролепетала она, как только танец завершился.

– Позвольте проводить Вас, – произнёс её кавалер, утверждая, не спрашивая.

– Если только до дверей зала, – поставила Лили условие.

Ей вовсе не хотелось, чтобы Он видел её реальную внешность. Всё-таки в зале действовали чары, немного искажающие внешность и голоса присутствующих. А за дверями их нет. И Лили вовсе не желала быть узнанной по голосу.

Глава 10

Естественно, возвращаться в зал девушка не собиралась. Она знала, что принцы с невестами тоже вскоре покинут бал-маскарад, не дожидаясь полуночи, когда все будут вынуждены снять маски.

– Дорогой! – услышал Дэм голос своей персональной пиявки. – Куда ты пропал? Я повсюду тебя ищу. Мы же собирались объявить о нашей помолвке сегодня!

«Да чтоб тебя! – чертыхнулся в сердцах демиург. – Вот ведь пристала, как банный лист». Обернулся и с вежливой улыбкой на лице жёстко сказал:

– Хватит меня преследовать! Я не твой жених, поняла? А если ты сейчас же не отстанешь от меня, то и вовсе никакого жениха у тебя не будет! Ясно?

– Ннно мммы же… – начала вновь Сансевьерия.

– Если ты опоила преподавателя зельем, это не значит, что он женится на тебе, запомни это, – тихо прошипел он это прямо в лицо девушки, склонившись к ней. И буквально выплюнул, с презрением: – Дорогая.

Сансевьерия в слезах выбежала из зала. Она была уверена, что у неё всё под контролем. А тут оказалось, что она не к тому мужчине подошла, и он откуда-то узнал её самую большую тайну. «Менталист! – запаниковала она. – Он влез в мои мозги и считал всё оттуда! И куда подевался мой жених? Он не мог сбросить силу внушения приворотного зелья, но мог напиться… Точно, напился и не пришёл на маскарад. Ну, я ему устрою!!!»

В боевом состоянии духа она направилась к общежитию преподавателей. Вот только не учла маленький нюанс: ранее она приходила в компании «жениха», и это он её проводил к себе, а сейчас она заявилась одна. Естественно, никто её не пропустил в преподавательское общежитие. И на её вопли, что она идёт к своему жениху, был один ответ:

– Никаких распоряжений на счёт Вас не было. Ни от одного преподавателя.

Взбешённая адептка пошла к себе, в женское общежитие. Она так возмущалась по дороге, что пол академии оказались в курсе, что её не пустили в преподавательский дом, как тут называли общагу учителей и магистров.

Лили первое время никак не могла уяснить, почему к одному преподавателю нужно обращаться «магистр», а к другому просто «учитель». Разъяснила различие как всегда Кэтриана:

– Есть учителя, преподающие знания по общим дисциплинам, а есть магистры, дающие знание магических наук. И чтобы не ошибиться, преподающих магов стали называть магистрами. Чтоб им не было обидно от сравнения с простыми людьми.

– Не могли сказать об этом при поступлении? – удивилась Лили. – Или при ознакомительной лекции рассказали бы про такой нюанс. Не все же из этого мира.

– Лияла, но большинство из тех, кто поступает в эту академию, прекрасно это знают, – улыбнулась соседка. – К тому же при знакомстве преподаватели всегда говорят имя и звание: либо учитель, либо магистр.

– Ох, как у магов всё заморочено! – устало выдохнула Лили.

– Ха-ха-ха, – рассмеялась Кэтриана, – посетовала боевая ведьма!

– Если честно, я так и не поняла, чем обычная ведьма отличается от боевой, – призналась Лили.

– Ну, ты даёшь, подруга! – не удержалась от восклицания эмоциональная оборотница. – Ты уже два месяца учишься на боевом факультете, а до сих пор не понимаешь, в чём твоя уникальность? Ведьмы все поголовно хороши в зельях, но иногда рождаются те, кто сумел подчинить себе одну из стихий. Чаще всего просыпается земля, близкая ведьмам из-за растений. Чуть реже вода. Воздух более свободолюбив, но самый непокорный – это огонь. Ты же огненная ведьма с мультирезервом, – заметив недоумение на лице девушки, пояснила. – Я слышала разговор магистра с ректором. Он, то есть ректор, уверен, что у тебя активный огонь, а кроме него воздух. Только пока он в спящем состоянии.

«Ой-ё-ёй! – услышала Лили Нахалёнка. – Это не есть хорошо, что они знают про мультирезерв. Хотя… А пускай считают, что у тебя спит воздух! Ни к чему им знать, что у тебя все четыре стихии, ментал и…», – Лили от этих откровений впала в ступор. – «И?.. Чего замолчал вдруг?» – «Да я и так сболтнул лишку из-за волнения», – отказывался продолжать фамильяр. – «Ладно, ночью у змея спрошу!» – решила девушка и услышала, как её зовёт соседка:

– Лияла, – тормошила её за плечо Кэт, – Лияла, ты чего? В шоке от известий?

– Ну да, есть немного, – отмахнулась от неё Лили и направилась в ванную. – Извини, день был тяжёлым, а вечер – ещё тяжелее. Я очень устала, спать хочу.

– Конечно, я тоже устала, хотя мы, оборотни, гораздо выносливее людей. Любых, – добавила Кэт, заметив желание Лили поспорить с этим, – хоть ведьм, хоть магов. Не задерживайся, спать уж больно сильно хочется.

Лили согласно кивнула и закрыла дверь.

– Давай, выходи, – сказала она ежонку. – Пока я умываюсь, у тебя есть время, чтобы всё мне объяснить.

– Да чего объяснять-то?.. – ежик попытался съехать с темы. – Сама же решила, что ночью у Змея спросишь, вот и спроси. Только не говори, пожалуйста, что я проговорился. Ладно? – и он посмотрел такими умильно-умоляющими глазками, что Лили ему всё простила.

– Ладно, скажу про то, что мне сказала Кэт про мультирезерв. Посмотрим, что он мне скажет.

С этими словами она вышла в комнату. Нахалёнок тут же исчез. Кэтриана тоже не задержалась в ванной. Но, в отличие от засыпающей на ходу ведьмы, она была переполнена любопытством. И это самое любопытство не давало ей покоя. А она не давала уснуть своей соседке:

– Лияла, а Лияла, ты же ещё не спишь?

– М-м-м, Кэти, давай утром поговорим, а? – тихо прошептала Лили.

– Скажи, ты действительно не знала? Что у тебя две стихии? – допытывалась Кэт.

– Не знала, а теперь спи! – сонно рявкнула злая ведьма, которой мешали спать.

Глава 11

Лили

Во сне я ожидаемо увидела его, Змея. На этот раз Змей решил явиться мне во всём своём великолепии. Мощный, красивый, глаза светятся потусторонним огнём. Может быть кого-нибудь и напугал бы такой его образ, но только не меня. Я не столько видела внешность, сколько чувствовала его внутреннее состояние, его отношение ко мне и моим подругам.

– Скажи мне, Мудрейший, чем мне грозит мультирезерв? И что это означает? – сразу задала вопрос в лоб, решив шокировать. А то пока буду обходными путями пытаться выпытать у него правдивый ответ, Змей придумает кучу уловок и отговорок, уводящих от цели в туманные дали. Плавали, знаем!

– Умеешь же ты… – прошипел недовольно он. – Чем грозит? Повышенным вниманием от ректора и магистров. Но хуже всего, что ОН тоже обратит на тебя внимание. Пока он отвлёкся на эту вашу «занозу», слишком шумная девица, много внимания на себя перетягивает. И для тебя это благо, так что не цепляй её. Пусть мнит себя пупом земли, для тебя на первом месте должна стоять учёба. И я тебе скажу одно: я не разделяю мнения твоей Великой ПРА, что от тебя нужно до последнего всё скрывать, сообщая информацию по крупицам, когда придёт время. Я считаю, что если ты будешь знать заранее, чего опасаться, то будешь готова к неприятностям и сможешь избежать чужих ловушек.

– Опять темнишь? – возмутилась я. – Столько слов, а информации и на каплю нет!

– Какая же ты нетерпеливая, порывистая и импульсивная! – Змей был очень недоволен, что я его прервала. – Может и права Лилит, не стоит тебе о многом говорить заранее… Но про мультирезерв я всё же скажу, ты должна знать об этом. У тебя не две стихии, как считает ректор, а полный комплект. Все четыре стихии, к ним в добавок ментальная магия, пока заблокированная, плюс родовая магия – магия жизни.

– Магия жизни? – удивилась я. – Это что-то новенькое! Нахалёнок предупредил, что мой поцелуй несёт смерть. А про магию жизни ничего не говорил.

– Про смерть от поцелуя он тебя правильно предупредил, – довольно прищурился Змей. – Только поцелуй любви, подаренный девушкой избраннику добровольно, а не украденный нахалом, не причинит смерти. А если вдруг любимый окажется на пороге смерти, то ты сможешь даровать ему жизнь.

– А как именно? – такие подробности разжигали моё любопытство.

– А вот не скажу! – вот же вредина! Отомстил за то, что перебивала. – Просыпаться пора, а то завтрак проспишь!

– Лияла! – услышала я голос соседки над ухом. – Вставай, скоро завтрак!

Ну вот, как всегда! На самом интересном месте…

– Да встаю я уже, встаю! – ответила я ей, зевая во весь рот. – Такой сон снился, а тут ты, взяла и разбудила. Пережила бы без завтрака. Воскресенье ведь.

– Да-да, конечно! – огрызнулась Кэтриана. – Во сне будешь истинного своего высматривать, а есть не нужно, да?

Не поняла? Про какого это истинного она говорит? Я даже проснулась сразу.

– Какая муха тебя укусила, Кэти? – встрепенулась я, рывком садясь на кровати. – Про какого истинного ты мне тут намекаешь?

– Да какие уж тут намёки, если у тебя метка истинности проявилась на руке, – и она указала глазами на запястье моей левой руки.

Я посмотрела туда же и аж подпрыгнула! На запястье, в месте, где меня касался Дэм, проступили очертания странного рисунка.

– Это ещё что за творчество? Откуда это? – прохрипела я внезапно осипшим голосом, обращаясь к оборотнице.

– Та самая метка, про которую я тебе и говорила, – спокойно ответила мне она. – Ты не видела метку раньше?

– Откуда бы? Среди моего окружения истинность – это скорее миф, девичья мечта, почти сказка. Где бы я могла её увидеть? Ведьмы редко создают семьи, – буркнула в конце, словно это всё объясняло.

– Ну да, ты же всю свою жизнь среди них провела, – как ни странно, такое объяснение вполне устроило девушку. Я тихонько выдохнула с облегчением. – На завтрак бегом! Опоздаем!

Ну вот, опять вспомнила про столовую. Хотя, прислушавшись к себе, я почувствовала голод. Кэтриана заметила это и пояснила своё поведение:

– Раз у тебя большой резерв, нужно хорошо питаться. Магия не любит слабое тело, если будешь слабой, то она убьёт тебя. А у меня не так уж много подруг, чтобы ими разбрасываться! Так что бегом в ванную, умываться и переодеваться. А я пойду занимать очередь на раздаче. Не задерживайся! – и она скрылась за дверью.

– Ну и? Чего сидим, кого ждём? – услышала ворчание своего фамильяра. – Тебе ведь ясно сказано было: кушать нужно хорошо, чтобы магия проснулась и прижилась в теле.

– Можно подумать, если я не буду плотно питаться, то магия так и будет спать. Или не приживётся и покинет моё тело, – проворчала я из вредности, быстро собираясь на завтрак.

Да я ещё никогда так быстро не умывалась. За считанные минуты я была готова.

– Метку прикрой! – напомнил Нахалёнок. – Магией иллюзий прикрой. Артефакта на это хватит.

Делать нечего, представила, что кожа на запястье девственно чистая, без метки.

– Ну вот, теперь ты готова выйти в люди, – одобрительно заметил ехидный ёж. – Поспеши, а то Кэт одна завтракать будет.

Не стала ничего говорить на этот его выпад, а последовала его совету и поспешила в столовую. Как ни странно, столовая была полностью заполнена. Никто не прогулял завтрак? Причина стала ясна чуть позже. Стоило Сансевьерии появиться в дверях столовой спустя несколько минут после меня, как гул голосов смолк, и в установившейся тишине послышалось насмешливое:

– А как же жених? Или ты не смогла прорваться к нему в преподавательский дом через коменданта их общежития? – заклятая подружка «занозы» сцеживала яд. – А где твоё кольцо? Неужто потеряла? Бедненькая, даже наличие двух стихий не повлияло на твоего жениха, не торопится он заключать с тобой помолвку!

– Он был вынужден покинуть академию, – парировала «заноза». – А ты яд свой прибереги, а то подавишься ненароком!

не известно, сколько ещё продлилась бы их перепалка, если бы не главная повариха, гаркнувшая на всю столовую:

– А ну заткнулись обе! Вы сюда на завтрак пришли или ядом плеваться?! Тогда в бестиарий идите, нечего тут гадить. Не портите аппетит тем, кто голоден!

После такой отповеди свара угасла сама собой. Адепты спокойно позавтракали и разошлись по своим делам. Я решила посидеть до обеда в библиотеке. Одна.

В Академии библиотека занимала отдельное здание, пройти в которое можно было по переходу от учебного корпуса либо по улице. К сожалению, от общежития пройти к библиотеке можно было только через небольшой сквер. Но ничего, прогуляюсь, свежим воздухом подышу. Задумалась и не заметила, как кто-то идёт по дорожке сквера мне на встречу.

– Осторожнее, адептка, не витайте в облаках, – придержал меня за руку магистр. Метку кольнуло. – Вы побледнели, с Вами всё хорошо?

Я с трудом сглотнула и утвердительно кивнула, боясь подать голос. Осторожно высвободила свою руку и решительно двинулась к воротам Академии. Библиотека отменяется!

Глава 12

Зайдя в неприметное место, Лили мысленно позвала Хранителя и фамильяра: «Ермунганд, Нахалёнок, мне нужно в Замок! Срочно».

Спустя секунды перед ней появился портал. Лили смело в него шагнула. Вышла уже в холле своего Замка.

– Что случилось, Лили? – встревоженно поинтересовался Хранитель.

– Вот это случилось, – девушка закатала рукав и протянула руку Ермунганду. – Кажется, это называется меткой истинности. Вот только не могу пнять, на кого именно она реагирует.

– То есть ты что-то ощущаешь? – влез в разговор её фамильяр. – А когда и что?

– Вчера был бал, – начала вспоминать Лили. – До бала у меня ничего не было: ни покраснений, ни печатей, ни зуда. Утром кожа на запястье слегка покраснела, зуд был сильный. Соседка сказала, что это проявилась метка. И чесать её ни в коем случае нельзя. А сегодня я случайно столкнулась с преподавателем, то есть магистром, он придержал меня за руку. А метку так сильно кольнуло, думала, рука отнимется! А ведь я её замаскировала. Между прочим, с твоей помощью, Нахалёнок. И чего ты сейчас делаешь вид, будто впервые слышишь об этом?

– Так я не слышал про то, как и когда она появилась, – отбрехался фамильяр. – Вот и спрашиваю. Я просто увидел её на твоём запястье, тебе нужно было её скрыть, вот и дал совет. Но ты с темы-то не съезжай! – возмутился он в свою очередь.

Лили призадумалась. Вопрошающе глянула на Хранителя. Тот не подвёл:

– Кольнуло при прикосновении к мужчине? – уточнил он, Лили согласно кивнула. – Это обычная реакция на близость чужого мужчины, не твоего истинного. Даже если я сейчас коснусь твоей руки без перчатки, метка ответит болью. Пока связь не закреплена, метка оберегает тебя от ошибок. Зато ты знаешь, что истинный всегда будет тебе верен. Ищи плюсы в любой ситуации.

– Только этого мне не хватало! – простонала девушка. – И как мне теперь учиться? Мало того, что нужно избегать любвеобильных адептов, любящих зажимать в углах первокурсниц и красть их поцелуи, так теперь ещё и метка, охраняющая мою честь.

Она какое-то время молчала, раздумывая над сложившейся ситуацией. А потом спросила:

– Истинность – это, конечно, хорошо. Но чем это чревато для меня? Меня будет тянуть к нему со страшной силой? Я не смогу никого задеть, чтобы не получить от метки разряд боли? Или что?

– Нет. Спустя некоторое время метка ослабнет, если ты не будешь с ним контактировать. Ты не человек, но всё же человек. На тебя эта метка почти никаких ограничений не накладывает, – вздохнул Ермунганд. – У истинных пар рождается сильное и крепкое потомство. Если хоть один из родителей обладает магией, то у детей тоже будет сила. У некоторых рас потомство в принципе рождается только в браке с истинной парой.

– Ну, это не мой случай, – утверждающе сказала Лили. – Если я правильно помню, то я танцевала со многими парнями. Правда, в Академии оказался и Дэм, про него мне Лилит рассказала. И не смотри на меня так, Нахалёнок, я его по голосу узнала. Да и движения в танце… Мы на моем балу танцевали под эту же мелодию, – девушка окончательно смутилась.

– Ну, тут всё ясно! – авторитетно заявил ежонок. – Он твой истинный, потому ты его и узнала, не смотря на искажающую магию маскарада.

– Что? И он слышал мой реальный голос? – испугалась Лили.

– Не думаю, – успокоил её наг. – Просто ты была и так впечатлена его прошлым появлением, а тут ещё и совпало многое. Я думаю, скорее всего он использовал на территории Академии чары, искажающие его голос и внешность. В бальной зале тоже были чары искажения. А тут, как в математике, минус на минус…

– Даёт плюс, – прошептала девушка. – Кажется, я поняла: случайно чары исказили его изменённый голос так, что он стал похож на тот, который я слышала в своём Замке, на балу совершеннолетия. Но я не думаю, что это он мой истинный. У меня сложилось такое впечатление, что он видит во мне не личность, а некую временную замену, которая не имеет своей ценности. Так зачем мне такой истинный? Он даже не знает, кто я! Заноза на нём виснет постоянно. Он её только на балу отшил, причём довольно грубо. А я для него пустое место. Мне такой истинный не нужен!

– Вот видишь, ты злишься, потому что он не на тебя внимание обращает! А он злится, что ты – это не ты, – вздохнул Нахалёнок. – Он ищет ту Лили, что видел на балу. И нигде не может найти. Замок закрыт. Но он чувствует, что тебя там нет. А тут ещё он случайно столкнулся с тобой под чужой личиной и получил метку истинности.

– В этом тоже я виновата? – выгнула бровь девушка. – Истинность не раздаю! Иначе бы подарила эту его метку любой желающей. Той же Королеве ливера…

– Истинность – дар богов, – прошипел взволнованный Ермунганд. – Ты же знаешь это. Зачем тогда говоришь так, словно это грязь?..

– Извини, просто у меня остаётся какое-то чувство гадливости, словно меня грязью облили и развезли смердящей тряпкой, – она передёрнула плечами, содрогнувшись. – Бр-р-р! Ощущения не из приятных, конечно. Ты не думай, я хорошо помню, как отчитывала твоего младшего брата за то, что он не принимает свою истинную. Видишь ли, она простой человек, да ещё и не аристократка. Но у меня-то противоположная ситуация. Мой суженый, если Нахалёнок прав, и это Дэм – молодой бог-демиург. Пусть низшего ранга, то всё же. К тому же у него была какая-то мутная история с Пра…

Она замолчала, задумавшись. Хранитель с фамильяром не перебивали, ждали, когда она соберётся с мыслями. И она продолжила изливать душу:

– Знаете, у меня есть подозрение, точнее, я почти уверена в том, что его интерес ко мне к Лили, не как девушке, а как к потомку Лилит. А с другой стороны, кроме этой раздражающей метки и его мутного прошлого с моей Пра, у нас нет ничего общего. Я его не люблю, он меня не любит. Да он даже не хочет узнать меня хоть немного. Впрочем, как и я его. Из взаимности у нас только подозрения в адрес друг друга, – грустно усмехнулась девушка. – Самое страшное, что я совсем не знаю, чего от него ожидать. И это пугает…

В помещении повисла тягостная тишина. Фамильяр осторожно кашлянул, нарушая тревожную атмосферу:

– Может быть позвать сюда Дину или Кору? Девушки-то гораздо лучше знают, что нужно говорить в подобных ситуациях? Ер приведёт, если ты попросишь.

Лили задумалась, но быстро признала разумность такого предложения.

– Лучше Дину, она старше, – сказала она Хранителю. – Кора ещё слишком молодая и не знает ничего ни об истинности, ни о любви. Ни к чему её грузить сейчас этим.

– Лили, Ер мне вкратце рассказал, – вместо приветствий сказала появившаяся подруга. – Быть может, всё не так уж и страшно? Вот увидишь, всё наладится. Влюбитесь…