Мострал. Место действия Ловос

- Живой рукой, без трафарета? - удивилась обвинитель.

Их тоже учили на юридическом теормагу и намертво вбили в голову: никакой живой линии, дрогнет рука и вы все разнесете. Гипотетически, любые стандартные чертежи можно выполнить вручную, но практически она никогда не видела никого, кто умел бы это.

- Да, пекта была выполнена вручную, расход энергии был обеспечен надрезами по ключевым точкам. - Мэй кивнула, не сразу поняв в чем проблема. - Все сработало как ожидалось, внешний резерв отсекло, высвободилась энергия, меня приложило о стену. - девушка вернулась на место свидетеля. - Маркус Хейнс - гений. Единственное, чего ему не хватило - академического образования. Надо знать законы магии, чтобы их нарушать. - и глянула на него в последний раз.

- У обвинения больше нет вопросов. Передаю слово защите. - обвинитель тоже вернулась на место.

Защита ожидаемо от слова отказалась - он вообще старался в процессе не отсвечивать. С государственным защитником Маркусу не повезло, а он не пытался найти хорошего, хотя мог себе его позволить.

Объявили перерыв.

Перед началом процесса обвинитель с детективами обсуждали возможную меру пресечения для Хейнса. С учетом того, что он успел отметиться почти во всех штатах Ловоса, судить его возможно было только по федеральному законодательству, без учета правил для таких выдающихся преступников тех штатов, где он развлекался. Обвинитель хотела просить высшую меру, и он «наработал» на смертную казнь. По законам Фаршипа, Регистана и десятка других штатов. Но в федеральном законодательстве смертной казни не было вообще - считалось, если разбирательства вышли на междуштатный уровень, они не должны закончиться смертью подсудимого.

Кроме того, Мэй настаивала на том, что эта смерть - потеря для Ловоса. Его можно поставить на путь добровольного сотрудничества, пусть с ограничением свободы, но дать ему поле для работы, какую-нибудь неразрешимую проблему и пусть ищет решение.

За перерыв Мэй успела растолковать Тиму то, что он не понял из магтехнической части и перекусить предусмотрительно упакованными Лавли сэндвичами. Сама она отказалась участвовать в слушании наотрез, полностью делегировав представление своих интересов леди Коин и Мэй. После того, как он организовал похищение и захоронение, она взяла самоотвод и отказалась покидать дом Винслеров, даже если Тэйта и Нейта будут резать на ее глазах. До тех пор, пока Маркус не окажется под семью замками без возможности оттуда выбраться. Но это не помешало ей приготовить внушительную сумку с едой на всех и заставить Винслера ее взять.

После перерыва слушание не продлилось долго. Заслушали оставшихся свидетелей, обвинитель и защитник внесли предложения по мере пресечения и на этом отпустили присяжных совещаться. Удивительно, но обсуждение не затянулось и вопреки ожиданиям в тот же день коллегия вернулась к судье с рекомендацией: пожизненное заключение в Фарложе и обязательное ношение ограничителей магии.

Судья предложение поддержал и в тот же день Маркус Хейнс под усиленной охраной был отправлен переходом в Фарлож.

Общественность ничего об этом не узнает, но его не заводили через главный ход как остальных, а сразу отправили в новое специальное крыло в одиночную камеру. А уже через три дня ее порог переступил шеф Нолан и Дракса с очередным специальным поручением, в этот раз от правительства Ловоса напрямую.

По настойчивой рекомендации Мэй Нолан, Хейнс должен получить академическое образование и получить две степени: по теории магии и по истории магии. Только после этого ему будет позволено переработать его разработки в мирное русло. И никаких претензий на пантеон.

В крыссовете в вечер после слушания:«Все закончилось, да?», - даже в тексте ощущалось неверие и облегчение.

«Только начинается, подруга», - бодро ответил Митч. Мэй этим вечером было не до коммуникатора и магнета.Глава 22 Суд

«Чтобы создать что-то новое и гениальное требуется нарушить от пяти до двадцати непреложных догм и законов», Антони Дракс при защите своих проектов перед научным сообществом

Маркус не желал ни с кем разговаривать. Сразу сказал о том, что готов передать Мэй Нолан его наработки, но только лично. Мэй категорично сказала, что пока не рассосется кокон, она близко к нестабильному магу не подойдет, но Маркус не отступил - только ей.

Наличие живого преступника со всеми его биологическими и магическими маркерами не сильно помогло расследованию: аура нестабильна после того, что он с собой сделал, «родные» отпечатки пальцев он себе выжег, а для того, чтобы стать «Алексом» пришлось приживить себе новый узор, скомпилированный из нескольких образцов.

Тим и Рита считали, что набрали сильную доказательную базу и ждали только Мэй, как одного из главных свидетелей.

Слушание по делу Маркуса Хейнса состоялось через два месяца после его ареста и было открытым - присутствовали репортеры и корреспонденты, велась трансляция в магнет в реальном времени.

Мэй получила материалы у Маркуса буквально за три часа до начала заседания - врачи разрешили встречу только при условии полной блокировки магии у подозреваемого на период встречи, а выбить из штата разрешение на такую блокировку потребовало времени. Ту часть, которая могла дать что-то новое расследованию сразу передала детективам: Хейнс вел довольно подробный дневник и учет ритуалов, которые провели для него. А вот магическая часть требовала изучения. В некоторых местах очень не хватало шефа - он бы помог разобраться быстрее, но времени собирать ученый совет не осталось.

В зал суда Тим привез жену, остервенело что-то пересчитывающей из толстой папки с работой Хейнса. В начале заседания он толкнул ее в бок, мол, послушай и Мэй с удивлением обнаружила полный зал. Рядом нашелся Тэйт, в первом ряду виделась высокая прическа леди Коин и в целом на стороне обвинения нашлось много знакомых лиц.

Законы штата обязывали суд собирать коллегию присяжных, которые должны быть непредвзяты к подсудимому. К сегодняшнему подсудимому быть непредвзятым было довольно сложно.

Объявили начало заседания, обвинитель первой вызвал Риту для дачи краткой сводки по расследованию. Вообще, Тим был старше по званию, но имел специфический интерес к делу, и обвинитель побоялась вызывать первым его. Маргарита ввела непосвященных в курс быстро, практически рапортуя.

Затем вызвали Дракса. Тони рассказал о том, что он нашел в Фарложе, как выявил способ побега и кратенько перечислил те рекомендации, которые выдал самой охраняемой зоне заключения.

- Проблема Фарложа, в сущности, в отсутствии регулярного аудита. Их способы защиты от побега были эффективны лет тридцать назад - все тюрьмы попроще регулярно пересматривают свои меры защиты, а тут - как есть. - попытался смягчить довольно жесткую оценку качества системы безопасности.

Представитель Фарложа тут же ответил, что они учли рекомендации и даже пригласили к себе какого-то эксперта из другой тюрьмы, чтобы профессиональным взглядом все оценил.

- Справедливости ради должен отметить: Хейнс сбежал бы откуда угодно. Эта лазейка лежала на поверхности, всегда остается самый простой и известный вариант побега: при транспортировке. - закончил свои показания Дракс.

После Тони вызывали других свидетелей, рассматривали разные аспекты дела - все это Мэй уже знала, так что снова погрузилась в изучение труда подсудимого. Наконец, вызвали его самого. Со всеми предосторожностями вывели из угла, где он до этого сидел под охраной.

Маркус гордо молчал, не отвечал на вопросы и смотрел только на макушку изучающей его труд наставники.

- Не сработало бы. - Мэй поняла полные удивления глаза на Маркуса и за секунду зал суда вокруг перестал существовать.

Она поднялась, неловко расталкивая чужие коленки вышла в широкий проход.

- Миссис Нолан! - громовым раскатом прозвучал голос судьи.

- Ваша честь, я понимаю, что нарушаю все протоколы, но это действительно очень важно. - она смело, а журналисты напишут - дерзко, встретила строгий взгляд. - Позвольте, - она подняла в руках коммуникатор, получила кивок и быстро прошла к демонстрационному стенду, на котором светилась карта преступлений Хейнса, - смотри, - переключила демонстрацию с казенной рабочей лошадки на свой аппарат, - вот тут все правильно - все получилось и твой резерв восстановился за несколько месяцев, начал постепенно расти. - она подсвечивала участки расчетов курсором, хотя в зале только она, шеф и Маркус понимали смысл написанного в полной степени. - А вот тут точка экспоненты - ты начал копить внешний от тебя запас магии, но я же говорила, олененок, магия так не работает! Имитировать можно, заставить нельзя.

- На базах данных сработало, - несколько насуплено возразил подсудимый.

- Конечно, сработало. - Мэй кивнула. - Потому что там есть на чем срабатывать физически - базы данных, по сути, это единицы и ноли, в зафиксированной физически на артефактах и накопителях наших серверов последовательности. Но у людей орган, взаимодействующий с магией, имеет только метамагическое отражение, а в физическом пространстве…

- Отпечаток - резерв и аура. - Хейнс приподнялся на месте, потрясенно глядя на свои расчеты.

- Я же просила дать мне твой проект - наверняка придумали бы как обойти ограничение. - она сочувствующе смотрела на мужчину и все, кто это сочувствие увидел - удивлялись. - Если бы мы не отключили тебя от ритуальной подпитки, ты бы копил мощность несколько лет, а потом тебя бы разорвало и растащило по магическому фону мира. Феномен Карцера. - она помолчала, Маркус обессиленно плюхнулся обратно на стул. - Это действительно прорыв. И в таком виде как у тебя сработало бы очень неплохо для усиления на существах, состоящих из магии физически - эльфы, феи, элементали. А с поправками на стихию, много на ком еще. Но не на людях. Мне правда жаль. - она подошла почти вплотную к трибуне свидетеля, подняла дрожащую руку, но так и не пожала его ладонь. Маркус смотрел на эту руку, вся спесь и гордость испарились.

Он не нашел сил поднять взгляд и так и не увидел замерших в уголках ее глаз слезинок, которые она сдерживала изо всех сил. Мэй вернулась к мужу, даже не забрав коммуникатор и там тоже сгорбилась, остро переживая самый большой провал века в магическом искусстве.

Маркуса вернули обратно в защищенную зону, где преступники следили за ходом разбирательств.

Вызвали шефа.

- Вы как-то можете прокомментировать эту… сцену? - несколько недовольно спросила обвинитель, после всех положенных представлений.

- Отношения наставника и ученика - материя довольно тонкая. - пожал плечами мужчина. - Какие бы преступления Маркус не совершил, как бы сильно из-за него не пострадала Мэй, он - ее ученик, этого уже не отменить. - вряд ли кто-то в зале действительно понял это объяснение.

- Вы знали кого берете на работу? - вернулись к исходному плану дачи показаний на заседании.

- Я брал на работу талантливого парня в беде. - веско ответил шеф. - Он очень достоверно все обставил и подготовил, я не нашел к чему придраться, когда выручал его из застенок собственной безопасности.

- Вы и раньше так делали, так ведь?

- Почти вся моя команда однажды в жизни оступилась или работали не на тех разумных. - он сделал паузу, но нового вопроса не последовало. - Обычно умники, вроде моих парней и Мэй - одиночки и это не их осознанный выбор. Когда ты самый умный в комнате, шансов научиться нормально общаться с другими разумными не велик и чаще всего, те, кого все называют гениями, отдаляются от общества. Мои тоже не сразу научились нормально общаться, но в итоге получилась стабильная магическая конструкция.

- А Мэй Нолан тоже попала к вам из ситуации, из которой надо было выручать?

- Они с Драксом оба, да.

- Можно подробнее?

- Тогда она была просто Мэй и они с Антони разработали концепцию самопитающей магической защиты и умудрились продать ее золотому запасу Ловоса. Возвели, все сделали, Дракс, как обычно после крупных дел отбыл к семье, а Мэй осталась. Некие, скажем, злоумышленники захотели попасть в золотой запас использовав слабые места свежеустановленной защиты и поймали девочку и вывезли за пределы города, намереваясь выбить из нее способ обойти защиту. До места они не доехали, я перехватил их раньше по специальному поручению собственной безопасности.

- После этого она согласилась работать на вас?

- Не сразу, но согласилась и привела своего инженера. Я не собирался расширять команду после них, но вышло как вышло.

Обвинитель задала еще несколько вопросов и отпустила шефа в зал. Вызвали Мэй уже штатно, пока говорил шеф она немного пришла в себя. Маркус продолжал смотреть на свои руки. Ему уже не было интересно, чем все закончится. В этот раз он не войдет в Фарлож победителем.

- Расскажите нам о том, что сделал Маркус Хейнс. - попросил обвинитель.

- На самом деле, невозможное. - выдохнула девушка. - Он спланировал и выполнил ретрансляцию себе огромных объемов магической энергии, - она осеклась, видя, что ее не сильно понимают, - сперва он нашел разумное витальное существо с профильной ментальной магией - собаку Руби. Нашел он вскоре после побега - я уверена, что на тот момент он планировал просто триумфальное возвращение к старой деятельности и выкрасть действующую на тот момент жену - Дженнифер. Руби он разместил у одного из своих поклонников и поставил задачу: определенным образом свести собаку с ума. Подвел случай: сбежал лабрадор, вызвали полицию, а полиция - меня. Мы увезли пострадавшую и заглушили ее активность настолько, насколько это вообще было возможно и стали пытаться найти способ вернуть ее сознание в тело. Добраться до нее Хейнс не смог, пришлось выкручиваться. Так, Маркус? - он так и сидел. - Отвечай. Ты сам сказал, что будешь говорить только со мной. - Мэй рассерженно поднялась с места и встала прямо перед ним. - Вот я. Говори. Что ты собирался сделать с Руби исходно?

- Она не должна была вылететь за Нить и вообще за магическое пространство Мострала. - не поднимая головы, явно нехотя, но прокомментировал Хейнс. - Я хотел добиться того, чтобы она могла выводить сознание из тела, но контролируемо.

- Твой подручный перестарался?

- Да.

- Мне клещами тянуть все грязные подробности?

- Этот идиот постоянно ее трогал, пока была в себе - псина этого не выносила. Меня не было там, когда все произошло, но его наверняка арестовали со спущенными штанами.

По залу пробежал шепоток. Присяжные были несколько прибиты тем, что Маркус все-таки заговорил, а когда до них дошла суть того, что он говорит - все замерли сусликами. Мэй повернулась к скамьям в три ряда.

- Харт я спрятала у себя, достать ее в моем жилище было невозможно, неучтенный артефакт тоже не подкинуть - пришлось думать. И надумал он, как я понимаю, что если там в Регистане наивная маленькая Дженнифер не годилась его гению в пары, то теперь, когда она прошла через все, что он с ней делал и не просто пережила, а расправила плечи и вдохнула полной грудью, он не достоин ее. Даже если сможет ее украсть, она уже его не примет, как это было раньше. Увечный выгоревший маг, нищий преступник, не подходит Дженнифер Лавли Харт. - она сделала паузу. - И тогда он придумал первый ритуал - его задача: взять от огромного объема выделяемой при совершении насилия над разумными кусочек и передать Хейнсу. Но он споткнулся о пороговый объем, так? - повернулась к Маркусу, тот кивнул. - Для любого воздействия на резерв требуется определенное усилие. Выгоревший резерв со временем ссыхается, магические каналы тоже спадаются. Если бы он был действующим магом, проблема бы не возникла: даже когда не используется, идет взаимодействие резерва с магией в пространстве, но он выгорел и почти тридцать лет ничего с этим не делал. Нужно было большое усилие, порог не проходился обычным. И тогда - бах! Взрыв в «Дип-корп».

- Почему это здание, а не любое другое? - встряла обвинитель.

- Плотность населения, полагаю? Чем больше хотя бы испугавшихся, тем больше энергии. Нужна реакция разумных с магией.

- Не я выбирал. - вмешался Маркус. - Конрад хотел сделать какое-то заявление и согласился отдать мне излишки магии.

- Опять вмешалась я, со своими наклонностями спасателя. - кивнула Мэй. - Что происходило при взрыве можно не комментировать, все подробности есть деле и была прямая трансляция в магнет. - она помолчала, предполагая, что вопросы все-таки могут быть. Их не последовало. - Затем был период набора магии - инициировались толпами маньяки и пироманы, проводили несложный ритуал в конце своих актов и передавали немного Хейнсу. За год резерв и восстановился, и расширился. Если я что-то о тебе знаю, - она подошла к зоне отчуждения вплотную. - то ты учился управлять даром, не терял время. Разок играл и заигрался, чуть не пустил в крушение поезд, так? - впервые за все время в зале суда, он едва заметно улыбнулся. - Именно из-за этого начались сперва не очень заметные, но нарастающие изменения в ауре. Сперва я не придала им значения - мало ли что там у ученика происходит и почему он не хочет этим делиться. Одно мне объясни. Ты пришел ко мне почти сразу после побега, полугода не прошло. Зачем?

- Мне нужно было адекватное прикрытие и возможность легально пересекать границы штатов. Про тебя было известно, что ты часто ездишь на места, но не любишь покидать Ловос. Согласовано. - Мэй кивнула, ей мотивация была понятна. - На момент, когда проворачивал попадание к собственной безопасности, я не понимал этого, но наставник тоже был нужен - я много чего просто не знал, ты дала знания.

- В конце концов, магия перестала приживаться. - Мэй снова повернулась к судье и присяжным. - Достиг предела возможностей тела. Бывшая стала доступна еще меньше и тогда снова пришлось думать. И он рассчитал это, - она кивнула на доску. - Я не все успела изучить, так вышло, но план вышел амбициозный. Хейнс решил, что достоин быть богом. Или хотя бы полубожественным существом, с доступом к общемировым магическим ресурсам.

- Это возможно? - обеспокоенно спросил кто-то из присяжных, Мэй не уловила кто именно.

- Не в нашем случае. - спокойно ответила девушка. - Прецеденты истории известны, но напрямую живой человек в пантеон может попасть только на суд. Пришлось переработать ритуал так, чтобы начал копиться независимый от собственного магический запас, внешний резерв можно сказать. Нам не известно, как именно устроены боги, но крайне популярная теория состоит в том, что боги подключены к мировому магическому потенциалу напрямую и одновременно являются элементом, который проводит энергетический обмен мира и Золотой нити. План был довольно простой: скопить резерв и опираясь на тот канал, который создала своим присутствием Руби распылить через ритуал накопленное и таким образом оказаться подключенным в мировой магический фон. Технические подробности нам тут не помогут, в теории расчеты могли сработать. Даже на моделировании наверняка сработали бы. Но это только теория. - она замолчала, мысленно продумывая эти самые подробности.

- Что было с Руби?

- Ошибка в расчетах. Я ошиблась, когда готовила ритуал. - спокойно ответила магитешница. - Мы не знали о том, что поменялся объем энергии с каждого ритуала. Мы с Жаду перепробовали все, что вообще было возможно и немного того, что невозможно, Руби не откликалась. Постепенно активность мозга перестала показывать значительную динамику, и мы пришли к тому, что не имеем права продолжать пытаться ее спасти. Не потому, что она не хочет, а потому что эти попытки подпадают под закон о гуманности экспериментов над живыми только пока есть динамика. Жаду принял решение и мы выполнили допущенный храмом ритуал по разделению души и тела. Фиал с душой и тело мы были обязаны доставить в храм всех богов для проведения дальнейших процедур по отпуску души на путь. Но из-за моей ошибки, магия вернула нам отдачу - все излишки вернулись обратно в место нахождения ретранслятора - тело Руби.

- Вы пострадали во время ритуала, так ведь?

- Да. На моей спине взорвался экзо-резерв. Из-за этого пострадала моя спина физически и аура магически.

- Что потом?

- Маркус получил отдачу, какое-то время отлеживался. Поправь меня, если где-то ошибусь. - бросила через плечо. - Когда смог хоть как-то шевелиться после отмены брака, вышел на Конрада и попросил дружка о помощи. Нужен был любой элементальный зооморф в процессе трансформации. Можно возрастной, можно перерождение, как у фениксов. Друг помог - ввез контрабандой сироту-подростка, но Нолан и Милагресс наступили подрывнику на хвост и он бежал из страны. Координаты хоть оставил?

- Нет, залег на дно. Знал бы где искать, достал бы его раньше вас.

- Я не понимала, зачем тебе понадобился феникс до последнего. Это просто нелогично - ты обычный стихийник, ничего ему противопоставить не можешь.

- И как поняла? - заинтересовался Маркус.

- Журналисты. - она повернулась к внимательно слушающим присяжным. - Чтобы отвлечь меня от погони, Маркус сдал в магнет закрытую на тот момент информацию о Руби и меня подкараулили около моего дома. Это дало понять, что Хейнс начал опаздывать и пытался вывести меня из игры. Пан или пропал: все ставки на последний ритуал. Было точно известно, что Маркус не покидает Фаршип, поэтому все время поисков я каждый день искала возмущения общего магического фона города. Сразу после атаки репортеров, я инициировала поиски, привлекла команду и шеф подсказал проверить квартиру, в которой живет Бриман. Понятия не имею, чем он руководствовался, но наводка выстрелила: там все было плохо.

- Вас привезла на место корреспондент «Фаршип-тудей»?

- Не знаю. Я вышла из дома и обещала сюжет века тому, кто отвезет меня куда скажу быстро и молча. Какая-то женщина вызвалась и домчала меня до места в считанные минуты.

- И что вы сделали?

- Есть стандартный схематичный чертеж, который отсекает от ауры и резерва разумного все, что туда прикреплено. Номер пять в учебнике по теормагу. Он считается не особенно безопасным, потому что может случайно выдрать, если так можно сказать, участки ауры. Я использовала специальные кисти для последовательного разбора чертежей, искусственно приглушила фон в конкретной локации, чтобы хоть что-то соображать, поставила пустые промышленные накопители и как только появился доступ к телу, выполнила этот самый чертеж номер пять.

- Живой рукой, без трафарета? - удивилась обвинитель.

Их тоже учили на юридическом теормагу и намертво вбили в голову: никакой живой линии, дрогнет рука и вы все разнесете. Гипотетически, любые стандартные чертежи можно выполнить вручную, но практически она никогда не видела никого, кто умел бы это.

- Да, пекта была выполнена вручную, расход энергии был обеспечен надрезами по ключевым точкам. - Мэй кивнула, не сразу поняв в чем проблема. - Все сработало как ожидалось, внешний резерв отсекло, высвободилась энергия, меня приложило о стену. - девушка вернулась на место свидетеля. - Маркус Хейнс - гений. Единственное, чего ему не хватило - академического образования. Надо знать законы магии, чтобы их нарушать. - и глянула на него в последний раз.

- У обвинения больше нет вопросов. Передаю слово защите. - обвинитель тоже вернулась на место.

Защита ожидаемо от слова отказалась - он вообще старался в процессе не отсвечивать. С государственным защитником Маркусу не повезло, а он не пытался найти хорошего, хотя мог себе его позволить.

Объявили перерыв.

Перед началом процесса обвинитель с детективами обсуждали возможную меру пресечения для Хейнса. С учетом того, что он успел отметиться почти во всех штатах Ловоса, судить его возможно было только по федеральному законодательству, без учета правил для таких выдающихся преступников тех штатов, где он развлекался. Обвинитель хотела просить высшую меру, и он «наработал» на смертную казнь. По законам Фаршипа, Регистана и десятка других штатов. Но в федеральном законодательстве смертной казни не было вообще - считалось, если разбирательства вышли на междуштатный уровень, они не должны закончиться смертью подсудимого.

Кроме того, Мэй настаивала на том, что эта смерть - потеря для Ловоса. Его можно поставить на путь добровольного сотрудничества, пусть с ограничением свободы, но дать ему поле для работы, какую-нибудь неразрешимую проблему и пусть ищет решение.

За перерыв Мэй успела растолковать Тиму то, что он не понял из магтехнической части и перекусить предусмотрительно упакованными Лавли сэндвичами. Сама она отказалась участвовать в слушании наотрез, полностью делегировав представление своих интересов леди Коин и Мэй. После того, как он организовал похищение и захоронение, она взяла самоотвод и отказалась покидать дом Винслеров, даже если Тэйта и Нейта будут резать на ее глазах. До тех пор, пока Маркус не окажется под семью замками без возможности оттуда выбраться. Но это не помешало ей приготовить внушительную сумку с едой на всех и заставить Винслера ее взять.

После перерыва слушание не продлилось долго. Заслушали оставшихся свидетелей, обвинитель и защитник внесли предложения по мере пресечения и на этом отпустили присяжных совещаться. Удивительно, но обсуждение не затянулось и вопреки ожиданиям в тот же день коллегия вернулась к судье с рекомендацией: пожизненное заключение в Фарложе и обязательное ношение ограничителей магии.