Стиратель границ. Том 1

– А давно ли эти земли раскуплены? – поинтересовался я.

– Какие-то очень давно, – тут же кивнул Атолок. – Холм вот уж очень давно прикупили. А некоторые земли – не так давно. Но они больше к северу отсюда. Юг как-то не очень интересует.

– Почему же вы так блюдете границы?

– Да кто ж сказал, что блюдем? – пожал плечами староста Простора. – Овечки вот, думаешь, просто так пасутся? Это тоже земли, только граф Орлок приказал долго жить, а наследников у него не было. Вроде как и есть земличка, да овец наших кормит.

– А если я скажу, что все эти земли вы можете забирать себе? – спросил я.

– Это как так – себе? – нахмурился Атолок.

– Размежуйтесь между деревнями. Или капитана попрошу размежевать вас.

– Лучше Отлю сюда пришли! – едва успев дослушать меня до конца, произнес староста. Я улыбнулся, а он продолжил: – Что зубы скалишь, правитель? Он – толковый парень, умеет дело делать. И размежует по справедливости.

– Почему же ты капитану не доверяешь?

– Так он военный! Напрямую покромсает – и все!

– Не покромсает, – отозвался я, глядя на земли в округе. Затем обернулся на старосту: – Скажи-ка, если надо будет, ты пойдешь с землемером, чтобы вас приняли в других деревнях? Возьмешь на себя такую ответственность?

– Какую еще ответственность? – Атолок пошатнулся, как будто его ударили.

– За раздел земли между деревнями.

– А! Ну… – он замялся, но взгляд не опустил: – Согласен! Сын?!

– Да пойду, пойду… – промямлил тот.

– Хорошо, тогда вам понадобится человек, который знает здешние места, который… Орант, – я обернулся к человеку, который несколько часов назад предлагал мне свой меч. – Если эти земли будут мирными, Южный Форт перейдет Рассвету, и никто не погибнет – поможешь ли ты?

– Я?? – боец выкатил глаза так, словно вот-вот и они вылезут из орбит. – Ну…

– Или посоветуешь кого? Неужели там, в Южном Форте не найдется никого, кто поможет земли разделить?

– Найдется! – с готовностью ответил Орант.

– А теперь пошли в Простор, – скомандовал я Атолоку. – Пусть твой сын побудет здесь. А мы с тобой разберемся, что тут за проблемы у вас, которые я создал.

Глава 4. Весенний привет

На самом деле мои обещания стоило еще несколько раз продумать. Заречье продержалось всю зиму, но едва ли только потому, что у Мордина не было каких-то значительных сил. Как я понимал ситуацию, противостояние двух моих северных соседей до сих пор продолжалось и единственное, что он мог сейчас, так это ставить аналогичную мне линию обороны.

Последние несколько месяцев Севолап под чутким контролем с моей стороны и при помощи Отшельника, который очень четко улавливал настроения в письмах и сообщениях в Совет Пакшена, убеждал последний в том, что Рассвет вот-вот перейдет к переговорам.

На самом деле, я изначально придерживался иной тактики, уверенный в том, что чем дольше мы тянем, тем сильнее Мордин будет изматывать Пакшен. Но тактику выжидания избрал не только я и потому идеей Отшельника, иначе именуемого Иерипоном стало не бесполезное оттягивание времени, а попытка исказить истину.

Мы никогда бы не продались ни Пакшену, ни Мордину – это означало бы предательство тех тысяч человек, которые пришли ко мне, несмотря ни на что. Но так как если бы за четыре месяца ничего не изменилось, к активным действиям перешли бы другие, было решено изобразить согласие на переговоры. Обе стороны в лице Совета Пакшена и Совета Рассвета постепенно, насколько это позволяла голубиная почта с поправкой на расстояние между столицами, медленно, но верно шли в сторону круглого стола, за которым кто-то действительно рассчитывал договориться.

С учетом всего происходящего и того, что Заречье мощным клином разбивало линию обороны между Пакшеном и Мордином, мы непременно отвлекли бы на себя некоторое количество вражеских войск. Причем немаленькое – линия вдоль четырех деревень имела длину по меньшей мере в двадцать километров, а то и больше. Пожалуй, землемеры точнее скажут.

Удивляло, что пока что никто не напал. Нападать, вероятно, лучше в конце лета, чтобы спалить вражеские амбары или, наоборот, получить уже собранный урожай, тогда как лагеря, расположенные за пределами селений, надо как-то обогревать. То, что у Пакшена нет деревьев вообще, а Мордин едва-едва сохраняет оставшиеся рощи, напрочь убивало любую возможность зимнего наступления.

В то же самое время в Заречье со стороны Рассвета ушло огромное количество некондиции, которая в противном случае попросту бы сгорела в кострах – а так все местное население прекрасно пережило зиму. Но как этот вопрос решался ранее…

– Атолок, – обратился я к старосте, когда мы вошли в деревню. – Нет ли где в Мордине иных способов обогрева, кроме как дрова сжигать?

– Каменный уголь, – сразу же раздался ответ. – Но его у нас нет, его поставляет Улерин. Там немало шахт, где добывают и металл, и уголь. Мы отправляли еду в Мордин, оттуда часть запасов шла в Улерин.

Нормальная экономика разделенных государств. Если бы все три страны имели единое правление, то было бы стандартное распределение ресурсов без торговли. Сбор, сортировка, выдача. Еду туда, где ее не могут вырастить, а базовые металл, бревна и уголь – где их нет в принципе. С другой стороны, Улерин бы наверняка должен был создать собственную промышленность, но этого явно не было. Хотя откуда мне знать?

Мы свернули к небольшой рыночной площади, на которой к вечеру осталась стоять только пара человек – и те уже сворачивались.

– Откуда инструмент? – спросил я, ткнув в серпы и топоры.

– Из Мордина.

– Привез? – уточнил я.

– Да. Здесь тоже есть кузнецы, но металла у них немного.

– Откуда металл у них?

Торговец прекратил сворачивать товар, прикрыв остатки на прилавке тряпкой. Я заметил это и решил спросить:

– Ворованное?

– Нет, – мгновенное ответил торговец.

– Атолок! – позвал я старосту, который пока что прятался у меня за спиной, но мгновенно встал рядом:

– Торговец он, торговец, – затараторил заступник. Я лишь усмехнулся:

– Если вы это достаете у Мордина каким-то… нестандартным способом… я, может, и не буду против, но только мне врать не нужно.

– А кто это, Атолок? – спросил торговец.

– Это Бавлер, – представил меня староста. – Он…

– Я знаю, кем является Бавлер, – торговец снова раскрыл инструмент. – Тогда мне нечего бояться. Я думал, что это кто из Мордина!

– Дружище! – воскликнул Левероп. – Да кто ж из Мордина сюда заявится!

– Да хотя бы ты! – присмотревшись к нему, проговорил торговец.

– Э, нет! – телохранитель рванул было к нему, но потом присмотрелся получше. – Ах ты, прохвост! – и, перемахнув через непрочный деревянный прилавок, он собрался схватить торговца за шкирку, только тот умудрился ловко вывернуться и отскочить в сторону.

– Не калечьте только! Он нам инструмент… – не слишком активно взялся защищать его Атолок, но этим только привлек мое внимание:

– Так вы знали, чем он занимается?

– А ты сказал, что ничего страшного в этом нет, если на пользу дела!

– Само собой! Ничего страшного нет! – ответил я, наблюдая, как Левероп, пока еще не достав меча, пытается догнать торговца, а затем крикнул телохранителю: – Достаточно!

Мординец подошел ближе, от злости раздувая ноздри.

– Кто это? – спросил я у него, указав на торговца, который пока что благополучно держался на солидном от нас расстоянии.

– Это – мошенник. Последняя сволочь! – ругался Левероп, не предпринимая, однако, больше попыток догнать торговца. – Он обманул меня!

– А ты лучше, что ли? Медью вместо серебра со мной рассчитался!

– И ты иди сюда! – я махнул рукой торговцу. – Он тебе ничего не сделает.

– Точно? – с опаской спросил тот, не решаясь подойти к нам ближе.

– Абсолютно точно.

Убеждения в моем голосе оказалось достаточно для того, чтобы торговец, парень возраста Леверопа, то есть, лет на пять-семь старше меня или Фелиды, подошел к нам. Он исподлобья смотрел на моего телохранителя, одним лишь взглядом пытаясь отыскать поддержки во мне или в деревенском старосте.

– В обиду мы никого не дадим! – пафосно заявил Атолок. Я, поджав губы, кивнул:

– Но вопрос надо закрыть. Если он вообще есть. В чем проблема?

– Он продал мне дурной меч! – воскликнул Левероп. – Я отдал за него… девять серебряных!

– Из которых четыре – поддельные!

– Так! – рявкнул я. – Что за базарные бабки собрались? Нормально и спокойно объяснили! Ты правда продал ему меч?

– Правда, – кивнул торговец.

– А ты дал ему девять монет? – уточнил я у Леверопа.

– Рублеными.

– Это как?

– У меня не было целых, и я набрал кусками.

– Ага! – я сделал резкое движение головой, упершись подбородком в грудь.

Экономика старого мира была интересной. Медь, серебро и золото. Монеты делились на доли – по двенадцать долей. Курс был стабильным: доля серебряной монеты равнялась полной медной, а доля золотой так же относилась к кругляшу из серебра. Другими словами, сто сорок четыре медных доли были равны одной золотой доле.

Что касается цен, то медная доля – это хороший ужин. При наличии пристойного дома, на две золотых доли человек мог прожить почти целый год, ведь плохих ужинов я еще не встречал здесь. А хорошим ужином можно было питаться качественно.

С другой стороны, вещи стоили денег, имелись еще и налоги, а это серьезно меняло благоприятную картину. Кроме того, во многих семьях было по три и больше детей.

Вещи из металла стоили очень дорого, потому что для его плавления расходовалось огромное количество древесины. Или угля, как в случае с Мордином, который получал ресурсы от Улерина. Поэтому, с поправкой на сложность изготовления оружия и его высокий спрос, ценник показался мне справедливым.

– Ты сам выбрал его? – негромко спросил я.

– Да, – Левероп до сих пор горел гневом. – Сам.

– Так в чем был плох меч? Развалился?

– Плохой металл, меч был мягкий. Этого нельзя было определить при покупке! – быстро выговорил он.

– Как и твое поганое серебро! Это и не серебро было вовсе! – снова завопил торговец, пытаясь перекричать Леверопа.

– Боги, да прекратите орать! – рявкнула Фелида так, что тишина после ее слов аж зазвенела. Как ни странно, ее тоже послушались. – Отлично! У Леверопа уже нет поганого меча, поэтому его качество мы никак не проверим. А что касается монет?

– Буду я дрянь всякую держать при себе. Это было ненастоящее серебро! Медь с…

– Как это ты не смог определить металл, если тебе его долями дали? Какой дурак будет отливать доли монет?! – взвилась Фелида и осыпала торговца такими словами, от которых густо покраснел не только Атолок, но и даже Левероп с Орантом. Торговец пошатнулся, оступился и упал на землю.

Как только Фелида замолчала, я взял слово:

– За плохой меч ты получил нормальную цену. Но попытался отбрехаться! За то, что ты обманул человека, наказать я тебя не смогу.

– Слава Богам! – вырвалось из уст торговца.

– Но я помогу выбрать наказание Леверопу. Как он того пожелает. За обман.

– Я… могу помочь! Правда! У меня есть…

– Мне нужно знать, что качество твоего товара сейчас – нормальное. Показывай, – приказал я. – Левероп!

Телохранитель стиснул клешней плечо торговца. Фелида направилась к прилавку, а я обратился к Атолоку:

– Давно он торгует здесь?

– Всегда торговал.

– И ты не знал, что он торгует товаром низкого качества?

– У него никогда не было таких проблем! Никогда! – ревностно защищал торговца Атолок.

– Левероп, отойдем? – предложил я, попросив его передать безымянного торговца Оранту. – Ты не врешь?

– Нет! – с жаром выдал телохранитель.

– Я не сомневаюсь в тебе сейчас, – предупредил я. – Но, если ты, мало ли, потерял меч и решил повесить эту проблему на торговца, или он попросту не нравился тебе раньше – это не повод сеять смуту.

– Не терял я ничего! – сердился Левероп. – Бавлер! Он меня надул! Мне пришлось взять запасной меч своего друга!

– Сейчас нам никто и ничего уже не докажет, поэтому мы отталкиваемся от логики, – проговорил я, пытаясь успокоить своего телохранителя. – Остается простой вопрос: монеты могли быть поддельными?

– Да. Могли. Но не я их такими сделал, – грубо ответил мординец. – У нас много поддельных монет ходило, как серебряных, так и золотых. В огромном количестве. Многие научились определять, хорошая ли монета попалась, но перед тем, как я попал к тебе, последнее, что я слышал…

– Последнее ты не слышал, а видел собственными глазами, – попробовал пошутить я, но Левероп был в таком состоянии, что шутки не понял.

Он запнулся на полуслове, а потом подавился, закашлялся, но вскоре пришел в норму:

– Есть сплавы, похожие на серебро, но их делают единицы. Причем… почти что из мусора! – он едва не кричал, но это мало что меняло. – И золота фальшивого тоже много! Между прочим, пакшенские торговцы промышляли этим куда больше!

– Ты еще скажи, что Еливар тоже был в этом замешан, – фыркнул я.

Имя торговца, который сгинул где-то в полях между Рассветом и Монастырем, встретилось мне почти в самом начале моего пути правителя. Еливар перевозил огромное количество золота, но лодка затонула, а его самого сожрали гоблины. От человека осталось только его золото. Настоящее ли?

Или и его не осталось тоже. Левероп хотел было ответить мне, но ничего не сказал, только мотнул головой.

– Ты понимаешь, к чему мы пришли? – спросил я.

– Понимаю. Виноватых нет. Я потерял в одном месте кучу серебра и хороший меч не получил в другом. Но виноватых нет.

– Если у торговца та же ситуация, то вы на равных. Он тоже нашел где-то меч, который оказался плохим, а потом получил денег меньше, чем планировал. Но вы оба сейчас были готовы друг другу в глотки вцепиться, – я глубоко вдохнул, потому что то, что я собирался сказать, Левероп бы едва ли принял.

Он догадался, о чем я намеревался его попросить, и потому сразу же отрицательно замотал головой:

– И не проси. Пожалуйста, Бавлер.

К нам подошла Фелида, внимательно поглядела на обоих и отчего-то усмехнулась, а потом показала на торговца. Тот, понурив голову, висел в руках Оранта, пока Атолок его отчитывал вполголоса.

– Подождем, – предложил я.

Но не прошло и минуты, как все трое решили подойти к нам в виде чуть ли не процессии. Торговец заговорил первым:

– Приношу свои извинения… товар… действительно был не того качества, как должно, – потом склонил голову, точно ожидал пинка под зад от самого старосты.

Я пихнул Леверопа, намекая на то, что тот должен принять извинения. Не сразу, но он согласился. Только когда он протянул руку торговцу, я чувствовал, как его ломает изнутри.

– Не вижу повода для… вражды, – почти что сквозь зубы проговорил Левероп.

Торговец протянул трясущуюся руку и вложил пальцы в ладонь мординца. Тот сжал их так, что хрустнули суставы, но не стал держать слишком долго и отпустил.

– Сегодня много полезных знакомств, – заключил я. – Подними голову. Как тебя зовут?

– Эброн, – глухо проговорил он.

– Отлично. Теперь ты расскажешь нам, как ты ведешь свои дела. Старосте будет полезно узнать, нет ли проблем в его деревне, а мы выясним, может ли быть нам от твоей торговли польза.

Оказалось, что дела Эброн вел довольно интересно. Активизировался он только после захвата земель Рассветом. До этого у него все было чинно, а теперь он фактически стал…

– Контрабандист я, – с горечью в голове выдал он.

– Да ну, – не поверила Фелида. – Здесь же нет четких линий Мордина.

– Ошибаетесь, – продолжил Эброн. – Есть. Но они довольно далеко.

– То есть?

– Как говорят по ту сторону, Мордин боится вступать с вами в прямую схватку. Говорят, что Бавлер – колдун. А еще…

Я негромко посмеялся в ответ. Было дело, когда руна, подаренная мне Мьелдоном из Монастыря, спасла целый отряд – тот самый отряд Анарея. А попутно подарила мне новых переселенцев, которых я, прикрываясь тем же самым саваном темного мага, нагло забрал себе. Среди них был и Левероп.

– Колдун, да еще какой, – добавил телохранитель.

– Вот и боятся, – коротко закруглился торговец. – Но я мог бы выяснить для вас, что они замышляют, если пожелаете, правитель Бавлер.

– Ты говоришь так, словно тоже меня боишься, – я ненароком грозно навис над торговцем, который был ниже меня на половину головы, а то и больше. – Если это так, то…

– Я не боюсь! – дрожа, выдал Эброн.

– Как скажешь, – я расслабился и искоса посмотрел на торговца. Моя затея удалась. Теперь он выглядел как человек, которому можно поручить куда более опасное задание, чем простому торговцу.

– Тогда есть одно важное дело… – начал я.

План на самом деле родился у меня буквально за пару минут, пока мы разговаривали с торговцем. Изначально я даже не думал об этом, но в действительности, стоило мне погрузиться в размышления, план показался дельным.

Суть его заключалась в том, чтобы хоть раз забрать у Мордины достаточно ресурсов хотя бы для Заречья – и не расходовать некоторое время собственные, которых не хватало Рассвету.

Это была двойная ловушка. На самом деле, изначально я хотел немного иначе подать эту задачу Эброну, но Фелида шепнула на ухо пару интересных идей, которые я тут же реализовал.

– Приди в Мордин, добейся встречи с кем-нибудь из верхних, – продолжал я. – Скажи, что можешь помочь вернуть эти деревни Мордину, но тебе потребуется… – я сделал паузу и Эброн тут же ввернул:

– Оружие?

– Если ты запросишь оружия целые телеги, то это будет подозрительно, – добавил я, переглядываясь с остальными, чтобы заполучить и их поддержку. Атолок тут же уверенно закивал. – Поэтому надо просить прикрытия. Скажи, что тебе потребуется еще пара телег и пять человек. Загрузить, разгрузить – по мелочи. Не сопротивляйся тому, что тебе предложат «правильных» людей. Сам намекни на это. Скажи, что тебе здесь доверяют и потому ты без проблем привезешь все, что угодно.

– В… Все? – дрогнувшим голосом спросил Эброн.

– Что нам нужно, кроме металла? – спросил я у старосты, но тот лишь пожал плечами:

– Да вроде бы как с едой у нас проблем нет. Нам же земля все дает. А руки у нас и так есть. Вот то, что нет металла – да. Конечно, не помешало бы золото, как если бы ты с нас деньги брал. Но Отля сказал, что мы не должны тебе в золоте?

– И даже в меди, – ответил я.

– Тогда металл. И уголь пусть тоже везут, а то Улерин нам напрямую явно по реке ничего не спустит, – Атолок сплюнул на землю

– А в чем будет… моя выгода? – осторожно, размеренно, пробуя почву под ногами, спросил Эброн.

Я подумал, что без личной выгоды и безопасности он явно не захочет сотрудничать и скорее сбежит на ту сторону, чтобы остаться там, где его точно никто не тронет. Даже с учетом продажи здесь дерьмового качества мечей.

– Тот холм видишь? – я ткнул пальцем на земли, которые принадлежали какому-то мординскому графу – или барону. То, что мне рассказывал Атолок, уже было не важно. Не играло роли, потому что их права на землю аннулировал Анарей.

– Вижу, – уверенно закивал торговец.

– Как думаешь, староста, – спросил я мужичка, который до сих пор не мог расстаться с травинкой и так и перекидывал ее из одного угла рта в другой. – Ты отдашь эти земли мужественному Эброну, если он справится с непосильной задачей и притащит нам много-много металла, угля и – чего-нибудь ценного, если предложат?

– Не вижу никаких проблем. Только если твои вояки, Бавлер, здесь сами хозяйничать не захотят, – резво ответил староста.

– С капитаном я поговорю.

– Ты уж лучше с его помощником поговори, как его… с этим…

– Иллинат? – уточнил я.

– Он самый! – хором ответили торговец и староста.

Я предполагал, что помощник у капитана Анарея себе на уме, когда добрался до Заречья. Принимая его на Советах, чтобы узнать о происходящем в относительно дальних землях, я рассчитывал на его честность. И, прежде всего, на честность самого капитана. Если выяснится, что мне сообщали откровенную ложь, достанется, прежде всего, Анарею.

– Кажется, Иллинат может лишиться должности, – слабо хихикнул Орант и тут же затих.

– Что ж, правитель, разбирайся, – Атолок развел руками в стороны. – Мы только рады будем, если после тебя будет спокойствие и порядок, – после этих слов он посмотрел на торговца: – Ну, а ты понял, чего тебе сделать надобно?

Эброн повторил и мы вместе с Атолоком удовлетворенно кивнули.

– Может, вы останетесь здесь, переночуете? Хата есть свободная, – окончательно раздобрел староста.

Я оценивающе посмотрел на почти севшее солнце. Можно было бы двинуться прямо сейчас. Орант торопил, но время вышло раньше. В некоторой степени я подвел человека, который на меня понадеялся в решении непростой проблемы сдачи целого форта.

– Прости, Атолок, – проговорил я, скрипя зубами. – Но твоим гостеприимством мы сейчас не сможем воспользоваться.

Мне показалось, что тот едва заметно, но с явным облегчением вздохнул:

– Ну, правитель, твое решение. Мы тебе здесь всегда рады, – он потер побитое лицо, как будто подразумевал совершенно противоположное.

Орант, Левероп, Фелида и я продолжили наше путешествие, оставив позади Простор.

– Как ты думаешь, Иллинат действительно таким занимается? Мучает солдат, поставляет в Рассвет ложную информацию? – спросила сестра.

– Спросим у него напрямую, – я пожал плечами. – Иного выхода я не вижу. Но если это правда, надо понять лишь, в чем его выгода.

– Для человека, который убрал деньги из жизни трех с лишним тысяч человек, – иронично заметила Фелида, – ты стал слишком беспокоиться о выгоде других людей.

– Потому что те, кто не живет в Рассвете, до сих пор ими пользуются, – ответил я. – Привычными выгодами. Дом получше, денег побольше. Ты же видела, как загорелись глаза у Эброна, когда ему пообещали добротный кусок земли?

– Видела, конечно же. Видела, – Фелида задумчиво пожевала губу. – Но не думаешь ли ты, что ему там предложат лучшее решение?

– Уверен, что предложат, – ответил я. – Поэтому, когда мы разберемся со Южным Фортом, я проедусь до Кирота, а потом вернусь сюда, чтобы понять, насколько хорошо поняли мой первый шаг.

– Опасно все это, – добавил Левероп.

– А что скажет наш спутник? – я обратился к Оранту, который шел ближе всех к Фелиде.

С момента, как мы вышли из Простора, он не произнес ни слова, чем меня больше волновал, чем радовал: обычно в долгих дорогах я предпочитал молчаливых спутников. Но сейчас тишина от Оранта показалась мне подозрительной.

– Стой! – окрик впереди заставил нас всех вздрогнуть.

Левероп сунулся за мечом, я выхватил свой и машинально закрыл собой Фелиду. Орант оказался слева от меня и, пользуясь моментом, я глянул на него. Испуганный, он выдернул меч наполовину, согнулся, готовый его вытащить его целиком, но получил стрелу, что с глухим стуком вонзилась в его тело.

– Следующую пустим в глотку!

– Такой себе весенний привет, – не совсем удачно пошутила Фелида.

Глава 5. Ключевая крепость

В сумерках нас попросту не признали. Никто толком и поорать не успел, как на нас вышла пара человек с факелами – и еще трое с луками, которые были нацелены почти что в упор – с десяти шагов.

– Бавлер? – удивился один из солдат и тут же опустил оружие. – Ты – и здесь?

– Здесь, – тут же выпрямившись, отозвался я. – Тебя это удивляет? Что тут происходит?

– Это же беглый из форта!

– Он с нами, – вступился я. – Стрелу вытащить и залечить.

– Мы за ним до самой Нируды гнались – покуда он в воду не прыгнул, – удивленно продолжил солдат. – Улизнул. Думали, сгинет. А он выжил оказывается!

Помимо удивления ничего иного я не заметил. Но, раз уж добрался до своих солдат в очередной раз, решил уточнить:

– Вы действительно взяли в осаду Южный Форт?

– Взяли, – ответил солдат, подходя ближе к Оранту. – Так, раз уж Бавлер тебя защищает… Не боись. Не прибьем. Так зачем вы все здесь? – обратился он ко мне, покрепче ухватившись за стрелу.

– Ускорить ваши осадные дела, – ответил я. – Если бы вы не подстрелили его, вероятно, шансы были бы выше.

– Да у нас вроде бы и так все неплохо, – ответил солдат.

– Поясните? – прищурился я. – Что случилось за один день? Они сдались?

– Нет. Но мы держим форт в осаде. У них нет припасов. И стрелы на исходе.

– Как же вы это определили? – удивилась Фелида.

– И где Анарей?

– Анарей не руководит осадой, – ответил солдат. – Анарей сейчас на сложном участке на севере. Здесь – Иллинат.

– Как бы он не стал вторым Гороном, – процедил я. – Слишком много прегрешений скопилось на человеке.

– Прегрешений?? – удивился солдат. – Не сказал бы, ой не сказал. Ревностный хранитель Рассвета, между прочим! Все для Рассвета!