СМЕРТЬ В ОКЕАНЕ 2

Мэйсон, наблюдавший за происходящим, повернулся к Мерфи.

– Скажи, – спросил он, – ты с самого начала знал, что это Стив?

Мерфи выдержал паузу, его взгляд был устремлён вслед уезжающей машине.

– Да… – ответил он наконец, и в его голосе прозвучала усталость человека, выполнившего тяжёлую работу.

Блэка привезли в отдел, где проводили в камеру для допроса. Часа два к нему никто не подходил, затем дверь открылась и вошёл Мерфи. В руках он держал три фотографии. Подойдя к Стиву, он произнёс:

– Ну вот, Стив – ты снова дома… Ты меня не знаешь, поскольку, когда ты последний раз вышел отсюда, директором был Джон Ковальски…Теперь его нет. Спросишь, где он? – отвечу, но потом… Меня зовут Мерфи – Брайн Мерфи, но для тебя…

Мерфи задумался. В его плане ключевая роль отводилась Блэку, а не Стиву. Но Блэк – безжалостный убийца. Жестокий, циничный тип, не то, что Стив. Стив – обычный агент, а их у Мерфи было много… Сейчас ему нужен был Блэк и только Блэк. Но, если перегнуть с ним палку…

– Для тебя – просто Мерфи, – улыбнулся он доброй улыбкой. —Теперь директор этого отдела я… Скажи мне, Стив, что мне с тобой делать?

– Не знаю… – прямодушно ответил Стив.

– А что ты знаешь? Скольких людей ты успел убить за это время? – Мерфи прищурился, пытаясь уловить тень лжи в его словах.

Блэк упорно молчал. Тогда Мерфи решил действовать иначе.

– Мы думали тебя убили… но почему—то не нашли твоё тело. Оно исчезло. Как тебе это удалось?

– Я ничего не помню… – снова твердил своё Стив.

– Да что ты заладил: не знаю – не помню. Ты не в плену – ты дома, Стив… Совсем ничего не помнишь? – сделал вид, что удивлён Мерфи.

– Да… – словно издеваясь, ответил тот.

– Ну, допустим, тогда посмотри сюда…

Мерфи бросил перед ним на стол несколько фотографий и устало произнёс:

– Узнаешь?

Стив молча уставился на снимки. На всех трех были женщины, двух из них он узнал сразу – Кэтрин и Николь были его «целями». Третье лицо ему было не знакомо, но присмотревшись повнимательнее он нашел сходство с образом ребенка из его снов…

Однако он покачал головой.

– Это, – Мерфи ткнул пальцем в одну из фотографий, – твоя жена Николь. А вот это, её подруга Кэтрин. Обе работали у нас в отделе, как и ты…

Он замолчал, следя за реакцией Стива, но тот безразлично продолжал смотреть на снимки.

– Ну, а это? – снова спросил Мерфи.

Он взял фотографию, на которой была изображена девочка и поднёс её к глазам Стива.

– Это – твоя дочь Элис… – многозначительно закончил Мерфи. Он с явным удовольствием наблюдал, как вытянулось лицо Стива.

На эту сцену определённо стоило взглянуть. Мерфи возвышался над Стивом подобно титану, упиваясь своим превосходством в этой игре: едва он обнаружил слежку, то сразу же перехватил инициативу и Стива взяли в обработку. Те, кто еще помнили Стива, опознали его.

Когда Стив снял номер в гостинице, подходящий для выстрела – за ним уже следили: каждое его движение, каждый звук фиксировали камеры и микрофоны. Момент подготовки Блэка отслеживал снайпер, отправленный Мерфи. Он ни на секунду не упускал стрелка из виду. У Стива не было ни единого шанса на успех. В миг, когда палец Стива выжал спусковой крючок – снайпер лишь усмехнулся, он знал – Стив не дослал патрон в патронник.

Бдительный Мерфи ожидал подобного развития событий. После инцидента с Джоном – своим предшественником, он был готов, что однажды придут и за ним. Появятся люди с предложением о сотрудничестве. Конечно, не напрямую, а через посредников. Он выжидал, но этого не происходило. Такой вариант был худшим из тех, что он прокручивал в своей голове – его решили устранить.

Теперь, зная их цель, он искал исполнителя своего убийства, но реальность оказалась куда таинственнее любых предположений. Стив Мюррей, которого все считали мёртвым … И вот он, живой и невредимый, следит за Мерфи, готовый спустить курок…

Эта новость оглушила Мерфи. Кто же стоит за Стивом? Или он сам принял это решение? Они не знали друг друга и между не было ничего из того, что могло породить такую ненависть.

Разгадка одной тайны рождала новую, ещё более запутанную. Кем же является Стив на самом деле? Может, он двойной агент, внедрённый в их организацию? Тогда понятно от кого произошла утечка информации, которая и повлекла гибель многих агентов… Но внутренний голос подсказывал Мерфи, что истина куда сложнее этой версии.

Тем временем Стив был погружён в собственные мысли. Дочь… Слова Мерфи о том, что у него есть ребёнок, не давали ему покоя. Может, это чья-то изощрённая шутка? Он вглядывался в лица женщин на фотографиях, пытаясь найти знакомые черты. Все казались чужими, кроме одного – его дочери. Элис оставалась единственным связующим звеном с прошлым, которое он, казалось, безвозвратно потерял.

Дрожащими пальцами он бережно поднял со стола снимок дочери, и в уголках глаз тотчас заблестели первые слезы. Это не укрылось от внимательного Мэрфи.

– Стив, – он положил ему руку на плечо, – это нормально, что ты ничего не помнишь. С дыркой в голове, наверное, нелегко живётся… Чудо, что ты вообще жив. Что же с тобой все—таки произошло? Ну да, у тебя же амнезия… Или ты делаешь вид, что у тебя амнезия?

Мерфи решительно водрузил стул рядом со Стивом и впился в него пристальным взглядом. Тот, повернув голову в его сторону ответил взглядом, в котором Мерфи заметил не страх и сомнения, а бесконечную тоску.

Со стороны, казалось – их взгляды сцепились в немом поединке, словно два бойца перед решающей схваткой, замершие в ожидании первого удара. Но если Мерфи был готов к этому, то в глазах Стива, читалась такая безысходность, что даже самый искушённый боец содрогнулся бы от подобного зрелища.

Мерфи, привыкший к сопротивлению, к тому огню борьбы, теперь наблюдал за медленным угасанием чужой воли. Время тянулось, но ничего не происходило. Наконец, Мерфи, не выдержал.

– Да не, – наконец произнёс он с уверенностью, – ну точно амнезия… Что ж, это многое объясняет, кроме одного – зачем ты решил меня убить? Объясни—ка, как ты перешёл эту черту…

– Стив – это не моё имя…

Мерфи равнодушно пожал плечами.

– Стив, Блэк, папа римский, называй себя как угодно, но ты – СТИВ МЮРРЕЙ. Вот твоё досье, читай.

Он передал ему папку, в которой содержалась вся информация о нем. Блэк устало помассировал виски, насколько позволяли стягивавшие запястья наручники и открыл первую страницу…

Мерфи тяжело вздохнул, глядя на растерянного собеседника, на то, как тот вчитывается в скупые строчки своей биографии. Перед ним был классический случай «промывки мозгов» – технология, которую когда-то разрабатывали в ЦРУ и для ЦРУ, но затем она попала в чужие руки, и теперь играла против своих создателей.

Но сначала, это был проект «Чистый разум» – программа, призванная помогать людям избавляться от психологических травм. Никто не предполагал, что эти исследования привлекут внимание спецслужб.

Теперь эти разработки, использовались, чтобы стирать личности, создавать послушных марионеток, лишая их воли и индивидуальности. Мерфи видел перед собой результат их работы – человека, который не помнил ни своего прошлого, ни своих близких, ни даже того, кем он был на самом деле.

– Надо бы тебя показать нашим медикам, может промоют тебе мозги, если они у тебя ещё остались, а пока расскажи—ка мне с самого начала все, что ты помнишь… Что не помнишь – расскажу тебе я.

Неожиданно, словно весенний ветер после сибирских морозов – Блэк заговорил! Он рассказал все, что знал, но… знал он немного. Мерфи слушал его короткую речь и не перебивал, затем снял с него наручники и похлопав по плечу, протянул ему руку.

– Добро пожаловать домой, Стив! – дружеским тоном произнёс он.

Стив ощутил, как огромные тиски сжали его кисть.

– В шахматы играешь? – неожиданно спросил его Мерфи.

– Наверное…– неуверенно ответил тот.

– Значит сойдёмся!

Мерфи отодвинул в сторону папку с документами и достав из кейса шахматы – разложил их на столе. Он оживленно расставлял фигуры, и Стив, как мог, помогал ему. Но вовсе не об этой игре размышлял сейчас Мерфи – нет.

– Вот что мы сделаем… – задумчиво произнёс Мерфи делая первый ход белой фигурой пешки.

Стив тут же неожиданно для себя ответил конём. Он продержался гораздо дольше, чем ожидал от него непобедимый гроссмейстер, но все же проиграл ему. На лице Мерфи читалось явное удовлетворение: победой, и игрой соперника. Он так и сказал ему:

– Хороший ты парень, Стив!

Так Блэк и Стив, воссоединившись, стали частью амбициозного проекта «великого Гроссмейстера», его отправной точкой. План, где остроумие переплеталось с гениальной стратегией, замысел, который превзошел все их ожидания.

Глава 11 Троянский конь: когда очевидное становится невероятным…

«Стоит повернуться к дьяволу спиной, и увидишь путь к Богу»

Данте Алигьери.

План Мерфи отличался той особой гениальностью, что граничит с безумием – столь же безупречный в своей простоте, сколь и рискованный в исполнении. Словно хрупкая конструкция из карт, он мог рухнуть от малейшего дуновения ветра. И вот теперь, когда судьба решила сыграть злую шутку, вся кропотливая работа последних дней грозила рассыпалась в прах.

Что до Мерфи, то ослеплённый верой в успех, он не оставил себе пути к отступлению – запасной план оставался лишь призрачной тенью в его воображении, без намёка на воплощение. Но об этом позже, а пока…

Наш Блэк, так будем пока называть Стива, возвращался на виллу к Фархаду, размышляя по поводу сказанного Мерфи. Этот рослый, мускулистый, лысый афроамериканец сразу понравился Блэку своим умением сохранять чувство такта и равновесия в любой ситуации. Он не только оставался невозмутимым, но и проявлял при этом остроту ума. Позднее к своей симпатии Блэк добавил ещё одно чувство – уважение.

Припарковав машину, Блэк вернул ключи охране и направился к себе. В его комнате, на кровати, ждал Фархад – в руке он держал пистолет, нацеленный прямо в лоб Блэку. В следующую секунду раздался характерный щелчок взводимого курка.

– Как дела? – начал Фархад с привычной издёвкой в голосе.

Блэк мгновенно напрягся, но лицо его осталось бесстрастным. Лишь в глубине глаз промелькнул холодный огонёк, выдавая внутреннюю бурю эмоций. Пальцы непроизвольно сжались в кулаки, но голос остался обманчиво спокойным:

– В порядке, Фархад, как обычно.

– Как обычно? – прорычал Фархад, его голос сочился ядом. – Обычно ты выполняешь мои приказы! А сейчас, где результат? Где эта чёртова «цель», которую ты должен был устранить?!

Каждое слово резало слух, усиливая напряжение между двумя мужчинами. Пистолет в руке Фархада уже не казался метафизическим символом, а вполне реальной угрозой.

– Мерфи объявился, – разрядил обстановку Стив.

– Да ну… И что ты намерен делать на этот раз? – изобразил удивление Фархад. – Может пригласишь его в кино. Я куплю вам билеты, только скажи на какой фильм… Возможно, он откажется, ведь у него столько дел. Зато тогда у тебя, наконец, будет повод его пристрелить. А так, без повода – вижу сложно… Когда ты убьёшь его, Блэк?

Фархад устал от этой бесконечной игры. До тошноты надоели бесконечные перевоплощения в Рахима – жестокого, безжалостного тирана, каковым, впрочем, и являлся его брат. Но разве сам Рахим был в этом виноват? Виноват был лишь этот проклятый мир, эти люди, превратившие его жизнь в сущий ад. Рождённый в иной судьбе, скажем, где-нибудь в сытой Европе, получивший достойное образование, он, возможно, стал бы уважаемым учителем или искусным врачом.

В памяти всплыл образ того несчастного ребёнка – маленького Рахима, вечно голодного, грязного, забитого. Но теперь от него не осталось и следа, а вместе с ним растаяла и та тонкая нить, что когда-то связывала их души. Ведь они не являлись кровными братьями – лишь стали ими.

Два разных характера, две противоположности: вспыльчивый, как дикий тигр, Рахим и хладнокровный, мудрый, словно змея, Фархад. Ничего общего между ними не было и быть не могло. И вот теперь эта маска тигра опостылела ему до глубины души. Зачем, спрашивается, он ввязался в дела брата? Стоила ли игра свеч? Но самое главное – к чему всё это приведёт? Какая участь поджидает того, кто играет судьбой?

Смерть Рахима стала закономерным финалом его пути – иного исхода и быть не могло. Пролитая им кровь требовала справедливого возмездия, и оно пришло, как приходит неотвратимая кара за содеянное.

Однако сейчас, когда цель уже маячит на горизонте, словно желанный трофей, до которого остаётся всего один решающий шаг, на его пути встаёт непреодолимое препятствие – Мерфи. И Фархад прекрасно понимает: пока этот человек жив, его планы останутся лишь призрачной мечтой.

В его голове уже созрел план: у него есть человек, готовый занять место Мерфи.

С помощью нового союзника он рассчитывал добраться до заветного артефакта – того самого, о котором не так давно говорил Рахим. Это была не просто цель – это был ключ ко всему. И Фархад был готов использовать любую возможность, чтобы заполучить его.

Раздумья прервал уверенный голос Блэка:

– Завтра…

– Завтра? Что ж – это гениально! А почему не сегодня? Может отдохнешь, вдруг передумаешь? Почему, я спрашиваю, ты не убил Мерфи сегодня? – изумился Фархад.

– Не успел! – нагло огрызнулся Блэк.

Фархад одобрительно рассмеялся. Он любил смелых людей, презирал трусость и малодушие, и сам привык быть тем, кто вселяет страх в сердца других. Блэк же был прямым как рельсы, он не притворялся и не боялся Фархада. С такими, как Блэк, было просто – они, как открытая книга, хочешь – читай, не хочешь – выброси. И сейчас Блэк был именно той книгой. Фархаду предстояло лишь решить, что с ним делать.

– Забавно… – произнёс он. – Нравишься ты мне, Блэк, жалко будет тебя убивать.

Он взглянул в глаза Блэку, надеясь разглядеть в них отражение страха, замешательства – но не увидел и снова улыбнулся, но в этой улыбке читался приговор.

– Да шучу я, шучу… – примирительно произнёс он. – Пока шучу… У тебя один день, Блэк. Только один. Завтра, один из вас должен отправиться на встречу с Аллахом, да простит он вам все грехи. Не исчезнет Мерфи – исчезнешь ты…Ты меня хорошо понял?

Блэк еле заметно кивнул.

– Я не расслышал, – возмутился Фархад, не привыкший к таким манерам среди своих подчинённых.

– Слушай… Фархад, – голос Блэка звенел как натянутая струна, – завтра – значит завтра… Если ты мне не доверяешь, будь рядом – сам все увидишь!

Фархад замер, он удивлённо посмотрел на Блэка. Его глаза расширились от изумления, когда до него дошёл смысл сказанного.

«Как же просто!» – пронеслось в сознании. – «Почему нет?»

Эта идея сразу понравилась ему настолько, что он спустил с рук Блэку его непозволительную наглость. Сейчас это казалось мелочью, суетой, не стоящей его внимания. Но Блэк… Этот непредсказуемый, дерзкий в своей наглости человек, требовал особого подхода. Приходилось контролировать его.

– А что, прекрасная мысль! – обрадовался Фархад. – Если завтра ты не убьёшь Мерфи, тогда я – убью тебя …

С этими словами Фархад похлопав Блэка по плечу направился к двери, но на прощание добавил:

– Сообщи, когда будешь готов.

Блэк кивнул.

На следующее утро Фархад неподвижно сидел в массивном кожаном кресле, погружённый в созерцание фотографии брата. Его взгляд был настолько сосредоточен, что он едва услышал негромкий стук в дверь.

– Входи! – произнёс он с едва уловимой ноткой снисходительности в голосе.

Дверь распахнулась, и на пороге возник Блэк. Фархад с тяжёлым вздохом отложил снимок и устремил на гостя пристальный взгляд.

– Присаживайся, – пригласил он, жестом указывая на кресло напротив. – Скажи, Блэк, тебе знакомо имя Рахим?

Тот в ответ лишь недоумённо пожал плечами:

– А должно?

– Не знаю, – протянул Фархад, не сводя с собеседника пронизывающего взгляда. Его пальцы машинально отбивали нервную дробь по столешнице, выдавая бурю эмоций, бушующую внутри. – Потому и интересуюсь.

Медленно, почти ритуально, он протянул Блэку фотографию.

Тот взял снимок и на несколько мгновений замер, вглядываясь в черты изображённого на нём мужчины. Затем, словно очнувшись, спросил:

– Это новая цель?

Фархад резко втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Его кулаки непроизвольно сжались до такой степени, что костяшки побелели, а на скулах заходили желваки. Он резко поднялся, его фигура нависла над столом, словно хищник перед прыжком.

– Это мой брат… – голос дрогнул, и он сделал паузу, бережно забирая фотографию из рук Блэка. – Позволь мне рассказать тебе его историю…

Его взгляд устремился куда-то вдаль, словно он видел перед собой картины прошлого.

– Это произошло в Ираке. Мне тогда было тринадцать, Рахиму – десять. Мы скитались по помойкам, голодные, как бездомные псы… Родители? Мы их не помнили. Тогда мы были просто двумя потерянными детьми, которые даже не знали о существовании друг друга.

Он сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями.

– Наша встреча случилась в одном из посёлков. Там правила банда отморозков – они держали в страхе всю округу. Требовали дань: еду, деньги, одежду. А где их взять? Мы крались по рынку, воровали у прохожих крохи, чтобы выжить.

Рассказчик сжал кулаки, вспоминая прошлое.

– Однажды я заболел. Не мог встать с постели. И знаешь, что сделал один из тех ублюдков? Достал нож и пообещал отрезать по пальцу каждый день, пока я не поднимусь. Избили до полусмерти. А на следующий день тот тип исчез…

Его глаза потемнели от воспоминаний.

– Его дружки пришли за мной. Рахим был рядом – принёс воды. Один из них выхватил пистолет и выстрелил. Но мой брат… Он закрыл меня собой. Пуля вошла в плечо. А эти твари начали избивать его. Когда они добрались до меня, я отключился после второго удара.

Рассказчик помолчал, собираясь с мыслями.

– Они бросили нас на свалке – думали, собаки доделают их работу. Когда я очнулся Рахима не было рядом. Того, кто стрелял, нашли через день – с перерезанным горлом. Позже я узнал, кто это сделал. Нож в крови я нашёл под подушкой у Рахима. Мы сбежали. А через месяц закопали всю банду…

Блэк молчал, поражённый услышанным.

– И зачем ты мне всё это рассказал? – наконец спросил он.

– Потому что теперь твоя очередь, Блэк. Это конец твоего пути. Я закопаю тебя.

– Хочешь убить меня, валяй… Если нет, тогда я допью свой кофе и пойдём.

Блэк развернулся и направился к двери.

– Стой! —приказал ему Фархад.

Блэк услышал, как щёлкнул взведённый курок, и остановился. Сейчас у него почти не было шансов выйти отсюда живым, за дверью стояли вооружённые бойцы Фархада, а тот держал его на мушке…

– Ты готов умереть? – спросил Фархад.

– Стреляй и увидишь …– спокойным голосом ответил ему Блэк, словно делал это каждый день.

Фархад опустил пистолет.

– Ладно… тогда поехали, посмотрим, каков ты в деле.

Ликвидацию Мерфи было решено провести, когда тот будет возвращаться домой. В темноте было меньше риска «засветиться», да и труп потом будет легче вывезти. Хватятся его не сразу, за это время можно убрать все улики. Оба сели в машину и поехали к дому Мерфи.

Фархад устроился на заднем сиденье автомобиля, и его взгляд рассеянно скользил по мелькающим за окном городским пейзажам. Предложение Блэка отправиться вместе с ним на задание, породило в его голове идеальный план: он мог сразу избавиться от двух своих главных врагов – Стива и Мерфи.

Убийство Мерфи станет первым звеном в этой цепи. После этого они вывезут тело за пределы города и бросят в воды океана, где его вряд ли найдут. А затем, на пустынном берегу, он застрелит Стива – всё просто. План казался безупречным и Фархад, наконец расслабившись, улыбнулся.

Ровным шагом, словно прогуливаясь, Мерфи покинул здание УНР ровно в восемь вечера. Вечерний воздух был прохладным и свежим, он наполнял лёгкие, даря странное умиротворение. Дома его никто не ждал, но эта мысль больше не тяготила – в его возрасте уже поздно мечтать о семейном счастье. После отставки он строил другие планы: завести собаку, возможно, лабрадора или золотистого ретривера. Где-то он слышал, что в Японии лабрадор научился играть в шахматы – может, и его пёс окажется талантливым? По вечерам они могли бы вместе гулять вдоль набережной, наслаждаясь закатами и обществом друг друга. Эти мысли крутились в голове, пока до подъезда оставалось не больше ста метров…

Блэк вскинул пистолет и с металлическим щелчком передернул затвор. Фархад повторил его движение, но его оружие оказалось направленным не на Мерфи, а в затылок Блэка. Время будто замедлилось, превратившись в тягучую патоку, в которой застыли три судьбы, готовые переплестись в смертельной игре.

– Ты бы притормозил, а то я и промазать могу, – посоветовал ему Блэк.

– Ты уж постарайся… – огрызнулся Фархад в ответ.

Мерфи неумолимо приближался. Блэк замер, его палец застыл на спусковом крючке, а взгляд не отрывался от цели. Фархад, не мигая, смотрел в затылок Блэку.

– Ну? – поторопил он, сильнее вдавливая ствол в голову Блэка.

Тот сжал зубы так, что, казалось, они вот-вот раскрошатся. Мышцы его руки дрожали от напряжения. Наконец, Мерфи прошёл мимо них. Фархад, не удержавшись, отвлёкся и повернул голову, чтобы проследить за ним. Это было его роковой ошибкой.