Трамп возвращается: что ждёт Россию и мир

Религиозный фактор важен. Евангельские христиане – твердая база Трампа. Для них он защитник традиционных ценностей, борец против абортов и ЛГБТ-пропаганды. Неважно, что сам Трамп не особо религиозный человек – он дает им судей, которые принимают нужные решения.

Экономически избиратели Трампа – это не только бедняки. Среди них много мелких и средних предпринимателей. Владельцы магазинов, мастерских, небольших фирм. Их душат регулирование, налоги, конкуренция с крупным бизнесом. Трамп обещает снизить налоги и убрать бюрократию – они за это.

Есть и богатые сторонники. Финансисты и технологические миллиардеры, которые считают демократов слишком левыми. Илон Маск, например, публично поддержал Трампа в 2024 году, заявив, что демократы ведут страну к социализму.

Психологически избиратели Трампа – это люди, которые чувствуют, что теряют свою страну. Америка меняется слишком быстро. Массовая иммиграция меняет демографию. Новые социальные нормы разрушают привычный уклад. Экономика оставляет их позади.

Они хотят вернуть ту Америку, которую помнят. Когда белый рабочий класс был хребтом нации. Когда традиционная семья была нормой. Когда не нужно было извиняться за то, что ты христианин и патриот.

Это ностальгия по прошлому, которого, возможно, никогда и не было в том идеализированном виде. Но чувство реально. И Трамп мастерски на него играет.

Его лозунг “Make America Great Again” – “Сделаем Америку снова великой” – гениален в своей простоте. Он не уточняет, какой период берется за образец. Каждый подставляет свои воспоминания или фантазии о лучших временах.

Для пожилых это послевоенный бум 1950-60-х. Для среднего возраста – процветание 1980-90-х. Для молодых – просто мечта о стабильности и возможностях.

Критики говорят, что этот лозунг – собачий свисток для расистов. “Снова великой” означает “снова белой”. В этом есть доля правды – среди сторонников Трампа есть те, кто именно так это понимает. Но большинство думают не о расе, а об экономике и безопасности.

Еще один важный момент – избиратели Трампа не доверяют институтам. Не верят СМИ, о чем мы уже говорили. Не верят университетам и экспертам, которые постоянно их осуждают. Не верят федеральному правительству, которое, как им кажется, работает на элиты.

Трамп для них – человек со стороны системы, который говорит правду. Да, он миллиардер. Но он не из Вашингтона. Он заработал деньги в бизнесе, а не на коррупции. Он говорит то, что думает, а не заученные речи.

Когда Трамп говорит что-то возмутительное или делает ошибку, его избиратели это прощают. Потому что видят в нем обычного человека, который не идеален, но искренен. В отличие от отполированных политиков, которые говорят красиво, но врут постоянно.

Либералам это непонятно. Как можно прощать ложь, грубость, некомпетентность? Но для избирателей Трампа его “недостатки” – доказательство аутентичности. Он не притворяется святым, как те лицемеры.

Важно понимать – эти люди никуда не денутся после Трампа. Это не культ личности одного человека, хотя элементы культа есть. Это массовое движение, выражающее реальные проблемы и страхи миллионов.

Если республиканцы после Трампа вернутся к политике Буша или Ромни, эти избиратели взбунтуются. Они не хотят назад к корпоративным республиканцам, которые служат Уолл-стрит. Они хотят популистов, которые будут защищать национальные интересы и рабочий класс.

Для России это важно понимать. Американское общество расколото глубоко и надолго. Это не временная политическая ссора, это культурная война. И этот раскол ослабляет Америку на мировой арене.

Когда половина страны считает президента узурпатором и фашистом, а другая половина – спасителем нации, трудно проводить последовательную внешнюю политику. Каждое решение будет оспариваться, саботироваться, использоваться в политической борьбе.

Непредсказуемость как оружие

Классическая дипломатия любит предсказуемость. Ты сигнализируешь свои намерения заранее. Даешь партнеру время на обдумывание и ответ. Все двигаются медленно, осторожно, сохраняя лицо.

Трамп все это выбросил в помойку.

Он может утром написать пост, который переворачивает многолетнюю политику. Может позвонить иностранному лидеру и договориться о чем-то, не предупредив собственных министров. Может объявить войну словами, а через неделю назвать противника другом.

Это сводит с ума профессиональных дипломатов. Они не знают, к чему готовиться. То, что президент говорил вчера, может быть неактуально сегодня. Соглашения висят в воздухе, потому что непонятно, сдержит ли Трамп слово через месяц.

Но есть метод в этом безумии.

Непредсказуемость – это инструмент давления. Когда оппонент не знает, что ты сделаешь, он нервничает, совершает ошибки, идет на уступки, чтобы снизить неопределенность.

Вспомните переговоры с Северной Кореей в первый срок. Трамп начал с угроз – “fire and fury”, огонь и ярость обрушатся на Ким Чен Ына. Все ждали войны. Потом вдруг резкий поворот – встреча на высшем уровне, дружеские письма, комплименты в адрес диктатора.

Ким был в шоке. Он готовился к конфронтации, а получил протянутую руку. Не понимая, что происходит, согласился на встречу. В итоге особыхатов не было, но сама встреча – уже успех пропаганды для обеих сторон.

Или Китай. Торговая война началась внезапно. Трамп ввел пошлины без долгих предупреждений. Китайцы ответили своими пошлинами. Началась эскалация. Все ждали краха мировой экономики.

Потом Трамп встречается с Си Цзиньпином, они мило беседуют, объявляют о прогрессе. Рынки успокаиваются. Через месяц Трамп снова вводит пошлины. Опять паника. Потом опять переговоры.

Эти качели изматывают противника. Китайское руководство привыкло к медленным, церемониальным переговорам. Тут они не понимают, с кем имеют дело. То ли это блеф, то ли реальная угроза.

Психологически это похоже на тактику допроса. Следователь чередует угрозы и дружелюбие, держа подозреваемого в напряжении. Тот не знает, чего ожидать, и в какой-то момент ломается.

Трамп не зря гордится своими навыками переговорщика. Он всю жизнь занимался сделками в бизнесе. Там такие методы работают – создаешь давление, используешь неопределенность, выбиваешь лучшие условия.

Но есть разница между бизнесом и геополитикой. В бизнесе, если сделка не состоялась, ищешь другого партнера. В геополитике партнеры ограничены, и последствия провала могут быть катастрофическими.

Непредсказуемость как оружие работает, когда у тебя сильная позиция. Америка – самая мощная держава, может позволить себе рисковать. Но даже сверхдержава не всесильна.

Проблема в том, что союзники тоже не знают, чего ожидать. Европа в растерянности – защитит ли США их в случае чего? Япония и Южная Корея нервничают – не бросит ли Трамп их ради сделки с Китаем или Северной Кореей?

Когда союзники не уверены в тебе, они начинают искать альтернативы. Европа думает о собственной армии. Азиатские страны тайно договариваются с Китаем, создавая запасные варианты.

В долгосрочной перспективе это ослабляет американскую систему альянсов. Но Трампу плевать на долгосрочную перспективу. Он живет здесь и сейчас, решает текущие проблемы. Что будет через десять лет – забота его преемников.

Для России трамповская непредсказуемость – палка о двух концах. С одной стороны, можно использовать его импульсивность. Если поймать момент и предложить привлекательную сделку, он может согласиться, не думая о последствиях.

С другой стороны, любая договоренность с ним ненадежна. Он может развернуться на сто восемьдесят градусов на следующий день. Подписал соглашение – и через месяц вышел из него, как с Ираном по ядерной программе.

Путин привык иметь дело с более предсказуемыми партнерами. Даже враги были понятны в своих действиях. С Трампом такой ясности нет.

Еще раз подчеркну важный момент: непредсказуемость Трампа – не случайна. Это сознательная стратегия. Он читал книги о психологии переговоров, знает, как давить на оппонента.

Но она работает, когда есть четкая цель. Если же ты сам не знаешь, чего хочешь, непредсказуемость превращается в хаос. И есть подозрение, что иногда Трамп именно в таком состоянии.

Он может начать процесс, не имея плана завершения. Создаст кризис, а потом импровизирует на ходу. Иногда это приводит к неожиданным победам. Чаще – к беспорядочному отступлению.

Украинский вопрос покажет, может ли он превратить непредсказуемость в реальный результат. Он обещал быструю сделку. Если действительно заставит обе стороны сесть за стол и договориться – это будет триумф его метода. Если же просто наговорит громких слов и ничего не изменится – докажет, что хаос не заменяет стратегии.

Мы увидим это в ближайшие месяцы. Трамп уже президент, время обещаний прошло. Пора действовать. И его непредсказуемость теперь будет проверяться реальностью.

Часть II. Трамп и Россия

Глава 3. Что Трамп говорит о России и Путине

Отношения между Россией и Америкой всегда были драматичны. Холодная война, разрядка, новая напряженность – синусоида с амплитудой от дружбы до края ядерной катастрофы. Но никогда эти отношения не были так персонализированы, как при Трампе. Все сводится к двум людям – Трампу и Путину. Что один думает о другом, что говорит, как оценивает. Весь мир ловит каждое слово, пытаясь угадать, что будет дальше.

“Путин умный, я с ним договорюсь”

Трамп говорит о Путине такие вещи, которые не произносил ни один американский президент за последние двадцать лет. Называет его умным. Сильным. Уважает его как лидера. Говорит, что они поладят и договорятся о большой сделке.

Для американского истеблишмента это звучит как ересь. Путин – враг, агрессор, диктатор. Так его рисуют все СМИ, так говорят все политики, независимо от партии. Демократы и традиционные республиканцы соревнуются, кто жестче выразится о российском президенте.

А тут приходит Трамп и говорит – да, он умный парень, я его уважаю. Либералы в шоке. Консервативные ястребы возмущены. Начинаются обвинения в предательстве, в работе на Кремль, в том, что Путин держит на него компромат.

Но Трамп продолжает. Во время предвыборной кампании 2016 года он говорил, что поладит с Путиным, что вместе они победят терроризм, что отношения наладятся. После победы на выборах говорил то же самое.

В 2018 году была встреча в Хельсинки. Трамп и Путин провели переговоры один на один, потом пресс-конференция. Журналист спросил Трампа – кому он верит больше, своим спецслужбам или Путину по поводу вмешательства России в выборы. Трамп ответил уклончиво, не поддержав однозначно версию своих спецслужб.

Скандал был грандиозный. Трамп изменил родине прямо на глазах у мира – вот какие заголовки выходили. Его обвиняли в измене, требовали импичмента. Даже республиканцы отшатнулись.

Трамп потом попытался исправиться, сказал, что оговорился. Но осадок остался. Для его противников это было доказательством: Путин что-то на него имеет, иначе как объяснить такое поведение?

Для сторонников Трампа это было доказательством другого: он пытается наладить отношения, а система саботирует. Ему не дают делать то, что правильно для страны.

Что на самом деле Трамп думает о Путине? Трудно сказать наверняка. У него нет идеологии, нет постоянных убеждений. Есть ситуативные оценки, которые могут меняться.

Но несколько вещей можно сказать уверенно.

Во-первых, Трамп уважает силу. Путин для него – сильный лидер, который контролирует свою страну, не оглядывается на критиков, делает что хочет. Это вызывает зависть. Трамп хотел бы иметь такую же свободу действий.

Во-вторых, Трамп циничен в оценке международных отношений. Для него нет друзей и врагов в идеологическом смысле. Есть интересы. Если интересы совпадают – можно сотрудничать. Не совпадают – конфликтовать.

С Путиным интересы могут совпасть в некоторых вопросах. Борьба с исламским терроризмом. Давление на Китай. Раздел сфер влияния в мире. Это потенциальные точки соприкосновения.

В-третьих, Трамп любит сделки. Для него политика – это бизнес, где можно торговаться. Путин тоже прагматик, тоже готов торговаться. Значит, есть шанс договориться.

В предвыборной кампании 2024 года Трамп снова говорил о России. Обещал закончить украинский конфликт за двадцать четыре часа. Как? Позвонит Путину и Зеленскому, скажет – садитесь за стол, договаривайтесь. Если не договоритесь – Украина не получит больше денег, Россия получит еще более жесткие санкции.

Звучит просто. Слишком просто для реального мира. Но для избирателей это было привлекательное обещание. Надоела эта война, надоело тратить деньги, пусть сами разбираются.

Демократы кричали – он продаст Украину, предаст союзников, отдаст Путину все. Трамп отвечал – я закончу бойню, остановлю гибель людей, верну мир.

Кто прав? Время покажет. Но важно понимать – Трамп действительно считает, что может договориться с Путиным. Не из любви к России, не из-за компромата. А потому что он уверен в своих навыках переговорщика.

Это может быть самонадеянность. Геополитика сложнее, чем строительный бизнес. Но может оказаться, что такая самонадеянность даст результат, где осторожная дипломатия буксовала годами.

Отличие от Байдена и демократов

Чтобы понять Трампа, полезно сравнить его с Байденом. Это два полюса в отношении к России.

Байден представляет старую школу американской внешней политики. Для него мир делится на демократии и автократии. США должны возглавлять лагерь демократий против диктатур. Россия – автократия, следовательно противник.

Это идеологический подход. Независимо от конкретных интересов, нужно противостоять России, потому что она нарушает правила либерального миропорядка. Захватывает территории, подавляет оппозицию, вмешивается в чужие выборы.

При Байдене отношения с Россией упали ниже плинтуса. Санкции наслаивались одна на другую. Военная помощь Украине лилась рекой. Риторика была жесткой – Путин военный преступник, его режим нужно изолировать и ослабить.

Байден встречался с Путиным один раз, в Женеве в 2021 году. Встреча была холодной, протокольной. Никакого прорыва. Через год началась спецоперация на Украине, и все окончательно рухнуло.

Демократы в целом разделяют эту линию. Для них Россия – враг ценностный. Не важно, что конкретно она делает. Важно, что она авторитарная, подавляет свободу, представляет альтернативную модель политического устройства.

Есть еще личная неприязнь. Демократы убеждены, что Россия помогла Трампу победить в 2016 году. Хакеры взломали серверы демократической партии, слили компромат на Хиллари Клинтон, запустили ботов в соцсетях.

Доказательств прямого сговора Трампа с Кремлем не нашли. Но убеждение осталось. Для демократов Россия – это те, кто украл их победу. Личная обида усиливает политическую враждебность.

Трамп подходит совсем иначе. Для него Россия – не воплощение зла. Это просто другая большая страна со своими интересами. Можно быть конкурентами, можно партнерами в чем-то. Зависит от ситуации.

Он не озабочен российской внутренней политикой. Демократия там или диктатура – не его проблема. Американцы не должны лезть с демократизацией во все страны подряд. Это дорого и бесполезно.

Ему важна конкретная выгода для Америки. Если сотрудничество с Россией даст выгоду – почему нет? Если конфронтация выгоднее – пожалуйста. Но идеологической одержимости нет.

Это проявлялось в первый срок. Трамп вводил санкции против России – больше, чем Обама. Поставлял оружие Украине – летальное, чего Обама не делал. Разорвал договор по ракетам средней дальности. Давил на проект Северный поток-2.

То есть реальная политика была жесткой. Но риторика отличалась. Трамп не демонизировал Россию. Говорил о возможности диалога. Встречался с Путиным, пытался найти точки соприкосновения.

Для истеблишмента это было неприемлемо. Мало жестко действовать, нужно еще и жестко говорить. Нужно показывать, что Россия – парий, с которым приличные люди не общаются.

Трамп плевал на это. Он общался, искал возможности для сделки. Не нашел в первый срок – слишком сильное давление изнутри. Но не отказался от идеи.

Байден же окончательно похоронил попытки диалога. После начала спецоперации он объявил задачу – стратегическое поражение России. Не просто остановить конфликт, а ослабить Россию настолько, чтобы она не могла угрожать никому.

Это означает долгую войну на истощение. Украина будет получать оружие и деньги, пока Россия не рухнет экономически или не случится смена режима.

Трамп считает эту стратегию идиотской. Россия не рухнет. А Америка потратит сотни миллиардов и застрянет в бесконечном конфликте. Плюс толкнет Россию в объятия Китая, что усилит главного противника США.

Лучше договориться. Украина получит какие-то гарантии, возможно территориальные уступки. Россия получит снятие части санкций, признание сфер влияния. Америка сэкономит деньги и сможет сосредоточиться на Китае.

Циничная сделка? Да. Но Трамп не прячется за красивыми словами о демократии и свободе. Он прямо говорит – это бизнес, это интересы.

Демократы никогда на такое не пойдут. Для них это предательство ценностей, капитуляция перед агрессором. Украину нельзя бросать, Путина нельзя поощрять.

Эта разница в подходах фундаментальна. Байден и демократы ведут войну ценностей. Трамп ведет торг интересов.

Для России демократы опаснее, потому что предсказуемо враждебны. С Трампом есть шанс договориться, но есть и риск обмана. Он может пообещать одно, а сделать другое, если передумает.

Скандалы вокруг “связей с Россией”

Тема российского вмешательства в американские выборы стала центральной драмой первого срока Трампа. Это был бесконечный сериал с новыми сезонами, spin-off’ами и драматическими финалами, которые оказывались не финалами.

Все началось еще до инаугурации. Спецслужбы США выпустили доклад, что Россия вмешивалась в выборы 2016 года в пользу Трампа. Хакеры взломали серверы демократической партии и слили переписку в WikiLeaks. Тролли в соцсетях распространяли фейки про Клинтон. Цель – помочь Трампу победить.

Демократы схватились за это как за спасательный круг. Они проиграли не потому что плохие, а потому что русские украли выборы! Началась истерия про “Россиягейт”.

ФБР открыло расследование возможного сговора команды Трампа с Кремлем. Каждую неделю в прессе появлялись новые “разоблачения”. То советник Трампа встречался с российским послом. То другой советник имел бизнес в России. То третий что-то говорил про санкции.

Все это раздувалось до размеров вселенского заговора. Либеральные СМИ буквально теряли рассудок. Каждый день новая сенсация – вот оно, доказательство измены!

Трамп бесился. Называл все это “охотой на ведьм”, требовал прекратить. Но машина раскручивалась. В мае 2017 года назначили специального прокурора Роберта Мюллера для независимого расследования.

Мюллер – ветеран американской юстиции, бывший директор ФБР, с безупречной репутацией. Ему дали неограниченные полномочия и бюджет. Он набрал команду топовых прокуроров.

Расследование длилось почти два года. Допросили сотни свидетелей. Арестовали нескольких человек из окружения Трампа – за ложь следователям, уклонение от налогов, незадекларированную работу на иностранные государства.

Самые громкие аресты – Пол Манафорт, бывший глава избирательной кампании Трампа. Его обвинили в отмывании денег и работе на украинского политика Януковича. К российскому вмешательству это отношения не имело, но создавало атмосферу.

Майкл Флинн, первый советник по нацбезопасности Трампа. Его обвинили во лжи ФБР о контактах с российским послом. Он признал вину, потом пытался забрать признание. Дело тянулось годами, в итоге Трамп его помиловал.

Несколько русских граждан обвинили заочно – сотрудники спецслужб и тролль-фабрики. Понятно, что их никогда не арестуют, но это было для галочки.

В марте 2019 Мюллер закончил расследование. Представил доклад на 448 страниц. Главный вывод: недостаточно доказательств сговора между кампанией Трампа и российским правительством.

Да, русские вмешивались. Да, некоторые люди из команды Трампа имели контакты с русскими. Но доказательств координированного заговора нет.

По вопросу обструкции правосудия – попыток Трампа помешать расследованию – Мюллер не сделал однозначного вывода. Описал десять эпизодов, которые могут быть обструкцией, но решение оставил Конгрессу.

Для Трампа это была победа. Никакого сговора! Оправдан полностью! Он торжествовал, требовал извинений от СМИ и демократов.

Демократы цеплялись за обструкцию правосудия. Начали процедуру импичмента, правда не за Россию, а за совсем другую историю с Украиной. Но это отдельная драма.

Что в итоге? Три года страна жила в атмосфере подозрений. Президента де-факто обвиняли в измене родине. Доказать не смогли, но осадок остался.

Для отношений с Россией это было катастрофой. Любая попытка Трампа наладить диалог воспринималась как доказательство сговора. Он не мог сделать ни одного дружественного жеста в сторону Москвы без скандала.

В итоге первый срок прошел в противостоянии. Трамп хотел улучшения отношений, но не мог себе это позволить политически. Система победила.

Во второй срок ситуация другая. Расследование закрыто, обвинения не доказаны. Трамп может действовать свободнее. Но демократы и СМИ не сложили оружие. При первой попытке сближения с Россией поднимут вой про измену.

Для нас важно понимать – любые договоренности с Трампом будут использоваться его внутренними врагами. Они постараются сорвать сделку, представить ее как капитуляцию перед Кремлем.

Трамп должен быть готов к этому. Вопрос, хватит ли у него политической воли противостоять. В первый срок не хватило. Сейчас он сильнее, контролирует партию, имеет опыт. Может сработать.

Реальная позиция за громкими словами

После всех комплиментов Путину, обещаний дружбы и великих сделок, что Трамп делал реально в первый срок? Посмотрим на факты, а не риторику.

Санкции. Трамп ввел больше санкций против России, чем Обама за восемь лет. Санкции за Крым продолжились и расширились. Добавили санкции за химическое оружие (дело Скрипалей). Санкции за вмешательство в выборы. Санкции против олигархов и чиновников.

В 2017 Конгресс принял закон о санкциях, который Трамп не мог отменить без одобрения законодателей. Он подписал его неохотно, но подписал. Санкции стали жестче и автоматичнее.